Чжоу Нин впервые сопровождал Шэнь Линьчуаня на экзамены и не ожидал, что подготовка к ним начнется так рано.
Шэнь Линьчуань спал крепким сном – как раз в тот момент, между третьим и четвертым часом ночи, когда сон особенно глубок. Уткнувшись в шею Чжоу Нина, он потерся щекой и снова закрыл глаза, чтобы немного вздремнуть.
Чжоу Нин же совсем разошелся. Хотя внешне это никак не проявлялось, его сердце колотилось от волнения, а рука нежно поглаживала Шэнь Линьчуаня, успокаивая его. Разбудить его он не решался – боялся, что, не выспавшись, тот захочет спать прямо в экзаменационном зале.
Снаружи уже слышались голоса, звон посуды, крики слуг, разносящих горячую воду. Вскоре во всей гостинице стало шумно.
Шэнь Линьчуань, немного полежав на груди Чжоу Нина, окончательно проснулся. Он усмехнулся:
— Я еще хотел поспать, но у тебя сердце стучит, как барабан. Как тут уснешь?
Как только Шэнь Линьчуань пошевелился, Чжоу Нин тут же вскочил с кровати, надел туфли и зажег свечу. Только он зажег ее, как услышал стук отца в дверь:
— Нин-гэр, вы уже встали? Я принес вам горячей воды.
— Встали, батюшка.
Чжоу Нин поспешил открыть дверь и увидел отца с ведром горячей воды.
— Я налью ее в таз. Сейчас принесу вам лапшу, — сказал отец.
— Хорошо, батюшка.
— Эй, слуга! Где моя горячая вода? — раздался крик снаружи.
Старший Чжоу схватил ведро и поспешно вышел:
— Быстрее собирайтесь, я уже видел, как некоторые уходят.
Восемь из десяти постояльцев этой гостиницы были учащимися, приехавшими на экзамены. Как только прозвучал первый сигнальный выстрел, все поднялись одновременно. В каждой комнате требовали горячую воду, чай и еду. Вся гостиница пришла в движение, даже хозяин лично разносил подносы с едой. Все были заняты, у всех на лбу выступал пот.
Кто опоздал с заказом, ждал горячей воды и чая в очереди. Старший Чжоу с самого утра бегал вверх-вниз по лестнице. Увидев, что в комнате его сына еще не зажгли свет, он испугался, что они проспали. Но и будить их не решался – вдруг они не выспались?
Когда в комнате зажгли свечу, он сначала отнес зятю горячий чай и воду, а потом уже занялся другими.
Вещи, которые нужно было взять с собой, уже были собраны. Шэнь Линьчуань умывался у таза, а Чжоу Нин, не доверяя, снова развернул узел и перепроверил содержимое. Конечно, там были кисти, тушь, бумага и тушечница, но самое важное – еда и овечье одеяло для ночлега – тоже было на месте.
За несколько дней до экзамена они уже подали в управление церемоний уездной управы список экзаменующихся и поручительства. Пять человек подписывали одно поручительство: если один жульничал, отвечали все.
Шэнь Линьчуань, видя, как его супруг волнуется больше него самого, тихо рассмеялся:
— Все в порядке, мы же вчера вместе все проверили.
Это был всего лишь экзамен на степень сюцая. Если он сдаст его, впереди еще будут провинциальные экзамены, столичные и дворцовые. Хотя в прошлой жизни Шэнь Линьчуань окончил престижный университет, он не мог с уверенностью сказать, как далеко он зайдет.
Чтобы получить звание сюцая, нужно было сдать три экзамена. Предыдущий владелец его тела уже сдал уездный и областной экзамены, получив звание туншэна. Теперь ему оставалось сдать академический экзамен, чтобы стать сюцаем.
Академический экзамен проводился раз в три года под руководством ученого управляющего областью. Предыдущий владелец так и не смог его сдать, оставаясь туншэном.
Но нельзя же бесконечно биться головой об стену. Нужно жить. Если у него с супругом будет счастливая жизнь, этого достаточно.
— Иди умывайся, скоро нам идти, — снова позвал Шэнь Линьчуань.
Только тогда Чжоу Нин подошел умыться. Шэнь Линьчуань тоже немного волновался. Хотя предыдущий владелец сдавал экзамен на сюцая пять раз, для него это было впервые. Он сделал глоток горячего чая, чтобы успокоиться, и постепенно волнение прошло.
Снаружи царила суматоха. Все требовали горячую воду и еду, звенела посуда, сновали люди – шумно и оживленно.
Едва они умылись, как старший Чжоу уже постучал с подносом:
— Давайте, Линьчуань, Нин-гэр, кушайте.
Он расставил на столе две миски постной лапши, тарелку с паровыми булочками и миску вареных яиц – штук семь-восемь, явно предназначенных для экзаменационного зала.
Старший Чжоу поерзал и озабоченно напутствовал:
— Нин-гэр, проводи Линьчуаня как следует. Я занят, не смогу пойти.
— Спасибо, батюшка. Все в порядке, я ведь столько раз уже сдавал, для меня это привычно.
Услышав это, старший Чжоу успокоился:
— Ладно, ладно.
Он поспешил обратно к работе. В гостинице царил хаос: все требовали то одно, то другое.
Гостиница, где остановились Шэнь Линьчуань и Чжоу Нин, находилась недалеко от экзаменационного зала, и большинство постояльцев были экзаменующимися. Даже кухня с трудом справлялась с заказами на горячую еду, зато паровых булочек приготовили заранее с избытком.
К счастью, старший Чжоу уже несколько дней подрабатывал в гостинице и познакомился со слугами и кухарками. Он заранее договорился и дал кухарке несколько медяков, так что она запомнила его заказ и приготовила все, как надо: лапшу, булочки и яйца.
— Слуга! Я заказывал лапшу, почему до сих пор не принесли?!
— Сейчас, сейчас! Впереди еще много ожидающих.
Старший Чжоу ничего не мог поделать – котел был только один, и лапшу приходилось варить по очереди.
— Почему соседям принесли раньше? Я ведь заказывал первым!
— Это мой сын и зять.
Услышав это, спорщик отстал, но потребовал принести еду как можно скорее. Впереди три дня в экзаменационном зале, и это последний шанс поесть горячего.
Старший Чжоу обслуживал номера второго этажа и сновал вверх-вниз, разнося заказы.
Шэнь Линьчуань и Чжоу Нин уже ели горячую лапшу. Один глоток – и по телу разливалось приятное тепло.
— Спасибо батюшке, что позаботился. Иначе и нам пришлось бы ждать.
Чжоу Нин кивнул, мысленно благодаря отца за связи в гостинице.
Поев, они взяли узел и спустились вниз. Старший Чжоу как раз разносил еду.
— Батюшка, мы с Нин-гэром уже идем, — крикнул Шэнь Линьчуань.
— Идите, идите. Линьчуань, не волнуйся, все будет хорошо.
— Знаю, батюшка.
Как только они вышли, снова раздался выстрел.
— Почему опять стреляют? — спросил Чжоу Нин.
— Это сигнал идти к экзаменационному залу.
Чжоу Нин дернул Шэнь Линьчуана за рукав:
— Тогда пойдем быстрее.
— Не спеши, еще рано. Можем идти не торопясь.
Этот выстрел означал, что пора выдвигаться, а не что нужно немедленно быть у входа. Было всего около пяти утра, и даже рассвет еще не наступил.
Шэнь Линьчуань уже вышел, а Чжоу Ючэн даже глотка горячей воды не успел сделать. Второй Чжоу стоял у двери и нервно топтался:
— Слуга! Где горячий чай? Почему до сих пор не принесли?!
— Подождите немного, все заказывают чай, обслуживаем по очереди.
— Я видел, как ты другим еду нес! Вы что, обидеть нас решили? Вот погодите, мой сын получит степень сюцая, тогда вам не поздоровится!
Слуга скривился. Ничего еще не ясно, а он уже ведет себя как господин сюцай!
Тот, кто заказывал первым и дал на чай, получил еду раньше. А чаевые слуга оставлял себе, не отдавая хозяину. Кто же откажется от лишних медяков?
Слуга не стал с ним спорить и ушел. Чем больше кричишь, тем меньше шансов, что тебя обслужат. Жди, если хочешь. Тьфу! Кто он такой, чтобы вести себя как господин сюцай?
Даже если сдаст, что с того? Говорят, сюцаи бедные, а цзюйжэни богатые. А этот человек явно не из богатой семьи.
Второй Чжоу нервничал. Чжоу Ючэн кричал из комнаты:
— Батюшка, ну что там? Почему до сих пор нет чаю? Скоро уже идти!
— Сейчас, сейчас! Я потороплю их!
Тут второй Чжоу вспомнил о старшем Чжоу. Раз его старший брат работает в гостинице, пусть он и принесет!
— Эй! Где он? Когда нужен – и след простыл!
Старший Чжоу как раз нес булочки на второй этаж. Горячую лапшу приготовить не успевали, и все заказывали булочки и кашу. Старший Чжоу боялся, что кто-то опоздает на экзамен, и волновался больше самих учащихся. Он бегал, как угорелый, весь в поту.
— Старший брат! Старший брат!
Второй Чжоу позвал его несколько раз, но тот не отзывался.
— Старший Чжоу!
Только тогда старший Чжоу обернулся:
— А, это ты, второй брат. Что нужно?
— Старший брат, Ючэн с утра еще ни глотка чаю не выпил. Помоги, принеси ему.
— Ладно, подожди немного. Сначала отнесу эти булочки.
Второй Чжоу фыркнул:
— Какое еще «подожди»? Заботится о других, а о родном племяннике и не думает.
Чжоу Ючэн, услышав это, проворчал в комнате:
— Да уж, дядюшка... Разве нужно было тебе напоминать? Сам должен был прийти и помочь.
Ван Цай уже ушел – он не стал ждать и отправился, даже не умывшись. Насчет еды – посмотрим, продадут ли что-нибудь по дороге. Если нет, перебьется сухими лепешками. Кто знает, сколько еще пришлось бы ждать!
Старший Чжоу, разнеся еду, поспешил вниз. Откуда ему было знать, что у второго брата до сих пор нет горячей воды? Он отвечал только за лучшие номера на втором этаже, а дешевые комнаты на первом обслуживали другие слуги. У каждого был свой участок работы.
Старший Чжоу зашел на кухню, набрал полведра горячей воды для умывания и взял чайник с кипятком.
— Старший Чжоу, разве ты уже не разносил в лучшие номера? Зачем еще? — поинтересовалась истопница.
Все это стоило медяков. Гости сначала платили слугам, те бежали на кухню, отдавали деньги истопнице – дальней родственнице хозяина гостиницы.
Старший Чжоу положил четыре медяка:
— Это для моего племянника. Он живет в дешевом номере, там до сих пор ничего не принесли.
— А, понятно.
— И еще дайте мне четыре булочки и две миски горячей каши. Заберу позже.
— Хорошо.
Старший Чжоу отнес ведро и чайник, налил воду в таз и поставил чайник на стол.
— Как же так вышло, что до сих пор ничего не было?
Второй Чжоу фыркнул:
— Слуга специально тянул!
Старший Чжоу принес еду, а затем снова занялся своими делами.
Чжоу Ючэн торопливо выпил чаю, умылся, перекусил и, схватив свои вещи, помчался к экзаменационному залу.
По пути раздался третий сигнальный выстрел – пора было заходить.
Шэнь Линьчуань уже стоял в очереди, а Чжоу Нин ждал рядом с коробкой еды.
— Шэнь Линьчуань, когда экзамен закончится, я приду за тобой.
— Хорошо, жди меня.
Шэнь Линьчуань улыбнулся своему супругу. Надеялся, что на этот раз сдаст успешно.
— Шэнь Линьчуань! Шэнь Линьчуань!
Он обернулся на зов и увидел Сюй Чжифана, стоявшего неподалеку.
— Шэнь Линьчуань, дерзай!
Шэнь Линьчуань сжал кулак в ответ, и Сюй Чжифан рассмеялся. В прошлый раз Шэнь Линьчуань сказал ему «дерзай», и ему так понравилось это выражение, что он запомнил его.
Когда подошла очередь Шэнь Линьчуаня, Чжоу Нин передал ему коробку с едой.
— Возвращайся, увидимся через три дня, — помахал рукой Шэнь Линьчуань.
Чжоу Нин кивнул и отошел в сторону, наблюдая, как Шэнь Линьчуань подходит к надзирателю для проверки личности.
Учащиеся должны были раздеться для досмотра, снять обувь и носки. Проверяли даже еду. Шэнь Линьчуань видел, как у впереди стоящего ученика булочки и сладости разламывали на части. После такой проверки еда превращалась в крошево.
Шэнь Линьчуань положил свой узел и коробку на стол, сам расстегнул одежду и снял обувь. Двои вооруженных стражников в доспехах обыскивали его: один проверял тело, другой – вещи.
Убедившись, что на теле ничего запрещенного нет, стражник махнул рукой, разрешая пройти. Шэнь Линьчуань, поправляя растрепанную одежду, отошел в сторону, ожидая, когда досмотрят его вещи.
Другой стражник взял его саморазогревающийся пакет и спросил:
— Что это?
— Господин стражник, это известковый пакет.
— Зачем он тебе?
— Чтобы разогревать еду.
Стражник впервые слышал, чтобы учащийся приносил известковый пакет. Полупрозрачная марлевая упаковка... Он понюхал содержимое, но так и не понял, что делать.
— Господин надзиратель, можно ли это проносить?
Надзиратель, пожилой чиновник лет пятидесяти низшего девятого ранга из уездной управы, осмотрел пакет.
— Ничего, если только это не шпаргалка.
За годы работы он повидал всякое: глупые попытки списать, запрятав тексты в подошву обуви, дерзкое мошенничество с подменой личности. Но известковый пакет встретился ему впервые.
Стражник вернул Шэнь Линьчуаню его вещи.
«Странная еда, — подумал он. — Сухие овощи, влажная лапша, сухой рис и жареные блюда... Неужели он собирается есть сухой рис руками?»
Коробку с едой Шэнь Линьчуань готовил вместе с Чжоу Нином. Помимо ингредиентов для саморазогревающихся блюд, там были лепешки, сладости, вяленое мясо и жареная курица. Лепешки и сладости раскрошили при проверке. Шэнь Линьчуань с сожалением покачал головой – жаль стараний супруга.
Получив деревянный номерок, Шэнь Линьчуань отправился искать свою кабинку. Хотя предыдущий владелец его тела сдавал экзамен несколько раз, и у него остались воспоминания, настоящее зрелище все равно поразило его.
Ряды маленьких домиков из серого кирпича под черепичными крышами, выстроенные в одном направлении, насчитывали несколько тысяч. По указанию служителя Шэнь Линьчуань нашел свою кабинку по номеру.
Впереди была доска, закрепленная в кирпичной кладке, сзади – еще одна доска для сидения. Пространство не превышало одного квадратного метра. Внутри стоял маленький горшок. Шэнь Линьчуань поморщился, но что поделать – нельзя же совсем отказаться от воды.
Все кабинки были ориентированы одинаково, так что солнечный свет внутрь не проникал. Мечтать о том, чтобы писать работы, греясь на солнце, не приходилось.
Шэнь Линьчуань не стал снимать переднюю доску, а просто пролез под ней. Узел и коробку с едой он поставил на верхнюю доску, затем расстелил на сиденье одеяло, подаренное его старшим братом и невесткой, положил подушку и укрыл ноги ватным одеяльцем.
Обустроив кабинку с комфортом, Шэнь Линьчуань приготовился к экзамену. Хотя уже был третий месяц, и все носили легкие халаты, в тени рядов кабинок было прохладно.
Внутри было сыро и холодно. Хорошо, что брат с невесткой предусмотрели одеяло и покрывало для ног. За годы экзаменов они уже точно знали, что может понадобиться. Жару не боялись, а вот холод мог стать проблемой.
http://bllate.org/book/15795/1412684
