На следующий день, в полдень.
Ли Цинчэн, отрабатывая боевые движения во дворе, внезапно заметил солдата, стоявшего у ворот.
— Ван Ху, что случилось? — узнав воина, Ли Цинчэн прекратил упражнения и пригласил его пройти в зал для разговора.
Ван Ху снял шлем и, тяжело дыша, спросил:
— Где генерал Тан?
Ли Цинчэн вздрогнул. Ван Ху сказал:
— На рассвете из резиденции губернатора провинции отправили человека за город. Судя по всему, это был гонец. Он двинулся на юг, покинув Сычуань.
Ли Цинчэн глубоко вдохнул и гневно воскликнул:
— Если он выехал на рассвете, почему ты докладываешь об этом только сейчас?
Ван Ху ответил:
— Мы не смогли найти генерала Тана.
Ли Цинчэн произнёс:
— Немедленно отправь отряд… нет, Чжан Му! Позови Чжан Му!
Пришёл Чжан Му. Ли Цинчэн сказал:
— У тебя есть подчинённые, способные быстро передвигаться? Мне нужно доставить письмо.
Чжан Му произнёс:
— Что нужно сделать?
Ли Цинчэн ответил:
— Догнать гонца из резиденции губернатора провинции. Я хочу посмотреть, что написал губернатор Сунь в письме. Всё, что я заранее спланировал, теперь пошло наперекосяк.
Чжан Му свистнул, и прилетел кречет. Он повернулся к Ван Ху:
— Возьми кречета с собой. Позже передай ему письмо.
Ли Цинчэн, развернувшись, вытащил из шкафа бумажный свёрток и передал его Ван Ху, подробно дав ему указания. Тот поспешно вышел, и Ли Цинчэн сделал несколько шагов по залу, а затем добавил:
— Чжан Му, среди твоих людей есть те, кто умеет подделывать письма? Пришли одного на всякий случай.
Чжан Му лично вышел отдать распоряжение и вскоре вернулся в усадьбу с учёным. Однако они застали Тан Хуна, стоявшего на коленях во дворе с обнажённым торсом. Рядом находился Ли Цинчэн с мрачным лицом.
Он гневно произнёс:
— Получил женщину и тотчас настолько погряз в её нежных объятьях, что тебя не нашли утром! Я сказал тебе выйти, а ты в это время всё ещё дрых! Генерал Тан! Видно, надо отрезать этот твой орган, чтобы ты наконец начал работать как следует! На колени! Принесите плеть!
Юный Тан Хун в настоящее время находился в самом расцвете сил. Он вырос в семье военных со строгими семейными устоями и за свои восемнадцать лет ещё не познал отношений с женщинами. Впервые заполучив в прошлую ночь нежную наложницу, он не смог умерить пыл и предался утехам. Но, увы, быстротечна весенняя ночь, — в ясный полдень проснулись они*. Он даже пренебрёг важным делом. Когда Ли Цинчэн вытащил его из комнаты и бросил в снег, Тан Хун сам осознал свою вину, и, опустив голову, был готов получить наказание.
* Строки из стихотворения Бо Цзюйи «Вечная печаль».
— Красивая девушка — губительная вода*. Я тебя вчера предупреждал, а ты не слушал. Теперь понял? — злорадствуя, язвительно бросил Фан Цинъюй.
* Губительная вода (祸水) — женская стихия, которая зальёт мужскую — огонь.
Ли Цинчэн снова закричал:
— Тан Хун, слушай внимательно! Следующего раза не будет! Если такое ещё раз повторится, забирай свою женщину и проваливай!
Певичка, которую вчера забрал Тан Хун, понимая, что натворила беду, в лёгкой одежде подошла и встала на колени рядом с ним.
Ли Цинчэн холодно произнёс:
— Это не твоё дело. Не выходи.
Певичка дрожащим голосом проговорила:
— Ваше Высочество, пожалуйста, умерьте гнев… Эта ничтожная удостоилась внимания генерала Тана…
Ли Цинчэн недовольно оборвал её:
— Возвращайся в свою комнату. Какое безобразие!
Тан Хун молча отнёс певичку обратно в дом, закрыл дверь, вернулся, встал на колени и звонко дал себе две пощёчины.
Учёный стоял под крышей галереи и с улыбкой спросил:
— Сколько лет молодому господину Ли?
Чжан Му тихо ответил:
— Семнадцать.
Учёный с лёгким вздохом произнёс:
— Его действия внушают уважение.
Чжан Му взмахнул рукой, давая понять, чтобы учёный не продолжал. Ли Цинчэн, заметив прибывших, немного успокоился и, войдя в зал, сказал:
— Прошу прощения за это недостойное зрелище. Садитесь. Как к вам обращаться?
Учёный улыбнулся:
— Моя фамилия — Бай.
Ли Цинчэн распорядился подать чай и сказал:
— Господин Бай, позже, возможно, придётся вас потревожить.
Учёный Бай медленно кивнул, не спрашивая, с какой целью его позвали. В зале воцарилась тишина. Ли Цинчэн самостоятельно просматривал документы, распределяя свитки по категориям. Среди них был лист, где чётко указывалось расположение гарнизона в городе Тин в восточном и западном лагерях, а также график смены караулов.
Все в зале сидели молча, пока солнце не склонилось за западные горы. Когда зажгли светильники, Ли Цинчэн наконец убрал свитки, и внезапно послышался шум крыльев. Кречет, пронёсшись через галерею, ворвался в зал.
Сняв с шеи птицы свёрток масляной бумаги, Ли Цинчэн наконец облегчённо вздохнул. Когда он развернул его при свете лампы и бегло просмотрел, то распорядился:
— Тан Хун, поднимайся.
Тан Хун наконец надел верхнюю одежду, вошёл в зал и сел.
Ли Цинчэн закончил читать, и Фан Цинъюй спросил:
— Что сказано в секретном письме губернатора Суня?
Ли Цинчэн при свете лампы внимательно разглядывал письмо, проверяя, есть ли на нём проявляющиеся в воде чернила, и ответил:
— Всё полностью совпадает с нашими предположениями. В письме сообщается о трёх вещах. Во-первых, семья Сунь сговорилась с наследным принцем. Во-вторых, генерал-губернатор провинции Линь Си перешёл на сторону наследного принца. В-третьих, просят императорский двор прислать на помощь войска.
Услышав это, учёный Бай внутренне содрогнулся, но не смел вмешаться.
Тан Хун спросил:
— Как вы получили письмо?
Фан Цинъюй ответил:
— Мы заранее договорились, что, когда один из наших шпионов заметит гонца, покидающего город, мы отправим кого-нибудь за ним в погоню. К вечеру он достигнет почтовой станции, и, когда гонец остановится на отдых, тот подсыпет одурманивающее лекарство или снотворное, вытащит письмо и посмотрит его содержание.
Ли Цинчэн сказал:
— Я изначально планировал отправиться в погоню вместе с Цин-гэ, но ты чуть всё не испортил.
Тан Хун тут же замолчал, не осмеливаясь продолжать расспросы.
Ли Цинчэн, глядя на письмо, после долгого размышления произнёс:
— Господин Бай, пожалуйста, помогите мне. Создайте копию этого письма, полностью повторяющую почерк, убрав вот эти предложения.
Фан Цинъюй спросил:
— Какие именно предложения?
Ли Цинчэн ответил:
— Упоминание о генерал-губернаторе Линь Си опустить и изменить на: «Я в ближайшие дни проведу переговоры с Линь Си. Если он упрётся, устраню его при помощи убийцы и временно возьму под контроль армию города Тин. Прошу двор отправить две тысячи солдат с императорским посланником на запад, чтобы помочь мне во что бы то ни стало захватить Ли Цинчэна живым».
Учёный Бай, принимая письмо, дрожащим голосом спросил:
— Наследный принц Великой Юй… ещё жив и находится в городе Тин?
Ли Цинчэн ответил:
— Наследный принц Великой Юй — это я. Прошу вас, господин. Когда в будущем я взойду на престол, то не забуду оказанную вами сегодня помощь.
Учёный Бай, не веря своим глазам, взял письмо, и Ли Цинчэн вновь сделал пригласительный жест. После того, как он закончил копировать письмо, Ли Цинчэн аккуратно сложил подделку, поместил в конверт и снова прикрепил к шее кречета. Птица развернулась и вылетела из зала, отправившись в кромешной тьме на юг.
Учёный Бай попрощался и удалился. Ли Цинчэн распорядился подать ужин.
— Теперь всё готово, — подняв палочки, произнёс Ли Цинчэн. — Осталось ждать пятнадцатого числа первого месяца.
Тан Хун спросил:
— Нам нужно действовать по отдельности?
Ли Цинчэн медленно покачал головой. Положив еду в миску Тан Хуна, он мимолётно бросил на него косой взгляд, и тот тут же почувствовал себя польщённым.
— Хватит вечно портить мои планы, — пригрозил Ли Цинчэн. — Иначе я тебя кастрирую.
Фан Цинъюй громко рассмеялся, и Тан Хун промолвил:
— Я больше не буду подолгу спать.
Ли Цинчэн распорядился:
— Оставь два блюда и отнеси своей наложнице.
Тан Хун поблагодарил Ли Цинчэна за награду и отправился отдать распоряжение на кухню. Ли Цинчэн сказал:
— Завтра основательно всё обсудим. Осталось двенадцать дней. Нужно найти способ разрешить всё как можно быстрее.
Несколько дней спустя.
Ли Цинчэн расхаживал туда-сюда по залу, ступая то влево, то вправо. Временами, заложив руки за спину, он подпрыгивал на двух ногах, подражая движениям кречета.
— В ночь Праздника фонарей мы выйдем пораньше. Маршрут уже разведан Фан Цинъюем. Все внимательно изучите.
Кречет прыгал следом за Ли Цинчэном.
Тан Хун предложил:
— Может, лучше пойду я?
Ли Цинчэн махнул рукой:
— Нет. У меня для тебя есть более важное задание.
Фан Цинъюй, обхватив колено и поставив одну ногу на край стула, погрузился в свои мысли. Ли Цинчэн спросил:
— Есть ещё какие-то неопределённости?
Фан Цинъюй покачал головой:
— Должно быть, нет.
Ли Цинчэн произнёс:
— Чжан Му, тебе хватит полшичэня? После устранения Линь Си тебе нужно будет переодеться и сразу вернуться в усадьбу семьи Сунь.
Чжан Му медленно кивнул.
Ли Цинчэн продолжил:
— Тогда вечером того же дня я задержу Сунь Яня. Чжан Му, действуй исходя из обстоятельств. Непременно убей его с одного удара. Если информация всё же просочатся, то не задерживайся. Возвращайся, когда придёт время.
Тан Хун спросил:
— Генерал-губернатор и губернатор идут по одному маршруту — с восточной улицы на западную. Почему не убить обоих сразу?
Ли Цинчэн остановился:
— Ты что, безмозглый? Если мы убьём обоих, то всем станет ясно, что это наша работа.
Тан Хун:
— А какая польза от убийства одного?
Ли Цинчэн тяжело вздохнул, уставившись в пол. Развернувшись, он начал прыгать по плиткам:
— Я объясню подробно. Слушай внимательно, навострив уши.
Ли Цинчэн продолжил:
— Семья Сунь, генерал-губернатор и губернатор — три разные стороны. Что касается семьи Сунь, то их надо каким-то образом втянуть в дело. Сунь Янь хочет лавировать между двумя берегами, вину сваливать на других, а заслуги присваивать себе. Пусть помечтает. Что касается Линь Си, то его нужно убить одним ударом, чтобы заполучить власть над его войсками. Если оставим его, то только создадим себе лишние помехи, нам это невыгодно. А насчёт губернатора провинции, сейчас можно его не трогать, он уже пустое место. Мне лишь нужно, чтобы он помог передать сообщение, обманом перебросив несколько тысяч солдат в Сычуань. Их должно быть не слишком много, но и не слишком мало, две тысячи в самый раз.
Ли Цинчэн продолжил:
— На Праздник фонарей семья Сунь приглашает меня посмотреть представление. Линь Си и губернатор провинции тоже придут его посмотреть. Сначала по дороге убьём Линь Си, точно рассчитав время. К этому моменту губернатор провинции уже будет в усадьбе семьи Сунь…
Тан Хун спросил:
— А если Линь Си выйдет раньше, или его карета окажется слишком близко к экипажу губернатора Сунь?
Ли Цинчэн насмешливо ответил:
— Разве нельзя найти повод задержать его? Мы внедрили несколько своих людей в резиденцию генерал-губернатора.
Тан Хун кивнул, и Ли Цинчэн продолжил:
— Непременно добейтесь того, чтобы губернатор провинции отправился первым. Последующий за ним Линь Си должен по дороге умереть. В это время Сунь Янь будет с нами смотреть представление…
Тан Хун спросил:
— А если Сунь Янь захочет дождаться всех перед началом?
Ли Цинчэн недовольно ответил:
— Я наследный принц. Разве я не могу приказать ему начать раньше?
Тан Хун поспешно кивнул, и Ли Цинчэн спросил:
— Какие есть ещё «а что если»?
Тан Хун махнул рукой:
— Больше нет.
Ли Цинчэн продолжил:
— Естественно, смерть генерал-губернатора Линя на дороге станет большим событием. Как только придут новости, об этом первым делом сообщат губернатору провинции. Более того, после гибели генерал-губернатора его личные войска в двух лагерях, за городом и в городе, узнав об этом, наверняка поднимут хаос. Губернатор провинции не посмеет это разглашать, понимая, что дело, скорее всего, имеет отношение к нам и семье Сунь.
Ли Цинчэн остановился у другой стены, повернулся и поманил пальцем кречета. Птица взлетела, сев на его наплечник, и глаза Ли Цинчэна сверкнули. Он самодовольно усмехнулся:
— Не хочешь угадать, что он тогда сделает?
Чжан Му ответил:
— Сбежит.
Ли Цинчэн подумал и сказал:
— Если он действительно сбежит, будет тем проще для нас. Но я думаю, он вряд ли будет таким послушным.
Фан Цинъюй сказал:
— Думаю, он найдёт повод покинуть банкет и попытается захватить армию после смерти этого человека.
Ли Цинчэн ответил:
— Верно. Вот это и станет следующей серьёзной проблемой.
С этими словами он стал подпрыгивать с кречетом на плече, отчего Тан Хун не удержался от улыбки.
Ли Цинчэн продолжил:
— В этот момент наш великий наследник Сунь Янь наверняка будет в растерянности, ещё не понимая, что произошло. Тан Хун, ты немедленно возьмёшь это подменённое секретное письмо и отправишься в резиденцию генерал-губернатора. Смотри, на нём есть сургучная печать, а на бумаге — оттиск губернатора Суня. Он не сможет в него не поверить.
— Покажи письмо заместителю Линь Си и скажи, что генерал-губернатор Линь был убит по приказу губернатора. Спроси, верен ли он наследному принцу или предан губернатору провинции, убившему генерал-губернатора?
Фан Цинъюй сказал:
— Тан Хун неопытен, это довольно рискованно. Лучше я пойду.
Ли Цинчэн, шевельнув бровями, возразил:
— Не рискованно. Согласно полученным вами сведениям, этот заместитель был лично выдвинут Линь Си. Он алчен, развратен и труслив. Немного предан, но тайно брал взятки от семьи Сунь. Таким легко манипулировать.
Ли Цинчэн продолжил:
— В письме губернатора провинции чётко указано, что наследный принц с семьёй Сунь и генерал-губернатор уже в сговоре. Пообещай ему славу и богатство, вручи верительную бирку генерала и назначь на место Линь Си. Если это предложение лично от наследного принца, с чего бы ему отказываться? Как только он согласится, сразу выводи его из резиденции. К этому времени уже на пути, вероятно, будет губернатор провинции. Немедленно выходи и устрани его вместе с заместителем, таким образом, он убьёт императорского чиновника. С жизнью и доказательствами его причастности в наших руках он не посмеет нас предать.
Тан Хун задумался, и Ли Цинчэн добавил:
— Поэтому всё зависит от тебя. Не облажайся. Ты должен за этот короткий промежуток времени, от момента, когда личная охрана резиденции генерал-губернатора доставит тело Линь Си обратно, до прибытия губернатора, полностью убедить заместителя, у которого в руках верительная бирка, и подстрекнуть его убить губернатора провинции Суня.
Тан Хун слегка нахмурил брови, и Ли Цинчэн сказал:
— Если совсем не получится его уговорить, то прикончи его алебардой. Я потом помогу разгрести последствия… Тан Хун, ты осмелишься пойти? Если нет, то ничего, пошлём Цин-гэ. Он точно справится.
Тан Хун ответил:
— Я пойду.
Ли Цинчэн кивнул:
— Не нервничай, действуй уверенно. Даже если ты провалишься, у нас есть свои люди. Тогда мы, забрав верительную бирку и прихватив Сунь Яня, отправимся к городским воротам. Сунь Янь — член известного местного клана. Если генерал-губернатор и губернатор окажутся мертвы, то городская стража останется без командования и временно подчинится ему.
— Затем соберём всех капитанов и заместителей в одном месте. Я разошлю письма и раскрою свою личность. Кто откажется подчиниться, того безжалостно казним.
Тан Хун сказал:
— Вам не понадобится на это идти. Я справлюсь.
Ли Цинчэн одобрительно произнёс:
— Тем лучше. Далее Чжан Му и я продолжим смотреть с Сунь Янем представление. Ты и Цин-гэ, взяв заместителя генерал-губернатора и верительную бирку, отправитесь принять командование двумя лагерями за городом. Когда представление закончится и всё завершится, прикажите всем вернуться для обороны города Тин.
— Когда императорский посланник приведёт две тысячи человек под стены города, у нас будет восемь тысяч солдат и сам город. Кто бы ни пришёл, мы заставим их наделать в штаны со страху и отпустим несколько выживших доложить о случившемся. Тогда Сунь Яню не останется выбора, кроме как преклонить колени. Всё, расходитесь, отдыхайте. Надеюсь, за эти дни ничего не сорвётся.
Фан Цинъюй поднялся, Чжан Му взял кречета, и оба покинули зал. Лишь Тан Хун остался стоять.
Ли Цинчэн повернул к нему голову, понимая, что тот хочет что-то сказать. Спустя мгновение Тан Хун произнёс:
— Вы мне так доверяете.
Ли Цинчэн кивнул и с улыбкой ответил:
— А что плохого в том, чтобы доверять тебе?
Тан Хун задумался, а затем сказал:
— Фан Цинъюй и Чжан Му…
Ли Цинчэн спокойно ответил:
— Потому что они видят во мне ребёнка. Только ты считаешь меня начальником. Иди, обнимай свою женщину. Эти дни не предавайся ночным утехам. В будущем я дам тебе сколько захочешь женщин. И императорскую гвардию тебе отдам. Учись внимательно и будь осторожен с сегодняшним планом. Когда станешь командующим императорской гвардией, повторять свои ошибки будет уже слишком глупо.
Тан Хуна охватило волнение, и кровь закипела в жилах. Не находя слов, он поклонился и удалился.
Ли Цинчэн подошёл к столу и взял медную рыбку, рот которой был наполнен землёй. Осенью у Фэнгуань Фан Цинъюй засыпал туда семена, и теперь, с приходом весеннего тепла, неизвестно когда проклюнулись зелёные ростки, полные жизни, густые и пышные.
Прошло всего лишь двадцать два дня. Ли Цинчэн подсчитал на пальцах, и уголки его губ слегка приподнялись. Как бы осторожен ни был Сунь Янь, он всё равно никак не мог ожидать, что за чуть более чем двадцать дней Ли Цинчэн уже успел расставить ловушку, поджидая, когда тот в неё угодит.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/15658/1400724
