Сегодня плохая погода: после наступления ночи невидно ни звёзд, ни луны; небосвод же стал темнее и мрачнее, чем в обычные дни.
Во дворце Яогуан Чи Нин сидел и медленно ужинал, пока Гу Линсяо стоял перед столом соблюдая все правила приличия.
Старший совершенствующийся кушает, используя поразительно изящные движения – одна маленькая ложечка следует за другой маленькой ложечкой, будто страшась, что суп прольётся.
После ужина Чи Нин расположил ладони на краю стола и произнёс:
– Одолжи мне чутка духовной энергии.
Гу Линсяо немного не ясно расслышал:
– Что занять?
– Духовную силу. – Бессмертный Чи не носил плащ с капюшоном внутри комнаты, мужчина заправил волосы за уши, уточнив. – Я хочу вернуть своим волосам прежний вид.
Источник, из которого берет начало духовная энергия, является духовным корнем, благодаря которому обеспечивается её бесконечное пополнение.
В нынешних обстоятельствах Чи Нин может только поглощать духовную силу из духовных камней либо найти кого-то, у кого энергию можно позаимствовать.
Проникающая извне духовная энергия может быть использована для собственных нужд, но она имеет временный эффект, обычно действуя в течение большого часа*.
(*большой час – одна двенадцатая часть суток, был равен 2 часам)
Юноша откликнулся с согласным звуком и подойдя ближе, коснулся кончиками пальцев прохладной ладони наставника, начав медленно передавать свою духовную силу.
Гу Линсяо обладает огненным духовным корнем и властной духовной энергией, которая в теперешний ситуации циркулирует в каждой из четырёх конечностей и в сотнях костей Чи Нина, заставляя его испытать обжигающий жар под кожей.
Закончив передачу духовной силы, Линсяо наблюдал за мужчиной, который встал и аккуратно поправил одежду, направляясь к выходу.
– Так поздно, куда направляется шицзунь? – Молодой человек изначально питал надежду, что и сегодня сможет остаться в комнате шицзуня и повторить то, что сделал прошлым вечером.
Чи Нин нахмурился, не обращая внимания на надоедливого человека:
– Уходя, забери с собой коробку для еды.
– О. – Гу Линсяо почувствовал себя немного удручённо: ему почудилось, словно его выбросили после того, как им воспользовались.
Река Ланьюэ течёт с горы и когда она протекает через территорию пика Цуюй то сталкивается с преградой в виде скалы, из-за чего ниже по течению русло реки сужается, а в месте пересечения образовалось небольшое озеро.
В детстве Чи Нин часто приходил играть у озера, сидя на камнях у берега и наблюдая за карпами и креветками.
Но из-за того, что это место чересчур отдалённое, новые ученики не желают сюда наведываться и ныне озеро Ланьюэ превращается во всё более и более безлюдное.
По мере того, как совершенствующийся приближался к озеру Ланьюэ, окружающая его обстановка становилась гораздо сильнее заброшенной – исчезали огни и голоса людей. Чи Нин не беспокоился, он знал, что сегодня в данный час на берегу озера обязательно будет кое-кто.
И действительно, бессмертный Чи издалека углядел светящиеся точки, плавающие на поверхности озера.
Без лунного света эти огоньки выглядят ещё больше завораживающе. Они вздымаются и опадают, словно звезды спрятанные в рядах волн.
Чи Нин подошёл поближе и увидел, что Цзюцзэ сидит на прибрежных камнях, зажигая один за другим фонари в форме лотоса* и опускает их на поверхность воды.
(*Фонари в форме лотоса – их пускают по воде во время праздника «Фестиваль голодных духов», также известного как просто «Фестиваль духов», что делается с целью указания направления заблудившимся призракам и духам предков и другим божествам. Что-то вроде этого ↓
)
Чи Нин только хотел позвать шисюна, но обнаружил, что рядом с Цзе Цзюцзэ расположился ещё один человек.
Им оказался Ци Юйгэ.
Совершенствующийся Чи немедленно сомкнул уста и спрятался за берёзой у обочины дороги.
Удивительное зрелище – сегодня Юйгэ облачился в красные одежды, а его черные волосы рассыпались по плечам; он держит в руках кувшин с вином и сидит на ночном ветру, выглядя до безумия прекрасно.
Если бы это происходило раньше, когда Чи Нин с Ци Юйгэ находились в дружественных отношениях, то он бы вообще не избегал встречи с ним.
Только вот теперь всё по-другому: в павильоне Нуаньянь, одна фраза от таинственной личности «Наш глава вершины приложит все усилия, чтобы посодействовать» заставила сердце бессмертного Чи суматошно колотиться.
Среди них есть предатель, Чи Нин верит безо всяких сомнений в Цзе Цзюцзэ, так что подозрения… остаётся направить только в сторону Юйгэ.
Чи Нин пришёл сегодня вечером сюда, изначально собираясь рассказать Цзюцзэ об увиденном и услышанном в павильоне Нуаньянь, но так как Ци Юйгэ также находится здесь, то Чи Нин оказался вынужден наблюдать и ждать подходящего момента для действий.
У озера пьяный глава второго пика совершенствующийся Ци помешал руке Цзе Цзюцзэ, которая собиралась запустить речной фонарь.
Ци Юйгэ усмехнулся:
– Позволь мне тоже выпустить один.
Собеседник бросить взгляд на него и ответил спокойным голосом:
– Он не захочет брать твои вещи.
После услышанного, улыбка совершенствующегося Ци застыла на его лице. Он наклонился вперёд, приблизившись к Цзе Цзюцзэ на очень близкое расстояние, прошипев:
– Да, Сюй Похань не принимает мои вещи, но примет ли он твои?
– Он не знает в который по счёту раз переродился, как неоднократно пил суп Мэнпо*, что давно и полностью забыл о тебе. – Бил по больному Юйгэ**.
(*суп Мэнпо – суп забвения (отвар, который люди пьют после смерти, чтобы забыть о прошлой жизни)
** Пояснение переводчика (o^ ^o))
Ци Юйгэ произнёс свою речь очень ехидно.
Мужчина прекрасно знал, что сегодня годовщина смерти Сюй Поханя, но как нарочно прибыл в красной одежде. Заведомо зная, что ранит чувства Цзюцзэ и всё равно нанёс удар – точно прошёлся ножом по сердцу уже страдающего человека.
– Хватит! – Цзе Цзюцзэ схватил воротник собеседника грозно процедив. – Если хочешь сходить с ума – иди и сходи где-нибудь в другом месте, не марай его глаза.
Когда Юйгэ оказался поднят Цзюцзэ, материал его одежды немедленно придушил ему шею, отчего совершенствующийся побагровел.
Глава второго пика хриплым голосом признался:
– Я сошёл с ума. Шисюн, если я сейчас спрыгну отсюда, ты в следующем году тоже зажжёшь для меня лотосовый фонарик?
Бессмертный Чи, прячущийся за деревом, ясно и отчётливо слышал их разговор, он испытал потрясение и недоумение, так как никогда раньше не видел этих двоих настолько напряжёнными и находящимися на грани взрыва*.
(*дословно ~ меч обнажён и натянута тетива самострела)
Будучи младшим учеником Чи Нин начал своё обучение довольно поздно и к тому времени, когда стал учеником мастера Цин Фэна, двое его шисюнов уже оказались самостоятельными и выдающимися молодыми людьми.
В ту пору Чи Нин совсем ничего не знал и Цзе Цзюцзэ брал его с собой: обучал практике фехтования и вместе с ним обедал.
Совершенствующийся Чи следовал за Цзюцзэ по пятам, он знал всё, что Цзе Цзюцзэ делал.
Как-то раз во время обеденного перерыва Чи Нин лицезрел, как Ци Юйгэ пришёл во двор Цзе Цзюцзэ, парочка о чём-то пошепталась между собой и в конце Юйгэ обратился к Цзюцзэ:
– Старший брат.
Юный Нин запомнил данное обращение и позже нашёл возможность спросить у своего шифу*:
(Шифу – наставник, мастер)
– Могу ли я называть дашисюна* «старшим братом»?
(*Дашисюн – самый старший из соучеников (под одним мастером))
– Тебе не положено, – ответил мастер Цин Фэн постучав по голове Чи Нина, – ты пробыл здесь всего несколько дней, а Юйгэ и Цзюцзэ в близких отношениях состоят больше десяти лет.
Вне зависимости от слов шицзуня или сцен, которые мальчик видел собственными глазами, всё говорило Чи Нину о том, что отношения между Цзе Цзюцзэ и Ци Юйгэ очень хорошие.
Бессмертный Чи запамятовал, с каких пор два его шисюна перестали быть такими близкими.
Совершенствующийся понимал, что они больше не близки, но тем не менее не ожидал, что их отношения ухудшились до такой степени.
В кучевых облаках образовывались капли воды и ночью пошёл дождь.
Лотосовые фонари плавающая на поверхности воды, пострадали от внезапно начавшегося ливня – разлетевшись в дребезги, а фитили свечей в сердцевине фонарей весьма быстро потухли.
Ци Юйгэ и Цзе Цзюцзэ противостояли друг другу: пламя ярости Цзюцзэ взметнулось до небес, однако Юйгэ не испытывал ни малейшего страха и даже не моргнул глазом.
– Цзе Цзюцзэ ты ненавидишь меня, ведь только и мечтаешь, убив меня вернуть его к жизни, не так ли? – Капли дождя падали на лицо второго главы пика, пока мужчина растолковывал. – Но как бы я ни был плох, я не могу позволить тебе получить то, что ты хочешь. Я буду хорошо жить и ежедневно маячить перед твоими глазами.
Совершенствующийся Цзе потерял всякое терпение и сильно ударил собеседника в лицо кулаком.
Ци Юйгэ пошатнувшись отступил на несколько шагов и стукнулся ногой о край камня, уголки его рта побагровели.
Он не использовал свою духовную силу чтобы защититься от дождя и промок с головы до пят, да к тому же на его лице появились раны и в целом мужчина выглядел очень жалко.
После того как окинул взором поверхность озера Юйгэ внезапно рассмеялся:
– Свет фонаря погас, Сюй Похань в этом случае не увидит твоих чувств, почему он лишён возможности их заметить? Он обязан узреть насколько ты жалкий со своей односторонней любовью – напрасно ожидающий столько лет.
Произнося всё это Ци Юйгэ с силой бросил на землю кувшин с вином, который держал в руке.
Последовал резкий звук разбившегося кувшина и керамические осколки разлетелись повсюду.
Совершенствующийся Ци поднял кусочек и под шокированным взглядом Цзюцзэ, разрезал себе запястье.
Струйка алой крови извиваясь заскользила вниз по коже.
Кровь ярко-красного цвета орошает землю смешиваясь с дождевой водой, стремительно разбавляется и теряет свой первоначальный цвет.
Не известно, чересчур ли сильно он напился, но Юйгэ шатался и не казался в состоянии твёрдо устоять на ногах: мужчина нетвёрдой походкой направился взять фонарь в форме лотоса и капнул каплю своей крови на свечу.
– Таким образом она не погаснет. – Глава второго пика зажёг свечу и бросил фонарик в воду.
Тот свет действительно не погас, он отплывал постепенно прочь – уносимый водным потоком, пока его совсем не стало видно.
Совершенствующийся Цзе нахмурился, глядя на собеседника словно наблюдая за фарсом.
– Достаточно побезумствовал? – Цзе Цзюцзэ ни капельки не промок, его одежда и головной убор пребывали в безупречном состоянии, он холодным голосом обронил. – Я ухожу.
На огромном пространстве земли остался лишь Ци Юйгэ: мужчина довольно долго молчал, глядя на поверхность озера медленно покрасневшими очами.
P.S.
С Новым Годом!
Дракон пусть мечты исполнит,
Кошелёк пускай наполнит,
Пусть теплом согреет дом,
Чтоб дела шли на подъем,
Трудностей чтоб не встречали,
Год весь жили-пировали,
Не болели, не старели
И успех во всем имели!
http://bllate.org/book/15384/1356957
