(*Путь бесстрастности – это, как правило, метод Дао в фэнтезийных романах, который обычно требует от практикующих отрешиться от чувств и любови, чтобы достичь бессмертия.
P.S. Осознанная практика бесстрастности имеет глубокие корни во многих древних философских традициях. В буддизме, например, бесстрастность считается одной из ключевых добродетелей, которая помогает нам избежать страдания. Это не означает, что мы должны быть безразличны к окружающему миру, а скорее означает, что мы должны учиться принимать все события в жизни без чрезмерной привязанности и страха.)
– Юньцин, это чай, который я только что привёз из западного региона. Попробуй его на вкус, сможешь ли ты привыкнуть к такому напитку?
Юй Цзяо сидящий напротив Чи Нина в зале Яогуан, умело заварил чайник чай и налив напиток в чашку – передал Чи Нину.
Совершенствующийся попробовал на вкус один глоточек и похвалил:
– Все ваши вещи хороши.
Хотя чай был ароматным, в душу Чи Нина тем не менее закралось немного беспокойства: верховный глава Юй покинул и оставил без должного внимания превосходный дворец Фуинь, и пробыл во дворце Яогуан уже пять дней.
– Разве верховный глава Юй не слишком загружен своими делами?
– Не занят, – улыбнулся Юй Цзяо, – глава вершины Цзе пригласил меня, и я подумал о том, как же давно мы не виделись.
Цзе Цзюцзэ растолковал, что существует способ излечить болезнь Чи Нина, но данное средство слишком абсурдно – ведь предполагает совместное совершенствование двух людей с похожими духовными корнями.
Метод парного совершенствования позволяет компенсировать излишки и недостаток*, способный не просто восстановить повреждённые энергетические каналы Чи Нина, но ещё и может значительно повысить его уровень совершенствования.
(*Дословно – устранить, когда есть излишки, и даёт, когда есть недостаток)
Поэтому Цзе Цзюцзэ решил пригласить Юй Цзяо совершить данную поездку.
Дворцовый комплекс Фуинь расположен на острове в море и, хотя его местоположение окутано тайной, но он очень искусен в торговле и имеет большую известность в мире. Юй Цзяо является глава дворца Фуинь, выросший среди куч золота и серебра; много лет назад, когда Чи Нин путешествовал, он познакомился с ним и объединившись вместе – они посетили несколько мест для испытаний.
Юй Цзяо – приветливый и дружелюбный, всего за несколько слов может подружиться с человеком.
Чи Нин относится и общается с Юй Цзяо как с близким товарищем, но какой приятель будет ежедневно наведываться к нему и пристально наблюдать за ним с таким липкими взглядом.
Чи Нин почувствовал, что что-то не так, и предположил, что Юй Цзяо тоже считает это неуместным. Вот только несколько дней спустя Юй Цзяо вытащил крупный кусок коралла и пустив его в ход обратился к Чи Нину:
– Это подарок на помолвку, можем ли мы объединить наши семьи вместе*, как считаешь?
(*~ дословно – зарегистрироваться состоявшейся парой (стать членами одной семьи))
Чи Нин впервые услышал подобные слова.
Он оказался в замешательстве и ему ничего другого не оставалось, как немедленно сразиться с верховным главой Юй – устроив драку.
Как назло, Юй Цзяо очень упрямый и по-прежнему время от времени продолжал одаривать подарками Чи Нина, чтобы проявить своё хорошее расположение.
Это дело ранее вызвало много шума – просто спросишь кого-нибудь наугад и услышишь в ответ, что верховный глава Юй влюблён в одну красивую персону, но его чувства неотвратимо отвергнуты. Да ещё возможно поведают несколько историй о запутанных отношениях с влюблённостью и враждебностью, выдуманных в тавернах и чайных домах.
Юй Цзяо, который наконец-то насилу успокоился в последние несколько лет, ныне снова был вызван письмом Цзе Цзюцзэ.
Чи Нин пришёл в себя – вернувшись из своих воспоминаний и увидел, что собеседник смотрит на него очень серьёзно:
– Ты всегда отказываешь мне, что со мной не так? Ежели тебе мешает и смущает моё положение, то я больше не буду главой дворца. Северные рубежи* или южные реки**, куда бы ты ни хотел пойти, я пойду с тобой.
(*Сайбей, земли к северу от Великой китайской стены (обр. в знач.: Монголия)
** Цзяннань; заречье, правобережье реки Янцзы)
– Хорошо? – Глаза Юй Цзяо наполнились обжигающим жаром, его тело наклонилось вперёд, желая взять руку Чи Нина.
– Я… – Чи Нин колебался не представляя, каким образом начать разговор, но его размышления прервал звук у двери.
Створка с грохотом распахнулась, а дверное полотно заскрипело и затряслось, готовое упасть.
Гу Линсяо пинком распахнул дверь и как раз вовремя, чтобы увидеть, как Дэнту-цзы* собирается схватить руку шицзуня.
(*Дэнту-цзы – персонаж оды Сун Юя о сексуально одержимых людях, а по-русски просто бабник, кхм… Ну-с, с учётом того, что наш то ГГ не леди (｡•̀ᴗ-)✧)
Мальчик гневно выпалил:
– Что ты делаешь!
Меч Чжайчэнь с лязганьем покинул ножны и устремился в полёте прямо к Юй Цзяо.
Раздался громкий звук, совершенствующийся Юй быстро уклонился от меча, но белый мраморный стол между двумя людьми немилосердно был разрушен: разрезанные половинки повалились на пол.
Юй Цзяо очень расстроился, что его признание было прервано, мужчина посмотрел на ребёнка перед собой и спросил:
– Это кто?
Словно с неба нагрянувшее непредвиденное событие позволило Чи Нину вздохнуть с облегчением, худо-бедно он избавился от необходимости отвечать на чувства Юй Цзяо.
– Мой ученик, Гу Линсяо, – бессмертный Чи представил Линсяо и добавил, – извинись за неприличное поведение перед гостем.
Гу Линсяо приблизившись встал перед Чи Нином, выглядя бедолагой:
– Я не хотел этого, мне всё ещё затруднительно контролировать меч…
Он притворился белым кроликом с опущенными ушками:
– К тому же этот человек выглядит злодеем.
Юй Цзяо, которого всегда хвалили другие за его элегантность и привлекательность:
– ……?
***
Диалог Чи Нина и Юй Цзяо был прерван из-за вмешательства Гу Линсяо и так и не продолжился.
После того, как Гу Линсяо немного пошалил утром, он исчез на весь оставшийся день. Чи Нин почувствовал недоумение и после ужина отправился в комнату своего ученика, чтобы найти его.
«Тук-тук-тук» – постучал в дверь три раза, подождал немного, но внутри никто не ответил.
Совершенствующийся, толкнув открыл дверь и в этот самый момент увидел, что помещение совершенно пустое.
В горах за дворцом Яогуан есть река Ланьюэ*, по которой простирается арочный мост, соединяющий оба берега, с которого открывается великолепный ночной пейзаж.
(*Ланьюэ – обнимающая луну)
Гу Линсяо сидел в конце моста, свесив одну ногу вниз и качая ею туда-сюда.
Под ногами течёт тихая река, отражая в себе бесчисленные звезды и луну.
Мальчик провёл на мосту полчаса, но не заметил красоты окружающего пейзажа, все мысли в его голове были полностью заняты шицзунем.
Если бы нынче он не пришёл своевременно, возможно ли что Чи Нин в результате согласился бы с этим по фамилии Юй?
Если согласится, Гу Линсяо изо дня в день придётся смотреть на неприятную физиономию. Если же не согласишься, то в будущем появятся и другие сумасшедшие пчёлы* и распущенные бабочки*.
(*Метафора легкомысленного и распутного человека: пчелы – юноши, бабочки - девушки)
Сколько не прикидывая и так и этак, а всё равно каждый раз получается безвыходное положение.
Даже хуже, чем в прошлой жизни, когда удержал Чи Нина пленником рядом с собой и вся его личность принадлежала ему – как можно будет начхать на то, где его сердце обретёт покой?
За спиной донёсся шуршащий звук ломающихся веток под ногами и Гу Линсяо, обернувшись, увидел Чи Нина, пришедшего в его поисках.
На вершине горы в середине летней поздней ночи до сих пор прохладно; Чи Нин одет в тонкую верхнюю одежду, его внешний вид имеет непринуждённость и элегантность, как будто бы лунный свет воплотил бессмертное существо.
Тот бессмертный подошёл к ребёнку и спросил:
– О чём ты думаешь?
Гу Линсяо вспылил:
– Размышляю о тренировочных методах.
Старший совершенствующийся молча взирал на поверхность реки.
Линсяо ощутил, что Чи Нин похож на холодный деревянный столб, который невозможно согреть. Если не выложить на чистоту, Чи Нин не поймёт, что он злится?
Таким образом, мальчик намекнул:
– Шицзунь с детства живёт на вершине пика Цуюй и не ведает о происходящем у подножья горы. В некоторых семьях позволяют постороннему человеку войти в дом, но у этого человека оказываются злые намерения, и он так сильно беспокоит домашних, что ни курицы, ни собаки не находят покоя*.
(*никому житья нет; жить в вечной тревоге [в беспокойстве])
Чи Нин нахмурил брови и подумал, что «посторонний человек», о котором говорит малыш, должно быть, подразумевает мачеху.
– Ты боишься, что я найду тебе мачеху? – бессмертный Чи погладил ученика по голове, наполненную странными мыслями. – Юй Цзяо только что ушёл, не думай о всякой ерунде.
Яркая луна светит на небе, звезды же отражаются в воде.
При дуновении ветра рябь распространяется по поверхности воды в отдалении и в близи, искрясь сверкающим светом.
Чи Нин услышал, как Гу Линсяо поинтересовался:
– Какой тип людей нравятся шицзуню?
В течение некоторого времени мужчина не представлял, что ответить.
Перед тем как уйти Юй Цзяо так же допытывался у него:
– Интересно, а что за человек сможет завоевать благосклонность бессмертного Чи.
Чи Нин никогда не задумывался об этом вопросе. В молодости он был полон энергии и свободолюбия, его характер был подобен неукротимому коню, не желающему подчиняться ограничениям. Позже, когда принял ученика, стал добросовестно заботиться о своих детях. А затем Гу Линсяо пал под влияние зла и Чи Нин уж тем более не осмеливался размышлять на эту тему.
Кроме того, Чи Нин отличается от других – у него растут мягкие и пушистые перья. Когда он был маленьким, шисюн обманывал его, заставляя превращаться в свою истинную форму и гладил его перья, держа на ладони.
Каково определение человеческой любви?
Чи Нин любит яркие ночные жемчужины и ему нравится, когда другие гладят ему пёрышки, однако он не считает, что таким образом может искренне довериться кому-то.
Весьма затруднительно ломать свою голову над ответом, поэтому мужчина решил солгать, чтобы одурачить малыша:
– Я практикую путь бесстрастности, у меня не будет партнёра по совершенствованию.
Гу Линсяо не был счастлив услышав такой ответ.
Совершенствование бесстрастности пути заключается в том, чтобы освободиться от желаний, чувств, привязанностей и препятствий.
Чи Нину не понравится Юй Цзяо, а также не понравится и никто другой.
– Тогда не влюбляйтесь ни в кого, подождите, пока я вырасту, – попросил Линсяо, его голос становился всё тише, и последние несколько слов были почти неслышны, кроме как для него самого.
Чи Нин долго стоял на ночном ветру, его пальцы замёрзли, он не расслышал слова Гу Линсяо и бездумно ответил:
– Хорошо.
http://bllate.org/book/15384/1356952
