Юдер вспомнил свою первую встречу с Канной, теперь он понял, что на самом деле её выражение лица было не агрессивным, а весьма печальным.
Тогда, перед "Голубой короной", на вступительных испытаниях в Кавалерию, Юдер подумал, что она рассержена. Затем он подумал, что она относится к тому типу людей, которые не могут содержать нервозность, но все эти предположения были ложными. Выслушав ее историю, он, наконец, понял, почему выражение ее лица было таким суровым.
Для Канны это был первый настоящий выбор и испытание, от которого зависела ее дальнейшая жизнь.
После рассказа всей своей истории в глазах Канны пресекался целый океан беспокойства и грусти, из-за которого было невозможно почувствовать радость от раскрытия чужого секрета. Она молча склонила голову перед Кишиаром, как преступница, ожидающая своего наказания.
— Что ты планируешь делать дальше, если уйдешь из Кавалерии?
Первый вопрос Кишиара был очень кратким. Канна непонимающе моргнула, возможно, застигнутая врасплох его неожиданным ответом, и, наконец, открыла рот.
— Как я и планировала изначально... Я подумываю о поездке за границу.
— С твоими способностями будет нелегко стать наемницей, не так ли?
— Я хотела присоединиться к бродячей театральной труппе. Думаю, я бы преуспела в качестве гадалки.
— Понимаю, тебе бы подошло. Ты много думала об этом.
— ... Простите?
Когда Канна с озадаченным лицом, переспросила голос Кишиара внезапно стал холодным.
— Но, Канна Ванд, тебе не кажется, что сослуживцы, с которыми ты общалась, будут сильно скучать и переживать, если ты внезапно покинешь отряд?
— Почему вы так говорите?
Способности Канны были необходимы для исследования Красного камня. Ее способности были важнее, чем она могла себе представить
Как можно было сравнить бродячую театральную труппу с безопасной и славной Кавалерией? Даже если она действительно совершила преступление и ее нашли, они должны были оставить её себе любой ценой. Юдеру не понравилось то, что сказал Кишиар.
Когда глаза Юдера тайно сверкнули, Канна решительно заговорила:
— Я была бы очень благодарна, если по мне будут скучать, хотя это очень грустно. Моё пребывание в Кавалерии было наполнено счастьем, мои коллеги очень хорошие и веселые люди. Я в неоплатном долгу перед командиром, который принял меня, и перед Юдером, который не раз помогал мне, мне за всю жизнь не вернуть всей доброты, полученной здесь. Однако именно по этой причине я считаю правильным оставить отряд Юдеру и моим коллегам. Я готова принять любое наказание за ложь о своём происхождении.
Ее глаза были полны печали, но она держалась спокойно и достойно говоря это.
— Ты готова принять любое наказание?
— Да.
— Если ты действительно готова принять это, ты не можешь отказаться, каким бы ни было моё решение.
— Командир.
Юдер позвал Кишиара, нахмурившись. Однако в тот момент, когда их взгляды встретились, Юдер осознал, что он чего-то недопонял.
Он не осознавал этого, потому что его голос был таким серьезным, но в красных глазах, которые он увидел, был озорной блеск.
— Мои подчинённые действительно странные. Я так старался создавая Кавалерию целых два года, но все таланты, которые прошли жесткий отбор и сложнейшие тренировки совсем не чувствуют привязанности к этому месту.
— ...
— Не уверен, это я смотрю на мир иначе или кавалеристы действительно чудаковатые.
Канна, которая стояла с опущенной головой и смотрела в пол, медленно подняла глаза вверх, казалось, озадаченная странными словами. Кишиар посмотрел на нее нежным взглядом, на его лице появилась неторопливая улыбка, и он открыл рот.
— Итак, Канна Ванд. Твое наказание - стать заместителем командира в дивизии эрудитов.
— ... Простите?
— Откровенно говоря, тот, кто не получил фамилию, не может считаться членом семьи, так что ты не солгала. Независимо от того, что говорит граф Галлон, ты не можешь оставить Кавалерию так просто. Но ты сама напросилась на наказание. Ты пыталась так легко покинуть, предположительно, прекрасную Кавалерию, поэтому у тебя нет выбора, кроме как усердно трудиться и расплачиваться за свои грехи.
— Но, но Командир. Что это значит? Я...
Канна с испуганным выражением пыталась возразить но Кишиар прервал ее решительным взмахом руки.
— На этом все. Я вынес решение. Возвращаемся.
Юдер наконец вздохнул с облегчением. Когда он последовал за Кишиаром, который без колебаний повернулся, Канна в замешательстве окликнула их.
— Командир. Вы точно поняли, что я вам только что говорила? В каком смысле заместитель? Я не понимаю. Юдер! Скажи что-нибудь!
— Это лучше, чем быть помощником.
— О чём ты? — крикнула Канна, но Юдер не ответил.
Он не хотел признавать, что говорил об уходе из подразделения, как Канна, и отказывался от предложения Кишиара стать заместителем, но в итоге все равно стал помощником командира.
«Ну, кроме этого ... в прошлой жизни этот отдел не имел заместителя.»
Во времена, когда Кишиар был Командиром, он не назначал заместителя в отдел эрудитов, потому что там было критически мало людей. Позже, когда Юдер занял эту должность и подразделение эрудитов расширилось, должность заместителя была добавлена. Однако, он не ожидал, что это произойдёт сейчас.
Причина по которой Кишиар назначил Канну заместителем подразделения, состоящего всего из десяти человек, заключалась не в том, что это было действительно необходимо.
Скорее всего, это было сделано из уважения, а также для облегчения ее бремени. Это назначение делало ее пребывание в кавалерии более комфортным. Однако, будущее, о котором знал Юдер, вновь изменилось. Это был положительный результат.
— Юдер Айл.
— Да.
— Что ты собирался делать с графом Галлоном в Кавалерии со своей силой?
Прервав свои размышления, Кишиар внезапно заговорил. Юдер некоторое время молчал, затем быстро оглянулся, чтобы проверить, где Канна. Она медленно следовала за ними на довольно большом расстоянии, значит можно было спокойно ответить.
— Я планировал... немного помочь ему осознать реальное положение дел.
— В твоём понимании "немного" это?
— Достаточно, чтобы поползли слухи о том, что любой, кто свяжется с кавалеристом, не сможет уйти целым и невредимым.
Услышав ответ Юдера, Кишиар наклонил голову со своеобразной улыбкой.
— И кто должен после тебя убирать?
— Разве вы не говорили, что будете хорошо заботиться о своем помощнике, сэр?
Юдер смело возразил, подразумевая, что, конечно же, сейчас он не смог бы справиться даже с такой проблемой самостоятельно. Красные глаза Кишиара, как у сытого зверя, наполнились довольным, ленивым мерцанием.
— Это верно. Я действительно так говорил.
Кавалерия нуждалась в репутации и демонстрации силы сейчас больше чем в чем-либо. Даже при всевозможных похвалах со стороны Императора, об этом все равно знал бы только узкий круг лиц.
Чтобы имя Кавалерии стало широко известным по всему континенту, необходимо было создать несколько шумных историй.
В его предыдущей жизни основополагающим событием было объявление Кишиара о том, что он является владельцем божественного меча. Однако в этой жизни этого не произошло. Но что, если произойдет инцидент, связанный со злым дворянином, которого жестоко избили и прогнали члены Кавалерии, пытавшиеся защитить товарища?
Даже если бы это не могло сравниться с историей о божественном мече, мир был бы глубоко потрясен тем фактом, что простолюдины могли осмелиться сотворить такое с дворянином и не столкнуться с какими-либо последствиями.
— Таким образом, они никогда не забудут имя Кавалерии.
Казалось, что Кишиар уже представил себе это, из-за чего крайне развеселился.
Как выглядело бы претенциозное лицо аристократа после пережитого позора, который навсегда запятнал бы историю его рода? Юдер испытал редкое чувство удовлетворения и молча приподнял уголки рта.
— Тогда, я так понимаю, вы одобряете.
— Не веселитесь в одиночку. Пригласите и меня. Может ли быть что-нибудь интереснее, чем наблюдение за дракой?
Услышав эти слова, Юдер вспомнил старика и молодого человека, которых он встретил ранее. Он вспомнил, кем был старик, который любил смотреть бои, ещё когда увидел его впервые.
«Таис Юлман, один из старейшин Жемчужной башни, Архимаг. Я не ожидал, что он посетит Императорский дворец в это время..»
В отличие от других, удостоенных титула Верховного мага, Таис не был опытен в атрибутивной магии. Он приобрел свою известность исключительно благодаря разнообразным исследованиям, направленным на проникновение в суть мира с помощью магии.
Он доказал, что воздух и магия - это разные вещи, и он исследовал различия между материалами, созданными магией, и реальной природой.
Даже при том, что он не мог использовать атакующую магию, было хорошо известно, что никто не мог сравниться с ним по силе разрушения.
Почему из всех людей именно Таис Юлман пришел в императорский дворец? Более того, почему он был одет как обычный благородный старик вместо того, чтобы носить одеяние, предназначенное исключительно для магов Жемчужной башни?
«Что ж, учитывая выбранное время и его репутацию, вывод очевиден.»
Возможно, он просто хотел тихо посетить дворец, не раскрывая свою личность, и встретиться с придворными магами Империи Орр.
Однако появление Архимага, специализирующегося на магических исследованиях, в императорском дворце, как только туда был доставлен Красный камень, ясно указывало на его цели, не так ли?
Вероятно, Таис Юлман примчался сюда из Жемчужной башни в тот момент, когда услышал новость об успешном возвращении Красного камня. Должно быть, он не смог совладать с желанием немедленно взять камень и изучить его. Его волю можно считать волей всей Жемчужной башни.
«Кишиар, должно быть, тайно сообщил о возвращении одному императору, но по какой-то причине, кажется, что новость уже распространилась по всему континенту.»
В своей предыдущей жизни, когда Юдер исследовал Красный камень, он не смог выяснить, кто его обработал. Информация о Жемчужной башне была совершенно секретной.
Более того, к тому времени, когда Юдер начал свое расследование, с момента краха башни прошло уже несколько лет. Неизвестно, был ли Таис Юлман жив к тому времени.
«Таис Юлман... Я должен это запомнить.»
http://bllate.org/book/15337/1355035
