Готовый перевод Ah? Me? / А? Я?: Глава 15.

Глава 15. Арендная плата

«И зачем ему такие странные сложности?» — Вэй Юй на мгновение задумался над словами друга.

Честно говоря, с Фу Чжэном он был знаком шапочно. Если не считать того случая, когда младший Фу сам пришел к нему в новый бар, чтобы разузнать о делах брата, и они просидели весь вечер за выпивкой, — в остальное время их пути почти не пересекались. Обычное светское знакомство: кивок при встрече, не более того.

И теперь — приглашение на лыжи. С бухты-барахты. Вэй Юй даже не сразу сообразил, как подступиться к этому разговору.

Впрочем, «неудобно» не значило «невозможно».

Вэй Юй прекрасно знал, что Фу Чжэн сейчас вовсю плетет свои интриги и строит коварные планы. Стоит мажору прознать, что Фу Сыхэн собирается на горнолыжный курорт, он костьми ляжет, но увяжется следом. Об этом можно было не беспокоиться.

Проблема заключалась в том, как именно донести до него эту информацию. Нужно было разыграть всё так изящно и непринужденно, чтобы у Фу Чжэна и мысли не возникло о подвохе. Прямое приглашение наверняка заставило бы подозрительного парня искать скрытые мотивы.

Вэй Юй поразмыслил ещё немного, и план созрел сам собой. Обида на Фу Сыхэна за сорванную встречу мгновенно улетучилась, сменившись азартом.

И дело было вовсе не в крепкой мужской дружбе. Ему просто до смерти хотелось понаблюдать за этой семейной драмой братьев Фу. Сыхэн редко радовал его подобными подробностями, и упускать такой шанс было бы преступлением.

Чистое любопытство — и никакого сочувствия к будущим жертвам.

В это же самое время в университетском общежитии Фу Чжэн внезапно чихнул. Он не придал этому значения, ведь все его мысли были заняты Тао Чжи.

Если верить советам того бедолаги из чата — «брата 178 тысяч», которого в интернете развели на кругленькую сумму, — Фу Чжэну сейчас требовались совсем не те фото, что прислал Тао Чжи.

Стратегия опытного (хоть и обманутого) «эксперта» была проста: нужны пикантные снимки. Ключицы, изгиб спины, открытое плечо или стройная ножка — эдакая игра на грани фола. Сначала фото для разогрева интереса, затем ни к чему не обязывающий флирт, пара реальных встреч — и вот уже Фу Сыхэн на крючке, готов подписывать брачный контракт.

Именно этот «Великий план» 178-тысячного казался Фу Чжэну верным путем к успеху. Поэтому-то он и требовал от Тао Чжи «снимки ног».

И ведь сработало! Фу Сыхэн в ответ на эти «невинные» кадры прислал ворох платьев от кутюр, каждое из которых стоило целое состояние. Старший брат оказался куда щедрее интернет-мошенников. Казалось бы, куй железо, пока горячо...

Но Фу Чжэн колебался. Видя, как Тао Чжи старательно делает «неправильные» фото и отправляет их Сыхэну, он почему-то не нашел в себе сил вмешаться.

Стоило ему представить, как Тао Чжи начинает слать брату те самые откровенные снимки, о которых говорил «эксперт», как внутри всё начинало клокотать от непонятного раздражения.

— Фу Чжэн, я всё сделал.

Тао Чжи, понятия не имевший о буре в голове соседа, осторожно высунул голову из-за двери ванной. Он невинно захлопал глазами, ожидая дальнейших указаний.

Его лицо выражало крайнюю степень послушания, хотя в глубине души парень совершенно не понимал мотивов обоих братьев. У него не было опыта в любви и уж тем более в общении с девушками, поэтому требования Фу Чжэна казаться дамой на фото казались ему просто странной причудой богача.

Да и Фу Сыхэн не отставал. Зачем слать столько баснословно дорогих нарядов, если можно просто нанять профессиональную модель? Тао Чжи ведь даже лица не показывал, а старший Фу не только не возмутился, но и отвесил комплимент: «Красиво, тебе очень идет».

У богатых свои причуды.

Впрочем, если клиент доволен — значит, работа выполнена качественно. Тао Чжи даже ощутил легкий укол гордости. Он смотрел на Фу Чжэна сияющими глазами, словно ребенок, выполнивший сложное поручение и ждущий заслуженной похвалы.

Хвалить его мажор не собирался — лишь буркнул что-то невнятное в ответ. Но встретившись с этим восторженным взглядом, Фу Чжэн на пару секунд замялся, а затем достал телефон и перевел парню три... нет, одну тысячу юаней.

Цель достигнута.

Стоило «маленькому скряге» увидеть уведомление о пополнении счета, как его глаза радостно сощурились, превратившись в два полумесяца.

— Спасибо, Фу Чжэн! — На этот раз Тао Чжи принял деньги молниеносно, без тени привычного смущения.

Это была честно заработанная награда! Платье оказалось настоящей пыточной камерой, так что тысяча юаней была самой малой компенсацией за его страдания. В этот момент он готов был расцеловать экран своего телефона.

«Хм... Дешево же он ценит свой труд. Тысяча юаней — и столько счастья», — Фу Чжэн снова почувствовал укол досады.

Но придираться к Тао Чжи он не стал. Вместо этого он бесцеремонно забрал у него смартфон и переслал себе ту самую фотографию, которую только что получил Фу Сыхэн.

«Пусть будет так. Снимок и впрямь хорош».

Тонкие пальцы, коснувшиеся кружева на груди... Мягкий изгиб запястья, прикрывающий глубокий вырез лифа, который парень так и не смог заполнить... Аккуратные, чистые ноготки, сквозь которые просвечивал нежно-розовый оттенок кожи...

Фу Чжэн не удержался и увеличил изображение, внимательно изучая детали.

«Может, и не стоит сразу пускать в ход тяжелую артиллерию. Невинность тоже может быть оружием. Вдруг Фу Сыхэн клюнет именно на это?»

Да и само фото... было в нем что-то неуловимо притягательное. Фу Чжэн бросил еще один взгляд на экран и хмыкнул: если уж это не соблазнит брата, значит, у того точно проблемы со зрением. Пора увольняться и записываться к окулисту.

С этой мыслью он спрятал фото в защищенный паролем альбом и отвернулся. Тао Чжи лишь недоуменно склонил голову, глядя ему в спину.

.....

Если верить «брату 178 тысяч», после первого же игривого диалога отношения должны были стремительно пойти в гору. В идеале — как у него: каждое утро начиналось с нежного «С добрым утром, любимая», а количество сообщений в день переваливало за три сотни.

Тогдашний Фу Чжэн: «Правда? Всё так просто?»

Нынешний Фу Чжэн: «Какая к черту любимая? Твоя зазноба — мошенник, который кинул тебя и скрылся в тумане, а ты до сих пор его ищешь».

«Брат 178 тысяч»: «?»

Фу Чжэн становился всё более дерганым и агрессивным, но, как ни странно, прогноз мошенника начал сбываться: Фу Сыхэн и Тао Чжи действительно стали ближе.

Конечно, до трехсот сообщений в день дело не дошло, но они стабильно переписывались раз в пару суток. А вместе с общением в общежитие хлынул поток подарков.

Платья, брендовая одежда из новых коллекций, сувениры из командировок — Фу Сыхэн слал всё подряд. Два хлипких шкафа в комнате общежития затрещали по швам.

Тао Чжи еще как-то справлялся: он был аккуратным и работящим, постоянно наводил порядок, так что вещи просто плотно лежали на полках. Фу Чжэн же действовал по принципу «запихнуть и забыть», при этом категорически запрещая помощнику вмешиваться.

Кончилось всё предсказуемо. Однажды мажор открыл дверцу, и на него обрушилась лавина из шелка и атласа — вещи горой вывалились прямо на пол.

Фу Чжэн замер в ступоре.

Тао Чжи оцепенел от ужаса.

Двое других соседей по комнате тоже застыли, не веря своим глазам.

Один из них, узнав в куче тряпья женские юбки, осторожно поинтересовался:

— Фу Чжэн... а зачем тебе в шкафу столько женских платьев? Это... твоей девушки?

У Тао Чжи сердце ушло в пятки. К счастью, Фу Чжэн никогда не отличался вежливостью. Короткое «Не твое собачье дело» мгновенно отбило у соседа желание задавать вопросы.

«Эх, мне бы его уверенность...» — вздохнул про себя Тао Чжи.

Кризис миновал, но проблему нужно было решать. Не из страха разоблачения, а просто потому, что место закончилось! Каждое утро Фу Чжэн тратил вечность, чтобы выкопать свои вещи из-под завалов подарков брата.

Не выдержав, он решил снять квартиру. Тао Чжи только ахнул — такая расточительность не укладывалась у него в голове. Но вспомнив, что его «золотой господин» — богатый наследник, он тут же обеими руками поддержал идею.

Однако найти подходящий вариант за пару дней не удалось.

По счастливой случайности, когда они в очередной раз заглянули к Жун Хуаю, тот обмолвился, что у него в студии пустует небольшая кладовка — квадрата два-три, не больше. Он предложил Фу Чжэну арендовать её под склад.

Цену ломить не стал — сказал, мол, плати сколько не жалко, тысяч пять юаней будет в самый раз.

Для элитного торгового центра в самом сердце города пять тысяч за каморку — цена почти символическая. Жун Хуай явно проявил благородство.

«Черт...»

Раньше Фу Чжэн на такую сумму даже не взглянул бы, упади она на пол. Но времена изменились. Сейчас он был настолько стеснен в средствах, что едва наскребал деньги для выплат Тао Чжи. Пять тысяч для него были ощутимой потерей.

...И всё же он согласился. Другого выхода просто не было — эти проклятые платья Фу Сыхэна нужно было куда-то девать.

Скрипя зубами, Фу Чжэн перевел Жун Хуаю арендную плату за первый месяц. Тот даже удивился: зная привычки мажора, он ожидал оплаты сразу за полгода, а то и за год вперед.

«Ну да ладно, месяц так месяц, мне-то что», — подумал Босс Жун и взялся за дело.

Спустя неделю, когда парни снова пришли в студию, бывшую кладовку было не узнать. Помещение сияло чистотой. Наряды от Фу Сыхэна, заботливо упакованные в пылезащитные чехлы, висели в ряд согласно фасонам. Украшения и аксессуары были разложены по подписанным коробочкам.

Более того, Жун Хуай умудрился выкроить место для небольшой фотозоны.

Владелец студии был человеком проницательным. Фу Чжэн ничего ему не объяснял, но Жун Хуай по их поведению и случайным оговоркам уже давно сложил этот пазл.

«Нынешняя золотая молодежь — те еще затейники», — посмеивался он про себя. Но шоу ему нравилось, и он готов был в нем поучаствовать. Именно поэтому он сам навел идеальный порядок и обустроил студию — за пять-то тысяч аренды он в жизни бы не стал так утруждаться.

— Пока как-то так. Если что-то не нравится — переделывайте под себя, — Жун Хуай распахнул дверь.

Тао Чжи вошел следом и восхищенно охнул. Комната была крохотной, но безупречно чистой и светлой. Напротив вешалок красовалось огромное зеркало в пол, рядом стояли профессиональные лампы. Заботясь о чувствах «модели», Жун Хуай даже отделил занавеской угол для переодевания.

Для своих целей каморка была идеальной. Она стоила каждого потраченного юаня — по крайней мере, так считал Тао Чжи.

А вот Фу Чжэн выглядел тучнее грозовой тучи. Он замер в дверях, окинул взглядом плод трудов Жун Хуая и позвал помощника.

— Что такое? — обернулся Тао Чжи.

— У меня есть дела. Оставайся здесь, я заберу тебя позже, — бросил Фу Чжэн бесцветным тоном.

— А? Хорошо, — послушно отозвался парень, хоть и был озадачен.

Мажор поспешно ушел. Но стоило ему скрыться за поворотом, как маска безразличия слетела с его лица, уступив место ярости и отчаянию.

Фу Чжэн был на мели — и это бесило его больше всего на свете. На карте почти не осталось денег, он больше не мог оплачивать даже пребывание Тао Чжи в студии Жун Хуая, не говоря уже о чем-то большем. Похоже, у этого «маленького натурала» в заначке сейчас было больше средств, чем у него.

«Докатился... Как я вообще до этого дошел?!»

Раздражение на Фу Сыхэна росло с каждой секундой, грозя перерасти в настоящую ненависть. Фу Чжэн достал смартфон и нашел на карте ближайший ломбард.

С ледяным выражением лица он зашагал прочь из торгового центра.

http://bllate.org/book/15307/1601544