Только когда ученики получили экзаменационные листы, раздались крики отчаяния, и кто-то с жалобой в голосе произнес:
— Учитель, эти задания слишком сложные, как их вообще можно решить? Это же не олимпиадные задачи для обычных людей.
Этот ученик был из средних, тяготеющих к верхней части рейтинга в кружке олимпиадной математики, и его слова нашли единодушную поддержку у всех остальных.
Даже Ли Жань, раздававший экзаменационные листы, невольно скривил губы, а его глаза невольно бросили на стонущего одноклассника взгляд полного согласия.
Ляо Юаньбай еще не получил свой лист и не знал, как именно выглядит задание. Однако, наблюдая за бурно обсуждающими что-то одноклассниками, он только моргнул. Учитель по олимпиадной математике, похоже, был недоволен гвалтом учеников. Он подошел к кафедре, взял указку и слегка постучал ею, нахмурив брови.
— Чем вы занимаетесь? Сейчас идет контрольная работа! Кто разрешил вам так громко шуметь? Вы вообще понимаете, что такое экзамен?
Учитель олимпиадной математики был очень строгим человеком, и как только он заговорил, все обсуждавшие что-то ученики тут же заткнулись. Во всем классе слышался лишь шорох бумаги, когда Ли Жань раздавал листы. Учитель остался всем доволен, сел за кафедру и отложил указку.
Подошедший к Ляо Юаньбаю Ли Жань взглянул на него и тихо сказал:
— Сегодняшние олимпиадные задачи довольно сложные...
В его голосе, казалось, звучали отчаяние и безнадежность.
Ляо Юаньбай подумал про себя, что, вероятно, этот парень сейчас переживает настоящее отчаяние. Однако это лишь разожгло любопытство самого Ляо Юаньбая. Ему очень хотелось посмотреть, что же это за такие задачи, которые заставили застонать весь кружок олимпиадной математики. В конце концов, в этом классе не было ни одного слабака. Все они были лучшими в математике учениками Девятой средней школы, иначе они бы просто не попали в этот кружок.
Даже если они не смогут завоевать каких-либо наград на олимпиаде, сам факт участия в ней уже заставит многие обычные старшие школы провинции взглянуть на них с уважением. Не говоря уже о том, что если они получат награды на олимпиаде по математике, многие ключевые старшие школы наверняка протянут им оливковую ветвь.
Наконец-то пригодится, подумал про себя Ляо Юаньбай. Вчера вечером он всю ночь прорешивал олимпиадные задачи — похоже, не зря. Неизвестно, с каких пор Ляо Юаньбай привык каждый день после уроков читать учебники. Это стало для него так же естественно, как есть и спать. Более того, эти учебники совсем не казались ему скучными; напротив, они лишь сильнее разжигали его любопытство и заставляли с огромным энтузиазмом стремиться к получению новых знаний.
Он был словно губка, жадно впитывавшая воду в океане знаний.
В тот момент, когда он получил экзаменационный лист, даже подготовленный морально Ляо Юаньбай на мгновение застыл. Если бегло взглянуть на эти задачи, они не кажутся особенно сложными. Но когда дело доходит до того, чтобы взяться за ручку, он вдруг ощущает некое замешательство, не зная, с чего именно начать.
Ли Жань и Ляо Юаньбай встретились взглядами, первый пожал плечами и вернулся на свое место.
Ляо Юаньбай вздохнул и сначала написал свое имя. От листа исходил приятный запах свежей типографской краски, и он даже казался немного теплым. Видимо, учитель математики только что его отпечатал. Ляо Юаньбай начал медленно решать первую задачу. Она оказалась не такой уж сложной — задача по алгебре.
Просто ее условие было несколько запутанным, а ход мыслей — довольно изощренным. Но если уловить эту мысль, она ничем не отличалась от обычных задач на экзамене для поступления в старшую школу. Ляо Юаньбай быстро справился с ней. Затем он перешел ко второй задаче.
Хм, Ляо Юаньбай причмокнул губами. Это была задача на функции, кажется, даже выходящая за рамки программы. Но для него это не было проблемой. Хотя он и не заканчивал математический факультет, но на первом курсе его целый год мучили высшей математикой.
Затем третья задача... Четвертая задача... Когда Ляо Юаньбай закончил с заданиями на заполнение пропусков, он повернул голову и заметил, что Ли Жань, кажется, как раз решает задания из средней части этого блока.
По логике вещей, Ли Жань входил в пятерку лучших учеников всего потока и пользовался таким расположением учителя олимпиадной математики в кружке. Значит, Ли Жань, должно быть, лучший в математике во всем потоке. Возможно, у него даже есть перекос в предметах, иначе его результаты были бы выше пятого места. Увидев, как Ли Жань ломает голову над задачами, Ляо Юаньбай примерно понял, каков его собственный уровень способностей в Девятой средней школе.
Учитель олимпиадной математики тоже естественным образом заметил мелкое движение Ляо Юаньбая. Ему было любопытно, до какого места тот уже дошел. Но он сидел за кафедрой и не спускался вниз. В тот момент, когда Ляо Юаньбай повернул голову, их взгляды встретились. На мгновение Ляо Юаньбай почувствовал себя очень неловко.
К счастью, учитель олимпиадной математики быстро перевел взгляд на других учеников. Собравшись с мыслями, Ляо Юаньбай продолжил решать свои задачи. Возможно, потому что, хотя условия этих задач и были сложными, проверяя мышление и воображение учеников, для Ляо Юаньбая они не представляли особой трудности.
Ляо Юаньбай решал быстро, его ручка неустанно скользила по листу с шуршащим звуком. Во всем классе было слышно, как он усердно пишет. Ли Жань с изумлением повернул голову.
Увидев выражение лица Ляо Юаньбая, полностью погруженного в решение задач и неспособного оторваться, он остолбенел. Во всем потоке его математические результаты были лучшими. Но столкнувшись с таким набором заданий, он действительно чувствовал себя беспомощным. А вот его новый сосед по парте, если не сказать, что щелкает задачи как семечки, то решает их с поразительной легкостью. Ли Жань уже начал сомневаться в смысле жизни.
И ведь этот одноклассник — новичок, который только вчера впервые столкнулся с олимпиадными задачами! Неужели это вообще... Да он просто не человек! — мысленно возмутился Ли Жань и снова погрузился в свои задачи.
Когда Ляо Юаньбай добрался до заданий с развернутым ответом, то понял, что по сравнению с ними предыдущие задачи были не такими уж сложными. Он начал последовательно изучать условия, немного подумал и приступил к ответам. Вскоре весь лист был испещрен плотными записями Ляо Юаньбая.
В тот момент, когда Ляо Юаньбай вывел последнюю формулу, весь класс все еще ломал голову над заданиями. Увидев, что весь лист Ляо Юаньбая исписан, Ли Жань с удивлением тихо спросил:
— Одноклассник, ты уже все решил?
Ляо Юаньбай обернулся, взглянул на Ли Жаня и в его глазах увидел изумление. Сжав губы, он кивнул и так же тихо ответил:
— Да, закончил, только что.
Учитель олимпиадной математики поправил очки и громко сказал:
— Ученики внизу, не перешептывайтесь! Если закончили, сдавайте работы.
Конечно, большинство учеников внизу не слышали разговора Ли Жаня и Ляо Юаньбая. Они мысленно ворчали: такие сложные задания, разве кто-то, кроме пришельца, сможет решить их так быстро? Едва они подумали это, как в классе раздался скрип стула.
Подняв головы, они увидели, как вчера прибывший новичок с листом в руках подошел к кафедре, чтобы сдать работу.
Учитель олимпиадной математики, глядя на испещренный записями лист, сначала не стал его разглядывать, а вместо этого спросил Ляо Юаньбая:
— Ты правда все решил? Ничего не упустил, нет ошибок в вычислениях?
Ляо Юаньбай покачал головой и уверенно ответил:
— Нет. Я только что проверил. И все вычислительные задачи пересчитал заново. Ничего не упущено, ошибок в вычислениях нет.
— Хорошо, — учитель махнул рукой. — Выйди пока. Зайдешь, когда все остальные закончат.
— Тогда... я выйду? — Ляо Юаньбай указал на дверь класса.
Учитель олимпиадной математики, не отрывая глаз от листа, кивнул.
Сейчас он был полностью сосредоточен на проверке работы Ляо Юаньбая.
В пустом холодном коридоре дул пронизывающий ветер. Ляо Юаньбай плотнее закутался в одежду. Сверху доносились крики учителей выпускных классов, звучавшие надрывно и исступленно. Повернувшись, он заглянул в класс: все ученики кружка олимпиадной математики, казалось, ломали головы над заданиями. Почувствовав чей-то взгляд за дверью, многие подняли головы.
Увидев за дверью Ляо Юаньбая, они посмотрели на него с завистью. Они тоже хотели бы, как и он, стоять за дверью, не испытывая никакого давления. Но кто же виноват, что они не могут, подобно Ляо Юаньбаю, одним махом решить такие сложные олимпиадные задачи.
http://bllate.org/book/15259/1345777
Готово:
