Продвигаясь вперёд, впереди замаячил слабый свет.
Бай Аньань обернулась и радостно воскликнула:
— Сестрица фея! Мы спасены!
Взгляд Му Тяньинь мягко упал на её лицо, она тихо произнесла «угу», но в сердце её заныла смутная тоска.
Сун Циюй шла позади них, увидев впереди сцепленные пальцы двух девушек, слегка опешила, затем с лёгкой улыбкой сказала:
— Отношения младшей сестрицы и барышни Бай, надо сказать, не совсем обычные.
Бай Аньань крепко прилипла к Му Тяньинь, услышав это, повернула лицо и совершенно естественно заявила:
— Это конечно же так! Аньэр ведь собирается стать со старшей сестрой феей спутниками по Дао!
— Спутниками по Дао? — Сун Циюй слегка оцепенела, выдержав паузу, осторожно произнесла. — Но, младшая сестрица, она же твоя родная старшая сестра.
Она подняла взгляд, окинув их обеих взглядом, и продолжила:
— Как же тогда можно стать спутниками по Дао?
Бай Аньань заморгала глазами, в них читалось полное недоумение:
— Разве родные сёстры не могут стать спутниками по Дао?
Му Тяньинь, услышав это, не выдержала и вмешалась:
— Мы с Аньэр не родные сёстры.
Сун Циюй слегка нахмурила брови, вопросительно посмотрела на девушку-культиватора в белых одеждах и, увидев, что та лишь опустила глаза, внимательно глядя на младшую сестрицу, всем своим видом выражая полную поглощённость, невольно растерянно усмехнулась.
Бай Аньань расплылась в улыбке и закивала:
— Да-да-да! Аньэр и сестрица фея — не родные сёстры!
Сказав это, она, кажется, вспомнила, что её ложь раскрыта, и с некоторым смущением произнесла:
— Раньше Аньэр боялась, что старшая сестра и вторая сестра заподозрят сестрицу фею, поэтому намеренно сказала, что мы с ней родные сёстры.
— Старшая сестра… — она пробормотала, осторожно глядя на неё. — Прости, ты не будешь на меня сердиться?
— С чего бы? — Сун Циюй нежно посмотрела на неё и улыбнулась. — Младшая сестрица добра сердцем, а эта барышня Бай, раз смогла ради младшей сестрицы прыгнуть в подземную расщелину, уже этим доказала, что у неё нет злого умысла.
Сказав это, её взгляд слегка дрогнул, тон изменился, в нём появилась доля напора:
— Однако, барышня Бай, твоё мастерство непостижимо глубоко, не знаю, у кого ты училась и к какой школе принадлежишь?
Му Тяньинь рассеянно бросила на неё взгляд и молчала.
Бай Аньань поспешила сгладить ситуацию, весело засмеявшись:
— Сестрица фея, конечно же, училась у какого-то затворника-отшельника, не появляющегося в мире!
Она повернула голову, в панике дёрнула за белый рукав Му Тяньинь:
— Правда же, сестрица фея?
Му Тяньинь смотрела на неё какое-то время, в её тёмных глазах отразилось испуганное лицо девушки, её сердце словно что-то слегка кольнуло. Её ресницы дрогнули, она опустила взгляд и произнесла три слова:
— Город Чистого Сердца.
Эти три слова были произнесены ровным, безмятежным тоном.
Бай Аньань была потрясена этой внезапной саморазоблачительной репликой Му Тяньинь.
Она сглотнула, округлив миндалевидные глаза, уставилась на неё, в душе действительно испытав некоторое изумление. Неужели Му Тяньинь не выдержала и решила раскрыть свою личность?
Сун Циюй от этих слов остолбенела. Будучи старшей ученицей Му Тяньинь, а также главной старшей сестрой всего Города Чистого Сердца, она знала всё о Городе Чистого Сердца как свои пять пальцев. Какие ученики были у какого старца, ей всё было известно.
Но она никогда не слышала о девушке-культиваторе по фамилии Бай, обладающей такой мощной духовной силой.
Она постепенно изменила выражение лица, многозначительно оглядела собеседницу, слегка кривя губы, сказала:
— Барышня Бай шутит.
В это время они втроём почти дошли до выхода, свет впереди становился всё ярче. Пробыв долго в темноте, Бай Аньань временно не могла адаптироваться к свету, инстинктивно подняла руку, чтобы прикрыть глаза.
В тот миг, когда Бай Аньань прикрыла глаза, впереди внезапно промчался стремительный клинок ци, с неудержимой мощью летящий в их сторону.
Му Тяньинь встрепенулась, поспешно оттащила Бай Аньань за себя, выхватила длинный меч и отразила этот клинок ци.
Всё произошло в мгновение ока. Когда Бай Аньань пришла в себя, она уже пряталась за спиной Му Тяньинь.
— Му Тяньинь? — неожиданно раздался холодный женский голос.
Услышав это, Му Тяньинь застыла, подняла взгляд.
И увидела, что впереди выстроились два-три десятка культиваторов, во главе — женщина с классической причёской даосской монахини, в серой длинной мантии накинутой сверху, с холодными глазами и властным выражением лица.
В её руке был зажат острый меч-цзянь, очевидно, тот самый клинок ци только что выпустила она.
Бай Аньань крепко ухватилась за руку Му Тяньинь и, улыбаясь этой с виду суровой женщине-культиватору, сказала:
— Уважаемая предшественница, вы ошиблись. Она не мой наставник.
Женщина-культиватор вложила меч в ножны, слегка нахмурив брови, посмотрела на неё:
— Твой наставник — Му Тяньинь? Ты — Сун Циюй?
Бай Аньань заморгала глазами, хотела что-то сказать, но промолчала.
Сун Циюй покачала ей головой, давая знак не говорить. Затем почтительно поклонилась женщине-культиватору:
— Истинная Цзицин, прошу прощения за невежливость.
Она улыбнулась, взглянув на Бай Аньань, и представила:
— Это младшая сестрица. Вы, истинная, слишком долго были в затворничестве, наверное, не знаете — наставница снова приняла ученицу.
Истинная Цзицин слегка скосила на неё взгляд и усмехнулась:
— Ты сильно отличаешься от своего наставника.
Сун Циюй улыбнулась, немного помолчав, ответила:
— Наставница лучезарна и чиста, безмятежна и отрешена от мирской суеты, ученице, конечно, не сравниться.
Истинная Цзицин криво усмехнулась, на лице мелькнула насмешка:
— Лучезарна и чиста? По-моему, необязательно. Если бы она действительно была бескорыстна, зачем тогда присвоила себе звание лидера Праведного пути?
Лицо Сун Циюй потемнело, она прищурилась:
— Прошу истинную следить за словами.
Истинная Цзицин холодно рассмеялась:
— Что, боишься людской молвы? Я давно разглядела её истинное лицо — лицемерное, себялюбивое и корыстное...
Бай Аньань понаблюдала за их словесной перепалкой, в перерыве оглянулась на Му Тяньинь.
И увидела, что Му Тяньинь стоит недвижимо, совершенно не сознавая, что речь идёт о ней.
Бай Аньань скучающе скривила губы, повернулась и прервала разговор:
— Уважаемая истинная, звание лидера Праведного пути ведь не моя наставница сама себе присвоила. Если оно вам нравится, можете попробовать отобрать!
Эти слова были крайне дерзкими, прямо довели Истинную Цзицин до красноты на лице и шее, она в ярости выкрикнула:
— Ты!
Бай Аньань моргнула глазами, невинно спросила:
— Что? Разве Аньэр сказала неправильно?
Истинная Цзицин окаменела, резко взмахнула рукавом, с трудом сдерживая гнев:
— Ладно! Учитываю твой юный возраст, не стану связываться с такой потомственной!
Сказав это, она фыркнула, перевела взгляд на лицо Му Тяньинь, её глаза сверкнули, затем она развернулась и ушла.
Пришла она грозно, ушла тоже грозно.
Бай Аньань дождалась, пока та скроется из виду, и понизив голос, спросила у Сун Циюй:
— Старшая сестра, а кто она такая?
Сун Циюй с горькой улыбкой посмотрела на неё:
— Это Истинная Цзицин, мастер уровня изначального младенца. Говорят, после наставницы она самая сильная среди культиваторов.
Бай Аньань вдруг всё поняла:
— Значит, она завидует наставнице?
Сун Циюй не поняла:
— Что значит?
Бай Аньань обвила пальцами прядь волос у щеки и небрежно произнесла:
— Да всё просто: победи наставницу, и она станет первой в Праведном пути. Но как раз это место заняла наставница, а она может только стоять в стороне и пялиться. Старшая сестра, скажи, будь ты на её месте, разве не завидовала бы?
Сун Циюй покачала головой с усмешкой:
— Как такое возможно? Если бы этим человеком была наставница, я бы только с радостью...
Бай Аньань рассеянно взглянула на неё, краем глаза мельком посмотрела на Му Тяньинь и вдруг сказала Сун Циюй:
— Старшая сестра, ты же сама сказала, что Истинная Цзицин — вторая в Праведном пути, а сестрица фея смогла отразить её клинок ци... Неужели...
Сун Циюй оцепенела от её слов, в сердце внезапно мелькнула возможность, и оно тут же ёкнуло. Спустя мгновение она покачала головой с усмешкой — эта догадка слишком невероятна, разве возможно?
И тут она услышала, как Бай Аньань тревожно произнесла:
— Неужели сестрица фея — какой-то могущественный предшественник-отшельник? Если так, то Аньэр ей не пара!
Оказывается, её волновало именно это.
Сун Циюй опешила, увидев озабоченное выражение лица младшей сестрицы, и в сердце её что-то дрогнуло.
— Нет, в чувствах нет вопроса «пара — не пара». Главное — искренне любить.
Только сказав это, она вдруг застыла — от этой до боли знакомой фразы.
Мысли Сун Циюй внезапно поплыли, да, в памяти её Аньань тоже говорила эти слова.
Девушка в свежезелёном платье из лёгкого шёлка взяла её за руку, её белое личико снизу смотрело на неё, миндалевидные глаза сияли, ресницы отчётливо видны, она пристально смотрела на неё:
— Если по-настоящему любишь, какой тут может быть «не пара»? Разве только...
Она протянула, капризно сказала:
— Разве только ты смотришь на меня свысока!
Сказав это, она нахмурила брови, вдруг отпустила руку, повернулась и сделала вид, что обижена.
http://bllate.org/book/15253/1344972
Готово:
