«Я что, настолько постыдный, что меня нельзя показывать людям?»
На следующий день Цзянь Суй отправился на вокзал, и Лу Вэньфэй поехал его проводить. В конце года на вокзале было многолюдно: куда ни кинь взгляд, у каждого в руках было по нескольку сумок с багажом, а в зале стоял шум и гам.
Лу Вэньфэй проводил Цзянь Суя до входа в зал ожидания и всё это время следил взглядом за его спиной. Когда Цзянь Суй проходил проверку билетов, он обернулся, разыскивая его среди толпы. Лу Вэньфэй тоже понимал, что парень ищет его, поэтому поднял руку и помахал. Увидев его, Цзянь Суй выдавил улыбку и тоже помахал рукой.
Цзянь Суй вошёл в зал ожидания, а Лу Вэньфэй развернулся и вышел с вокзала.
Едва покинув здание и сев в машину, он получил сообщение от Цзянь Суя.
【Цзянь Суй: Когда доберусь до дома, напишу тебе】.
【Лу Вэньфэй: Хорошо】.
Они немного поболтали. Скоро должен был прибыть скоростной поезд Цзянь Суя, и тот, взяв чемодан, направился ко входу на платформу, чтобы пройти проверку билетов. Когда он наконец сел в поезд, то написал Лу Вэньфэю, после чего натянул шапку пониже и, откинувшись на спинку кресла, закрыл глаза, чтобы отдохнуть.
Накануне они легли поздно, поэтому всю дорогу до вокзала Цзянь Суя клонило в сон. Но стоило ему оказаться в поезде, как спать почему-то перехотелось. Рядом с ним сидел мужчина средних лет, от которого сквозь дремоту Цзянь Суй смутно тянуло табаком. Запах был неприятным, и парень отвернулся к окну.
Это была первая разлука Цзянь Суя и Лу Вэньфэя с тех пор, как они начали встречаться.
Поезд прибыл на станцию уже после обеда. Выйдя с вокзала, Цзянь Суй позвонил своим, и вскоре присланный семьёй помощник забрал его и отвёз домой.
Строго говоря, он не так уж много времени проводил с супругами Цзянь. В выпускном классе старшей школы он обычно сидел у себя в комнате. У матери Цзянь была собственная работа, и, когда она изредка бывала дома, то приносила ему фрукты. Увидев, что он занимается, она редко его беспокоила.
А отец Цзянь из-за работы постоянно ездил в командировки по разным городам. После окончания вступительных экзаменов в университет Цзянь Суй виделся с ним всего несколько раз.
Эта семья была немного необычной. Супруги хорошо ладили друг с другом, однако к нему, своему «сыну», почти не проявляли строгости. В большинстве случаев его просто предоставляли самому себе.
Когда Цзянь Суй вернулся домой, дома была только мать Цзянь.
После звонка в дверь она открылась. На пороге стояла женщина средних лет с ухоженным лицом, в облегающем свитере и с собранными волосами. Увидев его, она сразу улыбнулась и шагнула вперёд, чтобы обнять.
— Вернулся.
— Я голоден, — Цзянь Суй моргнул, считая, что это самый быстрый способ сблизиться с матерью Цзянь.
И действительно, услышав, что он голоден, мать Цзянь затащила его в дом.
— Я как раз приготовила немного пирожных. Иди скорее попробуй.
Цзянь Суй оставил чемодан в стороне, переобулся и отправился в ванную помыть руки.
На столе в гостиной уже стояли приготовленные матерью пирожные. Они выглядели очень изысканно. Мать Цзянь отлично умела готовить самые разные десерты, и на кухне у неё хранились всевозможные принадлежности для выпечки. Пирожные были украшены двумя крупными клубничинами.
Цзянь Суй сделал фотографию.
Мать Цзянь, вымыв руки, как раз вышла и увидела это.
— У тебя появилась девушка? — спросила она.
Палец Цзянь Суя, отправлявшего фотографию Лу Вэньфэю, замер.
— Что?
— Кому это ты фотографируешь? — улыбнулась мать Цзянь.
Как человек с опытом, она понимала: в его возрасте обычно находится человек, с которым хочется делиться даже такими мелочами. Скорее всего, дело было в романтических отношениях.
— Да никому, — ответил Цзянь Суй, отправил фотографию и положил телефон экраном вниз на стол.
***
В первые несколько дней после отъезда своего парня Лу Вэньфэй был очень занят. Порой он даже не успевал отвечать на сообщения, которые тот присылал, а телефон стал разрываться от звонков куда чаще обычного.
К концу года пришли взыскатели долгов. Они добрались и до его второй тёти, поэтому и люди, требовавшие вернуть долг, и сама тётя звонили ему почти каждый день.
Вечером, когда уже совсем стемнело, Лу Вэньфэй подошёл ко входу в бар, и телефон снова зазвонил. Он достал его, и, едва увидев имя на экране, немного расслабил нахмуренные брови.
Лу Вэньфэй ответил, и с другого конца раздался голос Цзянь Суя:
— Ты где? Ветер такой сильный.
— На улице, — ответил он. — Скоро вернусь.
— Ты уже дома? — спросил Цзянь Суй.
— Ещё нет, послезавтра вернусь.
Они немного поговорили, но Лу Вэньфэю нужно было заходить в бар, поэтому он первым попрощался с Цзянь Суем и завершил звонок. Постояв немного у входа, он сунул телефон обратно в карман.
Похоже, без Цзянь Суя эта жизнь, к которой он уже давно привык, начала понемногу его тяготить.
Он протяжно выдохнул.
После разлуки им оставалось поддерживать связь только по телефону. Видеозвонки случались нечасто, большую часть времени они переписывались. Но даже за те несколько видеозвонков Цзянь Суй успел заметить, что его парень заметно похудел.
После возвращения домой Цзянь Суй практически не выпускал телефон из рук. Каждый день он спрашивал, вернулся ли Лу Вэньфэй, и даже в шутку предлагал: может, ему лучше самому вернуться в кампус и составить ему компанию? Только когда Лу Вэньфэй наконец приехал домой, он перестал его донимать.
Приближался Лунный Новый год. В эти два дня мать Цзянь таскала сына за покупками новогодних припасов.
Однажды, гуляя по торговому центру, Цзянь Суй заметил хорошее шерстяное пальто. Немного посмотрел на него и подумал, что Лу Вэньфэю оно должно очень подойти.
Мать Цзяня, стоявшая рядом, заметила его взгляд.
— Нравится?
— Просто смотрю, — ответил Цзянь Суй.
В итоге, выходя из торгового центра, он купил два одинаковых чёрных шерстяных пальто. На вопрос матери ответил лишь, что собирается подарить другу.
Тем временем Лу Вэньфэй вернулся в Прибережный город, а до Праздника весны оставалось всего два дня.
Он поднялся на пятый этаж жилого дома и постучал в дверь.
Стоило двери приоткрыться, как в проёме тут же показалась голова мальчика. У него было ещё совсем детское лицо и большие круглые чёрные глаза.
— Брат! — увидев его, он распахнул дверь и в толстой чёрной стёганой куртке бросился на Лу Вэньфэя.
Лу Вэньфэй взъерошил ему волосы.
— О, вернулся, — услышав шум, подошла и находившаяся внутри вторая тётя. У неё были мелкие кудряшки после химической завивки, немного полная фигура и смуглая кожа. В руке она держала горсть семечек.
— Вторая тётя.
Он достал красный конверт и протянул ей.
— Уже зарабатываешь? Ой, не надо, не надо. Оставь себе.
— Я ведь ничего не купил, вторая тётя, так что возьми, — Лу Вэньфэй вложил красный конверт ей в руку и с чемоданом прошёл внутрь.
Женщина для приличия ещё немного отнекивалась, но с улыбкой всё-таки приняла конверт.
Лу Вэньфэй пробыл в доме совсем недолго, после чего, забрав Лу Сяобао, вернулся к себе — его квартира находилась в том же здании. Поскольку там уже полгода никто не жил, всё покрылось пылью, и им вдвоём пришлось затеять генеральную уборку.
Когда они закончили, Лу Сяобао достал табель успеваемости: на этот раз он снова занял первое место в классе.
Лу Сяобао неотступно крутился возле Лу Вэньфэя, то и дело окликая его: «Брат!», — скрыть переполнявшую мальчика радость было невозможно. Он даже показал ему затылок, где в прошлый раз ему накладывали швы. Когда всё зажило, на этом месте остался небольшой лысый участок, похожий на ямку.
— Брат, ты нашёл мне невестку? — спросил Лу Сяобао.
Лу Вэньфэй на миг замер.
— Нет.
— Тётя говорила, что, когда ты поступишь в университет, то найдёшь мне красивую невестку.
— Нет, — нет никакой красивой невестки.
Пока они разговаривали, телефон Лу Вэньфэя зазвонил. Достав смартфон, он увидел сообщение от Цзянь Суя — тот интересовался, свободен ли он. Лу Вэньфэй ответил, и вскоре Цзянь Суй написал снова, предлагая созвониться по видеосвязи.
Лу Вэньфэй схватил за воротник без умолку болтавшего Лу Сяобао и выставил его за дверь комнаты — холодно и безжалостно.
Дверь закрылась, и в комнате стало тихо. Лу Вэньфэй сел на стул и принял видеозвонок. На экране телефона появился подбородок Цзянь Суя. Затем тот отодвинул телефон подальше и, улыбаясь, произнёс:
— Это твоя комната? Покажи мне.
Лу Вэньфэй поднял телефон и показал ему комнату со всех сторон. Постель ещё не была застелена — кроме неё, в комнате стояли лишь деревянный шкаф да письменный стол.
— Довольно чисто, — сказал Цзянь Суй.
— Только что убрался.
— А где я буду спать, когда приеду? — спросил Цзянь Суй таким тоном, словно это само собой разумелось.
Лу Вэньфэй на мгновение опешил, а затем переспросил:
— А ты где хочешь спать?
— А сам не знаешь? — вопросом на вопрос ответил парень.
Лу Вэньфэй: «…»
Они разговаривали около получаса. Потом снаружи подошёл Лу Сяобао и постучал в дверь, сказав, что проголодался. Услышав его голос и узнав, что Лу Вэньфэй ещё ничего не ел после возвращения, Цзянь Суй попросил его сначала поесть и завершил звонок.
Около восьми вечера зажглись городские огни. С наступлением темноты в домах одно за другим затеплились окна, а откуда-то тянуло аппетитным запахом ужина.
Лу Вэньфэй принял душ и сидел на кровати, волосы у него уже почти высохли.
Открыв телефон, он обнаружил перевод на три тысячи юаней.
【Цзянь Суй: Ещё работаешь игровым компаньоном?】
【Лу Вэньфэй: Уже нет】.
Лу Вэньфэй вернул деньги, но Цзянь Суй перевёл их снова — на этот раз сразу пятьдесят тысяч.
【Цзянь Суй: Давай, я тебя нанимаю】.
Лу Вэньфэй даже заподозрил, что его парень что-то понял. Он и сам подумывал попросить у него денег взаймы, но ещё даже не успел заговорить об этом, а Цзянь Суй уже прислал деньги. В последнее время они каждый день проводили время вместе, так что вполне возможно, что тот что-то заметил.
В наблюдении он всегда был очень чутким.
【Лу Вэньфэй: Откуда у тебя столько денег?】
【Цзянь Суй: Сам заработал】.
【Лу Вэньфэй: Заработал?】
【Цзянь Суй: Ага】.
Увидев это «Ага», Лу Вэньфэй даже смог представить выражение лица Цзянь Суя.
Неизвестно почему, ему вдруг очень захотелось его увидеть.
Как и предполагал Лу Вэньфэй, Цзянь Суй заметил, что тому не хватает денег. В последние несколько дней Лу Вэньфэй был настолько занят, что отвечал на сообщения словно урывками. Когда Цзянь Суй звонил ему, тот часто оказывался на улице. Однажды он даже смутно расслышал на заднем плане шум, будто бы Лу Вэньфэй находился в баре. Всего этого было достаточно, чтобы догадаться о его нынешнем положении.
Лу Вэньфэй не говорил, и Цзянь Суй не спрашивал.
В спальне небольшой виллы Цзянь Суй сидел, лениво свернувшись на диване. На нём была белая футболка, на шее висело полотенце. Он неспешно набирал сообщение, но ещё не успел его отправить, как с другой стороны неожиданно поступил запрос на видеозвонок.
Он приподнял брови и ответил.
Лу Вэньфэй увидел, как изображение несколько раз качнулось. Сначала в кадре оказались выступающие ключицы и белый ворот футболки, затем телефон поднялся выше, и появилось лицо Цзянь Суя.
— Это тоже входит в перечень услуг? — спросил он. — Откуда ты узнал, что я соскучился по тебе?
Лу Вэньфэй: «…»
Он слегка прокашлялся и спросил:
— Можно считать эти деньги займом?
Цзянь Суй с ленивым видом смотрел в камеру.
— Конечно. Но сначала расскажи, на что собираешься их потратить… Хотя, если не хочешь говорить, то можешь не рассказывать.
На экране телефона лицо Лу Вэньфэя оказалось совсем близко. Он слегка опустил веки и смотрел на экран сверху вниз. Такой ракурс обычно делал людей на фотографиях некрасивыми, но лицо Лу Вэньфэя, казалось, хорошо выглядело под любым углом. Линия челюсти у него была чёткой и плавной, а родинка под глазами феникса придавала его внешности мрачную, холодную красоту.
— Не будешь спрашивать?
— Не хочешь говорить — не буду спрашивать, — ответил Цзянь Суй.
Казалось, его отношение всегда было таким.
— Ты…
— Но, — продолжил Цзянь Суй, — когда ты вообще ничего мне не рассказываешь, я тоже чувствую… разочарование.
Лу Вэньфэй помедлил и на какое-то время замолчал.
— Сейчас всё не так, как раньше, — сказал он. — Мы встречаемся. Между нами нет запретных тем.
Цзянь Сую понадобилось некоторое время, чтобы понять, что он имеет в виду. Он чуть приподнял веки, наклонился ближе к телефону и тихо спросил:
— То есть ты хочешь сказать, что я могу спрашивать о чём угодно?
— Мгм.
— О чём угодно?
— О чём угодно.
— Чем ты занимался в последнее время… Я имею в виду, после моего отъезда.
— Подрабатывал, зарабатывал деньги, — ответил Лу Вэньфэй, а затем рассказал ему о семейных долгах, опустив все предшествующие обстоятельства. Он лишь сказал, что в семье возникли кое-какие проблемы и что речь шла о долгах, оставшихся с давних времён.
Выслушав его, Цзянь Суй сказал:
— В следующий раз, когда у тебя возникнут трудности, можешь подумать обо мне? Относись ко мне как к своему парню и позволь мне помочь тебе, ладно?
Когда Цзянь Суй произносил эти слова, выражение его лица было до невозможности соблазнительным. В его голосе слышались лёгкая обида и жалобные нотки, отчего у Лу Вэньфэя невольно дёрнулся кадык.
— Ладно.
— Денег хватает? — спросил Цзянь Суй. — У меня ещё есть.
— Хватает.
— Если не хватит, то скажи мне, — сказал Цзянь Суй. — У меня тут в последние дни шёл снег. Хочешь посмотреть? Его довольно много.
Лу Вэньфэй уже собирался сказать, что на улице холодно и не стоит, но слова, готовые сорваться с языка, в последний момент изменились.
— Хочу.
— Подожди, — сказав это, Цзянь Суй положил телефон на стол.
На экране остались только потолок и лампа под ним. После негромкого шороха изображение сменилось. Цзянь Суй снова появился в кадре, уже накинув поверх одежды длинную зимнюю куртку. Модель была самой обычной, но в сочетании с его лицом почему-то смотрелась очень хорошо.
Он не стал застёгивать молнию до конца, подняв её лишь до груди.
Лу Вэньфэй думал, что Цзянь Суй подойдёт к окну или выйдет на балкон, чтобы показать снег. Но тот улыбнулся ему и направился на улицу.
— На улице снега столько, что уже можно снеговика лепить, — сказал Цзянь Суй, открывая дверь спальни. — Пойдём, покажу тебе. У тебя там снег шёл?
— Шёл, совсем немного, — ответил Лу Вэньфэй.
Когда Цзянь Суй проходил через гостиную, он наткнулся на ещё не спавшую мать Цзянь, которая возилась на кухне с новым десертом. Услышав, что он выходит, она окликнула сына.
— Иди сюда, иди сюда, — мать Цзянь в фартуке поманила его рукой.
— Что такое? — подойдя, Цзянь Суй почувствовал густой молочный запах.
— Попробуй печенье, — ответила мать Цзянь, держа поднос.
Цзянь Суй взял печенье — оно было ещё тёплым — и в два счёта умял его, явно куда-то торопясь.
— Вкусно. Такое хрустящее.
— Ты куда это собрался так поздно? Ещё и куртку надел.
Услышав на другом конце звонка голос матери Цзянь, Лу Вэньфэй сразу напрягся и незаметно прислушался. Он видел только ворот Цзянь Суя.
Раньше устроиться на репетиторство ему удалось только через мать Цзянь. Перекинувшись тогда с ней парой фраз, он отметил про себя, что она — человек мягкий, интеллигентный и воспитанный.
В тот момент он не придал этому большого значения, а сейчас, снова столкнувшись с матерью Цзянь, испытывал совсем иные чувства.
— Я выйду кое-что купить, — услышал он слова Цзянь Суя.
— Что купить?
— Еду, — словно опасаясь, что мать продолжит расспросы, Цзянь Суй добавил: — Я пойду.
Мать Цзянь остановила его и попросила заодно купить бутылку соевого соуса.
Цзянь Суй обулся и вышел, и только тогда Лу Вэньфэй смог спокойно выдохнуть.
И чего он, собственно, нервничал.
— Смотри.
Изображение на телефоне переместилось, направившись на заснеженный двор.
— Красиво, правда?
В тусклом свете на снегу лежала тень Цзянь Суя. Её очертания по краям были размыты.
— Да, красиво, — сказал Лу Вэньфэй.
***
Лу Вэньфэй особо не покупал новогодних припасов. Он лишь привёз немного еды для Лу Сяобао.
Взяв у Цзянь Суя пятьдесят тысяч, а также добавив собственные заработки и накопленную стипендию, он расплатился с долгом.
В этом году они наконец могли нормально встретить Новый год, хотя денег у него самого почти совсем не осталось.
Вечером накануне Праздника весны вторая тётя Лу Вэньфэя позвала их всех поесть вместе. После ужина Лу Сяобао и ребёнок тёти отправились во двор запускать хлопушки, а Лу Вэньфэй присел рядом и наблюдал за ними, переписываясь с Цзянь Суем.
Когда дети закончили, Лу Вэньфэй подхватил Лу Сяобао и повёл наверх. Он обхватил мальчика рукой за талию и зажал между предплечьем и боком, будто тащил крупную собаку.
— Брат, брат, я ещё не хочу спать! — Лу Сяобао смотрел на него сияющими глазами. Пальцы у него покраснели от холода.
— Ты хочешь спать, — равнодушно ответил Лу Вэньфэй. — Поднимайся, мойся и ложись спать.
У Лу Сяобао не было ни малейшей возможности сопротивляться. Его притащили домой и отправили в ванную мыться.
Когда Лу Сяобао закончил, Лу Вэньфэй пошёл в душ сам. Вернувшись в комнату после купания, он созвонился с Цзянь Суем по видеосвязи. В этот момент дверь со скрипом приоткрылась и в проёме показалась голова.
— Брат, можно я сегодня буду спать с тобой? — спросил Лу Сяобао.
— Нельзя.
Лу Сяобао с подушкой вошёл, обернулся и закрыл дверь.
— Спасибо, брат.
Он забрался на кровать и юркнул под одеяло старшего брата.
Лу Вэньфэй: «…»
— Я пока сброшу, — сказал он, глядя на телефон.
— Кто там? — Лу Сяобао ухватился за его руку и высунул голову.
Видеозвонок с коротким сигналом оборвался. Лу Сяобао успел увидеть только чёрный экран.
— Спи, — Лу Вэньфэй прижал его голову вниз.
Лу Сяобао лежал на подушке, моргнул и сказал:
— Это моя невестка? Сестра Сюй, когда болтает с парнем, тоже не даёт нам смотреть.
— Кто такая сестра Сюй?
— Воспитательница в детском саду, — ответил младший брат. — Мы с Цян-цзы часто ходим туда кататься с горки. Вы, взрослые, вечно легко смущаетесь.
Лу Вэньфэй: «…» — в висках загудело.
【Цзянь Суй: Твой младший брат?】
【Лу Вэньфэй: Мгм. Поговорим, когда он уснёт】.
【Цзянь Суй: Даже если он меня увидит, ничего страшного. Просто скажи, что это друг. Разве разговаривать с другом — что-то необычное?】
【Цзянь Суй: Я что, настолько постыдный, что меня нельзя показывать людям?】
Лу Вэньфэй: «…» — ну надо же, оба хороши — и большой, и маленький.
Он вообще не думал о том, как представить Цзянь Суя Лу Сяобао. Но, похоже, ему не хотелось, чтобы Цзянь Суй был для него просто другом.
Время шло. Лу Сяобао ещё немного повозился и к половине двенадцатого заснул. Незадолго до полуночи Лу Вэньфэй укрыл мальчика одеялом, осторожно взял телефон и, выйдя из спальни, сразу позвонил Цзянь Сую.
На другом конце Цзянь Суй стоял у окна. Он включил только настольную лампу, и тёплый свет падал ему на лицо. Повернув голову, он смотрел в ночное небо. Сегодня звёзд было мало, а фейерверков отсюда не увидеть. Он прислонился к окну и ответил на звонок Лу Вэньфэя.
Некоторое время оба молчали.
— Чем занимаешься? — с улыбкой спросил Цзянь Суй.
— Ничем. Сяобао только что заснул.
— Твоего младшего брата и правда зовут Сяобао?
— Да.
— Я думал, это прозвище, — сказал Цзянь Суй.
— У тебя там скоро будут запускать фейерверки? — спросил Лу Вэньфэй.
— Будут, но я их не увижу. Слишком далеко.
— У меня отсюда видно, — сказал Лу Вэньфэй.
Цзянь Суй понял, к чему он клонит.
— Тогда…
— Хочешь посмотреть? — спросил Лу Вэньфэй.
Цзянь Суй помолчал, и ответил:
— Мгм, хочу, — в его голосе слышалась улыбка.
Звонок завершился, и они перешли на видеосвязь. Лу Вэньфэй стоял на тёмном балконе. Свет из гостиной падал ему на спину, а ветер развевал волосы.
— Тебе не холодно? — спросил Цзянь Суй.
Лу Вэньфэй опустил камеру и показал ему стёганую куртку.
— Надел куртку.
Они немного поговорили, и Лу Вэньфэй вдруг сказал:
— Скоро полночь.
— Мгм, — отозвался Цзянь Суй.
В трубке вдруг воцарилась тишина — по молчаливому согласию.
Время медленно шло. Они слышали дыхание друг друга. Как только наступила полночь, тёмное небо за окном заполнили фейерверки. Раздавались один за другим громкие хлопки, и вспышки озаряли лицо Лу Вэньфэя, то освещая его, то снова погружая в темноту. Это придавало ему немного загадочности. В глазах Цзянь Суя он был красивее любого фейерверка.
Цзянь Суй и Лу Вэньфэй одновременно произнесли:
— С Новым годом!
То, что Лу Вэньфэй не успел сказать в прошлый раз, на этот раз наконец прозвучало.
Лу Вэньфэй посмотрел на собственное лицо на экране телефона и лишь потом сообразил, что нужно переключить камеру, чтобы Цзянь Суй тоже мог увидеть фейерверки.
Шум продолжался почти десять минут, прежде чем всё стихло.
— Красиво? — спросил он.
Цзянь Суй смотрел на тёмное ночное небо на другом конце экрана и тихо отозвался:
— Мгм.
Самый красивый фейерверк он уже увидел — он был ярче и прекраснее тех, что расцветали в небе.
***
Праздники, пожалуй, лучше всего позволяют почувствовать одиночество. Родителей Лу Вэньфэя не было рядом, со многими родственниками он давно перестал общаться. Из тех, кто оставался к нему ближе остальных, были разве что дядя и тётя, жившие в том же доме.
Лу Сяобао сначала некоторое время лип к нему, а потом снова убежал резвиться с друзьями-сверстниками.
Впрочем, среди родственников всегда находились те, кому казалось, что двум братьям приходится нелегко. Когда приехали родственники со стороны семьи его второй тёти, они даже специально поднялись навестить их. Лу Вэньфэй не мог сказать, что любит или не любит этих людей, но и особой радости от их визита не испытывал.
Излишнее сочувствие или же проявление вежливости и родственных приличий напоказ — как бы то ни было, в разговорах они то и дело снова и снова задевали старые раны. Лу Вэньфэй не позволил Лу Сяобао находиться рядом и слушать всё это.
Вечером шестого дня Нового года по лунному календарю, около восьми часов, Цзянь Суй только что поужинал с семьёй и вернулся в комнату. Не успел он толком присесть, как позвонил Лу Вэньфэй.
— Алло, — Цзянь Суй приложил телефон к уху.
— Чем занимаешься?
— Не кажется ли тебе, что начинать разговор с такого вопроса немного банально? — рассмеялся Цзянь Суй.
Лу Вэньфэй тоже тихо рассмеялся.
— Тогда другой вопрос: ты где?
— Дома, — сказал Цзянь Суй. — А ты?
— Город B, — сказал Лу Вэньфэй.
Цзянь Суй до этого момента лениво развалился на диване, словно у него не было костей, но, услышав ответ, тут же выпрямился.
— Ты… не обманываешь меня?
— Зачем мне тебя обманывать? — ответил Лу Вэньфэй. — Я хотел ещё раз посмотреть снег, а ещё слепить снеговика.
Цзянь Суй взглянул на время.
— Уже восемь. Снеговика оставим на следующий раз. На снег посмотреть ещё можно. Ты где?
— На вокзале скоростных поездов.
Услышав, где он находится, Цзянь Суй сразу понял: Лу Вэньфэй посмотрел на его билет и купил себе такой же.
— Не уходи никуда. Жди меня, — сказал Цзянь Суй и, поднявшись, пошёл надевать куртку.
— Я могу просто взять такси и приехать. Дай мне адрес.
— Такси в это время сложно поймать. Жди на вокзале.
Цзянь Суй накинул куртку и направился к выходу. Проходя через гостиную, он увидел мать, смотревшую телевизор.
— Я выйду, — сказал Цзянь Суй.
— Куда это ты собрался так поздно? — спросила мать Цзянь.
— Встретить друга.
— Надень шарф!
— Знаю… — Цзянь Суй на ходу снял с вешалки у двери шарф, вышел и бегом спустился вниз.
На вокзале Лу Вэньфэй прождал около двадцати минут, прежде чем до него донеслись торопливые шаги. Подняв голову, он увидел Цзянь Суя. Лу Вэньфэй тут же поднялся, но не успел и слова сказать, как парень бросился к нему. От неожиданности Лу Вэньфэй пошатнулся и отступил на пару шагов назад.
— Ты почему приехал? — спросил Цзянь Суй.
— Захотел приехать — вот и приехал.
Билеты были куплены ещё до Праздника весны. Лу Вэньфэй и сам уже забыл, в каком настроении тогда их покупал. Возможно, в тот момент ему просто хотелось приехать и посмотреть. Но теперь, когда он оказался здесь, понял, что ему ужасно-ужасно-ужасно хотелось увидеть Цзянь Суя.
Они довольно долго обнимались, прежде чем разомкнули объятия. Сегодня оба были в длинных чёрных зимних куртках, отличавшихся лишь некоторыми деталями фасона. Цзянь Суй потянул Лу Вэньфэя за собой к выходу и сказал:
— Сначала пойдём, отведу тебя к себе домой.
— Подожди, — Лу Вэньфэй удержал его. — Я просто забронирую номер в гостинице.
Парень сделал вид, что не услышал, и продолжал тянуть его за собой.
— Цзянь Суй, — беспомощно позвал Лу Вэньфэй.
Стоило Лу Вэньфэю окликнуть его во второй раз, как Цзянь Суй нехотя обернулся. Он уже было открыл рот, чтобы что-то сказать, но, заметив покрасневший от мороза нос Лу Вэньфэя, тут же сдёрнул с шеи собственный шарф и тут же обмотал им парня.
— В праздники сложно найти свободный номер в гостинице, — сказал он. — Поедем ко мне домой.
Лу Вэньфэй почти поверил.
http://bllate.org/book/15223/4706211
