«Это проклятое желание побеждать»
Цзянь Суй спросил это с такой искренностью, что вопрос прозвучал ещё более вызывающе. Сяо Чэнъюй поджал губы и мрачно посмотрел на него. Цзянь Суй же, ничуть не смутившись, вошёл внутрь.
— Что, и этот туалет ты тоже застолбил?
— Ты что, ослеп? — холодно сказал Сяо Чэнъюй. — Не видишь, что здесь происходит?
— А мне-то что? — отозвался Цзянь Суй. — С какой стати, если у тебя дела, то я должен уходить? Ты кто вообще?
Он говорил неторопливо, с ленцой в голосе. Такую манеру речи обычному человеку было бы непросто скопировать. В некоторых фразах она звучала так дерзко, что мгновенно вызывала у собеседника злость.
— Мне надо в туалет. Ты меня пропустишь? — спросил он.
— Блядь, — тихо выругался Сяо Чэнъюй.
Он не успел сказать ничего ещё, как запястье руки, державшей воротник Лу Вэньфэя перехватили.
— Ты только что тоже наступил мне на ногу, — с нетерпением, холодно сказал Лу Вэньфэй. — Теперь мы квиты.
Ярость, которую разжёг в Сяо Чэнъюе Цзянь Суй, ещё не улеглась. И теперь тот, не выбирая выражений, выпалил:
— Разве твои паршивые ботинки сравнятся с моими?
Лу Вэньфэй: «…»
Его взгляд потемнел. Он молча сжал губы в тонкую линию и уставился на Сяо Чэнъюя.
Некоторые слова умеют задевать. Даже если парень не придавал им особого значения, они всё равно резали слух.
— Что ты хочешь? — спросил его Лу Вэньфэй.
— Я сказал: извинись, и когда лаоцзы будет доволен, тогда уйдёшь.
— Слишком уж ты перегибаешь, — вмешался Цзянь Суй.
Сяо Чэнъюй повернул к нему голову и заговорил низким голосом, угрожающе глядя на него:
— Не лезь в чужие дела, понял?!
— Как назло, я просто отзывчивый прохожий. Нельзя?
Неизвестно почему, но эти слова задели Лу Вэньфэя за живое: его мрачное лицо неуловимо изменилось, и уголки губ тронула лёгкая улыбка.
Сяо Чэнъюй краем глаза заметил эту улыбку и воспринял её как насмешку. Они с Лу Вэньфэем жили в одной комнате уже довольно давно, однако Сяо Чэнъюй почти никогда не видел, чтобы тот улыбался. Рука, сжимавшая воротник Лу Вэньфэя, сжалась сильнее; дыхание стало тяжёлым, а грудь вздымалась. От злости он вдруг рассмеялся.
Он разжал руку.
— Ладно. Всё равно потом у нас будет время, не спеша сведём счёты.
Эти четыре слова — «не спеша сведём счёты» — он процедил сквозь зубы, отпустил Лу Вэньфэя, с видом, готовым съесть человека, и повернулся к Цзянь Сую. Тот с невинным видом смотрел на него.
— Ты у меня дождёшься, — сказал он. Этот тип сорвал ему все планы. Сяо Чэнъюй этого не забудет.
— Чего именно дождусь? — спросил Цзянь Суй.
Сяо Чэнъюй: «…»
Он издал короткий смешок и, ткнув пальцем в Цзянь Суя, сказал:
— Если смелый, скажи своё имя!
— Цзянь Суй, — ответил тот. — Запомнил?
Сяо Чэнъюй: «…»
Это прозвучало почти как угроза. Сяо Чэнъюй несколько секунд холодно смотрел на него, а затем прошёл мимо, задев плечом. Цзянь Суй повернул голову и смахнул рукой след от чужого прикосновения.
Стоявший рядом Лу Вэньфэй разгладил воротник, смятый чужой хваткой.
То, как Цзянь Суй назвал себя, Лу Вэньфэй слышал совершенно отчётливо. Раньше, когда они играли вместе в интернете, их свободное время почти всегда совпадало. Кроме того, во время разговоров с соседями по комнате Цзянь Суй не пытался ничего скрывать, и из обрывков фраз можно было понять, что они тоже проходят военную подготовку.
Лу Вэньфэй и раньше допускал, что человек, доставивший его тогда в больницу, учится в том же университете. Но он не ожидал, что они встретятся снова так скоро. Впрочем, точнее было бы сказать, что они познакомились гораздо раньше, чем он думал.
Неудивительно, что во время военной подготовки Цзянь Суй постоянно на него смотрел. Неудивительно, что в его взгляде было что-то странное. Вот, значит, в чём дело.
В тот раз он потерял сознание слишком быстро и даже не успел разглядеть лицо Цзянь Суя.
— Ты в порядке? — спросил его Цзянь Суй.
— Мгм, — Лу Вэньфэй смотрел ему в спину, пока тот шёл мыть руки.
Цзянь Суй открыл кран, потом закрыл и, подняв голову, встретил в зеркале задумчивый взгляд Лу Вэньфэя. Их глаза встретились через отражение; Цзянь Суй стряхнул воду с рук.
Когда вода стихла, в туалете стало непривычно тихо.
— Только что… — первым заговорил Лу Вэньфэй чистым и звонким голосом. — Спасибо.
— Не за что, — сказал Цзянь Суй. — Просто подвернулся случай. Он часто так делает?
— Как именно? — спросил Лу Вэньфэй.
— Ну… — Цзянь Суй повернулся лицом к нему. — Издевается над тобой. И потом ведь он ещё придёт к тебе разбираться, верно?
Лу Вэньфэй опустил глаза.
Добрый самаритянин, что ли?
— Не знаю, — сказал он. — Ничего не поделаешь.
— Говорил об этом с куратором? — спросил Цзянь Суй.
— Нет необходимости.
— Как это нет? Очень даже есть.
Теперь, когда между ними больше не было того посредника в виде интернета, в реальности они были гораздо дальше друг от друга. По сути, они оставались незнакомцами. Цзянь Суй понимал, что Лу Вэньфэй, скорее всего, его не узнал. Во время военной подготовки тот смотрел на него так, словно видел впервые, и относился к нему совершенно соответственно — как к незнакомцу, которого попросту игнорируют.
Только что он нарочно назвал своё имя и заметил, что Лу Вэньфэй отреагировал на него довольно равнодушно. Хотя в тот день он оставил на бумажке контакт и имя, Лу Вэньфэй, вероятно, его имени не запомнил.
Впрочем, это не имело значения.
Достаточно с этого момента оставить о себе хорошее впечатление.
Если стать другом, которому Лу Вэньфэй сможет доверять, это вдвое облегчит ему дальнейшие действия.
Лу Вэньфэй поднял глаза.
— У меня нет выхода. Он ведь не причинил мне никакого реального вреда. Обращаться к кому-то, чтобы тот вмешался и разобрался с этим… слишком хлопотно.
Цзянь Суй подумал: при нынешних отношениях, если он скажет слишком много или проявит чрезмерное внимание, Лу Вэньфэй, наоборот, легко насторожится.
— Ладно. Если будут проблемы, можешь найти меня в комнате 406.
Лу Вэньфэй упомянул, что Сяо Чэнъюй может снова прийти к нему разбираться, и тем самым напомнил Цзянь Сую о возможных проблемах.
— Ничего. Я не боюсь проблем, — беспечно ответил Цзянь Суй.
Ни один из них не заговорил о больнице. Цзянь Суй полагал, что Лу Вэньфэй его не узнал.
Сам Лу Вэньфэй думал о том, что сначала действительно не узнал его, а теперь вдруг заговорить об этом было бы неуместно и по времени, и по атмосфере.
К тому же это доставило бы лишние хлопоты.
Он не любил слишком тесно с кем-то связываться. Когда интернет-знакомство переходило в реальную жизнь, всё становилось гораздо сложнее. К тому же, учитывая то, что происходило в его кругу общения, он вовсе не хотел подробно обсуждать с кем-либо свои дела.
Они вместе вышли из туалета, но у входа в спортивный зал Лу Вэньфэй сказал, что у него есть дела, и не пошёл с Цзянь Суем; они попрощались. Цзянь Суй вернулся в спортзал и нашёл Чжан Сянсяо.
Чжан Сянсяо съел его печенье.
— Извини, брат, — сказал приятель, показывая пластиковую упаковку, в которой осталась лишь одна маленькая печенька. К уголку его рта прилипли крошки. — Ты так долго ходил, я решил, что ты уже ушёл.
Цзянь Суй: «…» — в эту секунду он мысленно снизил кредит доверия Чжан Сянсяо на один пункт.
Дождь шёл долго. Чжан Сянсяо отправлял Лю Янжаню сообщения и звонил ему, но тот никак не отвечал. Вдвоём они под дождём добрались до столовой, поели, а затем побежали обратно в общежитие. Когда они вошли, Лю Янжань как раз вышел из ванной после душа.
Увидев, что оба промокли до нитки, он ничуть не удивился и указал на ванную.
— Кто первый?
— Вместе! — ответил Чжан Сянсяо.
— Ты первый, — одновременно с ним произнёс Цзянь Суй, расстёгивая пуговицы. — Ты первый, у меня только куртка немного промокла.
Он взъерошил волосы, подошёл к своему столу, вытащил салфетку и вытерся. Лю Янжань тоже заметил, что они промокли по-разному.
Чжан Сянсяо с завистью вздохнул.
— Когда мы выходили из столовой, одна хорошенькая девчонка накрыла его своим зонтом. Вот что значит иметь красивое лицо: тебе и привилегии полагаются, — он потрогал своё суровое лицо и добавил: — Но всё равно он настоящий друг.
Потом Цзянь Суй увидел, что Чжан Сянсяо одному мокнуть под дождём слишком тоскливо, поблагодарил девушку и вместе с соседом по комнате бегом помчался в общежитие.
Чжан Сянсяо взял чистую одежду и зашёл в ванную. Цзянь Суй бросил снятую мокрую куртку в корзину; на нём осталась только белая майка. Погода была не настолько холодной, чтобы мёрзнуть в ней, а с волос уже перестало капать.
Он прибрался на столе.
Парни обычно моются быстро. Чжан Сянсяо пробыл в ванной меньше десяти минут, после чего вышел, и с его волос всё ещё стекала вода.
Цзянь Суй взял одежду и юркнул в ванную.
Тёплая вода полилась из душа и разом обволокла озябшую кожу теплом. Как бы он ни загорал, кожа под одеждой и на солнце неизменно оставалась двух цветов.
Он помылся, вытерся и, натягивая одежду, услышал снаружи неясные голоса.
Он толкнул дверь и вышел — голоса стали отчётливее.
— Вышел-вышел, погоди! — громко крикнул внутрь Чжан Сянсяо. — Цзянь Суй!
— Что такое? — парень поставил корзину с грязной одеждой в сторону и вышел из ванной.
— К тебе пришли, — сказал Чжан Сянсяо.
Цзянь Суй вышел и увидел человека у двери комнаты: Лу Вэньфэй всё ещё в камуфляже, в руках пластиковый пакет из маленького университетского магазина.
В чёрной одежде черты его лица, и без того не располагавшие к тому, чтобы с ним связываться, казались ещё более резкими. При этом вблизи его глаза выглядели удивительно ясными.
С кончиков чёрных растрёпанных волос капала вода, стекая по щеке. Он поднял левую руку, большим пальцем смахнул каплю со щеки и тут же отзывчиво спросил:
— Ты почему пришёл? Неужели…
Он не договорил — Лу Вэньфэй перебил:
— Можешь выйти на минутку?
— Ладно.
Он небрежно вытер волосы полотенцем, повесил его на сушилку, в тапочках вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь.
В коридоре было пусто и тихо.
— Это тебе, — Лу Вэньфэй протянул ему пакет.
— Что это?
— Еда, — сказал Лу Вэньфэй. — Я хочу попросить тебя об одном деле.
— Говори, подарки не нужны.
В его речи уже слышался акцент, которым он заразился от Чжан Сянсяо. Из-за этого голос звучал очень по-дружески.
— Возьми. Ты из-за меня влез в неприятности. Извини.
— Не из-за тебя, — вдруг серьёзно сказал Цзянь Суй. — Я сам влез в неприятности, тебе не надо чувствовать себя обязанным.
На красивом лице Лу Вэньфэя промелькнуло замешательство.
Цзянь Суй поднял руку и похлопал его по плечу.
— Всё нормально. Мне просто нравится заступаться за тех, кого обижают. Если моя помощь тебя тяготит, то мне, наоборот, кажется, что это я причиняю тебе хлопоты.
Лу Вэньфэй опустил глаза; половина лица скрылась в тени. Он помолчал две-три секунды и ровно спросил:
— То, что я купил это, тебя тяготит?
— …Нет, правда нет.
— Тогда возьми. Это просто еда.
Цзянь Суй: «…»
— О сегодняшнем прошу никому не рассказывать, — сказал Лу Вэньфэй.
— Я умею держать язык за зубами, не волнуйся.
Когда Цзянь Суй открыл дверь комнаты, на него устремились две пары глаз. Он вошёл с пакетом еды и поставил его на стол. Чжан Сянсяо тут же подскочил к нему.
— Охренеть, кто этот красавчик? Ещё и еду тебе принёс.
Лю Янжань ответил за него:
— Лу Вэньфэй.
— Ты тоже его знаешь? — спросил Чжан Сянсяо.
— Не знаю, — Лю Янжань поправил очки. — Поищи на университетском форуме, сразу узнаешь. Многим девчонкам он нравится: парень с врождённой загадочностью.
— Цзянь Суй, откуда ты его знаешь? — снова спросил Чжан Сянсяо. — Ещё и еду принёс. У вас явно отношения не самые обычные.
Цзянь Суй распечатал пачку печенья, взял одно, зажал в зубах и невнятно сказал:
— Долго рассказывать, не буду.
Чжан Сянсяо: «…»
Жуя печенье, Цзянь Суй задумался о том, каким человеком он предстал в глазах Лу Вэньфэя. Вероятно, тем самым отзывчивым прохожим, который всегда готов прийти на помощь. Скорее всего, впечатление он оставил неплохое. Они общались совсем недолго, но ему казалось, что Лу Вэньфэй и правда, как говорили слухи, производит впечатление несколько замкнутого человека.
Казалось бы, он пришёл угостить его едой, чтобы сократить дистанцию, но на самом деле поставил их отношения в особенно вежливую и отстранённую позицию. Лу Вэньфэй не был к нему тёплым, но и совсем холодным его не назовёшь.
Он будто возвёл вокруг себя глухую стену, которую другим трудно преодолеть, и сам охранял её изнутри.
Цзянь Суй откинулся на спинку стула, запрокинул голову и посмотрел на потолок.
Похоже, подружиться с ним и стать ему близким человеком будет непросто.
Дождь шёл с перерывами, и сегодняшнюю военную подготовку отменили. Цзянь Суй остался в комнате и после обеда отправил Лу Вэньфэю сообщение, спросил, не хочет ли тот поиграть. Тот ответил, что пока занят и сможет только после семи вечера.
Тем временем в автобусе на другом конце города Лу Вэньфэй, уже переодевшись, сидел у окна. На голове у него была чёрная бейсболка, а поверх неё ещё капюшон худи.
Парень был в наушниках, чёрный провод змейкой спускался по груди, а сам он смотрел в окно.
С серого неба шёл дождь, умывая город. Стекло автобуса затянули струйки воды, и всё за ним расплылось. Однако отражение чёткой линии подбородка Лу Вэньфэя оставалось хорошо различимым.
Сидевшая рядом девушка болтала с подругой по видеосвязи. Краем глаза он заметил, что экран телефона чуть повернулся в его сторону. Он глубоко вздохнул, надвинул кепку и прибавил громкость на телефоне — музыка заполнила всё вокруг. Он повернулся лицом к окну и закрыл глаза.
Кампус находился далековато от центра. Из-за дождя автобус еле плёлся, то и дело останавливаясь, и лишь спустя полчаса Лу Вэньфэй добрался до нужной остановки.
Вход в заведение затерялся на неприметном участке улицы. Лестница вела вниз, а высоко над ней висела вывеска: «Бар „Ноль часов“». Двери были открыты.
Лу Вэньфэй вошёл внутрь.
Бар ещё не работал, и внутри царил полумрак — красный и синий свет переплетались. Он достал телефон, отправил сообщение и вскоре получил ответ.
Он подошёл к кабинету и постучал в дверь.
— Входи, — отозвались изнутри.
Лу Вэньфэй толкнул дверь и вошёл.
— Пришёл, — мужчина в костюме сидел за письменным столом и достал конверт. — Вот, твоя зарплата за прошлый месяц, пересчитай.
— Мгм, спасибо, — Лу Вэньфэй принял конверт.
— Эх, когда у тебя закончится военная подготовка? Потом снова будешь работать?
— Буду, — сказал Лу Вэньфэй. — Уже скоро.
— Приходи, когда будет время, я всё равно держу для тебя место.
— Спасибо, брат Юнь.
— Пустяки. Ты раньше мне помог, дай и мне хоть раз отблагодарить тебя. Раз уж пришёл, выпьем?
— Не получится, вечером у меня ещё дела.
Лу Вэньфэй не стал пересчитывать деньги, взял конверт, поговорил с мужчиной ещё немного и ушёл — он направился в банк.
Всего пять тысяч двести. Он положил деньги на карту, перевёл тысячу пятьсот на один счёт, достал телефон, нашёл в контактах второго дядю и позвонил.
***
Около шести вечера в комнате 406 Лю Янжаня не было. Чжан Сянсяо сидел за столом в наушниках перед ноутбуком и играл; клавиатура под его пальцами громко щёлкала. На другой кровати тонкое одеяло горбилось небольшим холмиком — человек под ним спал крепким сном.
Телефон под подушкой дважды коротко завибрировал. Он, не открывая глаз, пошарил рукой, нащупал телефон под подушкой и спросонья взглянул на время.
В переписке появились два новых сообщения.
【.: Я вернулся】.
【.: Будешь играть?】
Цзянь Суй моргнул и отправил: 【Буду】.
【.: Заходи в игру, проведу】.
В сети Лу Вэньфэй казался гораздо более дружелюбным, чем в реальности.
Цзянь Суй открыл игру и, пока шла загрузка, на мгновение прикрыл глаза. Прошлой ночью он снова тайком тренировался под одеялом, оттачивая игру за нужных персонажей, и почти не сомкнул глаз до рассвета.
В сегодняшнюю дождливую погоду спать было особенно хорошо. Выпала редкая возможность передохнуть: он немного посидел в телефоне, почувствовал, как клонит в сон, и прилёг на кровать.
Цзянь Суй нащупал наушники, надел их и вошёл в игру. Пока стоял в очереди на подбор игроков, он зевнул и спросил:
— Ты где был?
Лу Вэньфэй услышал в наушниках чуть хрипловатый голос, ещё окутанный сонливостью; от него в ушах появилось лёгкое покалывание. Он убавил громкость и сказал:
— Нигде.
— Угу, — Цзянь Суй спросил просто так и не стал допытываться.
— Я помешал тебе спать?
— Нет, — ответил Цзянь Суй. — Наоборот, спасибо, что разбудил меня к ужину.
— Ты ещё не ел?
— Нет.
— Может, сначала поешь?
— Ничего, сыграю пару матчей, взбодрюсь, — ответил Цзянь Суй.
Лу Вэньфэй больше не стал ничего говорить.
Он узнал голос Цзянь Суя, и тот тоже знал, что это он. Правда, Лу Вэньфэй не понимал, почему парень, узнав его, всё равно продолжил играть с ним в сети и… ещё и сделал вид, что не узнал. Но пока он не хотел ломать это негласное соглашение.
Цзянь Суй, возможно, только что проснулся, поэтому говорил мало и лишь иногда издавал дыхание.
— Ты сейчас в университете? — вдруг спросил Лу Вэньфэй.
Цзянь Суй как раз был в разгаре боя, ответил: «Мгм», — управляя персонажем и яростно нанося урон.
— Студент? — снова спросил Лу Вэньфэй.
Пальцы Цзянь Суя на миг замерли:
— Да. А что?
— Я часто слышу, как говорят твои соседи, а сегодня у тебя как-то тихо.
— Он играет, — сказал Цзянь Суй.
Лу Вэньфэй издал звук: «О», — и больше не расспрашивал, будто просто обмолвился.
Военная подготовка подходила к концу, скоро должны были состояться показательные выступления и итоговое собрание.
После дождя на следующий день распогодилось. Эти два дня солнце было не таким беспощадным, и воздух стал менее душным, чем раньше.
На плацу раздавался звонкий голос инструктора. За день строевой подготовки они уже привыкли к такой нагрузке. Привыкнуть-то привыкли, но усталость никуда не делась.
Сегодня Цзянь Суй то и дело чувствовал на себе пристальный взгляд. Когда после обеда отряд распустили, он увидел, как Сяо Чэнъюй с несколькими парнями прошёл мимо их строя. Этот тип уставился на него, что-то сказал стоявшему рядом парню, и те тоже обернулись и взглянули на Цзянь Суя.
В любом случае ничего хорошего это не предвещало.
Когда отряд распустили, Цзянь Суй хотел заглянуть в туалет, освежить лицо и руки, а затем пойти поесть. Едва он сделал шаг, как Чжан Сянсяо похлопал его по плечу.
— Идём играть в мяч, идём.
— Ты не голоден?
— Да нормально. Я уже несколько дней мяч в руках не держал. Сегодня вечером не надо строиться, пойдём поиграем.
— Иди сам, — сказал Цзянь Суй. — Мне не хочется двигаться.
— Эй, тот Сяо… как его…
— Сяо Чэнъюй.
— Да, этот тип. Чего он тут шатался? И всё время на тебя пялился.
Цзянь Суй и Чжан Сянсяо были примерно одного роста. На подготовке их поставили в строю рядом, поэтому, когда мимо проходила эта толпа, Чжан Сянсяо тоже всё отлично видел.
— Наверное, делать нечего, — отмахнулся Цзянь Суй.
— Ты изменился.
— В чём?
— Ты мне отмахиваешься. Раньше ты таким не был.
Цзянь Суй: «…»
Чжан Сянсяо едва ли не силком утащил его в спортивный зал. Они сыграли две партии в баскетбол, после чего Цзянь Суй ушёл к краю площадки и сел, скрестив ноги, чтобы отдохнуть. Он буквально излучал умиротворение человека, которого ничто в мире не тревожит.
Он прислонился спиной к стене и, опустив голову, листал телефон.
На баскетбольную площадку приходило немало девушек посмотреть, как играют парни. Чжан Сянсяо был как павлин, распустивший хвост: бросая мяч, он выбирал самую эффектную позу, играл с особым азартом, а после броска не смотрел на кольцо — вместо этого прислушивался к возбуждённым голосам девушек и самодовольно ухмылялся.
Но его самодовольство продлилось недолго. Вскоре он понял, что девушки шумят совсем не из-за него.
Он остановил бег и посмотрел в угол, где несколько человек обступили Цзянь Суя.
Цзянь Суй почувствовал, что перед ним упала тень, поднял голову и увидел Сяо Чэнъюя с двумя парнями. Он погасил экран телефона.
— Что-то нужно?
— Сыграем разок, — Сяо Чэнъюй кивнул подбородком, предлагая ему выйти на площадку. По тону было понятно: это не вопрос, а утверждение.
— Не буду.
— Что? Боишься проиграть? — фыркнул Сяо Чэнъюй.
— Не в этом дело, — Цзянь Суй медленно встал. Он оказался на два пальца выше Сяо Чэнъюя, и теперь они смотрели друг другу прямо в глаза. — Просто не хочу играть.
Прямо говоря, не хотел играть с ним.
Сяо Чэнъюй шагнул ближе и понизил голос так, чтобы слышал только Цзянь Суй:
— Вчера ты был таким ретивым, когда лез в чужие дела. А теперь что?
— Эй-эй-эй, вы что делаете? — Чжан Сянсяо подошёл, раздвинул их и встал рядом с Цзянь Суем.
— Просто хотим сыграть в мяч, давайте вместе.
— Не заставляй человека, если он не хочет.
У Цзянь Суя заболела голова. Он не хотел, чтобы ситуация ещё сильнее обострялась.
— Ладно, сыграем, — перебил он их. — Волейбол. Идёт?
Сяо Чэнъюй не сводил с него глаз и выдавил улыбку.
— Как хочешь.
В мгновение ока на волейбольной площадке друг против друга встали две стороны.
Люди по природе любят поглазеть. У волейбольной площадки собралось немало народу — и парней, и девушек. Цзянь Суй и Сяо Чэнъюй оба выглядели очень привлекательно, так что зрителей стало ещё больше; некоторые даже сами стали делать ставки на победителя.
В конце толпы беззвучно появился Лу Вэньфэй в чёрном и посмотрел на четырёх человек, стоявших друг против друга на площадке: Цзянь Суй и Чжан Сянсяо в одной команде, Сяо Чэнъюй и один из приведённых им парней — в другой.
Вскоре начали.
Цзянь Суй подавал первым. Взяв мяч, он подбросил его на руке.
— Цзянь Суй, ты серьёзно? — тихо и неуверенно сказал Чжан Сянсяо. — Я почти не играл в это.
— Ничего, я справлюсь, ты для количества, — беспечно сказал Цзянь Суй.
Краем глаза он заметил фигуру, на мгновение замер, а затем повернул голову. Среди стоявших там девушек прокатилась небольшая волна возбуждения.
Цзянь Суй встретился взглядом с Лу Вэньфэем. Тот сделал два шага вперёд. Цзянь Суй слегка сдвинулся в его сторону, а в следующую секунду сам направился к нему.
Потому что он был уверен: Лу Вэньфэй пришёл ради него.
Он остановился перед Лу Вэньфэем, держа в руках мяч.
— Ты почему здесь?
— Услышал новость, — сказал Лу Вэньфэй. — Ты будешь играть с ним в волейбол?
— Мгм, — отозвался Цзянь Суй.
— Он неплохо играет в волейбол.
Хотя Лу Вэньфэй не любил Сяо Чэнъюя, это была правда.
— Я выиграю.
Ещё до начала матча объявлять исход — это звучало несколько самонадеянно. Но когда такие слова произносил Цзянь Суй, им почему-то хотелось верить.
От него исходила какая-то аура сильного человека, внушавшая доверие. Казалось, среди обычных людей скрывается настоящий таинственный мастер, который до сих пор не показывал своих способностей.
Лу Вэньфэй посмотрел в его ясные глаза, словно наполненные светом, и проглотил слова, которые собирался произнести. Цзянь Суй влез в неприятности из-за него. Он пришёл сюда, потому что не хотел, чтобы они играли, не хотел видеть, как Цзянь Суй проиграет Сяо Чэнъюю, и хотел мирного решения. Но взгляд парня был таким твёрдым и чистым, что он так и не смог ничего сказать.
В этот момент подошёл Чжан Сянсяо. Он нервно потёр руки и спросил Цзянь Суя:
— Почему не баскетбол? В баскетбол я могу. Я ещё знаю нескольких старшекурсников из спорткомитета.
Цзянь Суй взглянул на него, облизнул губы, помолчал две-три секунды и сказал:
— Не хочу бегать по всей площадке и гоняться за мячом.
Что до волейбола, то если не хочешь подбирать мяч, достаточно просто выиграть.
Чжан Сянсяо: «…» — такая своенравная причина?
Лу Вэньфэй: «…»
Уголки его губ невольно дрогнули.
— Подержишь мою одежду? — спросил Цзянь Суй у Лу Вэньфэя, и тот кивнул.
Цзянь Суй сунул мяч в руки Чжан Сянсяо, снял камуфляжную куртку; под ней была свободная спортивная майка с белой основой и чёрной окантовкой. Растрёпанные чёрные волосы падали на лоб, в нём было полно юношеской свежести.
Он впихнул одежду Лу Вэньфэю и, отступая назад, сказал:
— Спасибо. Потом тебя найду, не уходи.
Цзянь Суй повернулся спиной и трусцой побежал на площадку.
— Знаю, — тихо пробормотал Лу Вэньфэй, глядя ему вслед.
Будто он мог взять и убежать вместе с его одеждой.
После целого дня подготовки тело неизбежно покрывалось испариной, а от разгорячённых парней всегда шёл характерный запах. Но от куртки Цзянь Суя исходил знакомый Лу Вэньфэю свежий аромат стирального средства.
Тот самый запах, который он почувствовал на перекрёстке в день их первой встречи.
Ещё когда Сяо Чэнъюй увидел, как Цзянь Суй разговаривает с Лу Вэньфэем, его лицо стало мрачнее тучи. Теперь же, когда Цзянь Суй вернулся на площадку и собрался подавать, кипящий от гнева Сяо Чэнъюй твёрдо решил хорошенько его проучить.
Но вышло так, что не успел он проучить Цзянь Суя, как тот первым показал класс.
Цзянь Суй не хотел затяжной борьбы и не хотел давать Сяо Чэнъюю слишком много шансов на контратаку. Он признавал, что уже испытывает к этому типу определённую неприязнь.
Зрители увидели, как Цзянь Суй вышел на площадку и взял мяч, а его манера держаться внезапно изменилась. Он подпрыгнул и выполнил силовую подачу в прыжке. Сяо Чэнъюй отбил мяч в сторону Чжан Сянсяо. Тот заметил, как Цзянь Суй двинулся вперёд, и поспешно отступил в сторону. Цзянь Суй высоко подпрыгнул, вытянувшись всем телом. Его движения были мощными и при этом удивительно красивыми. Подол майки задрался, обнажив полосу напряжённого живота и талии.
Девушки рядом защёлкали камерами телефонов и тихо ахали от восхищения.
В следующую секунду с силой и на огромной скорости парень ударил по мячу. Тот с грохотом врезался в пол и несколько раз подпрыгнул.
— Бля, вот это мощный удар!
— Я только на миг отвернулся, что случилось?
— Ты сняла ту талию? Бля-бля-бля, быстро покажи…
Цзянь Суй приземлился, обернулся и дал пять Чжан Сянсяо.
— Красиво!
Они отлично начали игру, а Сяо Чэнъюй уже почувствовал, что теряет лицо.
Во втором раунде Сяо Чэнъюй принял три мяча. Когда Цзянь Суй отбил удар, мяч полетел прямо в лицо Сяо Чэнъюю. Тот успел вскинуть руку, чтобы защититься, но волейбольный снаряд угодил ему в запястье, отскочил и упал в сторону.
Чем дольше продолжалась игра, тем мрачнее становилось его лицо.
— Ещё будем играть? — спросил его Цзянь Суй.
— Играем, — скрипнул зубами Сяо Чэнъюй.
Постепенно Чжан Сянсяо и второй парень превратились в статистов. На площадке остались только Цзянь Суй и Сяо Чэнъюй. Сяо Чэнъюю было не занимать силы, но в противостоянии с Цзянь Суем он неизменно проигрывал.
Цзянь Суй выкладывался изо всех сил, чтобы не бегать за мячом.
Пот стекал по вискам; короткие чёрные волосы давно растрепались. От физической нагрузки щёки порозовели, губы слегка приоткрылись, дыхание стало прерывистым. Одежда пропиталась потом. Он высоко подпрыгивал, и при каждом движении его майка взлетала, на мгновение открывая очертания мышц живота. В этом было что-то особенно притягательное. Мощным ударом он отправил мяч на другую сторону площадки.
Его взгляд был твёрдым, а в глазах читалась решимость.
Этот волейбольный матч он хотел выиграть. Он не собирался проигрывать ни одного раунда.
Выиграть так, чтобы Сяо Чэнъюй пожалел, что предложил ему «поиграть».
Это проклятое желание побеждать.
http://bllate.org/book/15223/4705741
