— Что-то ты долго, — Фу Чэн, лёжа на столе, повернул голову в его сторону.
Шэнь И поставил стакан с водой рядом с рукой Фу Чэна.
— В твоей комнате слишком душно. Я вышел подышать свежим воздухом, а ты ещё и время засекаешь?
Фу Чэн сел, сделал глоток и с подозрением уставился на Шэнь И. Ему показалось, что тот немного изменился по сравнению с тем, каким уходил.
— Ты что, на холодном ветру стоял?
Шэнь И присел рядом. Закинув одну ногу на перекладину стула, а другой упираясь в пол, он мерно раскачивался взад-вперёд.
— С чего вдруг такие вопросы?
Фу Чэн ткнул пальцем в сторону собственного уха и сказал.
— У тебя уши совсем покраснели от холода.
— Да? — Шэнь И коснулся горячей мочки уха. Это был вовсе не холод, а жар. — На улице и правда прохладно, завтра нужно будет одеться потеплее.
— Угу, точно, — кивнул в знак согласия Фу Чэн.
— Фу Чэн... — Шэнь И, казалось, хотел что-то сказать.
— М-м? — Фу Чэн в замешательстве отозвался.
Но Шэнь И лишь снова улыбнулся и ответил:
— Ничего.
Шэнь И размышлял о том, что их отношения с Фу Юйхэ можно было описать всего двумя словами: «тайная интрижка». Обводить Фу Чэна вокруг пальца, действуя за его спиной — это было неправильно и предосудительно, но чертовски возбуждающе.
С приходом зимних холодов пыл парней к игре в баскетбол заметно поутих, и развлечений у Шэнь И стало меньше. Впрочем, он всегда умел найти способ повеселиться и никогда не страдал от скуки.
Наступил декабрь. В канун Рождества, в Сочельник [1], яблоки в школьном магазинчике разлетались как горячие пирожки. Красивые коробочки для упаковки и рождественские открытки пользовались у учеников огромным спросом.
[1] 平安夜 (píng'ān yè) — букв. «ночь мира / безопасности»; Сочельник (24 декабря). В современном Китае существует традиция дарить в этот день яблоки. «Яблоко» по-китайски — 苹果 (píngguǒ), а «мир / безопасность» — 平安 (píng’ān); начальные слоги созвучны. Поэтому яблоко, подаренное в Сочельник, называют 平安果 (píng’ān guǒ) — «плод мира». Такой подарок означает пожелание безопасности и благополучия в наступающем году.
В тот день Шэнь И и Фу Чэн ходили вместе пообедать, а когда вернулись, Шэнь И обнаружил в своём ящике стола несколько коробок с яблоками, к которым прилагались маленькие открытки.
— Ух ты! — фальшиво восхитился Фу Чэн, стоя рядом.
— Угощайся. Это я купил, — Шэнь И всунул ему в руку яблоко.
— Это плата за молчание?
— Именно, — усмехнулся Шэнь И. — Так что держи рот на замке.
— Это чистой воды подкуп, — Фу Чэн откусил яблоко.
Популярность Шэнь И казалась Фу Чэну чем-то само собой разумеющимся. У него была выдающаяся внешность, он постоянно был на виду, играя в баскетбол, да и характер у него был отличный. Одно время девушки из младших классов то и дело просили Фу Чэна передать другу любовные письма.
— Раз уж ты принял подкуп, придётся хранить мой секрет, — сказал Шэнь И.
— Не переживай, я умею держать язык за зубами.
— Сегодня днём уходи без меня.
— М-м? — Фу Чэн перестал жевать яблоко. — Ты не вернёшься домой?
— Нет, мне нужно заскочить в одно место, — небрежно бросил Шэнь И.
— Куда это? На свидание? — спросил Фу Чэн с любопытством.
— Мгм. Хочешь со мной? — в голосе Шэнь И прозвучала усмешка.
***
В интернет-кафе непрерывно стрекотали клавиатуры, то и дело прерываемые чьей-то бранью. В этой шумной обстановке Шэнь И снял отдельную кабинку, где они и уселись. Фу Чэн сидел, вцепившись в свой рюкзак, и с опаской оглядывался по сторонам.
— Не нервничай, — Шэнь И протянул Фу Чэну леденец. — Мы уже совершеннолетние.
Друг прижал рюкзак к груди так крепко, будто кто-то вот-вот мог на него напасть и ограбить.
— Я не нервничаю, — выдавил он.
Шэнь И тоже распаковал леденец и зажал розовую палочку в углу рта. На нем была черная бейсбольная куртка, а голову венчала кепка, которую он надел, чтобы защититься от ветра, и не стал снимать даже внутри.
Он лениво развалился в кресле и начал быстро набирать текст в телефоне.
【Шэнь И: Брат, скоро заканчиваешь работу?】
【Фу Юйхэ: Я босс.】
Тогда Шэнь И сменил формулировку.
【Шэнь И: Скорее заканчивай работу, брат. Я хочу тот манговый панкейк, который ты приносил в понедельник.】
Шэнь И погасил экран телефона и обратился к явно чувствующему себя не в своей тарелке Фу Чэну.
— Можешь идти домой первым.
— Я правда не нервничаю! — выпалил Фу Чэн, в чьём голосе напряжение смешивалось с любопытством.
— ...Мгм.
Он сдержал улыбку, промелькнувшую в уголках губ. В такие моменты он и впрямь чувствовал себя плохим парнем, развращающим прилежного ученика.
Фу Чэн устроился рядом, включил компьютер и принялся смотреть какое-то шоу. Шэнь И больше не донимал его расспросами. Покусывая палочку леденца, он какое-то время сосредоточенно стучал по клавишам, а затем замер, подперев щеку рукой и не отрывая взгляда от монитора.
Спустя некоторое время Фу Чэн из любопытства заглянул к нему в монитор и спросил, чем он занят.
— Ищу кое-что интересное, — отозвался Шэнь И.
— А что именно? — любопытство Фу Чэна разгорелось с новой силой.
— Для меня это имеет смысл, а для тебя — нет, — тихо произнёс Шэнь И.
— Что? — Фу Чэн не расслышал.
— Ничего. Играй сам.
Фу Чэн решил, что речь идёт о какой-то игре. Мазнув взглядом по монитору друга, он увидел лишь бесконечные ряды непонятных ссылок и адресов, после чего со спокойной душой вернулся к просмотру своего шоу.
В какой-то момент Фу Чэну позвонили. Вернувшись, он сообщил, что брат приедет за ними. Шэнь И взглянул на свой телефон: Фу Юйхэ ответил ему ещё десять минут назад, ворчливо спрашивая, куда это он так торопится.
Шэнь И думал, что сегодня Фу Юйхэ задержится на работе.
К этому времени Шэнь И уже нашёл почти всё, что ему было нужно. Он закрыл вкладки с адресами сайтов и около получаса просидел за какой-то простенькой игрой. Спустя полчаса Фу Чэну снова позвонил брат, и они вместе вышли из интернет-кафе.
Едва они покинули заведение, как следом за ними вышли несколько парней с крашенными в жёлтый цвет волосами и голыми лодыжками, несмотря на лютый мороз.
— Слушай, тебе не кажется, что они за нами следят? — Фу Чэн старался идти как можно естественнее, не оборачиваясь, чтобы случайный встречный взгляд не был расценён как вызов.
Шэнь И же, напротив, нисколько об этом не беспокоился. Он обвёл взглядом улицу и сразу определил, о ком говорил Фу Чэн — их было легко узнать, с первого взгляда было ясно, что это сомнительные личности.
К тому же, они тащились за ними ещё от самых школьных ворот.
— Да, они идут за нами, — подтвердил Шэнь И.
Стоило ему договорить, как те несколько парней, встретившись с ним взглядом, заметно ускорили шаг.
Заметив, что те прибавили ходу, Фу Чэн тоже ускорил шаг. Когда расстояние между ними сократилось, его интуиция вовсю забила тревогу, предчувствуя беду. Схватив Шэнь И за запястье, он сорвался на бег, и Шэнь И, не сопротивляясь, последовал за ним прямиком к машине Фу Юйхэ.
Черный седан стоял на парковочном месте. Фу Чэн, тяжело дыша, свободной рукой упёрся в колено, в то время как дыхание Шэнь И оставалось ровным, лишь самую малость потяжелев.
Окно заднего сиденья медленно опустилось, дюйм за дюймом открывая взору Шэнь И глубокий профиль Фу Юйхэ. Тот скользнул по ним взглядом, и когда его глаза коснулись их переплетённых рук, он на мгновение замер.
Фу Чэн ещё не успел выпустить запястье Шэнь И; он сжимал его крепко, используя как опору, чтобы не упасть.
— Брат, — позвал он, тяжело дыша.
— Брат, — эхом отозвался Шэнь И под кепкой.
Сцена со стороны выглядела странно: будто младший брат привёл в дом «невестку», и теперь они наперебой, один ласковее другого, приветствуют старшего брата.
Фу Юйхэ знал, что Шэнь И и Фу Чэн — близкие друзья, но, когда эта «близость» проявилась в таких деталях, в его душе зародилось некое сложное, трудноописуемое чувство.
Теоретически в этом не было ничего необычного, но его чрезмерное чувство собственности и подсознательное нежелание позволять кому-либо приближаться к Шэнь И — почти болезненная, патологическая психология [2] — медленно разъедали его сердце. Это началось ещё тогда, когда он увидел Шэнь И, весело болтающего с какой-то девушкой; именно в тот момент Фу Юйхэ обнаружил в себе другую личность, о существовании которой и не подозревал.
[2] 病态的心理 (bìngtài de xīnlǐ) — «нездоровое, искажённое мышление»; не обязательно медицинский термин, чаще характеристика деструктивных моделей поведения, которые сам человек воспринимает как любовь, заботу или правильность.
Его взгляд потемнел, когда он посмотрел на сцепленные руки Шэнь И и Фу Чэна. Он хрустнул костяшками пальцев, но стоило ему снова поднять глаза, как все эмоции исчезли, сменившись привычным безразличием. Он заметил «маленькие хвостики», следовавшие за ними по пятам.
— Кто это? — спросил он.
Неподалёку банда «желтоволосых» замерла на месте. Они не стали приближаться, лишь молча наблюдали за ними издалека.
— Без понятия, — Шэнь И посмотрел на них невинным и растерянным взглядом. — Мы с ними не знакомы.
Он обернулся; те несколько парней промедлили в нерешительности пару мгновений, после чего развернулись и ушли.
— О, ушли, — констатировал Шэнь И.
— Ты разочарован? — Фу Юйхэ бросил на него косой взгляд.
— Вовсе нет, — Шэнь И наклонился и оперся о раму автомобильного окна. — Просто я чувствую: пока ты рядом, ничего плохого не случится. Мне так спокойно.
Фу Юйхэ: «…»
Его рука, сжимавшая пальцы, замерла. От этого двусмысленного тона сердце Фу Юйхэ пропустило удар. Он иронично изогнул уголок губ и бросил на юношу многозначительный взгляд
— Садитесь.
Шэнь И выпрямился, и повернулся к все ещё тяжело дышащему Фу Чэну.
— Ты как, в порядке?
— Нормально, — лицо Фу Чэна раскраснелось от бега.
— Тогда давай в машину. Ты мне чуть руку не сломал.
— Да ничего я не... — пробормотал Фу Чэн, отпуская его запястье. Он потянулся к ручке задней двери и дёрнул, но та не поддалась.
Хм? Он дёрнул ещё раз.
— Садись вперёд, — Фу Юйхэ слегка вскинул подбородок.
— ...Хорошо, брат.
Он уселся на переднее пассажирское сиденье; на губах не было ни слова, но в душе он недоумевал.
Шэнь И открыл заднюю дверь и сел в салон. Словно невзначай он положил рюкзак у самой двери, а сам придвинулся ближе к середине.
— Чем вы занимались в интернет-кафе? — спросил Фу Юйхэ.
— Шоу смотрели, — послушно ответил сидящий впереди Фу Чэн, вытянувшись по струнке смирно.
— Брат, в нашем возрасте ходить в интернет-кафе — это совершенно нормально, не так ли?
Фу Юйхэ бросил на него взгляд. Шэнь И в ответ лучезарно улыбнулся и, совершенно не скрываясь, протянул руку, мимолётно сжал его ладонь и как ни в чем не бывало убрал руку обратно.
С этой бейсболкой на голове Шэнь И выглядел как настоящий «парень из соседнего двора» — дружелюбный и милый.
Его движения были настолько естественными, что Фу Юйхэ потребовалось две секунды, чтобы осознать произошедшее.
Ни водитель, ни сидящий впереди Фу Чэн ничего не заметили.
Фу Юйхэ дважды провёл большим пальцем левой руки по тыльной стороне правой.
— Действительно... совершенно нормально, — произнёс он.
Он краем глаза наблюдал за Шэнь И. В том, что касалось физического контакта, юноша проявлял инициативу с такой пылкостью, которая казалась... даже чрезмерной. Несмотря на то, что Фу Юйхэ не давал никаких чётких обещаний, Шэнь И, казалось, это совершенно не заботило. Словно мотылёк, летящий на огонь, он с отчаянной решимостью погружался в омут страсти, и, помимо этого, никогда ни о чем не просил.
Ведёт ли он себя так только с ним, или же... с кем-то другим он был бы таким же?
Каков Шэнь И, когда он с кем-то другим?
Чаще всего Фу Юйхэ видел его таким: невыносимо вредным, словно кот, только что стащивший лакомый кусочек [3].
[3] 偷腥的猫 (tōu xīng de māo) — идиома, букв. «кот, укравший рыбу/мясо»; человек, тайно ищущий запретных удовольствий, прежде всего любовных.
Заметив, что брат не собирается устраивать разборки, Фу Чэн в машине вовсю разболтался с Шэнь И. Он то и дело оборачивался, так что те двое на заднем сиденье не могли позволить себе даже пустяка вроде того, чтобы просто подержаться за руки.
Фу Юйхэ смотрел в окно, не вмешиваясь в их болтовню.
Машина быстро подъехала к особняку семьи Фу.
— Ну и холодина. Когда ты соберёшься домой, уже совсем стемнеет, — сказал Фу Чэн, переобуваясь у порога.
— Ничего страшного, на улицах есть фонари, — Шэнь И небрежно снял бейсболку.
— Слышал от Фу Чэна, что ты живёшь где-то неподалёку, — заметил Фу Юйхэ.
— Угу, — отозвался Шэнь И. — Брат, если будет время, можешь зайти ко мне в гости.
Эти слова, звучащие как самая обычная вежливость, для ушей Фу Чэна были просто формальностью, но для Фу Юйхэ они стали неприкрытым приглашением.
Пригласить к себе того, с кем связывают двусмысленные отношения... в мире взрослых это можно истолковать по-разному, и уж точно не как невинный жест. Фу Юйхэ мельком взглянул на ничего не подозревающего Фу Чэна, который уже ушёл в гостиную, и прошептал:
— Не говори таких вещей при Фу Чэне.
— Почему? — Шэнь И аккуратно поставил свои кроссовки в ряд.
Фу Юйхэ навис над Шэнь И, накрывая его своей тенью.
— Сейчас не время, чтобы он об этом знал.
Шэнь И поднял голову, его глаза лучились смехом.
— Брат, ты ведь не подумал, что я на что-то тебе намекаю?
Фу Юйхэ: «…»
Когда Шэнь И выпрямлялся, он внезапно и ловко запечатлел поцелуй в уголке губ Фу Юйхэ. В его ясных глазах вспыхнуло лукавство.
— Если я захочу чего-то, то не стану ходить вокруг да около, — произнёс он максимально прямо. — Я скажу тебе об этом в лоб.
Фу Юйхэ прижал пальцы к губам; его сердце пропустило несколько ударов. Он с виноватым видом быстро оглянулся на гостиную, но, не заметив там Фу Чэна, снова повернулся к юноше.
— Ты...
...сошёл с ума?
— Так что, брат, не хочешь зайти ко мне в следующий раз? Займёмся чем-нибудь... интересным, — Шэнь И многозначительно подмигнул. Его низкий, вкрадчивый голос был полон невысказанной нежности; он проник в самую грудь Фу Юйхэ, слой за слоем обволакивая сердце и дразня натянутые нервы.
http://bllate.org/book/15223/1373342
