Раздался чистый металлический щелчок пряжки ремня. Пальцы Фу Юйхэ на мгновение замерли. Он опустил глаза и увидел, что Шэнь И пристально и заворожённо разглядывает его ремень. Внезапно осознав странность момента, он отпустил пряжку и запустил пальцы в волосы юноши, заставляя его поднять голову.
— О чем ты так задумался? — спросил Фу Юйхэ.
— Ни о чём.
Его внимание просто приковали эти руки с чётко очерченными костяшками, расстегивающие ремень.
В следующее мгновение Фу Юйхэ, всё ещё обуреваемый гневом, грубо повалил Шэнь И на кровать. Упираясь коленями в матрас по обе стороны от его бёдер, он придавил плечи юноши своим весом. Неожиданная покорность Шэнь И заставила сердце Фу Юйхэ сжаться от глухого раздражения.
Почему он не сопротивляется?
Ему что, совсем всё равно?
— Твои слова про «первый поцелуй» — это тоже была ложь? — спросил Фу Юйхэ, крепко сжав его подбородок.
Будучи взрослым мужчиной, Фу Юйхэ на самом деле не был так уж зациклен на понятии «первого поцелуя». Он лишь хотел найти в этом некую «особенность», доказательство того, что и в чувствах Шэнь И к нему есть хоть капля искренности.
— Нет, — произнёс Шэнь И, запрокинув голову — кадык на его длинной шее дёрнулся. — Я не врал тебе.
Фу Юйхэ пристально смотрел на него несколько секунд.
— Если ты посмеешь мне солгать... — он не стал продолжать, ограничившись этим предупреждением [1].
[1] 点到即止 (diǎn dào jí zhǐ) — идиома, букв. «коснуться и остановиться»; означает намекнуть на что-то, не говоря прямо, или вовремя остановиться, чтобы не наговорить лишнего.
Фу Юйхэ отшвырнул куртку Шэнь И в сторону и, схватив его за воротник футболки, склонился, чтобы коротко поцеловать его в губы. Решив, однако, что он слишком нежен с ним, он ожесточился и, силой раздвинув его губы кончиком языка, перешёл к глубокому поцелую.
На протяжении всего процесса Шэнь И был покорным, словно приручённый зверёк.
Фу Юйхэ и не подозревал, что в глазах Шэнь И он сейчас выглядел невероятно сексуально. Его властная агрессивность в сочетании с проблесками страсти, мелькавшими во взгляде, была настолько притягательна, что Шэнь И даже сам заинтересовался тем предложением «переспать один раз».
Он обхватил руками шею Фу Юйхэ, обнимая его и всем своим видом показывая готовность отдаться на милость победителя [2]. Фу Юйхэ не смог устоять перед этим искушением, и сам не заметил, в какой момент инициатива в их страстном поцелуе перешла к Шэнь И.
Это было похоже на варку лягушки в тёплой воде [3]: пока Фу Юйхэ мнил Шэнь И загнанным в ловушку жалким кроликом, на самом деле он сам был той самой лягушкой, не замечающей опасности.
[2] 任君采撷 (rèn jūn cǎixié) — букв. «разрешаю вам срывать [цветок/плоды], как считаете нужным»; человек сравнивает себя с прекрасным цветком или спелым плодом, который полностью отдаётся в руки того, кого он любит или уважает.
[3] 温水煮青蛙 (wēnshuǐ zhǔ qīngwā) — известная метафора, букв. «варить лягушку в тёплой воде»: если температуру повышать медленно, лягушка не заметит угрозы, пока не станет слишком поздно.
Их дыхание переплелось. Шэнь И коснулся языком нёба Фу Юйхэ, отчего уголки глаз мужчины мгновенно покраснели. Прошлый опыт позволил Шэнь И изучить множество эрогенных зон и приёмов, на которые Фу Юйхэ реагировал особенно остро, и теперь его поцелуи становились всё более искусными.
Фу Юйхэ еще не успел прийти в себя, как оказался прижатым к кровати. Осознание накрыло его лишь тогда, когда Шэнь И принялся изучать, как снять с него одежду.
Фу Юйхэ наконец понял, откуда бралось то самое чувство неправильности, не покидавшее его с самого начала.
— Ты что творишь? — он перехватил руку Шэнь И, тянувшуюся к нему.
Глаза Шэнь И явно были затуманены страстью. Он смотрел на мужчину из-под полуопущенных век, слегка приоткрыв губы и тяжело дыша, после чего невинно моргнул и спросил:
— Разве нам не нужно раздеться, чтобы переспать?
— Достаточно снять твою!
Он попытался подняться, но Шэнь И, надавив на плечи, прижал его обратно к кровати.
— Недостаточно, — отрезал Шэнь И. — Раздеваться будем оба.
Поза была весьма двусмысленной: Фу Юйхэ лежал на кровати, широко разведя длинные ноги в строгих брюках, а Шэнь И, опустившись на колени прямо между ними, упирался ладонями в его плечи и смотрел на него сверху вниз.
— Как жарко, брат, — Шэнь И оттянул воротник футболки.
Фу Юйхэ отвернулся, глядя на примятое рядом с ними одеяло.
— Слезай с меня, — процедил он низким, хриплым голосом.
— Мы что, уже не будем спать? — спросил Шэнь И.
— Это «я» пересплю с тобой! — выдохнул Фу Юйхэ, стиснув зубы.
А не ты со мной!
Это была абсолютно убыточная сделка. Потратить столько сил, чтобы притащить мальчишку к себе и затащить в постель только для того, чтобы в итоге самому подать себя на блюдечке... Где это видано?
— Мгм, — согласился Шэнь И. — Ты переспишь со мной.
— Слезай.
Шэнь И какое-то время молча смотрел на него сверху вниз, а затем его губы расплылись в довольной улыбке.
— Не хочу.
Фу Юйхэ: «…»
Это был тигр-обманщик, который лишь притворялся послушным котиком, а на деле прятал острые когти.
Осознав это, Фу Юйхэ рассмеялся от злости. В его глазах застыл холод, но из-за покрасневших уголков глаз и порозовевших мочек ушей — этой внешней оболочки, выдававшей его возбуждение, — пугающий эффект его улыбки в глазах Шэнь И стремился к нулю.
Шэнь И наклонился, и обхватил его за талию. Прижавшись щекой к его груди прямо там, где билось сердце, он потёрся лицом о тонкую ткань рубашки.
— Не сердись, — прошептал он.
Шэнь И почувствовал, что его недавняя хандра окончательно развеялась. Фу Юйхэ сам проявил инициативу, чтобы «утешить» его — и, хотя тот упрямо называл это какой-то «ценой», это не имело значения. Шэнь И знал, что этот человек просто до смерти упрям на словах, хотя на деле сам его поцеловал.
Шэнь И было очень легко задобрить: стоило Фу Юйхэ его поцеловать, как всё проходило.
Ему нравилось целоваться с Фу Юйхэ.
Фу Юйхэ почувствовал, что Шэнь И на взводе. Его спина напряглась, а от последовавшей нежности перехватило дыхание. Сердцебиение, которое только начало приходить в норму, снова ускорилось, стоило юноше потереться щекой о его грудь.
Если до этого сердце колотилось из-за поцелуя, то теперь причина была иной — всё дело было в этом бесхитростном, ласковом поведении Шэнь И, который напоминал огромного пса, выпрашивающего внимание.
Заметив его скованность, Шэнь И приподнялся, но не успел он толком выпрямиться, как их распухшие и покрасневшие от поцелуев губы снова соприкоснулись. Фу Юйхэ, крепко обхватив его за затылок, прикусил его нижнюю губу; он целовался неистово, но и Шэнь И ни в чем ему не уступал.
В этом противостоянии между ними так и летели искры.
Атмосфера стала чарующей и двусмысленной. Тяжёлое дыхание обжигало губы друг друга; на висках Фу Юйхэ выступила испарина. Он дышал через слегка приоткрытый рот, его рубашка измялась, а грудь тяжело и неровно вздымалась.
Шэнь И чувствовал себя очень странно: казалось, его сердце заливает бьющий через край горячий источник, пускающий бурлящие пузыри, а сердцебиение было таким частым, будто он только что пробежал три километра.
Он поднял руку, чтобы убрать прядь волос, упавшую на лоб Фу Юйхэ, но тот перехватил его запястье, и после этого всё окончательно вышло из-под контроля.
***
Занавески в комнате были задёрнуты лишь наполовину, и снаружи пробивался свет.
Дорогие костюмные брюки и ремень были в беспорядке брошены на пол. Двусмысленные звуки, доносившиеся из комнаты, перемежались гневной бранью и редкими, жалобными извинениями Шэнь И.
— Не смей... своевольничать! — тяжело дыша, предупредил Фу Юйхэ. Но его голос был хриплым и слабым, отчего угроза казалась лишь пустой бравадой.
— Я и не... Так можно, брат?
Единственным ответом Фу Юйхэ был приглушенный стон.
— Брат, научи меня… научи меня, что делать дальше…
***
Прошло немало времени, прежде чем тяжёлое, прерывистое дыхание в комнате наконец сменилось тишиной.
Шэнь И вышел из ванной, уже успев принять душ и переодеться. Когда он вернулся в спальню, Фу Юйхэ сидел в изголовье кровати и курил.
Фу Юйхэ редко курил в постели — это было слишком неряшливо, но сегодняшний комплект белья в любом случае был безнадёжно испорчен. С мрачным видом он откинулся на спинку кровати; дым окутывал его лицо, делая черты расплывчатыми.
Сквозь сизый дым он наблюдал за вышедшим из душа Шэнь И, и в памяти тут же всплыли те несколько раз, когда юноша едва не перешёл все границы.
Фу Юйхэ никогда не заводил беспорядочных связей ни с женщинами, ни с мужчинами, поэтому дома у него не было никаких «припасов» [4]. Если бы дело дошло до настоящего сражения [5], это обернулось бы серьёзными трудностями. Возможно, Шэнь И и не собирался идти до конца, но Фу Юйхэ пару раз действительно не на шутку перепугался.
[4] 什么都没备着 (shénme dōu méi bèizhe) — букв. «ничего не было приготовлено / ничего не заготовили»; в интимном контексте обычно означает отсутствие презервативов (и вообще необходимой «подготовки»).
[5] 真刀实枪 (zhēndāo-shíqiāng) — идиома, букв. «настоящие мечи и настоящие копья»; переход от намёков и прелюдии к реальному, полноценному половому акту.
Теперь, когда он окончательно пришёл в себя, воспоминание о том, как напряглась его спина, заставляло его чувствовать себя крайне жалко.
Если бы Шэнь И тогда посмел действовать силой, он бы придушил этого щенка. Но тот, как назло, был на редкость покладистым и в этом плане на удивление чистым — слушался его во всём. Однако при этом он был невыносимо несносным: стоило ему нащупать хоть что-то, как он принимался изводить его с удвоенной силой.
В это время Шэнь И подобрал свой рюкзак, упавший ранее на пол, и отряхнул его от пыли. Услышав шум, Фу Юйхэ пришёл в себя и повернул голову: в его алых губах была зажата сигарета, одеяло прикрывало его лишь до пояса, а на напряженных мышцах всё ещё блестел слой пота.
— Ты куда собрался? — хрипло спросил он.
Шэнь И повернул голову, отложил рюкзак в сторону и, подойдя к кровати, присел на край.
— Брат, а ты не пойдёшь в душ?
— Не твоё дело, — нелюбезно ответил Фу Юйхэ.
— Оу, — Шэнь И опустил глаза, выглядя немного подавленным.
Фу Юйхэ почувствовал себя подонком, который «забывает обо всём, едва надев штаны» — хотя в данный момент на нем их даже не было.
Он молча постарался прогнать остатки чувства неловкости за свой недавний позор и перевёл тему на Шэнь И.
— Никогда не делал [6] этого сам?
[6] 弄 (nòng) — очень многозначительный глагол; в общем значении — нейтральное «делать», но в интимном контексте часто используется как эвфемизм для ласк, сексуальных действий или мастурбации.
— Пробовал, — ответил Шэнь И. — Но ничего не почувствовал.
— И это ты называешь «ничего не почувствовал»... — Фу Юйхэ презрительно хмыкнул.
Реакция Шэнь И была очень неопытной, но именно эта неопытность, по иронии судьбы, раззадоривала сильнее всего.
При этих словах он невольно вспомнил, как только что Шэнь И, с покрасневшими уголками глаз, задыхаясь, совсем потерял голову от страсти; улыбка на лице Фу Юйхэ застыла, и он умолк.
— Брат, какой вкус у сигареты? — Шэнь И придвинулся ближе.
— Хочешь знать? — Фу Юйхэ вынул сигарету изо рта и, выпустив облако дыма, поднёс её к губам Шэнь И. — Попробуй.
Шэнь И не стал брать её в руки; он просто подался вперёд, следуя за движением его руки. Опустив глаза и приоткрыв губ, он послушно «попробовал»: его губы прижались к подушечкам пальцев Фу Юйхэ, и от этого мягкого прикосновения пальцы мужчины на мгновение пронзило дрожью.
Опущенные ресницы Шэнь И отбрасывали тень на нижние веки. Фу Юйхэ подавил в себе импульс коснуться его губ и тихим, хриплым, почти завлекающим голосом произнёс:
— Затянись немного, только не поперхнись.
Алый огонёк сигареты то разгорался, то затухал.
— Выдыхай, — Фу Юйхэ отвёл руку.
В клубах дыма губы Шэнь И казались особенно яркими. У него была красивая форма рта с чуть приподнятыми уголками — лицо, словно созданное для улыбок. Его черты казались солнечными и открытыми, но глаза, если смотреть только на них, выдавали скрытую в нём агрессивность.
Он приоткрыл рот, выдыхая остатки дыма, и кончиком языка облизал нижнюю губу.
— Немного горчит, — проговорил он, нахмурившись.
— Вот как? — Фу Юйхэ обхватил его за затылок, подался вперёд и накрыл его губы своими. Пройдясь влажным языком по его рту, он отстранился и с двусмысленной усмешкой прошептал: — А мне почему-то кажется, что сладко.
Фу Юйхэ намеренно его провоцировал. Когда Шэнь И потянулся за ним, он упёрся ладонью в его грудь, отталкивая, и снова откинулся на спинку кровати. Зажав в губах сигарету, которой только что касался Шэнь И, он произнёс:
— Нам пора свести счёты.
— Какие ещё счёты? — в замешательстве спросил Шэнь И.
— Завёл себе подружку в школе? — спросил Фу Юйхэ.
— Нет, — ответил Шэнь И.
— Не лги мне.
— Я не лгу тебе, — сказал Шэнь И. — Мой первый поцелуй достался тебе, и то, что у меня нет девушки — тоже правда.
Поразмыслив, Фу Юйхэ и сам понял, что Шэнь И не мог так быстро найти себе кого-то другого. Между ними ещё не всё было сведено к нулю, да и не стоило на это надеяться: когда подобные вещи начинаются, закончить их не так-то просто.
Они уже сделали всё, что было положено, и даже больше половины того, чего делать не следовало. Ощущение от их «взаимной помощи» [7] оказалось для Фу Юйхэ достаточно острым, и теперь его мысли переключились на другое.
[7] 互帮互助 (hùbāng hùzhù) — букв. «взаимная помощь и поддержка»; здесь это эвфемизм для взаимной мастурбации.
Похоже, Шэнь И больше нравилось доминировать, но при этом он всё ещё нуждался в его наставлениях
Неужели ему придётся лично «обучать» Шэнь И тому, как брать над ним верх?
— Брат, хочешь спросить о чем-то ещё? — голос Шэнь И прервал его раздумья. — Кажется, тебе нужна моя помощь.
Фу Юйхэ: «…»
Он согнул ногу в колене, проигнорировав вторую часть его фразы.
— И что, если я спрошу, ты всё расскажешь?
— Расскажу, — с улыбкой ответил Шэнь И, наклонив голову.
— А что насчёт того любовного письма?
И всё-таки он очень сильно из-за этого переживает.
— Я вернул его обратно.
— Неужели? — в голосе Фу Юйхэ прозвучало неприкрытое сомнение.
— Брат, если бы ты написал мне любовное письмо, я бы хранил его как величайшее сокровище.
Фу Юйхэ: «…»
— С чего бы мне писать тебе любовное письмо?
— Я просто предположил.
— Этого никогда не случится даже в предположениях, — отрезал Фу Юйхэ.
— Ты обещал мне выполнить два условия, — Шэнь И принялся загибать пальцы.
Фу Юйхэ: «…»
Он и не думал, что после всего случившегося Шэнь И всё ещё помнит об этом.
— Ты хочешь, чтобы я написал тебе любовное письмо? — он нахмурился.
О такой слащавой чепухе он никогда даже не помышлял.
— Вовсе нет, я просто напоминаю, чтобы ты не забыл об этом в будущем, брат, — Шэнь И погрозил указательным пальцем.
Он упёрся руками в кровать позади себя, откинулся назад и, глядя в потолок, весело добавил:
— Я должен оставить себе что-то, чего буду ждать с нетерпением.
http://bllate.org/book/15223/1373011
