Прозвенел звонок, возвещающий об окончании занятий в пятницу. Учитель, который вёл последний урок в классе 3-1, немного затянул урок, поэтому они закончили позже, чем остальные классы.
Шэнь И взглянул на время и небрежно запихнул собранные книги в рюкзак.
— Пойдёшь сегодня ко мне? — спросил Фу Чэн, держа свой рюкзак.
— А... — Шэнь И виновато улыбнулся. — Сегодня у меня дела, извини.
— Куда-то идёшь? — спросил Фу Чэн.
— Я кое с кем договорился о встрече.
— С кем?
— Об этом... я не могу тебе сказать, — Шэнь И постучал пальцем по губам.
Чем больше он молчал, тем больше разжигал любопытство. К тому же, Фу Чэн ещё не забыл недавнюю угрозу Сюй Фаньчао в адрес Шэнь И, и помимо любопытства, он беспокоился за друга. Хотя Сюй Фаньчао в эти дни ничего не предпринимал, каждый раз, когда они сталкивались в школе, его взгляд и выражение лица не предвещали скорого примирения.
Однако, судя по выражению лица Шэнь И, это не было связано с ними.
— Впрочем, если ты очень хочешь узнать, я могу взять тебя с собой, — внезапно изменил своё решение Шэнь И.
***
— Посмотрите эту спальню, основную мебель вам не придётся покупать, всё необходимое уже есть. Комната расположена с севера на юг [1], хорошая вентиляция, есть балкон, просторный, можно принимать солнечные ванны и дышать свежим воздухом... — мужчина в строгом костюме, с идеально уложенными назад волосами и блестящей от геля причёской, водил их по квартире, попутно рассказывая про удобства, но при этом украдкой разглядывал двух подростков в школьной форме, которые явно ещё были учениками.
[1] 坐北朝南 (zuò běi cháo nán) — идиома, досл. «Сидеть на севере, смотреть на юг»; описывает идеальное расположение здания или комнаты в Китае — вход (или фасад) смотрит на юг, а задняя часть — на север. Такое расположение обеспечивает максимальное солнечное освещение зимой и защиту от сильного летнего солнца (благодаря конструкции карнизов), что делает помещение тёплым, светлым и хорошо проветриваемым. Это большой плюс при покупке или аренде недвижимости.
Эта квартира была очень просторной для одного человека, и район был хорошим, но арендная плата была немного дороговатой, и минимальный срок аренды составлял полгода.
Раздался звонок мобильного телефона. Мужчина в костюме достал телефон и улыбнулся двум подросткам напротив и сказал:
— Прошу прощения, мне нужно ответить на звонок.
Шэнь И кивнул и наблюдая, как мужчина в костюме отходит в сторону, сам вышел на балкон.
Это был шестой этаж, не очень высоко, но отсюда открывался прекрасный вид.
— Шэнь И, — Фу Чэн подошёл к нему.
— Ты собираешься снять эту квартиру? — спросил Фу Чэн, взглянув на всё ещё говорящего по телефону мужчину.
— Как думаешь? В будущем будет удобно ходить друг к другу в гости, — Шэнь И ответил вопросом на вопрос.
Было само собой разумеющимся, к кому именно он будет забегать в гости. Это место находилось недалеко от особняка семьи Фу Чэна.
Оказывается, встреча, о которой говорил Шэнь И, была встречей с целью посмотреть квартиру.
— Мне кажется, очень хорошо, — сказал Фу Чэн.
— Я тоже думаю, что очень хорошо, — ответил Шэнь И.
С балкона подул ветер. Он вытянул руку, и в просветах между пальцами словно остался след ветра. Осмотр квартиры не занял много времени. Шэнь И решил арендовать именно эту, и цена тоже была вполне подходящей.
Когда с делами было покончено, Фу Чэн предложил пойти к нему домой, и Шэнь И не возражал.
Особняк семьи Фу.
Как по проторённой дорожке, Шэнь И последовал за Фу Чэном через главную дверь, и, заметив, что на обувной полке недостаёт той самой знакомой пары домашних тапочек, он поднял голову и посмотрел внутрь.
...Он вернулся.
Это был редкий случай, когда Фу Юйхэ вернулся так рано за последние несколько дней.
— Твой брат вернулся, — небрежно сказал Шэнь И.
— Он, наверное, в кабинете, — Фу Чэн взглянул наверх.
— Может поздороваться с ним?
— Не стоит, он занят. Пойдём лучше ко мне в комнату.
В комнате Фу Чэна было много всякой всячины [2], которую он собирал по крупицам: внимание подростка очень легко привлекают необычные вещи.
В спальне Шэнь И были комиксы, игровые приставки, баскетбольные и бейсбольные мячи... Если его спальня принадлежала категории «горячий, страстный парень» [3], то спальня Фу Чэна, вероятно, относилась к категории «отаку» [4].
В его комнате было много классических романов, одиночных игр, а также китайские шахматы [5], го [6] и «Летающие шахматы» [7].
[2] 杂七杂八的东西 (zá qī zá bā de dōng xi) — идиома, букв. «семь разных, восемь разных вещей», описывает скопление разнородных, часто неорганизованных предметов или информации, которые не имеют чёткой категории или цели.
[3] 热血少年 (rè xuè shào nián) — идиома, букв. «юноша с горячей кровью», описывает юношу, полного энтузиазма, энергии, страсти, часто увлекающегося спортом или активными занятиями.
[4] 宅男 (zhái nán) — заимствованный из японского (отаку), этот термин в китайском языке часто означает «домосед», «затворник», «гик» или мужчина, который предпочитает проводить время дома, занимаясь своими хобби (играми, чтением, коллекционированием). В данном контексте подразумевается, что его хобби более спокойные и «домашние». Женский аналог — 宅女 (zhái nǚ).
[5] 象棋 (xiàng qí) — название популярной китайской настольной стратегической игры, которая часто называется «Китайские шахматы» (сянци), досл. «Игра со слонами». Сянци — это стратегическая игра для двух игроков, которая имеет много общего с западными шахматами (цель — поставить мат королю/генералу противника), но отличается рядом важных особенностей:
• Фишки: Фишки плоские и имеют иероглифы, обозначающие их тип.
• Линии: Игра ведётся на пересечениях линий, а не внутри клеток.
• Река и Дворец: На доске есть «река» (楚河汉界, Chǔ Hé Hàn Jiè), которую могут пересекать не все фигуры, и «дворцы», за пределы которых не могут выходить Генерал и Советники.
• Слон (象, xiàng): В Сянци слон не может пересекать «реку» и используется в основном для защиты дворца.
[6] 围棋 (wéi qí) — название одной из древнейших и самых сложных настольных стратегических игр в мире, досл. «Игра в окружение». Переводят как го, так и вэйци. Вэйци (Го) — это стратегическая игра для двух игроков, где цель состоит в том, чтобы окружить большую территорию на доске (гобан) своими камнями (черными и белыми) и захватить камни противника, лишая их пространства для жизни.
[7] 飞行棋 (fēi xíng qí) — название популярной в Китае настольной игры, которая является китайской версией всемирно известной игры «Лудо» (Ludo), но с авиационной тематикой. Игра 飞行棋 очень похожа на «Лудо» или «Парчис», но стилизована под гонку самолётов. Цель — провести свои фишки-самолёты по круговой траектории, начиная с «ангара» и дойдя до «базы» в центре поля. Особенностью китайской версии является то, что при выбрасывании определённых чисел (обычно 6) или при попадании на специальные поля можно «лететь» (перепрыгивать большие расстояния по специальным линиям), что делает игру более динамичной и менее предсказуемой.
Когда Шэнь И приходил к нему, он больше всего любил играть с одним из его наборов Лего, который за эти два дня уже был на завершающей стадии сборки. Доставая Лего, он неожиданно обнаружил на полке рядом необычный предмет.
— Бинокль? — он поднёс его к глазам и посмотрел в окно.
Когда Фу Чэн говорил о своих любимых вещах, он буквально светился от счастья. Он взглянул на бинокль в руке Шэнь И и объяснил, как им пользоваться. Он сказал, что брат купил его ему в качестве подарка на день рождения, когда был в командировке.
— С балкона хорошо видно задний сад. У меня есть ещё телескоп и по вечерам я люблю наблюдать за звёздами. Хочешь посмотреть? — спросил Фу Чэн.
— Чтобы посмотреть на твой задний сад, этого достаточно, — Шэнь И взял бинокль.
Балкон выходил прямо на задний сад. Шэнь И ещё не был в заднем саду особняка. Глядя через бинокль, он обнаружил, что этот особняк семьи Фу — отдельный мир [8]. Он смотрел без особого интереса, но внезапно замер.
[8] 别有洞天 (bié yǒu dòng tiān) —идиома, букв. «иметь отдельное пещерное небо»; означает «иметь свой собственный мир», «нечто совершенно особенное», «необычайно красивое место, скрытое от посторонних глаз». Часто используется для описания красивого, неожиданного и просторного пейзажа или интерьера.
Он опустил бинокль и увидел мужчину, который сидел в беседке заднего сада, прямо напротив него. На нём была домашняя одежда и тапочки. Это не соответствовало его обычной строгости, но, как ни странно, гармонировало.
— Хм?
Шэнь И был уверен, что это Фу Юйхэ, даже не присматриваясь. Что он делает в заднем саду, если он не в кабинете?
— Что случилось? — спросил Фу Чэн, услышав его голос.
— Ничего особенного, увидел кое-кого интересного... — тихо сказал Шэнь И.
Последние слова он произнёс слишком тихо, и их унёс ветер.
Шэнь И опустил руку с биноклем на перила балкона, подперев подбородок другой рукой, и смотрел. Со спины он выглядел праздным, расслабленным и слегка небрежным.
Он достал из кармана жевательную резинку, развернул и сунул в рот. Он наблюдал за тем, как Фу Юйхэ поставил ноутбук на стол, что-то печатал. Иногда ему звонили на мобильный.
Шэнь И надул розовый пузырь, поднял бинокль и пробежался взглядом по каждой детали лица и тела Фу Юйхэ. Его волосы небрежно спадали на лоб, закрывая высокий лоб, из-за чего он не выглядел таким уж неприступным, а его красота стала немного более приземлённой.
Воротник его свитера был немного широким, и было видно, что следы на шее полностью исчезли. Ниже, на указательном пальце, которым он печатал, был пластырь — поранился?
Сегодня погода была немного прохладной, но Фу Юйхэ был без носков, с голыми лодыжками. Его лодыжки были очень красивыми, с холодно-белой кожей [9]. Если подойти ближе, возможно, можно было бы разглядеть следы вен, и, наверное, кожа была холодной.
[9] 冷白的皮肤 (lěng bái de pí fū) — описание цвета кожи, который очень светлый, почти белый, с холодным (голубоватым или розоватым) подтоном, типично для азиатских описаний идеальной, очень светлой кожи.
Мгм, очень красиво.
В заднем саду, внизу…
Фу Юйхэ на секунду замер с телефоном в руке, резко поднял голову и тут же увидел на балконе Шэнь И, держащего бинокль.
Будучи застигнутым за подглядыванием, Шэнь И совершенно не растерялся: он неторопливо опустил бинокль, поднял руку и помахал. Если выразить это одним словом, то это было: «Привет».
Фу Юйхэ замер, отвёл взгляд и проигнорировал его.
Тогда Шэнь И преспокойно продолжил наблюдение.
Фу Юйхэ не занимался рабочими делами. Вскоре он не выдержал этого очень настойчивого взгляда, поднял телефон и, склонив голову, включил экран.
В этот момент в кармане куртки Шэнь И, стоящего на балконе наверху, завибрировал телефон. Он достал его, посмотрел и тихонько усмехнулся.
【Брат Фу: Что смотришь?】
【Шэнь И: Смотрю на пейзаж.】
【Брат Фу: ...Не смотри на меня.】
【Шэнь И: Почему?】
Один был наверху, другой внизу. Расстояние было такое, что они могли бы говорить вслух, но они упрямо решили общаться по телефону.
【Брат Фу: Это очень раздражает.】
Взгляд Шэнь И был слишком настойчивым, что беспокоило Фу Юйхэ и поэтому раздражало.
【Шэнь И: Но я хочу смотреть.】
【Шэнь И: Брат, ты — самое красивое в заднем саду.】
Фу Юйхэ: «...»
Его пальцы, сжимавшие телефон, едва не раздавили экран. Из-за этой фразы ему показалось, что он оказался среди всевозможных ярких цветов [10], а он сам — самый прекрасный из них.
[10] 恍若有一种置身于姹紫嫣红的花群中的感觉 (huǎng ruò yǒu yī zhǒng zhì shēn yú chà zǐ yān hóng de huā qún zhōng de gǎn jué) — идиома, описывающая обилие ярких и красивых цветов (пурпурного и красного), олицетворяет роскошную красоту.
Фу Юйхэ больше не отвечал на сообщения и не поднимал голову, полностью делая вид, что этого взгляда не существует. Вскоре он закрыл ноутбук, взял его и телефон, и ушёл. Шэнь И с сожалением смотрел, как удаляется его спина.
Он тоже повернулся и вернулся в комнату.
— Фу Чэн, твой бинокль действительно хорош в использовании, — сказал Шэнь И.
— Если он тебе нравится, я подарю тебе такой же... А этот — подарок мне от брата на день рождения, поэтому его отдать не могу.
— Не нужно, — засмеялся Шэнь И. — Достаточно просто играть, когда прихожу к тебе. Может, он мне скоро надоест.
***
Вскоре у Шэнь И не хватало времени на переезд. Он выкроил время, чтобы подписать договор и внести залог, но сразу за этим последовал ежемесячный экзамен в конце месяца. После экзамена начались каникулы, и только тогда Шэнь И потихоньку перевёз свои вещи.
У него было немного одежды, всё уместилось в один ящик; в основном это была летняя и осенняя одежда, зимней было всего одна-две вещи. В тот день, когда он переезжал, Фу Чэн пришёл помочь ему с уборкой.
Новая арендованная квартира была очень чистой, в ней была лишь небольшая пыль. Кровать протёрли, застелили простыни. Шэнь И также привёз свой книжный шкаф. Фу Чэн сидел на табурете и по одной расставлял на нём книги — комиксы и учебники.
К тому времени, когда они закончили, было уже поздно.
— Ты отлично поработал, вечером я угощаю тебя ужином. Можешь заказывать всё, что угодно.
— Хочу барбекю, — Фу Чэн поднял руку.
Шэнь И оседлал стул, скрестив ноги, опираясь плечом на спинку стула. Он листал что-то в телефоне.
— Посмотрю-ка я, какие тут есть поблизости рестораны с барбекю...
— Давай сами сделаем, — предложил Фу Чэн.
— Сами? — Шэнь И замер, подняв глаза.
— У меня дома есть мангал. Я... — он смущённо почесал голову. — Я просто хочу попробовать, каково это — делать барбекю вместе с другом.
— А... атмосфера, — понял Шэнь И. — Нет проблем, предоставь это мне.
— Ты умеешь готовить барбекю?
— Конечно, — Шэнь И щёлкнул пальцами. — В супермаркет, пошли.
***
Когда Фу Юйхэ вернулся домой, он услышал громкие крики Фу Чэна из гостиной.
— Пей! Кто сказал, что я не смогу выпить, — кричал Фу Чэн, неся какую-то чушь.
— Хватит пить, — сказал Шэнь И. — Посмотри на меня.
— Смотрю, — сказал Фу Чэн. — Раз, два, три... Почему тебя стало больше?
— Это ты перепил, — голос Шэнь И звучал вполне трезво.
Фу Юйхэ нахмурился, стоя у двери. Он почувствовал из гостиной аппетитный запах.
— Хорошо, что я не позвал их сюда, иначе, если бы у тебя дома был такой беспорядок, твой брат убил бы меня... — пробормотал Шэнь И в этот момент.
— Извини... — виновато сказал Фу Чэн. — Если бы не я, мой брат не стал бы ненавидеть тебя.
— Твой брат обо мне плохо отзывался? — Шэнь И удивлённо приподнял бровь.
— Нет... Стой! Да, говорил! — пробормотал Фу Чэн.
Фу Юйхэ, который сменил обувь у двери, внезапно остановился. В гостиной было слишком шумно, и они не заметили его прихода.
— Ты не вини моего брата, меня раньше обижали, и я неправильно его понял... Мой брат убрал их из моей школы, а тот... ну, кто-то сказал мне, что брат следит за мной. А мне всего-то дес... десять с чем-то лет, у меня переходный возраст, разве я мог быть доволен? Вот я и поссорился с братом, наговорил ему гадостей, расстроил его... — сбивчиво говорил Фу Чэн.
— А, ещё и переходный возраст, значит.
— Ты кого тут презираешь? — Фу Чэн указал на него указательным пальцем.
— Я тебя не презираю, — Шэнь И обхватил его указательный палец и опустил его.
— Правда?
— Да-да, правда.
— Давай, пей, до дна! Брат?! — голос Фу Чэна изменился.
Шэнь И прервал движение, переворачивая барбекю, повернул голову и увидел идущего со стороны входа Фу Юйхэ.
— Брат, будешь барбекю? — он расплылся в улыбке.
Фу Юйхэ подошёл к ним, взглянул на мангал, а затем его взгляд остановился на послушно стоящем Фу Чэне. Младший брат улыбнулся, показав свои белые зубы.
Фу Юйхэ: «...»
Он снова посмотрел на валявшиеся рядом несколько пустых пивных банок. У него неприятно заныло в висках.
— Брат, будешь пиво? — Фу Чэн обеими руками протянул брату банку пива, приняв чрезвычайно почтительную позу.
— ...Немедленно поднимись наверх и ложись спать! — пониженный голос Фу Юйхэ был подобен предвестнику надвигающейся бури.
— Так точно! Сэр! — Фу Чэн вздрогнул.
— Брат, не ругай его, он пьян, — Шэнь И выпрямился.
— Я пьян, — Фу Чэн тихо повторил слова Шэнь И, спрятавшись за ним, и дёргал его за край одежды.
Шэнь И подмигнул Фу Юйхэ, соблазнительно улыбаясь, провёл кончиком языка по губам, и, словно что-то внезапно осознав, прозрел.
— Брат, я тоже пьян.
— Я... мне нужно в туалет, — Фу Чэн прижал кулак ко рту и спотыкаясь побежал в ванную, чтобы проблеваться.
В гостиной воцарилась тишина. Фу Юйхэ невозмутимо смотрел на Шэнь И, на лице которого улыбка ничуть не изменилась. Они стояли друг против друга, пока Шэнь И не прервал эту конфронтацию, сделав шаг вперёд.
— Я пьян, — сказал он.
— Вот как? — Фу Юйхэ не сдвинулся с места, продолжая спокойно смотреть на него.
Когда длинные и тонкие пальцы Шэнь И схватили его за воротник, он не успел среагировать. Рука с чётко очерченными костяшками смяла его воротник, дыхание обладателя этой руки настигло его, и его губы почувствовали нажатие тёплого и мягкого прикосновения.
Зрачки Фу Юйхэ резко сузились.
Полуопущенные веки Шэнь И и выражение его глаз были нежными и спокойными, словно ярко-синяя морская гладь. Он сглотнул, исполнив своё давнее желание вновь ощутить вкус, по которому он так долго тосковал.
Ощущение поцелуя вызвало в конечностях бесконечное онемение, погружая в наслаждение.
Это приятное и желанное интимное прикосновение было утешительным, как долгожданный дождь после долгой засухи, и заставило Шэнь И желать ещё большего.
Когда пьян, можно делать что хочешь, как Фу Юйхэ в ту ночь. Этому его научил Фу Юйхэ.
***
Автору есть что сказать:
Фу Юйхэ: «Я не учил этому».
http://bllate.org/book/15223/1367475
