Спать в объятиях Дуань Чжэня было комфортно, но из-за этого легко было и проспать. Мужчина был словно печь, непрерывно излучающая тепло. Ли Си всегда страдал от холода. Конечно, магия могла его согреть, но разве это сравнится с тем, чтобы прижиматься к живому источнику тепла.
Кончик хвоста обвился вокруг ноги Дуань Чжэня, лицо уткнулось в его шею. Когда тот попытался слегка потрясти его, Ли Си не только не открыл глаза, но и упрямо ткнулся носом ниже.
— Пора вставать, — Дуань Чжэнь тряхнул его за плечо.
— Ещё немного, — пробормотал Ли Си, обхватил его за талию и плотнее прижался. — Не к спеху.
Дуань Чжэнь впервые видел, как он нежится в постели. Он хотел было протянуть руку, чтобы продолжить его будить, но взгляд скользнул по тонкой талии юноши: красные следы почти исчезли, но на слишком бледной коже они всё ещё различались.
Вчера он пережил немало потрясений. При мысли об этом сердце Дуань Чжэня немного смягчилось, и он позволил ему поспать ещё немного.
Ли Си же ухитрился проспать ещё целый час, пока остальные давно успели привести себя в порядок и даже пройтись по городу.
— Доброе утро, — хотя он только проснулся, в голове Ли Сяоси уже начали крутиться его мелкие интриги. Он потянулся, всё ещё уютно устроившись в объятиях Дуань Чжэня и отказываясь вставать. — Давненько я так сладко не спал. Обниматься с Дуань-гэ явно полезно для сна.
Брови Дуань Чжэня чуть заметно дёрнулись.
— Я от природы мерзляк, и, если я сплю один, я никак не могу согреть постель, — Ли Си тяжело вздохнул и сунул ладонь в его руку. — Потрогай сам.
Дуань Чжэнь машинально сжал его пальцы — действительно холодные, ненормально холодные. Он вспомнил, что и раньше, когда они держались за руки, ладони юноши были как ледышки.
— Это от слабости тела, — он помолчал немного, а затем сказал: — Когда вернёмся, ешь больше питательной пищи, чтобы поправить здоровье.
— И всё? — Ли Си прищурился.
— Вставай уже, — Дуань Чжэнь стукнул его по лбу.
Ли Сяоси обиженно отплыл, Дуань Чжэнь постоял на месте, внезапно рассмеялся и, покачав головой, последовал за ним.
Сегодня они изначально планировали отправиться на поиски ещё одного вида ингредиентов, но Ли Си заявил, что ему нужно снова сходить в Бездну, и предложил им либо самим отправиться на поиски ингредиентов, либо следовать за ним в Бездну.
— Мы пойдём с тобой, — сказали несколько человек, обменявшись взглядами.
— О-о, — холодно протянул Ли Си. Он не удивился такому результату и схватил за руку Дуань Чжэня. — Дуань-гэ, пойдём.
В этот раз, прибыв в Бездну, он без труда [1] нашёл место, где раньше появлялся осьминог, и быстро обнаружил его логово.
[1] 轻车熟路地 (qīng chē shú lù de) — идиома, букв. «лёгкая повозка, знакомая дорога»; означает идти по знакомому пути, делать что-то с лёгкостью, по проторённой дорожке.
— Здесь что-то есть? — осторожно спросил зелёнохвостый.
— Короткий путь к выполнению задания, — ответил Ли Си.
Он взмахнул рукой — поток воды поднялся вихрем и смёл покрывавший статую песок. Перед всеми предстала каменная статуя.
— Это?.. — лица у тритонов изменились.
Необъяснимая властная аура распространилась в воде. Они едва могли контролировать свои тела и постепенно наклонились, принимая позу поклона.
— Это статуя Морского Бога, — прошептал Ли Си, нахмурившись и юркнув за спину Дуань Чжэня. — Чтобы выполнить задание, нам нужно именно к нему.
Взгляд Дуань Чжэня скользнул по тритонам, которые всё ещё держали позу поклона под углом в девяносто градусов, и, наконец, остановился на статуе.
Статуя изображала молодого мужчину с кудрявыми волосами до плеч, одетого в роскошные одежды и держащего в руке трезубец. На его лице была улыбка, и он смотрел прямо перед собой.
Пока он смотрел, Дуань Чжэнь почувствовал, как глаза статуи слегка шевельнулись, и она посмотрела прямо на него. Он внутренне вздрогнул, но, сохраняя спокойствие, отвёл взгляд. Когда он посмотрел снова, то странное ощущение исчезло.
Тритоны тоже наконец смогли выпрямиться, перестав быть под контролем.
— Что здесь происходит? — воскликнул краснохвостый. Эта статуя странная до чёртиков [2]!
[2] 邪门了 (xié mén le) — букв. «нечистый путь», разговорное выражение, которое используется для описания странного, необъяснимого, мистического или невероятно неудачного события.
— Тс-с-с… — Ли Си приложил палец к губам. — Это алтарь Морского Бога. Если говорить о нём плохо, он может услышать.
— Морской Бог? — краснохвостый вытаращил глаза.
Он поспешно внимательно оглядел статую. Раньше он не успел даже взглянуть, так как был вынужден опустить голову под давлением, но теперь, присмотревшись, он понял, что по характерной позе и оружию это действительно был Морской Бог.
— И зачем мы сюда явились? — хмуро спросил чернохвостый.
— Вам это ни к чему, — спокойно развёл руками Ли Си. — Главным образом это касается людей. Использование снадобья для превращения в тритона может привести к невозможности восстановить прежний облик, поэтому мы пришли к Морскому Богу.
— Морской Бог нам поможет? — кто-то неуверенно уточнил.
— Это ваша забота, — Ли Си скривил губы. — Возможно, придётся принести жертву, которая его устроит, чтобы он согласился. В любом случае, это не моя проблема.
Сказав это, он слегка дёрнул Дуань Чжэня.
— Дуань-гэ, подойди, мне нужно тебе кое-что сказать, — Дуань Чжэнь последовал за ним в сторону и услышал, как Ли Си тихо сказал: — Позже я схожу во дворец, чтобы спросить короля о Морском Боге. Ты не должен всё время им помогать. Даже если в этот раз они справятся с заданием благодаря тебе — в следующий раз они всё равно потерпят неудачу. Пусть хоть чему-то научатся.
— Что ты задумал? — Дуань Чжэнь заподозрил, что тот собирается создать проблемы.
— Теоретически, если магии и дара достаточно, тритон может напрямую связаться с Морским Богом, — Ли Си нёс чушь с важным видом. — У меня дар отличный, я попробую спросить у него напрямую, что за жертву он хочет.
— Напрямую говорить с Морским Богом? — Дуань Чжэнь нахмурился.
Раньше он был атеистом, а после пережитого в мирах ужасов у него давно не осталось хорошего мнения о так называемых божествах. Особенно, учитывая, что этот океан спокоен только с виду, можно представить, какой у Морского Бога характер. Кроме того, все существа здесь фейсконщики… А если этот так называемый Бог решит, что Ли Си — отличное подношение?
— Ничего не случится, — Ли Си обнял его и с улыбкой сказал: — Они все говорят, что я самое любимое творение Морского Бога, он определённо не станет доставлять мне неприятностей.
Из-за этих слов Дуань Чжэнь, наоборот, забеспокоился ещё больше.
— Может, сначала попробуем найти жертвоприношение? — он нахмурился. — Опрометчивый контакт с божеством этого мира — не лучшая идея.
— Всё под контролем, — заверил его Ли Си. — У меня есть козырь. Дуаньдуань, можешь не беспокоиться.
Казалось, он ненароком произнёс прозвище, которое держал в уме, и тут же прикрыл рот, прищурив глаза в виноватой улыбке.
Дуань Чжэнь в этот момент был занят другими мыслями. Видя, что Ли Си, похоже, принял окончательное решение, он сказал:
— Хорошо. Но когда ты будешь общаться с Богом, я буду рядом.
— Ладно, — Ли Си тут же согласился с такой готовностью, что Дуань Чжэнь даже заподозрил, что его опять провели.
Ли Си в этом мире стал отличаться от того, каким был раньше. Если раньше он был жалким, дрожащим котёнком, прячущимся рядом с человеком, то теперь он больше похож на маленького лисёнка, знающего, как себя вести [3].
Большим хвостом он соблазнял, а маленькими лапками всегда проверял пределы терпения. Но стоит ему осознать, что перегнул палку — тут же падает на спину, выставляя мягкий и уязвимый животик, и изображает жертву с жалобным писком [4].
[3] 进退有度 (jìn tuì yǒu dù) — идиома, букв. «наступать и отступать по правилам»; означает знать меру, вести себя тактично, знать, когда проявить инициативу, а когда отступить.
[4] 嘤嘤嘤 (yīng yīng yīng) — популярный китайский интернет-сленг, который является звукоподражанием и используется для выражения жалоб, умиления, печали, или кокетливой слабости.
Дуань Чжэнь не мог по-настоящему на него злиться, и каждый раз ему оставалось лишь беспомощно вздыхать.
Закончив с ним разговор, Ли Си сразу же отправился в Королевский Дворец.
Король всё ещё находился в хрустальном дворце, в той же позе, что и в прошлый раз. Казалось, что, будучи королём, он должен постоянно находиться в этом прозрачном дворце, и каждое его движение должно быть видно подданным.
— Держи, — Ли Си протянул ему ключ от Бассейна Трансформации Хвоста.
— Ты встречался с Его Превосходительством Морским Богом? — король поднял глаза, посмотрел на него и улыбнулся.
— Ещё нет, — покачал головой Ли Си. — Случайно наткнулся на алтарь.
— Случайно?.. — король тихо рассмеялся. — Его Превосходительство ниспослал Укээру свою волю. Такого не бывало сотни лет.
— К чему ты ведёшь? — прищурился Ли Си.
— Мне просто немного любопытно, — ответил король. — В течение сотен лет никто не получал ответа от Морского Бога, независимо от того, как они молились. Но именно ты заставил его лично явить свою волю.
— Разве Боги не таковы? — холодно произнёс Ли Си. — За долгую жизнь они постепенно утрачивают эмоции, и даже любимые когда-то подданные становятся для них безразличными букашками. Что касается его интереса ко мне, то, боюсь, он просто увидел новую переменную.
— Ты, похоже, не слишком высокого мнения о Богах, — с лёгкой улыбкой заметил король.
— Как ты думаешь, какая жертва понравится Морскому Богу? — резко сменил тему Ли Си.
— Такой, как ты? — король коснулся губ пальцами. — Даже божество не устоит перед твоей красотой.
— …Считай, что я принял это за комплимент, — Ли Си сохранял невозмутимое выражение лица.
Однако слова короля всё же дали ему искорку вдохновения.
Возможно, под предлогом этой так называемого жертвоприношения, можно будет ещё раз «подкатить» к Дуаньдуаню. Но внешность и тело он уже использовал несколько раз, и это не дало особого эффекта, так что в этот раз нужно сменить подход.
Ли Си больше не обращал внимания на короля и, уплывая, погрузился в глубокие размышления.
Король снова сел на трон, его взгляд проследовал за удаляющейся спиной Ли Си, и только спустя долгое время он тихо вздохнул.
— Ах, любовь... Человеческие чувства поистине удивительны.
Из-за того, что Ли Си слишком погрузился в размышления, он едва не проскочил Дуань Чжэня, который его ждал. К счастью, его «Дуаньдуань-радар» подал сигнал, заставив его подсознательно поднять голову и резко затормозить хвостом.
— Дуаньдуань, почему ты ждёшь меня здесь?
— Они пошли обсуждать жертвоприношение, — спокойно сказал Дуань Чжэнь. — А я заметил, что тебя нет, и пришёл посмотреть.
Снаружи хрустального дворца было видно, как Ли Си разговаривает с королём, поэтому Дуань Чжэнь ждал его снаружи и стал свидетелем всего процесса: как глупый тритон тормозил хвостом.
— О чём задумался? — спросил он.
— О подношении, — уклончиво ответил Ли Си. — Хотя я не хочу вмешиваться в дела тех людей, тебе, Дуаньдуань, тоже нужна сила Морского Бога, поэтому я спросил короля, но он, кажется, не очень в курсе.
Когда он снова и снова называл его «Дуаньдуань», Дуань Чжэнь слегка нахмурился.
Само по себе прозвище не имело значения, но это звучало слишком по-детски, как будто он звал ребёнка из детского сада. С тех пор как он пошёл в начальную школу, домашние никогда не называли его таким повторяющимся слогом [5].
[5] 叠字 (dié zì) — повторяющийся иероглиф или слог (как в 段段 — Дуаньдуань), часто используется в качестве ласкового или детского обращения.
Ли Си с первого взгляда понял, о чём он думает, и тут же набросился, обнял его за руку и с печальным видом сказал:
— Тебе не нравится, что я тебя так называю?
Дуань Чжэнь хотел честно сказать: «Не особо», но юноша поспешил перебить.
— У меня никогда не было друзей, и я очень завидую, когда слышу, как другие близкие люди называют друг друга ласковыми прозвищами. Я знаю, Дуаньдуань... Дуань-гэ, что ты не любишь меня, но, если отбросить тот факт, что я за тобой ухаживаю, разве мы даже не друзья?
Дуань Чжэнь подумал: «Да любой другой, назови меня так, уже схлопотал бы по голове». Но, видя это лицо с печальными глазами, сказал другое:
— Конечно, мы друзья. Но это прозвище звучит не очень хорошо.
— Очень даже хорошо! — Ли Си моргнул. — А если я буду звать тебя Чжэньчжэнем? Хотя звучит как-то по-девчачьи…
Дуань Чжэнь думал, что простое обращение по имени будет идеальным, но он не успел и слова сказать, как Ли Си, притворно плаксиво, спросил:
— Почему ты молчишь? Ты, наверное, хочешь, чтобы я называл тебя гэгэ? Я так и знал, что ты всё ещё считаешь меня ребёнком и думаешь, что я твой младший брат.
У Дуань Чжэня разболелась голова.
— Пусть будет Дуань... Дуаньдуань, очень хорошо, — в итоге сдался он.
***
Автору есть что сказать:
Ли Си: Сиси милашка.jpg
Дуань Чжэнь: У Дуаньдуаня болит голова.jpg
Я же вам уже говорил(а), ему больше двухсот лет, он ребёнок! Кроме того, Ли Сяоси весит больше 200 цзиней [6], не верите — он набросится и раздавит вас!
[6] 二百多斤 (èr bǎi duō jīn) — 1 цзинь равен примерно 0.5 кг, то есть он весит более 100 кг (это шутка автора, подчёркивающая, что, несмотря на внешность, он не хрупкий).
http://bllate.org/book/15219/1373351
