Ли Си ничего не знал о происходящем в доме. Он повёл остальных четырёх тритонов прогуляться, направив их искать зацепки, а сам отправился бродить по подводному королевству.
Он ещё никогда не бывал в Королевстве Тритонов. Оно в целом было похоже на человеческое: здесь было всё, что только можно пожелать, — всевозможные магазины. Ли Си с любопытством заглянул в лавку украшений — и сразу же оказался в центре внимания, к нему со всех сторон устремились услужливые тритоны-продавцы.
Такого радушного внимания он не испытывал уже больше ста лет. В последний раз — когда был всего лишь сыном обыкновенного герцога: стоило выйти за покупками, как и титул, и привлекательное лицо вызывали подобную горячность. А после падения дома и вплоть до того, как он стал Королём Демонов, все избегали его, как огня, — кто же осмелился бы снова к нему подойти?
Выражение лица Ли Си слегка изменилось и, не отказываясь, примерил несколько украшений из драгоценных камней.
— Вот это, вот это и ещё то, — он выбрал три вещи: ожерелье, браслет и цепочку для хвоста, которую продавец обвил вокруг кончика его хвоста. Насыщенно-красные рубины на лазурных чешуйках прекрасно дополняли друг друга.
Если бы не боязнь вызвать отвращение, тот продавец, пожалуй, рискнул бы даже украдкой коснуться этих чешуек.
Действительно, не зря он — тритон, любимец самого Морского Бога, — даже чешуя у него сияла ярче и красивее, чем у прочих.
Так как общей валюты не существовало, Ли Си расплатился несколькими амулетами. Его артефакты были сделаны из первоклассных материалов, так что их было более чем достаточно, чтобы обменять на несколько красивых украшений. Владелец магазина даже позволил ему выбрать ещё два комплекта.
Ли Си принарядился, став полностью сияющим. Из лавки он отправился в соседний магазин тюлевых [1] одежд, где купил комплект светло-голубого газового одеяния. Говорят, эта одежда была соткана из нитей, которые производят специально разводимые водяные шелкопряды; она непроницаема для человеческих клинков и мечей, а также снижает сопротивление воды при плавании.
[1] 纱衣 (shā yī) — досл. «марлевая/газовая/тюлевая одежда»; обозначает лёгкую, тонкую, полупрозрачную одежду из ткани типа вуали, тюля или газа.
Конечно, самое главное — это то, что он выглядел красиво.
Ли Си взглянул в зеркало: небесно-голубая ткань скрывала его ранее обнажённый торс, но полупрозрачность создавала игру намёков. В сочетании с только что купленными роскошными украшениями он выглядел так, словно готовился к приёму.
Он зачесал волосы назад, открыв гладкий лоб, и изогнул губы в улыбке. Его острые, обычно холодные черты лица сразу смягчились.
— Ли Си, — вдруг окликнули его снаружи.
Уголки губ опустились, и он обернулся — перед ним стоял тот самый юный страж у городских ворот.
— Король зовёт вас во дворец, — сказал тот и только теперь поднял голову. Взгляд его запылал в откровенном восхищении.
— Я тоже пойду с тобой, — внезапно вынырнул непонятно где шлявшийся до этого осьминожка. Его восемь лапок замелькали рядом. — Этот наряд очень тебе идёт.
— Я и сам так думаю, — довольно улыбнулся Ли Си. — Думаю, Дуань-гэ тоже понравится.
Говорят, те, кто любит поддерживать непреступный и холодный образ, больше всего падки на полуприкрытые, намекающие соблазны. Им непременно хочется снять всё это собственными руками.
Осьминожка замолчал, а потом сменил тему.
— Пошли уже во дворец.
Собственно, у морских существ нет особых представлений о целомудрии или супружеской верности. Если бы Ли Си не настаивал на моногамном подходе к отношениям, он бы не стал доставлять Дуань Чжэню проблем.
Ведь было бы прекрасно, если бы все жили вместе в гареме в мире и согласии.
— Схожу, скажу остальным, — кивнул Ли Си.
Впрочем, брать остальных с собой он не собирался: мало ли, если придётся применять силу, а кто-то ещё и проболтается перед Дуань Чжэнем — выйдет неловко.
— Я сам передам, — поспешно вмешался страж. — Король ждёт вас.
— Ладно, — коротко ответил Ли Си.
Он последовал за стражем в хрустальный дворец. Всё тут было из чистого хрусталя, так что, стоя снаружи, можно было сразу увидеть внутреннюю часть дворца, и даже короля. Он сидел на хрустальном троне с распущенными длинными волосами, подперев голову рукой и томно прищурив глаза.
Его золотой рыбий хвост был ярким и ослепительным, хвостовой плавник — большим, а вокруг талии была обёрнута лёгкая тюлевая одежда бледно-золотистого цвета.
Король обладал самой выдающейся внешностью среди тритонов. Его волосы были черными и вьющимися, как морские водоросли, глаза — золотистыми, как мёд. Это лицо даже больше соответствовало человеческому представлению о сирене [2], чем лицо Ли Си, и было ещё более обольстительным.
[2] 海妖 (hǎi yāo) — «морской демон», «морской дух» или, чаще, «сирена» (в западном контексте). В китайской мифологии это злонамеренное или соблазняющее существо, связанное с морем.
— Ты пришёл, — голос его был неземным. Он спустился с трона. — Слышал, ты хочешь превратить своего человеческого спутника в тритона?
— Верно, — кивнул Ли Си. — Я хочу воспользоваться Бассейном Трансформации Хвоста.
— Без проблем, — легко согласился король и, приблизившись, продолжил: — Но имей в виду: процесс мучительный, и человек со слабой волей не сможет его выдержать.
— Мучительный? — лицо Ли Си изменилось.
— Да, — король положил руку ему на плечо. — Зачем подвергать его такому? Лучше оставь его здесь, на дне морском. Он уже заперт в глубоководье и абсолютно не сможет уйти без помощи тритона. Он будет полностью в твоей власти.
Бровь Ли Си слегка дёрнулась.
— Люди переменчивы. Сейчас они клянутся в вечной любви и верности, но, возможно, просто обманывают тебя, — король понизил голос. — Так называемая моногамия — это просто насмешка. Но если оставить его в человеческом обличье жить на морском дне, он будет полностью зависеть от тебя. Ты будешь полностью контролировать его и владеть им.
— Я не предам его, — Ли Си лишь холодно встретил его взгляд.
— Не хмурься так, я всего лишь советую, — король тихо рассмеялся и отплыл в сторону. Потом его взгляд упал на осьминожку. — А это, должно быть, нынешний морской колдун Укээр.
Титул морского колдуна передаётся из поколения в поколение; все колдуны наследуют имя Укээр, отказываясь от своего первоначального имени.
— Укээр выражает вам почтение, — осьминожка склонился.
Улыбка короля стала ещё шире. Он передал Ли Си связку чёрных ключей.
— Это ключи от Бассейна Трансформации Хвоста. Колдун укажет дорогу к нему. Но если передумаешь, можешь прийти ко мне в любое время — врата дворца всегда будут открыты для тебя. Независимо от того, в каком качестве ты придёшь.
Ли Си не стал вникать в его намёки, взял ключи и поплыл к выходу. Повернул голову и увидел, что осьминожка тоже следует за ним.
— Нет способа облегчить боль? — нахмурился Ли Си.
— Есть, — кивнул Укээр и поджал свои бледные губы. — Нужно одно растение, после употребления которого частично утрачивается чувствительность.
Ли Си пристально посмотрел на него.
— Ты ведь не врёшь мне? — спустя некоторое время улыбнулся он.
И без того бледное лицо Укээра стало, казалось, ещё бледнее.
— Нет, — едва слышно ответил тот.
Он не соврал: если тритон съест это растение, то потеряет чувствительность в половине тела, а продолжительность этого эффекта будет зависеть от его силы. Что касается человека... он, вероятно, потеряет все ощущения, а затем будет поглощён Бассейном Трансформации Хвоста.
Ли Си слегка прищурил глаза, заметив неладное, но решил не продолжать расспросы и поплыл к дому.
Укээр последовал за ним, его взгляд забегал.
— Ли Си, мне нужно тебе сказать кое-что, — внезапно сказал он.
— Насчёт признаний в любви — можешь не продолжать, — лениво ответил тот.
— Этот человек вовсе не любит тебя! — выкрикнул Укээр. — Почему ты так сильно хочешь именно его?
Ли Си остановился.
— Полюбит, — он задрал подбородок.
— Но он недостоин тебя! — сжал губы Укээр. — Он не достоин того, чтобы ты давал ему клятву на всю жизнь.
— Ты же его не знаешь, откуда тебе знать, что он недостоин? — Ли Си пристально посмотрел на него. — Душа Дуань Чжэня — самая прекрасная и сияющая из тех, что я видел, он обладает драгоценными качествами.
Он, виляя хвостом, подплыл к Укээру, приблизив своё лицо почти вплотную к его лицу.
— По крайней мере он не такой, как ты, что после клятв бьёт в спину, — в его глазах, отдающих лазурью в океанской воде, застыл лёд и сквозила насмешка.
Зрачки Укээра резко сузились, и он торопливо сказал:
— Я не делал этого!
Но Ли Си не стал слушать его оправданий, отвернулся, собираясь уходить.
— И что толку, что ты притворяешься перед ним добрым и слабым? — внезапно сказал Укээр. — Я чувствую, что мы с тобой одного поля ягоды. Неужели ты собираешься притворяться всю свою жизнь? Подводный мир — это всегда «выживает сильнейший», «право сильного», — холодно произнёс Укээр. — То, что хочешь, надо отобрать, и только крепко держа в своей руке, можно почувствовать себя в безопасности. Ты полюбил человека, но тебе вовсе не обязательно перенимать эту хрупкую эмоцию.
Ли Си уже не хотел с ним продолжать разговор.
— Наши дороги разные. Ты не можешь понять ни моих поступков, ни человеческих чувств.
Он признавал, что человеческие чувства хрупки и изменчивы, но это не всё. В их коротких жизнях всегда есть что-то, чему верны, и всегда найдутся те, чья душа прекрасна, словно драгоценный камень.
— Ли Си, — они услышали вдруг голос Дуань Чжэня, пока так стояли, застыв в противостоянии.
Ли Си обернулся и увидел, что Дуань Чжэнь плыл к нему, за ним тянулась группа недовольных спутников [3].
[3] 愁眉苦脸 (chóu méi kǔ liǎn) — идиома, букв. «нахмуренные брови, горькое лицо»; означает «выглядеть уныло», «быть озабоченным/подавленным», «печальное/скорбное выражение лица».
— Ты что тут делаешь? — Ли Си опешил, поспешно подплыл, пользуясь предлогом осмотра, чтобы потрогать и обнять его. — Ты нигде не ранен?
На самом деле, он совсем не чувствовал запаха крови.
Дуань Чжэнь спокойно придержал руку, которой Ли Си собирался задрать его одежду.
— Всё в порядке. Никто не пострадал, — сказав это, он добавил: — Вскоре после того, как вы ушли, снаружи тритоны попытались ворваться в комнату. Похоже, они увидели нас раньше и следовали за нами по пятам.
Он нахмурился, кажется, настроение у него было не очень.
В конце концов, никто не может сохранить хорошее настроение, когда на него «пускают слюни» всю дорогу.
— А эти тритоны где? — прищурился Ли Си.
— Оглушили и вышвырнули, — сказал Дуань Чжэнь. — В конце концов, это Королевство Тритонов, мы не стали проливать кровь.
Ли Си хотел сказать, что лучше было бы их убить, но, вспомнив о своей роли, что-то пробормотал, быстро откашлялся и от всей души похвалил:
— Дуань-гэ, ты потрясающий! Даже в воде справился с тритонами.
— Ничего особенного, это они недооценили противника, — покачал головой тот. — Тритоны намного сильнее обычных людей, и у них сильная регенерация. Для обычных игроков встреча с ними, вероятно, закончилась бы верной смертью... А вот на суше — это другой вопрос.
Ли Си захлопал в ладоши.
Дуань Чжэнь беспомощно взглянул на него.
— Ну, что, король согласился?
— Да, — кивнул Ли Си. — Теперь можно просто идти искать ингредиенты.
Говоря это, он вдруг вспомнил, что сегодня он ведь так нарядился, а Дуань Чжэнь никак не отреагировал.
Он взглянул на тех, кто следовал сзади, — те уже давно выражали изумление взглядами, и их глаза прилипли к нему, не в силах оторваться.
— Я красивый? — Ли Си намеренно подплыл близко к лицу Дуань Чжэня, затем отдалился, раскинул руки и сделал оборот. Газовая одежда колыхалась в потоках воды, смутно обнажая его стройную и подтянутую талию. Низка ожерелья из бриллиантов в форме капель плотно прилегала к шее, подчёркивая его ещё более светлый и сияющий цвет кожи.
Дуань Чжэнь сглотнул [4], мысленно повторяя: «Восемнадцать лет, восемнадцать лет», — только тогда смог с трудом успокоиться и невозмутимо кивнул.
— Красивый.
[4] 喉咙紧了紧 (hóu lóng jǐn le jǐn) — букв. «горло сжалось», указывает на сильное внутреннее напряжение или возбуждение, которое трудно сдержать (часто реакция на сильное желание или эмоциональное потрясение).
Ли Си почувствовал, что это не та реакция, которую он хотел.
— Правда? — кинул он подозрительный взгляд на Дуань Чжэня.
Молодой человек приблизился, поднял руку, и круглая рубиновая цепочка-браслет соскользнула немного вниз с запястья. Красный цвет был особенно заметен на светлой коже, что невольно притягивало взгляды всех присутствующих.
И тогда Ли Си на глазах у всех обнял Дуань Чжэня за шею, а другой рукой взял его за руку и тихо сказал:
— На хвосте у меня ещё цепочка. Потрогай и скажи, что приятнее на ощупь — она или мои чешуйки.
Это уже ничем не отличалось от соблазнения. Дуань Чжэнь застыл, на его лице застыло напряжение, и он на мгновение почувствовал некоторое смущение. Если бы он мог, он бы, наверное, сейчас сорвал молодого человека с себя и отбросил подальше.
Ли Си заметил, что, хотя выражение его лица становилось всё более холодным и резким, его уши покраснели. Поняв, что его стратегия сработала, он ещё настойчивее прижался к нему.
Дуань Чжэнь долго крепился, словно наконец обрёл свой язык, и, одной рукой отталкивая Ли Си, с притворной холодностью сказал:
— Ты, конечно, красивый, но это будет мешать в бою.
Люди, следовавшие за ними и подслушивавшие, едва не выронили глаза.
Хоть у них сейчас и репродуктивная изоляция [5], но когда к нему вот так прижимается такой красавец, он всё равно думает о сражении... Неужели всем красавцам нравятся простофили?
[5] 生殖隔离 (shēng zhí gé lí) — биологический термин «репродуктивная изоляция». В контексте фантастики означает, что они не могут иметь потомства из-за различий в виде/расе.
Все почувствовали боль в сердце.
Ли Си же прыснул от смеха, протянул руку и ткнул Дуань Чжэня в мочку уха.
— Ты в своём репертуаре, Дуань-гэ, — он понизил голос, и в его глазах мелькнула лукавая улыбка. — Ушки-то покраснели, значит, я тебе не совсем безразличен.
— Ты ещё ребёнок, — смущённо отвернулся тот.
Сейчас он мог сказать только эту фразу.
Ли Си лишь улыбался и не стал возражать.
***
Когда остальные тритоны вернулись, он собрал всех, чтобы отправиться на поиски нужных ингредиентов.
— Мы тоже пойдём с вами, — казалось, несколько человек договорились заранее.
Если остаться здесь, неизвестно, сколько прожорливых тритонов придут для внезапного нападения. Теперь, когда Дуань Чжэня, единственного, кто может противостоять тритонам под водой, нет рядом, им лучше пойти на поиски вместе с Ли Си и остальными.
— Ну, это можно, — кивнул Ли Си. — Только если кто-то окажется обузой и его сожрут — не ко мне претензии.
— Мы будем осторожны, — сказал их лидер.
Поскольку в этой миссии они полностью полагаются на лагерь тритонов, то, естественно, не будут провоцировать Ли Си.
— Так как вас пятеро, вам потребуется пять порций ингредиентов, — Ли Си почесал подбородок. — Сбор может занять довольно много времени.
Сейчас ему очень хотелось бросить этих людей и заставить их искать самим.
Но Дуань Чжэнь был здесь и наблюдал, поэтому ему оставалось только взять себя в руки... и прижаться к мужчине.
— Дуань-гэ, командуй ты, а мы просто укажем путь.
Дуань Чжэнь отплыл в сторону, но Ли Си схватил его за руку, и он не смог пошевелиться.
Неизвестно, было ли это иллюзией, но после того, как они прибыли в этот мир, Ли Си, казалось, стал гораздо более напористым.
Хотя ситуация была немного неловкой, Дуань Чжэнь быстро принял привычный вид и спросил:
— Какие зацепки вы собрали?
— Я поспрашивал, где обычно появляются эти существа, — сказал зеленохвостый. — Гигантская акула обитает на востоке, и кровь может её привлечь, но также она может привлечь и других хищников. Осьминоги находятся в бездне, они очень хорошо прячутся, и даже тритон не сможет увернуться от внезапной атаки.
— Колдун должен знать места обитания этих существ, — сказал чернохвостый. — Почему бы не спросить его?
— Мы рассорились, — невозмутимо ответил Ли Си.
— Рассорились? — остальные опешили. Глядя на то, как колдун раньше цеплялся к Ли Си, было трудно представить, что они могли разругаться.
— Он не хочет, чтобы вы стали тритонами, — Ли Си изобразил фальшивую улыбку. — Он хотел вас убить, поэтому мы и рассорились, — он наклонился к уху Дуань Чжэня и тихо прошептал: — Он хочет убить только тебя. Дуань-гэ, тебе нужно быть осторожным.
Остальные хоть и не слышали, но смутно догадывались.
Было очевидно, что колдун неравнодушен к Ли Си, поэтому причиной его отказа, безусловно, было «желание, которому не суждено сбыться» [6]. Остаётся только сказать, что красота, несущая беду, уместна везде.
[6] 爱而不得 (ài ér bù dé) — устойчивое, часто используемое в литературе и песнях выражение, описывающее глубокую эмоциональную боль, связанную с безответной или невозможной любовью.
Однако они не могли винить Ли Си. В конце концов, если бы не он, колдун, возможно, изначально не согласился бы им помогать.
— Судя по словам короля, превращение человека в тритона причиняет огромную боль. Будьте готовы к этому, — добавил Ли Си.
Он решил поискать растение, о котором говорил Укээр. Хотя тот, возможно, и скрыл информацию, но то, что оно может лишить сознания, вероятно, правда.
Несколько человек обменялись взглядами; возражений ни у кого не было. Если не превратиться в тритонов, единственный способ выполнить миссию — это сразиться со всем Королевством Тритонов. Уж лучше положиться на силу воли, чтобы вытерпеть боль.
— Сначала на восток, — сказал Дуань Чжэнь. — Нам нужно как минимум пять гигантских акул.
Им нужны были их хвосты.
— Давайте начнём с малого, — посоветовал один человек. — Мы ещё не знаем, сможем ли одолеть гигантскую акулу.
Если охота не удастся и их съедят, это будет неразумной потерей.
Дуань Чжэнь промолчал.
Во время драки с тритонами он осознал, что его сила необъяснимо возросла. Сила была больше, чем раньше, и улучшилось динамическое зрение. Дуань Чжэнь очень тонко контролировал свои силы, поэтому осознал это сразу же, как только начал действовать.
Вначале он подумал, что это из-за водорослей, но, осторожно спросив других, обнаружил, что никто из них не почувствовал в себе никаких изменений. Может быть, это кровь?.. Но это скорее бред.
В голове Дуань Чжэня крутились разные мысли, но он никак не выражал их, молча ведя всех на восток. Им очень повезло: акулу не пришлось приманивать, так как они увидели огромный силуэт, преследующий добычу вдалеке.
Распространился красный цвет и запах крови. Ли Си презрительно нахмурился, не желая приближаться к этой области.
Дуань Чжэнь тут же это заметил и, не меняя выражения лица, отпустил его руку.
— Ли Си, ты оставайся здесь и защищай их. Вы окружите гигантскую акулу, не дайте ей сбежать, а я займусь нападением.
— Ты справишься? — спросил зеленохвостый. — Вероятно, ты ей на один зуб.
— Я верю в Дуань-гэ, — Ли Си снова стал «милашкой» и бодро подбадривал его со стороны. — Дуань-гэ очень силён.
— Да, он до этого один дрался с двумя тритонами, и они не смогли его ранить, — сказал человек, стоявший за Ли Си.
Гигантская акула впечатляла своими размерами — будто сошла с экрана фильма ужасов. Дуань Чжэнь стоял перед ней, будучи настолько крошечным, что его невозможно было даже заметить.
Несколько тритонов, которые бросились вперёд, тоже немного струсили и держались подальше от акулы. Такое огромное существо, просто махнув хвостом в море, могло вызвать мощное течение. Им помогало лишь то, что они были тритонами — это облегчало контроль над водой, позволяя им надёжно и устойчиво оставаться на месте.
А Дуань Чжэнь, даже будучи человеком, был чрезвычайно ловок в воде, и в мгновение ока он уже плыл над гигантской акулой.
В его руке появился ярко-золотой длинный меч. Он светился так, что казалось — вот-вот осветит всё окружающее водное пространство. Акула, долгое время находившаяся в темноте, внезапно оказалась под действием яркого раздражителя: она мучительно закружилась и рванула прямо к Дуань Чжэню.
— Откуда этот меч? — Ли Си онемел от удивления.
Он постоянно был рядом с Дуань Чжэнем и никогда не видел, чтобы тот пользовался мечом — оружием Дуань Чжэня всегда были пистолет и его собственные кулаки.
— Это предмет, который был автоматически привязан, когда мы вошли в мир, — сказал человек, который спрятался за ним и держал кого-то за руку, чтобы их не унесло волной. — После входа в мир все наши вещи забрали, но у каждого есть оружие, которое, по-видимому, хранится в скрытом пространстве.
— Это необычное оружие, — задумался Ли Си.
Похоже, этот мир не так уж и благоволит тритонам. Эти несколько видов оружия в этом маленьком мире можно даже назвать божественным оружием. Конечно, если пользоваться ими так, как поначалу делали эти люди, принимая их за обычные луки и стрелы, они не смогут проявить свою истинную силу.
Всё-таки Дуаньдуань молодец: он сразу же понял, как им пользоваться, как только взял его в руки. Ли Си смотрел, как Дуань Чжэнь в одиночку сражается с гигантской акулой, и, казалось, он не испытывал трудностей.
Меч в его руке в мгновение ока вонзился в тело акулы. Из меча вырвалась колоссальная сила, которая измельчила все внутренности акулы. Акула не выдержала боли, начала яростно кататься, вызывая сильные колебания воды. Когда показалось, что она вот-вот затянет за собой тритона, Дуань Чжэнь спрыгнул с её спины и, словно не подверженный влиянию течения, бросился туда, схватил тритона за хвост и оттащил его.
В следующую секунду этот огромный рыбий хвост резко пронёсся рядом. Судя по размаху, если бы он действительно ударил, даже тритон не избежал бы перелома костей.
— Спа... спасибо, — этот тритон был тем самым, с чёрно-белым хвостом, которого они ранее атаковали. Раньше он чуть не погиб от рук человеческого лагеря, а теперь был спасён, из-за чего его эмоции на мгновение стали очень сложными.
— Будьте осторожны, — равнодушно сказал Дуань Чжэнь. Он снова повернулся к гигантской акуле. Её последняя попытка сопротивления была лишь предсмертным рывком. Не прошло и минуты, как она постепенно ослабела, и её огромное тело начало погружаться на дно.
Тритоны, которые думали, что будут главной боевой силой, по двое толкали по одной акуле, чтобы доставить их во дворец.
Гигантская акула для тритонов тоже являлась пищей, но из-за её огромных размеров для охоты нужно собирать команду, а это было ужасно хлопотно, поэтому они редко её ели. Ли Си продал все остальные части акулы, оставив только хвост, который бросил в комнате для хранения.
Таким образом они добыли оставшиеся четыре гигантские акулы. Самым опасным было то, что кровь однажды привлекла сразу двух, и даже Ли Си не выдержал, собираясь вмешаться. Неожиданно Дуань Чжэнь, используя своё телосложение, пронёсся между двумя акулами, заставив их сражаться друг с другом, а затем «рыбак извлёк выгоду» [7] — одним махом убил их.
[7] 渔翁得利 (yú wēng dé lì) — устойчивое выражение, которое происходит от знаменитой басни и используется как метафора для неожиданного выигрыша или выгоды, полученной третьей стороной за счёт конфликта или борьбы двух других.
— Дуань-гэ, ты не устал?
Ли Си скомандовал отрезать хвосты и сложить их в комнате. Запах крови бил в нос, стоял столбом и заполнял всё пространство. Он брезгливо сморщил нос, и с грохотом закрыл дверь. Лишь когда фильтрующий массив на двери преградил запаху путь, он расслабил лицо и снова прижался к Дуань Чжэню.
— Всё в порядке, — покачал головой Дуань Чжэнь. После того как он только что зарубил пять гигантских акул, его убийственное намерение ещё не успокоилось. Просто стоя там, он, казалось, позволял людям видеть море крови и горы трупов.
— Этот парень наверняка бывал на поле боя до того, как вошёл в игру, — пробормотал кто-то. — Даже у разыскиваемых преступников, убивших десяток человек, нет такой сильной убийственной ауры, как у него.
Он почесал нос, глядя на Ли Си, который, казалось, ничего не замечал, улыбаясь, прильнул и нежно повис на руке Дуань Чжэня, и вздохнул. Красавец непрост, и старейшина [8], которого выбрал красавец, тоже непрост. Так называемое «меценатство красавиц» [9] — это всего лишь выдуманные сказки.
[8] 大佬 (dà lǎo) — сленг, букв. «большой старейшина»; означает «авторитет», «важная шишка», «босс», «очень влиятельный или сильный человек».
[9] 美人扶贫 (měi rén fú pín) — идиома, буквально «красавица помогает бедным»; описывает отношения, в которых красивый партнёр выбирает себе в пару кого-то, кто, по общему мнению, значительно ему уступает (внешне, по статусу или деньгам). Это подаётся как «акт милосердия» или «благотворительность» со стороны красавца/красавицы.
Ли Си, не обращая внимания на их мнение, повис на руке Дуань Чжэня.
— Давай я помассирую тебе руки. Сегодня всю основную работу сделал ты и, должно быть, очень устал.
— Не стоит, ночь отдыха — и всё пройдёт, — Дуань Чжэнь почувствовал себя неловко и попытался выдернуть руку.
— Нет, — надув щёки, сказал Ли Си, затащил его к себе в комнату и заявил: — Я купил много вещей для людей. Эти несколько дней ты будешь жить со мной.
Он толкнул Дуань Чжэня в раковину большого моллюска. Когда створки моллюска закрылись, вода внутри него неожиданно постепенно вытекла, воздух стал сухим и даже наполнился лёгким ароматом жасмина.
Внутри Ли Си сам добавил массив расширения пространства. Поэтому, хотя снаружи это был просто большой моллюск, внутри он был размером с комнату, а самым большим предметом там была водная кровать.
Ли Си притянул Дуань Чжэня, уложил его, а сам сел рядом и начал массировать ему руки. Кхм, а мускулы на этой руке действительно хороши.
На поверхности казавшийся очень приличным Ли Сяоси в душе уже думал о пошлостях. Рука, которая сначала делала вполне пристойный массаж, начала перемещаться в другие места.
Дуань Чжэнь знал, что он не будет вести себя прилично, и молча протянул руку, чтобы остановить его.
Они некоторое время смотрели друг на друга.
Ли Си слегка кашлянул.
— Чтобы приложить силу, нужно использовать поясницу. Давай я помассирую её, а то, что, если завтра она будет болеть?
Дуань Чжэнь молча уставился на него.
— Я не говорю, что у тебя проблемы с поясницей, просто... ты сегодня устал, я помогу тебе расслабиться, — Ли Си покраснел.
— Спи уже, — Дуань Чжэнь беспомощно постучал его по голове. — О чём ты думаешь в таком юном возрасте?
Конечно, о прекрасном теле!
Ли Си забегал глазами, а затем уткнулся головой в грудь Дуань Чжэня.
— Мне так холодно, Дуань-гэ, обними меня, чтобы я уснул, — сказав это, он со шлепком положил свой большой хвост на Дуань Чжэня, приняв странную позу. Дуань Чжэнь напрягся.
— Тритон может так долго оставаться вне воды? — он попытался сбросить с себя хвост.
— Всё в порядке, — Ли Си потёрся о его шею и сглотнул. — Дуань-гэ, ты так вкусно пахнешь.
Он немного захотел есть.
***
Автору есть что сказать:
Дуань Чжэнь: «Ты в конце концов хочешь переспать со мной или съесть меня???»
Ли Сяо Си: «Мне подходит и то, и другое» (застенчиво).
http://bllate.org/book/15219/1364040
