Боюсь, их станет больше!
***
Поскольку мастер Е был слишком уж высокомерен, Шэнь-сяошоу пришлось отбросить разговор о старшем брате, сменив его на другую тему, что способна усладить слух любого:
— Как насчет того, чтобы сходить поесть?
— Ты снова голоден? — Цинь Шаоюй улыбнулся и потрепал его по волосам. — Поросенок.
— ... — Шэнь Цяньлин.
Я просто создаю атмосферу, ок, да?!
Это воистину ужасно несправедливо!
— Что бы ты ни захотел, я прикажу это тайком купить и доставить тебе, — сказал Цинь Шаоюй. — Нам по-прежнему надо делать вид, что ты без сознания, ты не можешь никуда пойти есть. Пребывание здесь Е Цзиня держится в тайне, он тоже никуда не может выйти.
— Что ж, тогда мы сами тут все решим, а вы с братом сходите пообедайте, — Шэнь Цяньлин очень хорошо себя вел.
— Хмпф! — Е Цзинь неожиданно с пронзительной холодностью выразил свое отношение.
Шэнь-сяошоу прямо-таки потерял дар речи. Я вообще-то не с тобой говорил! У тебя что, какие-то претензии? Мне уже и упомянуть брата нельзя?!
Как можно быть таким высокомерным?
Ты прямо-таки император высокомерия!
— Я поем с тобой в комнате, — сказал Цинь Шаоюй. — У Цяньфэна в полдень какие-то дела, ему нужно будет уйти.
— А? Куда уйти? — полюбопытствовал Шэнь Цяньлин.
— Сегодня Инь Ушуан собирается извлечь гу из тела Инь Лосюэ, — сказал Цинь Шаоюй. — Хотя все держится в тайне, но Цяньфэн беспокоится, что новость может просочиться, и враг воспользуется шансом, чтобы посеять хаос, поэтому хочет пойти и помочь.
— Лицемер! — встрял Е Цзинь.
— ... — Шэнь Цяньлин.
Если бы не тот факт, что ты пришел сюда помочь, я бы тебе рот заклеил скотчем! В два слоя!
— Будет опасно? — спросил Шэнь Цяньлин.
— Ха! Ха! Ха! — Е Цзинь.
У Шэнь Цяньлина зарябило в глазах. Даже если моему брату действительно будет грозить опасность, не кажется ли тебе эта радость чрезмерной?
— Еще раз перебьешь и сегодня будешь спать с Цяньфэном, — холодно сказал Цинь Шаоюй.
Е Цзинь вдруг подбоченился и разразился бранью:
— Кто захочет спать с этим евнухом?!
Шэнь-сяошоу задохнулся от удивления. Хотя он не вполне понимал, что все это значило, кажется, информации было слишком много.
— Кого это ты назвал евнухом? — донесся ледяной голос стоявшего в дверях Шэнь Цяньфэна.
— А-а-а! — Е Цзинь моментально пустился наутек и спрятался за Цинь Шаоюем.
Шэнь-сяошоу смотрел на него, не находя слов. Ты же только что, полный храбрости, разваливался соловьем и считал себя бессмертным... И не надо так бесцеремонно цепляться за другого человека! Это мой мужчина!
— Я собираюсь отправиться в водную деревню Цяньу. Если что-то случится, найди меня там, — Шэнь Цяньфэн обратился к Цинь Шаоюю, даже не посмотрев на Е Цзиня.
Хозяин дворца Цинь сказал:
— Ты тоже будь осторожен.
Шэнь Цяньфэн кивнул и повернулся, собираясь уйти.
Е Цзинь принялся беззвучно плеваться ему вслед.
Шэнь Цяньфэн обернулся:
— Лин-эр, помни...
Е Цзинь тут же проглотил язык и шмыгнул под стол, прикрыв голову руками. Скорость его была подобна молнии. Сразу видно — ему это не впервой.
...
Шэнь Цяньлин готов был преклониться перед ним.
— Помни, что ты должен есть больше овощей, — Шэнь Цяньфэн скрипнул зубами и, закончив свою речь, в разрежении направился к лестнице.
Если бы он не опасался за Инь Ушуана, а также, что очередная подмена Шэнь Цяньлина окажется разоблачена, то действительно взял бы Е Цзиня и закатал бы его в банку с соленьями.
— Вот и пошел к черту! — вид Е Цзиня, скрючившегося под столом, казался даже трогательным.
Шэнь Цяньлин сконфуженно проговорил:
— Может, сначала вылезешь из-под стола?
— Сколько же всего произошло между вами? — нахмурился Цинь Шаоюй.
— Разве ты не знаешь? — выбираясь проговорил Е Цзинь, и как ни в чем не бывало отряхнулся от пыли.
В глазах Цинь Шаоюя явно читалось "не верю".
— Если дело лишь в торговой сделке, почему ты так боишься его?
— Вы же сами все видели, — Е Цзинь со вновь обретенным самодовольством произнес: — Я усыплял его бдительность!
Вы разве не поняли?
Шэнь Цяньлин в изумлении посмотрел в сторону двери:
— Брат, почему ты вернулся?
Мамочка! Е Цзинь вдруг резко побледнел и в панике бросился в окно.
Схватив его за руку, Цинь Шаоюй сквозь смех и слезы сказал:
— Лин-эр надул тебя.
— ... — Е Цзинь.
— Если правда его боишься, то нечего молоть чепуху, — презрительно продолжил он и отпустил.
Еще не пришедший в себя от испуга Е Цзинь крадучись направился к двери и, лишь убедившись, что Шэнь Цяньфэна там действительно нет, наконец с облегчением вздохнул и с гневом посмотрел на Шэнь Цяньлина. Чуть до смерти не напугал!
Шэнь-сяошоу ответил ему совершенно невинным взглядом.
— Что там между вами происходит — меня не касается, но в этот раз тебе нужно сосредоточиться на общем деле, — сказал Цинь Шаоюй. — Не испорти все.
— Как я могу что-то испортить? Я же такой надежный! — бесстыдно хвалился Е Цзинь. — Если кто и испортит, то это Шэнь Цяньфэн!
— ... — Шэнь Цяньлин.
От такого уровня бесстыдства захватывало дух.
В то же время атмосфера в водной деревне Цяньу была не в пример серьезнее.
Придерживая младшего брата, Инь Ушуан усадил его и скормил миску лекарства.
Глаза Инь Лосюэ были чуть приоткрыты, лицо немного посерело. Стало очевидно, что после стольких дней, проведенных без сна, его тело уже достигло своего предела.
— Мы с Цяньфэном будем снаружи, — сказал Сяо Чжань. — Спокойно занимайся исцелением. Даже если явится Небесный император, я не позволю ему пройти.
— Большое спасибо, — Инь Ушуан слегка кивнул. — Если в этот раз все пройдет хорошо, то я, Лосюэ и Бесснежные Врата будем перед вами двумя в неоплатном долгу.
— Глава школы слишком вежлив, — сказал Шэнь Цяньфэн. — Четыре Великих школы должны работать вместе, как единое целое, ни к чему говорить о долгах.
— Если что-то будет нужно, зови нас, — добавил Сяо Чжань.
Инь Ушуан кивнул, проводил их взглядом, успокоил дыхание и медленно положил ладонь на макушку Инь Лосюэ.
А во дворе Сяо Чжань и Шэнь Цяньфэн сидели на каменной скамье под деревом. Оба выглядели обеспокоенными.
Вероятно, почувствовав, что атмосфера чересчур тяжела, Сяо Чжань нарушил молчание:
— Как поживает Лин-эр?
— У моего младшего брата все хорошо, спасибо за беспокойство, второй господин.
Даже больше, чем просто хорошо. Раньше они считали, что избаловали его дома, но кто бы мог подумать, что Цинь Шаоюй будет кормить его с рук и сделает еще хуже? Даже семье Шэнь это было невыносимо, глаза бы не смотрели.
Лицо Сяо Чжаня сделалось мрачным.
Потому как он явно надеялся, что Шэнь Цяньлин и Цинь Шаоюй будут ссориться каждый день и даже драться!
— Могу я быть откровенным? — Шэнь Цяньфэн смотрел на него.
Сяо Чжань кивнул.
Шэнь Цяньфэн начал прямо:
— Лин-эр не подходит второму господину.
Лицо Сяо Чжаня сделалось холодным:
— Подходит или нет — мне лучше знать.
— Я тоже слышал об одном инциденте. О том случае, когда Лин-эр намеренно искал внимания второго господина, — сказал Шэнь Цяньфэн. — Это, безусловно, его вина, и если второй господин захочет побить его или взыскать компенсацию, я ни в коем случае не стану вам мешать.
Сяо Чжань холодно фыркнул.
— Однако его брак с Шаоюем — дело решенное, и я прошу второго господина не продолжать упорствовать, — говорил Шэнь Цяньфэн.
— Боишься, что я увезу его с собой? — Сяо Чжань перевел на него взгляд.
Шэнь Цяньфэн поднял на него глаза:
— Второй господин уже пытался это сделать.
— Я тогда еще не знал, что он изменился, — сказал Сяо Чжань.
— Все так, — Шэнь Цяньфэн вздохнул. — Если бы не его внешность, я бы решил, что он не Лин-эр вовсе.
— И что ты думаешь о нем теперь? — спросил Сяо Чжань.
— Если потеря памяти позволит ему остаться таким простодушным и искренним, то я бы предпочел, чтобы он никогда не вспомнил прошлое.
Сяо Чжань ничего ему не ответил. Он махнул рукой, подзывая слугу, и велел принести чай.
Время мало-помалу шло, однако в доме по-прежнему не было ни движения. Мужчины переглянулись, но не успели и рта открыть, как с неба вдруг донесся пронзительный птичий крик.
От его звуков брови Инь Ушуана нахмурились, но он не осмелился пошевелиться.
Внутренняя сила уже пронизывала их обоих, и если в такой момент отвлечься и прерваться, то это неизбежно повлечет за собой травмы и смерть.
Двое мужчин снаружи задрали головы. Над ними пролетела черная птица, такая огромная, что почти заслоняла собою небо и солнце. То была траурная птица, что в прошлый раз прилетела со старухой Цзинь.
Жители деревни тоже ее заметили и в ужасе кричали.
Стоило Шэнь Цяньфэну чуть наморщить брови, и несколько теневых стражей выскочили вперед, предупреждая толпу, чтобы вела себя тихо.
Едва Сяо Чжань выхватил меч, намереваясь преградить путь твари, как Шэнь Цяньфэн уже рванул к ней.
К его неожиданности в этот раз черная птица не проявила признаков страха, она не только не повернула, в попытке избежать столкновения, но и напротив, ускорилась. По мощным когтям сверкнул голубой отсвет — на них явно был яд.
Шэнь Цяньфэн тут же понял, что-то было не так. Резко изогнувшись в воздухе, он изменил угол наклона, увернулся от атаки и уже сверху обрушил на зверя меч.
Удар пришелся траурной птице в левое крыло. С протяжным шипением она взвилась в небо, а ветер, поднятый взмахами ее крыльев, даже сорвал с крыши куски черепицы.
— Молодой господин Шэнь! — получив известие, братья Цзян тоже поспешили на помощь с отрядом лучников.
— Стреляйте! — Шэнь Цяньфэн отдал приказ.
Цзян Цзяолун махнул рукой, и в тот же миг сотни острых стрел полетели в черную птицу.
Шэнь Цяньфэн приземлился на землю и посмотрел в небо.
Траурная птица не уклонялась, тело ее было пронизано стрелами, однако она по-прежнему не демонстрировала ни малейшего намерения сбежать. Напротив, она еще более возбудилась. Вся покрытая кровью, она вновь устремилась к крыше, будто одержимая намерением пробиться в комнату Инь Ушуана.
Шэнь Цяньфэн и Сяо Чжань одновременно взмыли в воздух, выкрутили ей крылья и оттянули от крыши.
Траурная птица издала ужасающий крик и задергалась, словно в безумии, кровь дождем лилась из ее ран.
— Эта птица совсем свихнулась! — взревел Сяо Чжань.
— В ней гу! — Шэнь Цяньфэн увернулся от ее когтей. — Она уже не контролирует себя, руби ее!
Сяо Чжань кивнул и с силой вывернул крыло. Раздался треск. Птица истошно завопила, после чего повалилась на землю и потеряла сознание.
Подбежавший со своими людьми Цзян Иньлун приказал сковать животное цепями.
Сяо Чжань стряхнул с себя пыль, подошел к двери и заглянул в щель, в комнату. Убедившись, что все в порядке, он с облегчением вздохнул.
— Найдите железную клетку и заприте в ней, — сказал Шэнь Цяньфэн. — Одно крыло сломано, так что она не должна больше доставить неприятностей.
Цзян Цзяолун отдал распоряжение поднять птицу, после чего проследовал за своим людьми в темницу.
— Я знал, что Фэн Цзюе не успокоится, — Сяо Чжань скрипнул зубами.
— Противном случае разве звался бы он главой демонической секты? — сказал Шэнь Цяньфэн. — Если я прав, эта птица заражена тем же гу, что и Инь Лосюэ.
— В самом деле? — Сяо Чжань был удивлен.
— Я ношу при себе перья древнего божественного зверя. Почуяв его запах, траурная птица должна тут же обратиться в бегство, — говорил Шэнь Цяньфэн. — Сейчас этого не только не произошло, она даже начала сильнее буйствовать.
— Тогда неудивительно, что она не попыталась скрыться даже после того, как ее ранили, — Сяо Чжань нахмурился.
— Я лишь надеюсь, что мы сможем в кратчайшие сроки схватить Фэн Цзюе и банду Цянгу, пока положение не стало еще серьезнее, — Шэнь Цяньфэн вздохнул. — Пока что наша самая большая беда — это один человек и одна птица, зараженные гу, но если их станет больше, боюсь, даже десяток таких как ты и я не сможет с ними справиться.
_________________
Перевод: EzkinM
http://bllate.org/book/15170/1340665
