Глава 7.
– Твой новый контракт. – сестра Цзян протянула ему стопку бумаг. – Посиди тут, изучи внимательно, я ненадолго отлучусь на планерку.
– Хорошо, – кивнул Янь Чжо, сидящий за рабочим столом.
В кабинете сестры Цзян витал аромат цитрусовой парфюмерной палочки, отопление было настроено идеально, кулер время от времени булькал, а секундная стрелка маленьких настольных часов отстукивала: тик-так, тик-так… Слишком убаюкивающе.
Поэтому Янь Чжо положил голову на стол и уснул.
Стоял ясный день, было половина одиннадцатого утра и это тот самый час, когда так легко поддаться дремоте.
Телеканал «FLAME TV», завершивший процесс поглощения, сменил владельца. На пропусках каждого сотрудника теперь красовался логотип группы «Минчжоу». И теперь менеджер Цай временно работал здесь, координируя вопросы финансов и внешнего сотрудничества.
Цинь Дулян часто наведывался вместе с менеджером Цаем, используя формальный предлог – мол, перенимает у того профессиональный опыт и выполняет функции водителя. Однако, когда эта идея впервые была озвучена в кабинете председателя на 22-м этаже небоскрёба «Минчжоу», у бедного менеджера Цая возникло желание немедленно открыть окно и спрыгнуть.
К счастью, средством передвижения был уже не мотоцикл, а Dodge Challenger SRT Hellcat Цинь Дуляня. По крайней мере, четыре колеса, да и ремни безопасности имелись.
Сестра Цзян, предусмотрев всё заранее, занесла биометрические данные обоих – и менеджера Цая, и Цинь Дуляня – в систему, предоставив им возможность свободно проходить через турникеты по распознаванию лиц. Как только менеджер Цай удалился на встречу с финансовым директором «FLAME TV», Цзян-цзе вспомнила о контракте.
Она предположила, что к этому моменту Янь Чжо уже наверняка подписал все документы и должен был отнести их в юридический отдел. Поскольку её кабинет должен был быть пуст, она, недолго думая, предложила Цинь Дуляню подождать именно там.
Едва она переступила порог, её взгляд упал на Янь Чжо, склонившегося над столом. Его дымчато-голубые волосы мягко ниспадали, а массивное кресло делало его фигуру удивительно хрупкой, ровное дыхание и медленное движение плеч на мгновение перенесли Цинь Дуляня в прошлое – к тому самому мальчику, что засыпал на школьной парте.
– Извините, я сейчас…– Сестра Цзян уже сделала шаг, чтобы разбудить его, но Цинь Дулян мягко остановил её, подняв руку.
– Я… – Цинь Дулян понизил голос. – Я могу посидеть здесь.
«Наверное, он устал от бесконечных трансляций по CS:GO и PUBG» – подумал Цинь Дулян и на цыпочках прошел к дивану у панорамного окна. Ему хотелось, чтобы Янь Чжо проснулся и они поговорили, но в то же время он подумал, что не хочет рушить эту атмосферу.
Цинь Дулян достал телефон и перевел его в беззвучный режим без вибрации.
Янь Чжо спал глубоким сном и даже повернул голову, так что Цинь Дулян мог видеть его лицо вполоборота. Он смотрел на него, не отрывая взгляда.
На столе лежал новый стримерский контракт Янь Чжо. Цинь Дулян знал, что условия для совместителей были слегка урезаны, чтобы стимулировать их переходить на полную занятость. Но он также знал, что Янь Чжо больше стремился на спортивный канал. Футбол, баскетбол, Формула-1, ралли, и, конечно же… мотоспорт.
Поэтому контракт на полную занятость Янь Чжо не подходил, но ему тоже нужно было на что-то жить, а попасть на главную страницу с рекомендациями могли только официально подписанные стримеры.
Спустя некоторое время человек за столом медленно начал просыпаться. Он так и не поднял головы с руки, лишь другой ладонью лениво потер глаза. Но вот та рука, что служила ему подушкой, затекла, и ему пришлось неспешно выпрямиться. Но он замер на полпути, так как его взгляд уловил фигуру на диване.
Он снова протер глаза.
Это действительно был Цинь Дулян.
Цинь Дулян поднялся и подошел к нему. Он положил руку ему на плечо и помог выпрямиться – точь-в-точь как в старших классах, когда Янь Чжо засыпал над учебниками, и ему приходилось будить его, чтобы снять онемение с затекших руки и плеча.
– Я жду здесь менеджера Цая, – объяснил Цинь Дулян.
Янь Чжо понял каждое слово, но смысл ускользал.
– А, я тут… контракт подписываю.
Впервые за шесть лет они остались наедине в замкнутом пространстве. Янь Чжо твердил себе, что они оба выросли, стали взрослыми, способными контролировать свои эмоции.
С момента расставания прошло шесть лет. На встречах выпускников каждый класс собирался отдельно. Один стал комментатором в игровой индустрии, другой колесил по миру, участвуя в гонках. Мир так велик, стоит лишь выключить телефон и отключить интернет – и никто никого не найдет.
Тем более они не общались все эти шесть лет. Нельзя было допустить, чтобы только он один застрял без продвижения на месте.
Это было бы так унизительно.
Янь Чжо поднял взгляд и улыбнулся.
– Налить тебе воды?
– Не откажусь.
«Будь взрослым, контролируй эмоции», – мысленно повторил Янь Чжо, встал и привычным движением достал из шкафа в кабинете Цзян-цзе одноразовый бумажный стаканчик, налил теплой воды из кулера.
Он вел себя совершенно естественно, как два взрослых человека, ведущих обычную светскую беседу.
Не нужно говорить «давно не виделись», не нужно бессмысленных светских любезностей.
Худшим зачином при встрече с бывшим было «как жизнь?». Поэтому Янь Чжо просто сел напротив него.
– Еще не успел поблагодарить за торт.
– Пустяки, – так же спокойно ответил Цинь Дулян. – Я недавно вернулся, копался в старом телефоне и случайно увидел это напоминание в календаре.
– Вот как, какое совпадение. – С улыбкой ответил Янь Чжо.
– Ага, – Цинь Дулян улыбнулся в ответ.
Он придерживал стаканчик обеими руками, а его взгляд на мгновение задержался на лице Янь Чжо.
– Тяжело сейчас приходится?
Янь Чжо подумал, что тот, наверное, увидел его спящим и решил, что он вымотался.
– Да, немного, – ответил он. – Сейчас сезон гриппа, многие болеют, вот и приходится подменять коллег.
Однако он вдруг осознал, что Цинь Дулян с самого начала смотрел на него прямо и пристально, не отводя взгляда до сих пор. Возможно, он и правда выглядел измождённым.
Янь Чжо замер в нерешительности, ему оставалось лишь смотреть в ответ.
Главное – держаться и не отводить глаз.
Их отношения с Цинь Дуляном напоминали странную партию, где ходы делались по очереди: сначала его признание в любви, затем торт от Цинь Дуляня, потом его песня «Вечерний ветер в душе» в баре, а после – подглядывание Цинь Дуляна за его сном.
Чья же теперь была очередь? Разве Цинь Дулян не пропустил свой ход?
Взгляд Янь Чжо не дрогнул.
– А у тебя как с TT* на острове Мэн?
П.п. *Isle of Man TT — это ежегодные гонки на острове Мэн, которые считаются одними из самых опасных и зрелищных в мире мотоспорта.
– Жив, – Цинь Дулян сделал глоток воды, поставил стакан на стол и откинулся на спинку дивана. – Ты же знаешь, там главное просто выжить.
Янь Чжо усмехнулся, затем взял со стола контракт.
– Что ж, посиди, я отнесу контракт.
– Погоди, – Цинь Дулян встал вслед за ним и за два шага оказался перед ним и прижал листы с контрактом к столу. – Контракт может подождать.
Янь Чжо уловил его запах и увидел нервно вздрогнувший кадык.
***
– ТТ на острове Мэн? – Янь Чжо взял у Цинь Дуляня свой рюкзак.
Поскольку за спиной рюкзак болтался, Цинь Дулян носил его на груди.
Цинь Дулян кивнул.
– Есть такая поговорка: на треке рождаются чемпионы, на острове Мэн – герои.
В тот день на горные трассы приехали шесть-семь человек из их школы, все они являлись известными личностями. Конечно, Цинь Дулян выделялся больше всех.
Объединяло же их всех одно: они были мажорами, тем типом людей, кому результаты гаокао* были безразличны.
П.п. *Гаокао (高考) — национальный вступительный экзамен в высшие учебные заведения Китая.
Они рассекали на мощных мотоциклах, носили дорогие часы, говорили о вещах, которых Янь Чжо не понимал, например, о том самом TT острова Мэн.
– Это гонка особого рода. Представь себе остров между Англией и Ирландией. Каждый июнь мотоциклисты со всего мира съезжаются туда, чтобы промчаться на пределе сил и техники по кольцевой трассе, опоясывающей остров. Это и называется TT острова Мэн. – Принялся объяснять Цинь Дулян.
Янь Чжо лишь понимающе кивнул.
– Эй! – Цинь Дулян окликнул кого-то. – Дай мне один прожектор.
Тот удивился.
– Зачем тебе прожектор для гонок по горам?
– Моему однокласснику нужно делать домашку, – сказал Цинь Дулян.
Все тут же разразились хохотом.
– Что?! Приехать в горы делать домашку?! Кто это?
– Все заткнулись! – голос Цинь Дуляня был негромким, но в нем звучала такая угроза, что все, даже сам Янь Чжо застыли в моменте.
– Прожектор. – Потребовал Цинь Дулян.
Парень так явно споткнулся, подбегая с прожектором, что этого нельзя было не заметить.
Прожектор был компактным, размером с ладонь, и очень лёгким, обычно именно такие крепили к дронам. Цинь Дулян передал его Пэн Цяню и распорядился:
– Помоги ему закрепить это на дереве. Пусть делает уроки под ним.
– Ага, – коротко ответил Пэн Цянь и позвал Янь Чжо. – Пошли сюда.
Под деревом стояли каменные стол и скамья, это было похоже на место, где старики играли в шахматы. Янь Чжо присел там, а Пэн Цянь, проворный как обезьянка, вмиг взобрался на дерево и пристроил для него фонарь на ветке.
Старшеклассники на спортбайках гоняют по горному серпантину – звучит как полнейший идиотизм.
К тому же они не ставили на кон ничего, просто кто выиграет, тот и крут, что уже делает затею еще бестолковее.
Так что Янь Чжо ещё больше недоумевал. Не понимал он поступков этих мажоров, как не понимал и вдохновляющих фраз в стиле «Волк с Уолл-стрит»*, красовавшихся на задней стене в школьном классе.
П.п. *«Волк с Уолл-стрит» (англ. The Wolf of Wall Street) — это биографическая книга (2007) и снятый по ней художественный фильм Мартина Скорсезе (2013) с Леонардо ДиКаприо в главной роли.
Янь Чжо делал домашку под светом прожектора, а тем временем мажоры уже запустили дрон для съемки. В последний раз он взглянул на позиции Цинь Дуляня и Ли Сяояна на старте, раздумывая, не пойти ли посмотреть…
Но пока он колебался, два мотоцикла уже рванули с места. И почти мгновенно скрылись из виду.
Он лишь слышал, как в воздухе сплетались в схватке завывание ветра в горах и рев моторов, и снова принялся за задания.
Время от времени Янь Чжо слышал, как одноклассники обсуждают этих мажоров. Некоторые пресмыкались, утверждая, мол, они-то точно знают, чем хотят заниматься в будущем, поэтому им и незачем учиться.
Янь Чжо придерживался другого пути. У него была совершенно четкая цель. Поступить в университет, потом найти работу и зарабатывать на жизнь.
Дело было вовсе не в ослепительной разнице между шумным городом и его глухой деревней. А в том, что он любой ценой хотел избежать участи стать приёмным сыном в семье дяди.
Цинь Дулян в целом понимал ситуацию процентов на семьдесят-восемьдесят. Раз родители Янь Чжо умерли рано, и тётка забрала его из деревни в город, а в разговоре ещё и про «усыновление» промелькнуло — значит, всё было очевидно: у дяди с тёткой не было сына, вот они и решили прибрать мальчика к своим рукам.
В отсталых местах часто так: им не важно, какие у ребёнка мечты или планы на будущее. Их волнует лишь одно: будет ли после их смерти мальчик, который понесёт погребальные знамена, разобьёт погребальную чашу, проводит в последний путь и будет ухаживать за могилой.
Поэтому Янь Чжо должен был делать домашку. Должен был поступить в университет.
На горном серпантине дистанция между двумя мотоциклами неуклонно росла.
Если вхождение Цинь Дуляня в поворот было настоящим контррулением, то у Ли Сяояна оно напоминало Пизанскую башню.
Среди байкеров ходит расхожая фраза: «На прямой скорости все жмут газ. Истинная скорость рождается на виражах».
Когда Ли Сяоян осознал, что ему не догнать, он уже приготовил отмазку: «Ну, у него же Ducati!». Ему и в голову не приходило подумать, что все каникулы, пока он гонял в игры, Цинь Дулян проводил на тренировках. И уж тем более он не задумывался, сколько лёгких и серьёзных травм Цинь Дулян получил, падая на треке.
– Блин, вот это да, – прокомментировал Пэн Цянь.
Как и ожидалось, проехав один круг по горам, Ли Сяоян, не задумываясь, заявил: – Что ж, против Ducati V4 не попрешь! С таким не сравниться!
Цинь Дулян усмехнулся. Он не стал спорить, да и не хотелось.
– Гоняй с Пэн Цянем, – сказал он.
Цинь Дулян не стал слазить с мотоцикла и с виртуозным скрежетом шин подкатил прямо к Янь Чжо, уперев ногу в землю. Ослепительный свет фар его «Дукати» на мгновение ослепил Янь Чжо. Тот поднял взгляд, и в тот же миг налетевший горный ветер рванул и его волосы, и лежавшие перед ним листы с заданиями, заставив их трепетать в едином порыве.
– Закончил? – спросил Цинь Дулян.
– Нет, – покачал головой Янь Чжо.
Цинь Дулян заглушил двигатель и слез, снимая шлем.
– Не торопись, делай не спеша.
И положил шлем на стол, прижав угол листов, дабы бумаги перестали трепетать.
Янь Чжо только начал выводить два иероглифа, как снова поднял голову.
– Я очень благодарен тебе за эту поездку. Если бы не ты, мне снова пришлось бы выслушивать причитания дяди.
Цинь Дулян пожал плечами.
– Отблагодаришь?
– Но у меня ничего нет, – откровенно признался Янь Чжо.
– Дай списать домашку. – ответил Цинь Дулян.
– И это все? – удивился Янь Чжо.
– Да, это все.
—-
Перевод и редактура: rizww
http://bllate.org/book/14750/1316791
