Глава 37: И вот, когда ты кем-то увлечён, ты стал совсем другим человеком
Буквальный перевод названия, так как у автора оно немного отличается. «Два веронца», акт 2, сцена 1. Оригинальная строка: «And now you are metamorphosed with a mistress, that, when I look on you, I can hardly think you my master» – «Вы совсем переменились с тех пор, как обзавелись дамой сердца. Глядя на вас, я едва узнаю своего господина».
Если бы это была дорама, то после того, как главный герой вернул память, он бы выскочил за дверь, бросился в потоки ливня, бежал сквозь слёзы, пока другой главный герой не догнал бы его и не крикнул ему вслед. Тогда он бы обернулся, и они страстно обнялись. Их волосы, мокрые и прилипшие ко лбу, даже под проливным дождём всё равно выглядели бы стильно и безупречно.
Однако за Вторым кольцом Пекина в небе не было ни облачка, яркая луна висела высоко, а Вэнь Ди был эмоционально стабилен, без каких-либо признаков помешательства.
Он отпустил воротник Бянь Чэна, помолчал немного, а затем спросил:
– Когда я проснулся, тебя уже не было. Ты ушёл, чтобы достать деньги?
– Да.
– А потом ты возвращался?
– У моего отца случилось обострение болезни, и он был госпитализирован, поэтому я из отеля сразу поехал в аэропорт.
– Как сейчас дядя?
– Поправляется, он в порядке.
Вэнь Ди кивнул и сказал:
– Хорошо, что я не заставил тебя ждать.
Краем глаза он заметил Хэ Вэньсюаня, который из их нескольких слов уловил потрясающую сплетню и казался более шокированным, чем сами участники событий. Его мысли были рассеяны, словно он полностью отстранён от ситуации.
Это напомнило Вэнь Ди, что он всё ещё на встрече одноклассников.
– У меня дела, я ухожу, – сказал Вэнь Ди своему бывшему парню. – Передай Цзян Наньцзэ. – Затем он повернулся к Бянь Чэну. – А ты… пока не разговаривай со мной. Дай мне успокоиться и всё обдумать.
– Я отвезу тебя, – предложил Бянь Чэн.
– Не нужно, я поеду на метро, – Вэнь Ди заметил, что Бянь Чэн собирается последовать за ним, и поднял руку, останавливая его. – Держись от меня подальше.
Его телефон работал исправно, предоставляя ему маршрут в обе стороны. Гул метро, входящего на станции и покидающего их, болтовня пассажиров, рёв клаксонов на улицах: всё казалось фоновым шумом с экрана, не имеющим к нему отношения. Истёртые бетонные ступени, поблёкший иероглиф «фу» 1 с дыркой на двери - всё казалось далёким, словно чужая жизнь. Он открыл дверь и почувствовал, будто случайно попал в незнакомое место, оглядываясь в растерянности.
1 Иероглиф 福 (fú) – «благословение», «счастье». Его часто вешают на дверь в перевёрнутом виде, так как слова «перевернулся» (倒 dào) и «пришёл» (到 dào) – омофоны, что создаёт игру слов «счастье пришло».
Он нащупал стул, сел, и его разум ощущался словно старый ткацкий станок, медленно скрипя, сантиметр за сантиметром, выдавая по кусочкам давно запечатанные воспоминания. Огромный объём информации заставил виски пульсировать. Он схватился за голову, медленно собирая воедино осколки далёкого прошлого, пытаясь выстроить связную последовательность событий.
Он сидел там один долгое время, совершенно не замечая ноющей боли в спине и пояснице, пока в десять вечера звук звякающих ключей за дверью не возвестил о возвращении Юй Цзинъи.
Она вошла и увидела Вэнь Ди, серьёзно уставившегося в стол. Она вздрогнула и спросила:
– Что случилось?
Вэнь Ди поднял голову и механически ответил на её вопрос, ему нужно было привести мысли в порядок, и рассказать другому человеку о произошедшем казалось хорошим способом. Он начал с их первой встречи в баре и продолжил до ограбления, игровых автоматов, техасского холдема и вертолёта. Выражение лица Юй Цзинъи менялось по мере его рассказа: от удивления к шоку, недоумению, напряжению и, наконец, к оцепенению, её эмоции мелькали на лице, словно в колесе сансары.
– Так значит... – подвела итог Юй Цзинъи, – тот аферист… это профессор Бянь?
Этот звук, казалось, пробудил того, кто был погружён в прошлое. Вэнь Ди уставился на неё острым взглядом, затем внезапно хлопнул по столу и вскочил.
Юй Цзинъи вздрогнула:
– Что такое?
– С ума сойти! – Вэнь Ди ткнул пальцем в воздух и закричал. – Мы все сошли с ума!
О боже, Юй Цзинъи инстинктивно подумала, не найти ли чеснок, чтобы повесить ему на шею – не вселился ли в него кто?
Но цвет лица Вэнь Ди был румяным, глаза ясными, выглядел он как нормальный человек. Он торжественно указал на стул напротив и дал знак Юй Цзинъи сесть.
Юй Цзинъи в страхе села.
– Как думаешь, с ним что-то не так? – спросил Вэнь Ди. Его тон звучал не как просьба высказать мнение, а скорее как утверждение, ищущее одобрения.
– А... – Юй Цзинъи всё ещё кружилась голова от абсурдного развития сюжета. – Это потому что...?
– Он знал, что мы женаты, уже давно, – Вэнь Ди снова хлопнул по столу. – Три месяца! Мы знаем друг друга почти три месяца и встречались столько раз, но он ни разу не сказал мне о такой важной вещи!
– О, – Юй Цзинъи вдруг поняла и кивнула, – действительно.
– Боже мой, – Вэнь Ди закрыл лицо руками, чувствуя раскалывающуюся головную боль. – Я на самом деле пытался завоевать своего же собственного мужа пятилетней давности – где в мире ещё случается такое?
– Это... – Юй Цзинъи нахмурилась в раздумье, но в итоге просто покачала головой. – Понятия не имею, как такое могло произойти.
– А я? – сердито сказал Вэнь Ди. – Я что, сумасшедший?
– Полегче с собой...
– Я женился на незнакомце, которого знал меньше суток! Я что, влюбился до полной потери рассудка?
Юй Цзинъи несколько раз колебалась и утешила его сдавленным голосом:
– Не будь так строг к себе.
– А вдруг он преступник, разыскиваемый по всему штату? Вдруг он продаст меня в Мьянму в финансовую пирамиду? Вдруг он брачный аферист, хочет оформить на меня страховку жизни, а потом убить ради денег? – Вэнь Ди схватился за сердце, словно уже погиб мучительной смертью в параллельной вселенной. – Я с детства серьёзно относился к правовому воспитанию, стремился повысить бдительность. Как я мог совершить такое?
У этого человека было настолько сильное чувство самокритики, что Юй Цзинъи подумала, это стоило бы снять и отдать на образовательный канал для социальной рекламы.
– И он даже не любит Шекспира! – закричал Вэнь Ди. – Он оскорбил Шекспира прямо мне в лицо, а я всё равно с ним сбежал!
– Эти четыре вещи одинаковы по важности?
– Даже если он хороший человек, нельзя же просто так жениться! – Вэнь Ди механически провёл пальцами по волосам. – Есть раздел имущества, алиментные обязательства, налоговые декларации...
– Ладно, ладно, – сказала Юй Цзинъи, – всё это в прошлом. Тебе стоит подумать, что делать теперь.
Вэнь Ди бессмысленно посмотрел на неё, явно всё ещё застряв в своих воспоминаниях.
– Действительна ли брачная лицензия, полученная в США, в Китае? Давай проверю... – Юй Цзинъи открыла браузер на телефоне и пролистала немного. – О, нужно сообщить в посольство, но наша страна не признаёт однополые браки. Даже если сообщишь, бесполезно. Так что юридически в Китае ты всё ещё холост.
– Юридически – да, но...
Юй Цзинъи положила телефон на стол:
– Тебе стоит поговорить с ним. Разве ты не гадал, почему он тебе не сказал? Спроси его, о чём он думает.
Вэнь Ди подумал мгновение, затем взял телефон и набрал номер. Через три секунды он вдруг взорвался:
– Он на другой линии?! Этот тип ещё и смеет с кем-то разговаривать?!
Бянь Чэн был обвинён несправедливо. После того как Вэнь Ди ушёл с ужина, Бянь Чэн думал только о той скоротечной свадьбе пятилетней давности. Хэ Вэньсюань попросил его объяснить всю историю, и он дал свой характерно грубый ответ:
– Какое это имеет отношение к тебе?
Он вернулся на машине в Хэцинъюань и долго стоял перед дверью 302. Несколько раз хотел поднять руку и постучать, но в конце концов сделал два шага назад и вошёл в свою квартиру.
Из второй спальни доносились приглушённые весёлые звуки мультфильма – Цзян Юй, вероятно, смотрел телевизор. Бянь Чэн сел в гостиной, немного привёл мысли в порядок и решил поговорить со своим ненадёжным другом детства.
Сун Юйчи прибыл быстро, и, едва переступив порог, огляделся и спросил, где его законный супруг.
– Всё ещё за стеной, – ответил Бянь Чэн.
Сун Юйчи посмотрел на него так, будто тот сошёл с ума.
– Он же уже всё вспомнил. В такой момент вы должны либо страшно ссориться, либо рыдать в объятиях друг друга. Как вышло, что ты просто вернулся домой?
– Я немного сбит с толку.
– Редкость, – Сун Юйчи сел и спросил: – Сбит с толку чем?
Бянь Чэн помолчал, затем вдруг с обиженной интонацией сказал:
– Да что с ним не так?
– Э-э... – Сун Юйчи растерялся. – Это потому что...?
– Я столько методов перепробовал, – сказал Бянь Чэн. – Включил песню с нашей первой встречи - он не вспомнил, отправил ему фото Красного каньона - не вспомнил, поехал в люкс, где мы останавливались - не вспомнил. Но стоило мне упомянуть семьсот долларов, как он сразу всё вспомнил! – Его голос был полон подавленного разочарования. – Этот брак значит для него меньше, чем семьсот долларов! Он что, женился на мне ради семисот долларов?
– Кто сказал? – возразил Сун Юйчи. – Он явно сделал это назло своему бывшему парню.
Бянь Чэн замолчал. Сун Юйчи редко видел на его лице такое страдальческое выражение и почувствовал сильное желание запечатлеть этот момент.
Спустя долгое время Бянь Чэн наконец заговорил.
– Да, – сказал он, – он сделал это из-за бывшего парня.
Он взял телефон и набрал номер. Почему-то у Сун Юйчи возникло предчувствие, что должно случиться что-то плохое, гудки в трубке звучали как отсчёт таймера на бомбе.
Через несколько секунд Бянь Чэн снова положил телефон, нахмурившись:
– Он всё ещё разговаривает с кем-то?
– О, – злорадствовал Сун Юйчи, – может, это его бывший парень.
Бянь Чэн бросил на него взгляд. Сун Юйчи никогда не видел на его лице такого холодного выражения. Он уже собрался встать и бежать, как зазвонил телефон Бянь Чэна.
Внимание Бянь Чэна мгновенно переключилось на телефон. Сун Юйчи мельком взглянул на экран и снова сел.
Пока Бянь Чэн говорил по телефону, Сун Юйчи незаметно достал свой и отправил сообщение:
[Дорогой, думаю, между этими двоими назревает нечто грандиозное.]
Ответ пришёл быстро:
[Опять???]
Комментарии переводчиков:
АААААААААААААААААААААААА РЕЯБАТААААААА Я КРИЧУ во-первых, они дурки, во-вторых, Цзян Юй живет с Бянь Чэном!!!! ЦЗЯН ЮЙ!!!! МОЙ ХОРОШИЙ!! Теперь мы знаем, кого увидел Вэнь Ди в глазок, того низкого паренька, это был Цзян Юй! Боже, я почему-то так рада от новости, что он живет с Бянь Чэном… Ну мояшки ну мояшкиии
– jooyanny
Почему оба их друга тоже геи? Это как в том меме: “Вы все геи что ли тут? …а я не гей…
Но почему Цзян Юй живет с БЧ? Неужели еще одна семейная драма? Что же случилось? Хочу больше бэкграунда малыша
Вообще на месте ВД я бы отреагировала так же, лол. Ну а какой реакции он реально ожидал? Типо намеки это вообще детский сад, почему такой прямолинейный гранит не смог сказать ему все как есть? Хм
– bilydugas
http://bllate.org/book/14636/1299110
