На шестьдесят дней руководство учебного центра организовало проживание и питание. Новобранцев было мало, почти у всех на лицах читалось напряжение. Они прибыли в город Духов Войны из разных уголков страны и поначалу никто не решался говорить и тем более передвигаться без разрешения. Все боялись суровых тренировок.
Однако всё оказалось на удивление просто. Преподаватель, который пришёл вести занятие, с виду вообще не походил на обычного учителя — это был покрытый слизью инопланетянин, который постоянно дремал.
В предыдущие несколько дней шли занятия по истории Ли. Планета была основана в 3300 году Эры Света. У истоков стояла группа иноземцев, прибывших в звёздную систему Арес, и их происхождение можно было проследить вплоть до эпохи древних людей.
Предками жителей Ли были преступники, в том числе военные, участвовавшие в неудавшейся революции. Во время транспортировки они убили капитана корабля и вырвались из-под контроля Межзвёздного Содружества.
В то время Республика и Империя ещё не разделились и вместе носили название «Межзвёздное Содружество». В космосе оставалось слишком много неисследованных пространств, царил полный хаос, а Звёздные Врата ещё не сформировали полноценную узловую сеть.
Продолжительность жизни человека составляла менее ста лет, и поэтому пожелание «Желаю тебе дожить до ста лет» стало распространённым приветствием. Даже когда средняя продолжительность жизни превысила столетие, наёмники по привычке продолжали использовать эту фразу для поздравлений — возможно, «сто лет» превратилось в условное понятие, означающее «жить до старости и умереть своей смертью».
Сбежавшая часть революционной армии обосновалась на планете Ли и создала Альянс вооружённого сопротивления. Помимо приверженности изначальным идеалам революции, они постепенно сформировали и собственную государственную структуру.
Более десяти тысяч лет назад звёздная система Арес была космической зоной беззакония, которая использовалась как перевалочный пункт для межзвёздной наркоторговли, контрабанды оружия, убийств и отмывания денег.
Со временем здесь сформировался чёрный рынок наёмных убийц. За тысячи лет эволюции первое поколение революционной армии и их потомки состарились и умерли на этой планете. Появились новые наёмнические организации, заменив Альянс вооружённого сопротивления и став главной силой на планете.
Подавляющее большинство из них состояло из межзвёздных беженцев, среди которых было немало беглых преступников и отпетых головорезов. Чтобы скрыться от преследования Межзвёздного Содружества, они прибывали в звёздную систему Арес, становились наёмниками, принимали заказы со всех уголков космоса и выполняли задания.
Постепенно система Арес стала ассоциироваться с наёмниками. После гражданской войны в Межзвёздном Содружестве в 11207 году Эры Света Млечный Путь и система Льва разделились, в результате чего образовались Республика и Империя.
Войска наёмников из звёздной системы Арес сыграли чрезвычайно важную роль в этой гражданской войне и по её окончании превратились в независимую нейтральную силу.
На Ли в то время всё ещё царил хаос. Наёмники, чья численность достигла почти ста миллионов, демонстрировали крайне неоднородный уровень подготовки. Они вмешивались во внутренние дела государств, уничтожали сопротивляющиеся слаборазвитые планеты, тайно торговали оружием, устраивали массовые беспорядки, избирали сильнейшего своим лидером и разделились на множество враждующих фракций.
Так продолжалось до появления первого Короля наёмников, который железной рукой объединил раздробленные политические силы и учредил систему президиума в Гильдии наёмников.
Король наёмников разработал Конституцию Ли и отошёл от дел, продолжая наблюдать из-за кулис. С тех пор страна Юнбин начала действовать в соответствии с уставом, упорядоченно и систематически. Король наёмников стал духовным лидером всей звёздной системы. После нескольких революций и конфликтов с Империей и Республикой однажды даже вспыхнула война.
В конечном счёте новый Король наёмников Азелас привёл их к блестящей победе. После того как республиканские войска отступили, Межзвёздный Альянс подписал новое соглашение: Юнбин более не дозволялось укрывать преступников и нелегальных иммигрантов из других звёздных систем. В обмен на это Империя и Республика признали независимость звёздной системы Арес.
Последствия этого соглашения оказались сложными: смертники, пожизненно осуждённые, нелегальные иммигранты и пираты составляли основной источник пополнения для Юнбин. В результате численность наёмников сократилась почти…
На этом моменте история так вскружила голову Опалу, что он не мог не вздохнуть над бурным прошлым этой звёздной системы. Сидевший рядом с ним парень сохранял пустое выражение лица, на котором читалось нетерпение.
— Азелас — смелый и дальновидный человек, — сказал Опал.
— Я знал это давно, — с досадой ответил сосед. — Это же материал средней школы. Ты что, на уроках не слушал?
Опал покачал головой:
— Я никогда не ходил в школу.
Однокурсники смотрели на него с удивлением. На самом деле Опал знал этот исторический период — когда-то давно он видел его на чипе Лектора. Однако это не шло ни в какое сравнение с тем потрясением, которое он испытал сейчас на уроке.
Занятие уже закончилось, но учитель-инопланетянин, покрытый слизью, с сонным выражением лица всё ещё неспешно продолжал свой исторический экскурс.
— Не задерживайте урок! — начали возмущаться студенты.
— Учитель! Желаем вам сто лет жизни! — крикнул другой студент, вызвав взрыв смеха.
Представители планеты Ансин, обладающие долгой продолжительностью жизни, подобно улиткам, оставляли за собой следы слизи и медленно двигались. Все они были слизистыми существами с нейронами, распределёнными по всему телу, что позволяло им хранить огромные объёмы информации, однако скорость их мышления оставалась низкой — прямо как у компьютерного накопителя.
— Му Шу, пойдём пообедаем вместе, — сказал Опал.
Его сосед по парте поднялся, лениво потянулся и кивнул.
— На самом деле они могли бы просто включать нам голографические фильмы, — сказал Му Шу. — Я вообще не понимаю, что это за образование такое. Раньше, когда мы были на Нюйло[1], мы просто сидели дома и смотрели голографические проекции...
— Я считаю, что такой формат обучения неплох, — ответил Опал. — По крайней мере, он даёт возможность однокурсникам познакомиться друг с другом.
— Возможно, — согласился Му Шу. Он был молодым человеком намного старше Опала, выросшим в бедной семье на планете Нюйло, где ему приходилось заботиться о шестерых младших братьях. Не видя иного выхода, он сел на межзвёздный шаттл и отправился в систему Арес, чтобы попытать счастье. Это напомнило Опалу о его старом друге Амане с B-11.
На маленьком диске они покинули здание, пролетели над огромной площадью в центральном районе города Духов Войны и отправились перекусить у входа в театр наёмников. При тридцатишестичасовом световом дне им приходилось есть четыре раза и спать по двенадцать часов. Опалу поначалу было очень непривычно, и лишь спустя сутки он постепенно стал адаптироваться.
В городе Духов Войны обитало множество инопланетных рас, и многие заказчики из других звёздных систем предпочитали лично приезжать сюда, чтобы оставить свой заказ. Гильдия наёмников в центральном районе города уделяла им большое внимание и предлагала справедливое вознаграждение за выполнение задания.
— Этот парень выглядит действительно странно, — сказал Му Шу. — Интересно, сколько он может съесть за один раз?
Опал и Му Шу, закинув руки друг другу на плечи, шли через сад возле театра в поисках ларька с едой, как вдруг их взгляды застыли на огромном, покрытом шерстью шаре размером с человека, стоящем посреди сада.
Люди были самой процветающей расой во Вселенной. Хотя они являлись разумными существами, способными прожить не более двухсот лет, их гены обладали исключительной способностью к репродукции. В сочетании с развитыми технологиями это позволяло практически бесконечно продлевать жизнь, что и сделало человечество крупнейшей расой в межзвёздном пространстве. Почти восемьдесят процентов граждан Юнбин были людьми. Будучи зарегистрированным государством-членом Межзвёздного Альянса, Юнбин подпадал под действие закона о расовой дискриминации.
— Оно что, собирается проглотить всю улицу? — сказал Опал. — Пасть у него выглядит довольно большой, да и зубы острые.
Огромный мохнатый шар присел перед ларьком с едой и раскрыл пасть, обнажив ряды острых белых зубов. Хозяин громко крикнул:
— Не подходи! Ты не заплатил! Иначе я вызову полицию!
— Где твоя мама? — Му Шу подошёл и похлопал его. — Это нехорошо, дружок…
Меховой ком тут же проглотил Му Шу.
В одно мгновение повсюду раздались крики, лица хозяев лавок побелели, и они с громкими воплями бросились бежать.
Опал побледнел от ужаса и громко воскликнул:
— Что происходит?! Му Шу!
Он тут же рефлекторно разжал рот шерстяного клубка, тот рассмеялся и выплюнул Му Шу обратно.
— Не смейте обижать моего питомца, — раздался пронзительный женский голос. — Бежим отсюда! Давай-давай!
Меховой шар подпрыгнул и бросился бежать вслед за женщиной.
Му Шу с ног до головы был покрыт слюнями, Опал, не удержавшись, рассмеялся.
— Я действительно ненавижу этих богачей, которые держат питомцев без поводка! — днём на уроке Му Шу всё ещё вытирал волосы.
Опал с сочувствием произнёс:
— Возможно, она считает, что у таких крупных питомцев спокойный нрав, и он не станет есть людей... Но расовые предрассудки — это плохо. Как говорит наш учитель, нужно всем сердцем принимать другие разумные формы жизни — это поможет тебе при выполнении миссий в других системах...
В классе стало тихо. Урок истории подошёл к концу, далее по расписанию была боевая подготовка. В кабинет вошёл человек. Новички, стоявшие в просторном пустом помещении, замерли в почтительном молчании.
— Приветствую, новобранцы. Меня зовут Хуэйлан.[2]
Новый преподаватель оказался обычным человеком, одетым в обычную куртку. Наконец-то нашёлся кто-то, внушающий доверие.
На нём была лишь одна распахнутая куртка, обнажавшая торс и живот. Грудь покрывали многочисленные шрамы, а на лице виднелся свежий след ранения. Его тон был холодным и решительным, когда он приступил к проведению урока по боевой подготовке.
Сначала шла теория, затем началась практическая часть. Многим боевым приёмам Опала уже научил Лектор, когда жил на В-11. Однако Лектор объяснял всё гораздо глубже и понятнее, чем инструктор Хуэйлан.
— Чтобы стать наёмником начального уровня, — сказал Хуэйлан, — нужно выбрать подходящее оружие. Нельзя сражаться с врагом голыми руками. Я заметил, что многие из вас уже обзавелись своим оружием и освоили базовые приёмы. Те же, у кого оружия ещё нет, должны пройти тест для выбора подходящего.
У Опала был механический двуручный меч, и ему можно было не проходить тестирование. Однако он не мог ничего поделать, ему пришлось вместе с семнадцатью новобранцами отправиться на испытание. Инструктор не позволил ему уйти, и терпеливо наблюдал за тем, как новички выбирают оружие.
Пушки, мечи, механические топоры, фотонные резаки с длинными рукоятями — всё было расставлено в ряд. Сотни видов оружия, как знакомого, так и незнакомого, представляли собой захватывающее зрелище. Студенты, участвовавшие в тестировании, по очереди пробовали каждое: наносили три удара по виртуальным тренировочным манекенам выбранным оружием, после чего система выставляла оценку и вычисляла средний показатель эффективности.
Опал попробовал каждый тип оружия, инструктор в это время наблюдал за процессом позади группы студентов.
— Кто дал тебе этот механический меч? — спросил Хуэйлан.
— Мой… первый учитель, — ответил Опал.
Инструктор кивнул, ничего больше не сказав. Опал попробовал использовать световой бумеранг, запустив его в манекен, и система показала оценку 7.9.
— А что насчёт моего оружия? — спросил он.
— Попробуй другие варианты, возможно, найдётся что-то более подходящее для тебя, — сказал инструктор. — Эта система имперского военного училища оценивает не только наносимый урон. Она также анализирует твои физические реакции: силу хвата при первом использовании оружия, стойку, мышечный отклик по всему телу и другие параметры, чтобы вывести комплексную оценку совместимости.
— Когда учитель предлагал мне выбрать оружие, мы испытывали его совсем по-другому, — проговорил Опал.
Хуэйлан, казалось, заинтересовался:
— И как же?
— Он попросил меня посмотреть на двенадцать видов оружия и почувствовать, какое из них мне откликается…
Хуэйлан рассмеялся, и с лёгкой улыбкой произнёс:
— Забавно. Никогда не слышал о подобном подходе.
Опал понимал, что тот не способен это осознать. Он прошёл весь арсенал по кругу и наконец заявил:
— Всё же я буду использовать механический меч.
Хуэйлан не стал его принуждать. Они стояли в стороне, наблюдая, как студенты испытывают оружие, Опал не сдержал любопытства:
— Почему со всей планеты Ли так мало новобранцев?
— Эти курсы работают по циклической системе — можно присоединиться в любой момент и начать обучение. Но в последние годы людей действительно стало меньше. Желающих стать наёмниками не так много, особенно когда политическая позиция планеты явно смещается в сторону Империи и существует вероятность войны с силами командующего Клорина.
Опал кивнул, а Хуэйлан спросил с невозмутимым видом:
— Тебе нравится эта планета? Как ты её находишь?
— Пока что… честно говоря, не очень… — ответил Опал.
Хуэйлан улыбнулся:
— Ли — это место, пронизанное мужской силой. Мы рады каждому, кто готов сражаться плечом к плечу с нами.
— Надеюсь, у меня получится здесь прижиться, — кивнул Опал.
Опал осознал, что постепенно принимает мировоззрение местных жителей. В конце концов, это была первая планета, которую он посетил после того, как покинул родной край. Наёмники Ли всё же были довольно дружелюбны. Они словно чувствовали себя старшими товарищами, а возможно, это было инстинктивное желание защитить своих, заставлявшее их изо всех сил стараться, чтобы новички не разбежались в испуге. Хотя, конечно, причиной этого испуга могли быть они сами.
После выбора оружия Хуэйлан ушёл, его сменила женщина-инструктор, и началось новое занятие. Разбившись на пары, студенты приступили к учебным боям. Хотя тренировочное оружие не было смертоносным, попадание им причиняло довольно сильную боль.
Прошло почти целых семь дней, в течение которых новобранцы тренировались практически без отдыха. Для Опала механический двуручный меч уже стал продолжением руки, и, находясь в одной команде с Му Шу, он практически превратился в его личного инструктора по боевой подготовке.
Цикл тренировок с оружием подошёл к концу, когда миновали две магнитные бури. В общежитии Му Шу устало произнёс:
— Опал, инструктор сказал, что подходящее оружие начального уровня стоит двадцать тысяч кредитов.
Опал, лёжа на кровати, просматривал через проекционное устройство Е7 «Ежедневный вестник наёмников», где публиковались отчёты о странных миссиях и о том, как наёмники преодолевали трудности. Он рассеянно бросил:
— Они сделают тебе скидку. Если денег нет, предоставь через IRC выписку с личного счёта, а ещё можно взять кредит в Гильдии и купить оружие в рассрочку.
Му Шу ответил:
— Но эта пушка посредственная. Без хорошего оружия я буду тем, кто умрёт первым.
Опал взглянул на него, указал пальцем и небрежно произнёс:
— Хорошее оружие — не главное. Инструктор говорил, что в бою важно хладнокровие, воля и смелость. Забыл?
— Я всего лишь хочу немного подзаработать и арендовать небольшую ферму на планете Нюйло, — беспомощно отозвался Му Шу.
Опал лениво положил голову на сцепленные руки и, перелистывая «Ежедневный вестник наёмников», проговорил:
— Всё получится. Ты сможешь это сделать.
— На Нюйло цены невысокие, а эта пушка стоит как моя будущая ферма.
— Можешь купить и подешевле. Не зацикливайся на этом. Один корабль стоит десятки, а то и сотни миллионов кредитов, а модель с функцией прыжка и вовсе восемь миллиардов. Моя цель — купить её.
— Зачем тебе прыжковый корабль? — спросил Му Шу.
Опал на мгновение задумался, а затем ответил:
— Да ни зачем. Просто полетать, посмотреть мир. Путешествовать или выполнять задания будет удобнее.
Му Шу глубоко вздохнул.
Начался второй цикл тренировок, и Хуэйлан вернулся.
— Боль — главный фактор, влияющий на ваше суждение, — серьёзно произнёс Хуэйлан. — Прошлый опыт показывает: наёмник гибнет чаще не от руки врага, а из-за собственной ошибки в оценке ситуации.
— Когда боль достигает уровня, способного повлиять на твоё суждение, ты больше не можешь сражаться эффективно. Даже шанс переломить ход боя будет упущен — и финал окажется лишь один: смерть. Поэтому сейчас мы переходим к тренировке болевого порога, — объявил инструктор. — Те, кто не выдержит, могут попросить об отчислении. Эти занятия построены по принципу отбора. Надеюсь, каждый из вас дойдёт до конца.
Из-под тренировочной площадки поднялись кресла, а с потолка опустились шлемы. Опал окинул взглядом остальных и, следуя примеру инструктора, надел свой шлем. Он был небольшим — закрывал только затылок, лоб и виски, охватывая весьма ограниченную область.
Это был метод тренировки через стимуляцию нервных центров. Инструктор наёмников включил устройство и, более не удостоив группу вниманием, развернулся и вышел.
Внезапно нахлынувшая боль захлестнула Опала. Прямая стимуляция болевых нервов оказалась гораздо интенсивнее и беспощаднее — нечто, с чем Опал никогда раньше не сталкивался и чему его никогда не учил Лектор.
Эта боль была в тысячи раз невыносимее всех переломов, ссадин и порезов, что он получал во время работы в шахтах. Опал сидел в кресле с остекленевшим взором, судорожно вздрагивая, и громко закричал.
— А-а-а!
Черты лица Опала исказились от боли. В одно мгновение всё его тело — от пальцев до кончика носа — будто пронзило острым лезвием. Боль, подобно удару молнии, поразила всё его существо, вырвала душу из тела и швырнула под тяжелый пресс, расплющив в тонкий лист. Сознание начало оставлять Опала, перед глазами потемнело, он не слышал ни звука, а непрекращающаяся боль продолжала перекатываться по телу волна за волной.
В следующий миг неведомая мягкая сила рассеяла его боль. Опал широко раскрыл глаза, медленно переводя дыхание. В его духовном мире засияли мириады звёзд, и тёмно-синее небо распростёрлось, окутав тело.
Боль постепенно отступала. Спустя неизвестное количество времени раздался голос инструктора:
— Ты в порядке?
Шлем сняли. Опал лежал в кресле с закрытыми глазами, его лицо было бледным, а грудь судорожно вздымалась.
Инструктор снял с него шлем. Все новобранцы выглядели измотанными. Хуэйлан произнёс:
— Интенсивность регулируется нервной системой: при потере сознания стимуляция автоматически отключается. И ты продержался так долго?
— Я… я… — пробормотал Опал.
Хуэйлан скомандовал:
— Повторим. Увеличиваем болевой порог.
Опал побледнел и воскликнул:
— Нет, нет! Я умру!
Хуэйлан усмехнулся:
— Шучу, — с этими словами он забрал шлем и объявил: — Все свободны, отдыхайте.
Опал даже не мог ровно стоять и, дрожа, прислонился к стене.
— Ты в порядке? — спросил Му Шу, который отключился одним из первых и уже успел отдохнуть. Опал с бледными губами, покрытый каплями пота, с трудом кивнул. Му Шу позволил Опалу опереться на его плечо, и они вместе направились обратно в общежитие.
После десятичасового отдыха началась вторая волна тренировок. На этот раз предстояло испытать душевную боль. Она проникает гораздо глубже физической, пробуждая примитивные условные рефлексы: зависимость, оцепенение, потеря сил. Эти мучения были интенсивнее обычной боли и справиться с ними было гораздо сложнее.
Проходящие тренировку новобранцы не могли сдержаться, они рыдали и корчились на полу. Эти ощущения Опал не забудет до конца жизни — томительный зуд в груди, словно миллионы муравьёв грызут изнутри, но избавиться от них невозможно.
Один из новобранцев, не в силах больше терпеть, принялся яростно биться головой о пол, пока наконец не потерял сознание.
На этот раз Сила Веры не пришла Опалу на помощь. Казалось, она пробуждалась, лишь когда дух был близок к необратимому разрушению — только тогда она добровольно изгоняла захватчиков из его сознания.
Но Опал всё же дошёл до конца. Когда шлем сняли, у него возникло такое чувство, будто он только что умер.
— Каково на вкус? — спросил инструктор.
— Опиум! Фантомный голубой флюорит! Молоко матери природы! Отголоски далёкой звезды! — инструктор произнёс суровым тоном. — Все эти штуки могут вызывать у вас зависимость. Они называются наркотики! После длительного употребления лишение этих веществ вызовет ломку, подобную той, что вы только что испытали.
— Сколько наёмников, пытаясь заглушить боль, — произнёс инструктор ледяным тоном, — подсаживались на эти запрещённые вещества и в итоге теряли все боевые навыки, превращаясь в ползающих по земле никчёмных созданий, похожих на насекомых. Уверен, что после этого урока у вас больше не возникнет интереса к космическим наркотикам.
Опал с трудом отмахнулся, покачиваясь, поднялся на ноги, вытер слёзы и сопли и кивнул.
— Желаю вам дожить до ста лет, — бросил инструктор и добавил: — Отдыхайте двадцать четыре часа, на следующем занятии продолжим.
Третий цикл занятий начался спустя целые космические сутки после второго. Снова предстояли тренировки с ментальной стимуляцией, но на этот раз фокус сместился на эффект страха.
Шлем вызывал резкий всплеск адреналина, провоцируя у всех чувство страха: дрожь, потерю контроля, а при достижении критического уровня — погружение в галлюцинации, предшествующие полному разрушению психики. Но на этот раз Опал почти не поддался страху — его Вера стояла несокрушимой стеной, не оставляя места ужасу.
После трёх занятий последовали ещё три цикла, но на этот раз инструктор отрегулировал интенсивность стимуляции шлемов, настроив её под индивидуальный предел выносливости каждого, и заставил их выполнять простые действия — отвечать на вопросы, собирать головоломки, передвигаться и искать выход в замкнутом пространстве.
Прошла ещё одна неделя, и когда курсанты были уже морально и физически истощены, наступила итоговая проверка — перекрёстная стимуляция тремя типами реакций. Опал почти сошёл с ума. Ему приходилось справляться с этим каскадом атак — то последовательных, то одновременных — и при этом, не снимая шлема, вместе с напарником прорываться через лабиринт учебного полигона, да ещё и бесконечно сражаться с боевыми роботами.
Его назначили в одну группу с соседом по комнате и парте — Му Шу. Несколько раз они оказывались на грани отчаяния, но в конце концов Опал, буквально таща Му Шу на себе, пошатываясь, выбрался из лабиринта. Когда он снял шлем, то почувствовал, будто заново родился.
— Командное взаимодействие тоже чрезвычайно важно. Большинство из вас не умеет работать в команде, но это уже не входит в мои обязанности. Уверен, что когда вы вступите в отряд наёмников, вас этому научат, — сказал инструктор.
Слава богу, итоговая проверка наконец-то закончилась. В тот день, вернувшись в общежитие, Опал рухнул на кровать как мёртвая собака, не желая даже двигаться.
— Опал, — позвал Му Шу.
— Что? — слабо ответил тот.
— Я был для тебя обузой. Прости. Думаю, мне всё же не суждено стать наёмником.
— Не говори так. Мы оба сдали экзамен, и инструктор сказал, что в дальнейшем не будет таких сложных тестов.
— Нет, я решил вернуться, — сказал Му Шу.
Опал резко сел:
— Друг, подумай хорошенько. Ты правда хочешь уйти?
Му Шу глубоко вдохнул и проговорил:
— Я не хочу умирать…
— Нет, Му Шу, ты не умрёшь. Послушай меня...
— Нет, друг, — прервал его Му Шу, — ты послушай меня. Я не могу умереть. Я чувствую, что если стану наёмником — я точно погибну. Я не создан для битв. Я не протяну долго. Мне ещё нужно растить младших братьев. Я просто не подхожу для этого, понимаешь? Я не такой, как ты. У тебя есть стремления, ты точно знаешь, чего хочешь. А я не способен на это…
— Ты тоже сможешь это сделать, ты сможешь! — воскликнул Опал.
— У меня не получится! Я здесь только ради денег! Я пошёл в наёмники, потому что слышал, что здесь можно заработать. А тебе не нужны деньги, у тебя есть цель, ты действительно хочешь сражаться. А я нет… Меня вынудили обстоятельства. И теперь я понимаю — эта профессия слишком опасна…
Опал на мгновение потерял дар речи. Му Шу добавил:
— Мне нужно вернуться на Нюйло. Опал, это для тебя. Я рад, что за это короткое время успел подружиться с тобой.
Му Шу протянул ему нечто похожее на фруктовую кожуру и сказал:
— Это плод Матери Нюйло. Когда захочешь отдохнуть, приезжай с ним на нашу планету, я угощу тебя разными вкусностями, покажу всё самое интересное. Древа Нюйло не станут атаковать того, у кого есть такой плод.
— Подожди, Му Шу. Я провожу тебя до межзвёздного шаттла, — отозвался Опал.
Му Шу устало кивнул. Опал сопровождал его в приёмную Академии, чтобы аннулировать документы. Дежурный ничего не спросил, лишь сказал:
— Счастливого пути, господин.
Му Шу, неся свой скромный багаж, добрался до взлётной площадки.
— Подожди меня здесь, — попросил Опал.
Он вернулся на корабль, забрал все добытые минералы и отправился в IRC, чтобы обналичить их. Общая сумма составила сто восемьдесят тысяч кредитов. Опал перевёл двадцать тысяч, оформил временную карту и вручил её Му Шу.
Му Шу остолбенел. Опал сказал:
— Возьми. Попробуй заняться каким-нибудь небольшим делом.
— Это слишком! Я не могу это принять! — воскликнул Му Шу.
Опал рассмеялся:
— Сейчас даже за чистку корабля берут три тысячи кредитов. Это не такая уж большая сумма.
— Билет на межзвёздный шаттл стоит всего триста… — пробормотал Му Шу.
— Прими, это я тебе одалживаю, вот. Ты говорил, что плоды древа Нюйло на твоей родине вкусные. Если ты сможешь их вырастить, я приеду к тебе в гости и попробую. Когда ферма начнёт работать, и ты начнёшь зарабатывать, не забудь вернуть мне эти двадцать тысяч. Как это называется… инвестиции? Да, это мои инвестиции в тебя.
Му Шу долго молчал, затем кивнул и сказал:
— Спасибо, друг. Когда бы ты ни пришёл, я буду рад тебя видеть.
Опал похлопал Му Шу по плечу и, улыбаясь, произнёс:
— Друг, желаю тебе успеха. Не позволь моим инвестициям пропасть зря.
Му Шу и Опал крепко обнялись. Му Шу поднялся на борт межзвёздного шаттла, а Опал, проводив взглядом уходящий корабль, вернулся, чтобы продолжить обучение.
[1] 女萝星 (nǚ luó xīng), тут довольно сложно перевести, 女 (nǚ) означает «женский, женщина»; 萝 (luó) обычно используется в значении вьющихся растений, вроде лоз или лиан; 星 (xīng) — это «планета, звезда». То есть дословно что-то вроде планета Женская Лоза. Само по себе сочетание 女萝 (nǚ luó) часто использовалось в китайской классической литературе, ассоциируясь с чем-то изящным, нежным, в общем это скорее некий культурный код, который завязан на женском начале и природе.
[2] 灰狼 (huī láng) — Серый Волк.
http://bllate.org/book/14506/1284044
