С изящной подарочной коробкой в руке Лу Чжэнь открыл дверь подъезда, но прежде чем зайти, обернулся. Фань Сяо мгновенно приподнял уголки губ, одарив его вежливой улыбкой.
Как только хлопнула дверь, улыбка тут же исчезла. Мужчина, облокотившийся на капот машины, лениво поднял веки и уставился вверх, взгляд скользил по фасаду высотки.
— Интересно, у какой лампы сейчас сидит наш заведующий Ю, дожидаясь своего любимого, — тихо пробормотал Фань Сяо, бросая сигарету в рот.
— “หลงใหลในคนที่รักใคร่”… Вечно эти влюблённые ждут тех, кто любит себя побольше.
Это место было ему не в новинку. Всего два дня назад Ю Шулан вышел из машины ровно в этом же месте. Правда, тогда Фань Сяо не был таким обходительным. Просто остался сидеть в машине, даже не шелохнувшись.
Тот вечер был первым, когда его по-настоящему потянуло к мужчине. Это само по себе уже царапало по нервам. Он даже подумывал закончить эту «игру».
Так что лицо у него тогда было каменное. Он лишь опустил стекло и молча смотрел, как Ю Шулан входит в подъезд.
Белая рубашка, измятая в талии, подчёркивала изящный, упругий силуэт. Тонкая талия резала мягкий ночной ветер, словно лезвием. Сегодня походка у Ю Шулана была не такая, как обычно — неуверенная, чуть усталая, но в этом была своя небрежная грация. Плечи расслаблены, бедра опущены — будто всё ему безразлично.
— “ไม่มีใครดีไปกว่าคุณแล้ว”… (Никто не может быть развратнее тебя), — — с яростью подумал Фань Сяо, глядя на этого мужчину, который сумел его задеть… и, похоже, даже не заметил этого.
— Что ты сказал? — Ю Шулан обернулся. Под лампой над дверью его губы ещё хранили следы укусов, коими, в машине, он одаривал сам себя.
— Я сказал: спокойной ночи. — отозвался Фань Сяо.
— Угу. Спокойной. — Ю Шулан помолчал. — За… за сегодня прости.
— Ю Шулан. — неожиданно окликнул он. Не знал, зачем. Просто позвал. Когда тот снова посмотрел на него, пришлось выдумывать причину:
— Ты ведь сам меня пригласил сегодня. И ни о чём не спросил?
Ю Шулан замер. Подумал. Потом вернулся, опёрся руками на опущенное окно машины:
— Есть, что спросить. По поводу инвестиций в фармкомпанию. Но тебе не стоит беспокоиться. И обо мне думать не нужно. Я всего лишь наёмник. Что бы ты ни решил — голодным я не останусь.
Фань Сяо внимательно разглядывал лицо, оказавшееся почти впритык. Только теперь заметил: зрачки у Ю Шулана, кажется, светло-карие. Ресницы — не длинные, но густые. Глаза не те, что зовут к греху, но в них — чистота.
— Доверься моей компетентности. Проект с настойкой Шусинь на основе элеутерококка перспективный. Даже если мы… друзья — я не вложу деньги туда, где они пропадут. Ваш проект прошёл предварительный отбор. Следующий этап — формирование инвестиционного намерения.
Ю Шулан услышав это, облегчённо улыбнулся и тихо хмыкнул:
— Угу.
— Хотя я и не склонен раздавать обещания направо и налево… — Фань Сяо не сводил взгляда с тонкой красной отметины на губах мужчины. — Но вот что: проект твоей компании я вытащу из мёртвой папки инвестиционного отдела и прикажу его пересмотреть.
Ю Шулан на секунду замолчал. Затем опустил глаза и с лёгкой усмешкой сказал:
— Что тут скажешь… Спасибо?
Фань Сяо, ещё недавно готовый свернуть эту игру, прищурился:
— А как ты собираешься меня благодарить?
Не дождавшись ответа, добавил:
— Только не начинай с “давай пообедаем”. Это мелко.
Ю Шулан, всё так же нависая над машиной, вздёрнул плечи, усмехнулся:
— Ну а как ты хочешь, чтобы я поблагодарил?
— Придумаю — скажу.
— Договорились.
Помолчали. И вдруг Фань Сяо спросил:
— А что насчёт сегодняшнего вечера? Нужна помощь? Могу отомстить за тебя.
— Кому? Сюэ Баотяню из “Жуйсян”? — в голосе Ю Шулана появился холод. — Нет. Справлюсь сам.
— Что ты собираешься делать?
— Он богат и влиятелен. Лоб в лоб мне не выстоять. — И в этой фразе скрывался подтекст: в открытую нельзя, значит — будет действовать из тени.
Фань Сяо усмехнулся:
— А я-то думал, ты святой: терпишь, даже когда тебя топчут.
— Тьфу, — тихо выругался Ю Шулан, выпрямился и бросил короткое: — Пока.
Он уже успел отойти к подъезду, когда вдруг остановился. Помедлил. Потом развернулся и снова направился к машине.
В лунном свете мужчина приближался шаг за шагом, будто ступал прямо по грудной клетке Фаня Сяо — каждый шаг отзывался глухим ударом внутри. Тот сам не заметил, как затаил дыхание, не понимая, с чего вдруг так занервничал.
Ю Шулан снова остановился у машины. Наклонился — только на этот раз не стал держать обычную вежливую дистанцию. Он даже чуть просунул голову внутрь салона, резко сократив расстояние между ними.
— Что, испугался? — спросил он, бросив взгляд на сжимающие подлокотник пальцы Фаня Сяо, но тут же отвёл глаза, сдержанно.
— Смешно, — буркнул Фань Сяо, разжав пальцы и натянуто улыбнувшись.
Ю Шулан приподнял бровь, откинул полы его плаща и достал из внутреннего кармана пачку тайских сигарет. Кивнул:
— Спички.
Фань Сяо пару секунд молчал, затем достал спички и вложил в его ладонь. Ю Шулан вытащил сигарету, зажал её в зубах, а затем аккуратно расправил складки на его одежде, несерьёзно хлопнув ладонью по груди:
— Знаешь, эти сигареты и правда вызывают зависимость, — сказал он, отстраняясь. Убрал пачку себе в карман, повернулся, не вынимая сигареты изо рта, и легко, почти по-актёрски, махнул рукой:
— Бывай.
Только когда его силуэт скрылся за поворотом, Фань Сяо наконец выдохнул. Тело расслабилось, он откинулся в кресло и фыркнул, усмехнувшись самому себе.
— А ты и правда подумал, что он тебя поцелует… — проговорил он с издёвкой. — Фань Сяо, ты, блядь, реально поехал.
http://bllate.org/book/14466/1279892
