Откуда-то издалека доносились звуки проезжающих автомобилей. Они то приближались, то стихали отдаляясь. Однако в переулке стояла необычайная тишина, нарушаемая лишь длинным тяжелым дыханием. Никто не двигался.
— Когда ты отрезал мне руку, я всерьез думал, что эта ненависть останется со мной навечно, что у меня никогда не появится шанса отомстить. Но кто бы мог подумать... — мужчина холодно рассмеялся. Возможно оттого, что он слишком много курил мет, голос его был хриплым и резким. — Когда Нянь сказал мне, что ты в Цзиньхае, я было подумал, что он пиздит!
У Юй не отвечал, однако стоило присмотреться, и можно было обнаружить, что мышцы его бедер, талии, спины и плеч напряглись, а корпус в боевой готовности едва заметно склонен вперед. Но мужчина перед ним не обращал на это внимания, его культя слегка подрагивала от возбуждения:
— После стольких лет справедливость наконец восторжествовала! Небо и впрямь не щадит тех, кто навредил мне!
К нему подбежал радостный Нянь Дасин и принялся заискивать:
— Брат Лю! Брат Лю, вы наконец-то здесь! Я...
— Так чего же ты теперь хочешь... — равнодушно спросил У Юй, — старик Перстень?
Прошедшие десять с лишним лет не внесли сильных изменений во внешность У Юя. За исключением крошечных следов в уголках глаз, черты его лица были все теми же. Только голос стал немного хриплым. Таким он стал, возможно, из-за инфекции гортани, которой У Юй переболел, попав в тюрьму, когда Лю со своими прихвостнями поймал его и заставил пить помои.
Это действительно случилось очень давно и походило на случайную царапину на отполированном наконечнике каменной стрелы, который впоследствии оказался густо покрыт еще более глубокими и свирепыми следами. В конечном итоге под огромным множеством надрезов никто уже не смог бы отыскать эту самую первую царапину.
Если бы не появился Перстень, У Юй бы даже не вспомнил, что такая кучка людей когда-то существовала.
Лю поднял руку, заставляя Нянь Дасина заткнуться. Он даже не взглянул на этого лизоблюда, и лишь во все глаза уставился на У Юя:
— Для нас, тех, кто занимается бизнесом, очень важна справедливость...
У Юй быстро огляделся по сторонам, отступив на полшага. Головорезы, что стояли за его спиной перегородив проход, напротив, подошли ближе.
— Ты тогда отрезал мне руку до локтя, а теперь я заберу должок с процентами и отрублю твою до плеча. Это ведь не слишком большая плата, правда? — старик Лю потряс пустым левым рукавом и со злостью продолжил: — Посмотрим, кто поможет тебе сейчас. Взять его!
Едва тот закончил говорить, как его шестерки, подняв ножи и ломы, накинулись со всех сторон.
За головой блеснул занесенный нож, У Юй уклонился, лезвие просвистело как раз рядом с ухом. Свободной рукой он резко схватил несущийся в его сторону лом, и с силой толкнул обратно, пробив другим концом грудину нападавшего. Изо рта гангстера хлынула кровь, забрызгав все лицо головореза, стоявшего позади У Юя. Полсекунды понадобилось У Юю, чтобы ударить ногой по руке первого и отправить в полет нож. Тот с громким "звяк!" прилетел в стену, выпустив сноп искр.
Старик Лю был потрясен и взбешен:
— Блядь!
Никто не мог ясно разглядеть движений У Юя. Все, что они увидели, — как он выбросил вперед руку с кинжалом, словно ядовитый зуб, вонзив его в живот бандита, а затем вырвал вместе с потоками крови и ошметками плоти. Противник взвыл от боли и ужаса, а У Юй тем временем сделал резкий прыжок, зацепившись одной рукой за край стены, и без особых усилий взлетел на самый верх.
— За ним! Убейте его! — старик Лю верещал во всю глотку. — Мочите его, мать вашу!
— Что значит "защита от слежения"? — брови Бу Чунхуа взлетели вверх. — На каких телефонах такое возможно сейчас?!
— Все верно. Судя по поступающему сигналу, он ограничивает разрешение для базовой станции и изменяет параметры фона, имитируя для нашей системы слежения ложное местоположение. Начальник Ван сказал, что видел, как такое делали раньше, но интернет из-за этого будет сильно ограничен. На современных телефонах такое вряд ли можно сделать, разве что на старых моделях, — язык у Цай Линя едва не завязался узлом. — Что теперь, босс?
Бу Чунхуа некоторое время молчал. Перед его глазами внезапно всплыла усеянная шрамами спина У Юя и очень странная татуировка птицы до самого плеча.
Почему "недоступный" Нянь Дасин вдруг будто из-под земли вырос у ворот филиала и так удачно столкнулся с У Юем?
Почему У Юй, не знавший о новых обстоятельствах дела, тут же пустился в погоню за Нянь Дасином?
Причины произошедшего, казалось, покрывал густой туман, который неожиданно пронизывало интуитивное ощущение крайней опасности. Внезапно раздался крик Цай Линя:
— Босс! Технический отдел отследил местоположение телефона Нянь Дасина!
— Где он?
— Минутку, сейчас я посмотрю. Он в... в... — Цай Лин сделал паузу, и голос его вдруг посветлел: — Брат Хуа! Объект находится от тебя в 120 метрах по прямой!
Сердце Бу Чунхуа ухнуло вниз:
— Отправь мне, скорее!
— Вон там!
— Ловите его!
У Юй быстро двигался по крыше, перепрыгивая огромные щели между карнизами и гребнем стены, и словно гепард мелькал в перекрестках лунного и неонового света. Нападавшие роем кинулись за ним по узким переулкам, но, толпясь и зажимая друг друга между стенами, так и не могли догнать. Во всем этом хаосе кто-то закричал:
— Брат Лю! Он убегает! Че делать?!
Старик Лю скрипел зубами, раз за разом вскидывая и опуская свою культю. Потерянная конечность напомнила о себе фантомной болью, ее будто снова заживо отрезали. На самом деле в тот миг боли он не чувствовал: лезвие было слишком быстрым, а нервная система не успела еще передать сигнал мозгу. Однако ледяное лезвие ножа, гнетущий ужас и отчаяние, что сковали тогда половину его тела, навсегда отпечатались в душе, до сих пор заставляя испытывать острою боль.
"Какая рука? — он все еще помнил, как его прижимали к пыльному бетонному полу, и как рядом присел молодой человек. Черты его лица по-прежнему были хорошо узнаваемы, однако ледяное спокойствие в глазах не имело ничего общего с тем человеком, которого он повстречал в тюрьме. Тот снова спросил: — Какой рукой ты дотронулся?"
Он уже не помнил своей первоначальной реакции. Должно быть, он завывал, пуская сопли, и жалобно умолял отпустить. Однако юноша был совершенно равнодушен и лишь жестикулировал ножом, правда, совсем не долго.
"Ладно, — сказал он. — Если ты не хочешь говорить, тогда выберу сам".
Лю никак не ожидал, что пережив столько тягот и лишений, после стольких приготовлений и нескольких лет проведенных в тюрьме, он вдруг потеряет руку, еще даже не успев вновь вернуться на арену. Как и не ожидал, что этот мальчишка, сбежавший тогда из тюрьмы, вместо того, чтобы сдохнуть в Мьянме или присоединиться к влиятельным людям, неожиданно пересечет половину страны, осядет в Северном Китае и совершенно естественным образом предстанет перед его носом.
— Не дайте ему сбежать! Ни за что не дайте сбежать!.. — старик Лю шипел, с силой выплевывая сквозь зубные щели холодный воздух. Совладав с собой, он нащупал телефон. — Эй! Трехглазый!
На другом конце тут же отозвались:
— Брат!
— Возьмите его в окружение, зажмите этого ублюдка в переулке! И запомни: если не получится его схватить — убейте! Он не должен уйти живым!
— Понял!
Лю в ярости отключился, обернулся и глаза его встретились с глазами Нянь Дасина. Тот стоял позади и потирал руки:
— Ты, блядь, тоже пиздуй!
Нянь Дасин оказался сообразителен, ему не нужно было повторять дважды. Он тут же подхватил с земли лом и с явно кровожадным видом отозвался:
— Да!
Полицейские машины на скорости завернули за угол и синхронно остановились перед входом в трущобы. Тут же из машины выскочил Цай Линь в сопровождении трех или четырех детективов и, подняв рацию, в спешке бросился в переулок:
— Босс, будь осторожен! Мы уже в районе Чанпин и в любое время придем на помощь!
Вокруг слышалось лишь бульканье сточной канавы. Бу Чунхуа укрылся за полуразрушенной кирпичной стеной и зашептал:
— Объект находится в пятидесяти метрах от меня на два часа. Конец связи.
Вслед за этим он отключил рацию и выглянул наружу. В трущобах впереди напрочь отсутствовало освещение, в этих местах даже водоснабжение и электричество не работали, повсюду царила кромешная тьма. Смутные крики и проклятия доносились из темноты, но быстро затихали вдали.
Зачем Нянь Дасин прибежал сюда?
Сколько у него людей?
Почему У Юй не выходит на связь?
По-хорошему, Бу Чунхуа стоило бы дождаться подкрепления, но его чутье, которое более десяти лет оттачивалось в уголовном розыске, говорило, что ситуация эта очень странная и скверная. Если У Юй оказался в западне, то чем раньше Бу Чунхуа доберется до места, тем больше у того шансов выжить.
Бу Чунхуа пребывал в нерешительности. Прижавшись затылком к шершавой кирпичной стене, он глубоко вздохнул. В этот самый момент в узком переулке впереди мелькнула тень и раздался хруст сухих веток.
Там кто-то был!
Бу Чунхуа резко вынырнул:
— Стоять! Полиция!
Кто это?
Нянь Дасин в панике обернулся и так растерялся, что, сжав зубы, не глядя замахнулся ломом и наотмашь ударил.
Лом яростно просвистел в воздухе и попал в чью-то голову. В темноте вдруг раздался истошный вопль:
— Аааааа!
— Мяу! — бездомная кошка прыгнула на сухие ветки, забралась на стену и в тот же миг исчезла без следа.
Бу Чунхуа остановился, обвел глазами узкий темный переулок и к своему полнейшему изумлению обнаружил, что тот пуст. Даже на призрачную тень не было ни намека.
"Это же невозможно, — подумал он про себя. — Неужели техотдел неверно определил местоположение?"
Нерешительно потоптавшись на месте, он снова огляделся и неожиданно что-то заметил краем глаза. На земле у края канавы что-то смутно поблескивало. Он подошел, поднял предмет с земли и рассмотрел.
Телефон.
Технический отдел все верно определил. Телефон действительно здесь, только вот владелец его давно сбежал, и след его простыл.
Красивые щеки Бу Чунхуа будто превратились в лед. Спустя какое-то время он выдохнул, поднял голову, осмотрелся и тихо выплюнул:
— Блядь!
— Еб твою мать, сука, я похороню тебя! — только что подоспевший прихвостень брата Лю схватился за залитую кровью голову и орал от боли.
Нянь Дасин, еще не успевший опомниться от испуга, отступил на несколько шагов и сказал, заикаясь и проклиная того в ответ:
— А н-нехуй было подкрадываться, долбоеб!
Такой ответ прихвостня не устроил, он злобно выругался и собирался уже броситься в драку, когда сзади неожиданно кто-то крикнул:
— Он там! Туда!
Двое одновременно обернулись. Как раз вовремя, чтобы заметить, как неподалеку некто прыгнул со стены. Это был У Юй!
У Юй быстро пробежал до конца стены, перепрыгнул ржавые кольца колючей проволоки, и будто перышко мгновенно приземлился на землю не издав ни звука. Впереди уже не было дороги, незаконно построенные бунгало оказались до основания снесены. Земля, вся в выбоинах и грязи, была завалена обломками кирпича и каменной кладки. Со всех сторон к нему подступали и окружили люди с дубинами на плечах.
Сзади его уже нагнала другая группа людей и перекрыла обратный путь.
Этот Лю, вероятно, привел сюда отморозков со всей округи. Сложно было даже представить сколько тут людей, они хлынули буквально отовсюду. В нарастающем хаосе У Юй уклонился от летящего в его лицо лома и получил сильный удар кирпичом в локоть. Окровавленные обломки кирпича разлетелись по земле. Юный головорез не успел достать нож, зато У Юй успел повернуться и молниеносно всадил кинжал в его живот.
— У нн... у него нож!
— Он убил! Нашего убил!
В бесконечном накрывающем вое теплая кровь лилась по рукоятке кинжала, часть брызг попала на лицо, рядом с глазом У Юя. Взгляд его внезапно стал рассеянным, а затем перед ним предстала другая действительность.
Он слышал, как их пронзительные проклятия переходили в странные форсированные тона, истеричные вопли, а затем в безумный колкий смех. Этот смех перемежался со шквалом пулеметных очередей, что порождали пламя и дым, покрывавшие зеленые поля деревни и заглушавшие вопли ужаса и рыдания жителей.
— Брат Лю сказал не дать ему сбежать! — растерянно крикнул в темноте один из нападавших.
"Не дайте никому сбежать! — бирманский грузовик с грохотом пронесся мимо горящего поля, а главарь орал срывая голос: — Найдите его! Найдите этого копа! Посмотрим, кто осмелится помочь ему сегодня!"
...
Четверо или пятеро гангстеров бросились в атаку. В темноте У Юй не сумел разглядеть, кто ударил его дубиной по виску, липкая кровь мгновенно залила его глаза.
Однако первое, что он почувствовал, была не боль, а ярость.
Это чувство казалось достаточно странным, потому что бесконечные, болезненные и беспомощные годы заставили его избавиться ото всех негативных эмоций. Долгое время он думал, что уже не способен чувствовать ничего, кроме механического спокойного стоицизма.
Но когда опасность миновала, когда миссия была выполнена, когда все погрузились в цветы, аплодисменты и празднования, он понял, что оказался загнанным зверем, забытым и оставленным в прошлом. Его страх перед реальным миром и давно подавляемая ненависть взрывались в каждой нервной клетке, доходя до самого мозга. Эти чувства были настолько безумными, что он не мог их контролировать.
Дыщ! Дыщ! Ломы тяжелыми глухими ударами врезались в грудь и живот, плечи, спину и приподнятый локоть.
— Кончайте его!
— Забери его нож!
...
Один из головорезов подбежал к У Юю, схватил за руку, в которой тот держал кинжал, и собирался вырвать его, когда вдруг глотку сковало удушьем и вся кровь хлынула к голове.
— А!.. а... — беспомощно уставившись в глаза У Юя, что теперь находились в непосредственной близости, головорез не мог издать ни звука. Он почувствовал, что ноги лишились опоры, его подняли за горло, тело повисло в воздухе.
Бах! Звук эхом прокатился по улице, когда головорез, отправленный в полет, врезался в стену, обрушив груду тяжелых обломков, и по пути сбив еще несколько своих товарищей.
У Юй схватил лом и рванул на себя, а гангстер, что держал его, в тот же момент потерял равновесие и полетел вперед. Кинжал со шлепком вошел в надключичную ямку, последовал удар ногой в грудь, откинув нападавшего. Из его раны брызнула струя крови. Прежде чем люди с ножами успели прийти на помощь, они увидели как У Юй, выхватив лом, со скоростью смерча превращал внутренности противника в кровавое пюре. Тот был застигнут врасплох и даже не пытался защититься. Все, что можно было слышать в этот момент — леденящий душу треск ломающихся костей. Рука мужчины оказалась согнута под ужасающим углом, кости ее были раздроблены.
— Ебаная ты тварь! — Трехглазый, которому старик Лю велел прикончить У Юя, яростно выругался, подлетел к нему сзади, крепко обхватил и заорал: — Валите его! Убейте! Кончайте его, нахуй!
У Юй не сумел избавиться от Трехглазого и оказался взят в тиски, на его грудь, живот и бедра один за другим посыпались удары. Острая боль вдохнула в него свирепость, которую он подавлял долгое время. Подняв обе ноги, он ударил ублюдка, что стоял впереди, отбросив его назад. Тот свалился на траву, из его рта и носа лилась кровь. Кто-то тут же схватил У Юя за руку, кинжал со звоном упал на землю.
Трехглазый истошно завопил:
— Нож! Отбросьте его нож!
Раздалось звучное звяканье: в диком хаосе кто-то отшвырнул кинжал в сторону. У Юй подскользнулся, потянув за собой Трехглазого. Потеряв равновесие, тот повалился вслед за ним на землю заваленную битой плиткой и осколками стекла.
— Да что ты можешь в одиночку?! А?! — Трехглазый вконец обезумел. Он совершенно не замечал, что собственные глаза уже выпучились от удушья в хватке У Юя, а руки так же не отпускали горло противника. — За мной столько братанов! Как ты думал... ты…
У Юй стиснул зубы, в горло хлынул противный металлический привкус. Вдруг боковым зрением он заметил мелькнувшую вспышку света и ощутил дуновение холодного воздуха — это было мачете!
Одного удара хватило бы, чтобы рассечь и У Юя и Трехглазого. У Юй резко отпустил его и перекатился. Головорез, однако, ничего не видел и отпускать свою цель не собирался: вцепился насмерть, высовывая язык, ни на мгновение не позволив тому встать.
Тысячной доли секунды понадобилось У Юю, чтобы понять: он не успеет уклониться. Он подсознательно отвернулся, чтобы лезвие не прилетело в лицо. Но в тот момент, когда должна была прийти адская боль, ее не последовало. Вместо этого возник порыв ветра, и кто-то вдруг спрыгнул со стены.
Все происходило слишком быстро. Прежде чем У Юй понял, кто стоял за его спиной, человек крепко обхватил его сзади и оттащил, руки эти держали мертвой хваткой, не давая повернуться.
Лезвие мачете рухнуло с неба и рассекло сзади плечо человека.
Горячая кровь обрызгала сбоку лицо У Юя. Он вдруг резко изменился в лице, когда смог повернуться и рассмотрел кто перед ним.
Бу Чунхуа!
У Бу Чунхуа не оставалось выбора, кроме как поймать лезвие задней стороной плеча. Из раны хлестала кровь, насквозь пропитав спинку рубашки. Однако в критический момент, когда их жизни висят на волоске, люди даже не чувствуют боли. Он стиснул зубы, направил пистолет за спину и выстрелил. Бах!
У кровожадных отморозков резко пропал весь запал.
— Не двигаться! — Бу Чунхуа одной рукой отвел У Юя себе за спину, голос у него был хриплый и грозный: — Полиция!
Раздался пронзительный лязг. Головорез, который только что ранил его, испуганно вздрогнул, мачете со звоном упало на покрытую обломками землю. В то же время вдали замерцали красно-синие огни, вой полицейских сирен стремительно приближался. Мгновение спустя бесчисленное количество сотрудников народной полиции вывалило из машин, окружив всю территорию.
Наконец прибыло подкрепление из отделения Наньчэн.
_______________________________
Переводчику есть что сказать.
В маньхуа эту главу назвали "Герой спасает красавицу" и, надо сказать, тут и правда герой спасает красавицу 😅 Для тех, кто читает маньхуа: потерпите немного, эта глава выйдет совсем скоро 😘 переводчик присоединилась к команде Булочки Team, и теперь мы вместе работаем над этим маньхуа-проектом, и стараемся сделать так, чтобы новелла и маньхуа были максимально схожи)
http://bllate.org/book/14291/1265642
