У Юй вздохнул и устало потер переносицу.
За окном уже подступил вечер, на стеклах отражался яркий свет мониторов. Картинки в поиске поражали разнообразием шлемов и масок с изображением черепа, гниющих голов, имитаций, археологических раскопок и редких экспонатов за границей... Но ни одна из них не подходила под описание данное Хэ Синсином.
Даже если вбить в строку ключевые слова "жертвоприношение" и "танцующий бог", результаты поиска все равно разительно отличались от той сцены, что всплывала в его памяти.
"Я действительно видел это?.." — думал У Юй.
В его голове снова прозвучали слова Бу Чунхуа: "... это как раз типичное стрессовое расстройство с нарушением памяти. После пары дней нахождения в таком состоянии, его подсознание стало искажать воспоминания, преувеличивая и усиливая наиболее ужасающие фрагменты увиденного..."
Если нервное потрясение способно побудить подсознание создать ложные воспоминания, то как можно быть уверенным, что события более чем двадцатилетней давности происходили на самом деле?
Неужели эта костяная маска никак не связана с религиозным культом "оттуда"?
У Юй встал и сделал несколько шагов. Через полуопущенные жалюзи можно было видеть Бу Чунхуа и еще несколько человек в кабинете начальника отдела. Даже начальник Сюй лично спустился, сел на диван и с серьезным видом слушал отчет Цай Линя.
Бу Чунхуа выглядел сосредоточенным, рукава его рубашки были закатаны до локтя, а сам он сидел на краю стола. Абсолютный факт: бессонные ночи — это главные пособники раннего старения. После двух дней и двух ночей проведенных в отделе, даже красивые черты Бу Чунхуа не вынесли такого бремени: хмурый взгляд выдавал тревогу и усталость, а покрытые сеткой красных капилляров глаза и вовсе пугали.
Из дверной щели послышался голос Цай Линя:
— Мы уже практически отказались от идеи найти что-нибудь на месте преступления. Со вчерашнего дня мы пытались выяснить, была ли семья Нянь замешана в каких-либо конфликтах, но так и не нашли ни одной зацепки. Сейчас самая сложная задача — это выяснить мотив...
Восемьдесят процентов убийств совершаются знакомыми, и отыскать мотив — это главная задача. Однако, как на зло, именно в этом деле на него не было ни единого намека.
У Юй машинально вытащил сигарету, но прежде он успел закурить, Бу Чунхуа, будто что-то почувствовав, неожиданно поднял голову и впился в него взглядом через щель в дверном проеме. Он сложил вместе средний и указательный пальцы и махнул ими вниз, давая понять, что курить запрещено.
— ... — У Юй.
Начальник Сюй не видел его со своего ракурса:
— Эй, что с тобой?
— Как непосредственный начальник проявляю заботу о здоровье своих подчиненных, — спокойно ответил Бу Чунхуа и обратился к Цай Линю: — Есть результаты проверки моргов крупных больниц?
Хмуря брови, Цай Линь сказал со страдальческой гримасой на лице:
— Мы досконально проверили все, вплоть до нелегальных частных моргов, но не обнаружили пропаж даже целых, не сгнивших голов, не говоря уже о черепах...
Бу Чунхуа задумался над сложившейся ситуацией, краем глаза взглянув на стоящего за дверью У Юя: тот глубоко вздохнул. В этот момент Бу Чунхуа интуитивно почувствовал, что тот опять проклинает его предков до восемнадцатого колена. Только вот вопреки ожиданиям У Юй это стерпел, развернулся и пошел к выходу из главного офиса.
"Пошел курить на улицу", — подумал Бу Чунхуа.
Размышляя об этом, он поймал себя на том, что, кажется, стал уделять этому мальчишке больше внимания. Не успел он как следует обдумать эту мысль, как вдруг Ляо Ган просунул голову в приоткрытую дверь, позвал начальника Сюя и спросил:
— Капитан, вы просили третью группу проверить социальные контакты семьи Нянь до переезда в Цзиньхай. Они уже вернулись. Послушаете отчет?
Начальник Сюй тут же встрепенулся:
— Послушаем-послушаем! Что они узнали?
— Нянь Дасин, сорок пять лет, родом из уезда Гаочи, поселок Янцзаоцзы. До настоящего времени снимал дом в пригороде Цзиньхая, в деревне Сяоган. Будучи мигрантом, он работал цементщиком, мастером по отделке домов, сторожем склада, брался за прочие мелкие работы. Согласно факсу присланному из уезда Гаочи, его задерживали за мелкое воровство, пьяные дебоши, а сельскому комитету семь или восемь раз приходилось вмешиваться, когда он избивал свою жену. В родном крае его знают как свирепствующего самодура, который регулярно устраивал драки с сельскими жителями, а однажды даже присвоил половину земельного участка своего соседа.
Начальник Сюй быстро заговорил:
— Тогда нужно срочно расследовать в этом направлении. Отправим туда людей для проверки?
Отозвавшись "Ok", Ляо Ган уже собирался выйти, когда услышал Бу Чунхуа:
— Подожди. Он оккупировал землю соседа?
— Да, все полученные нами факсы — это записи полицейских протоколов, и в каждой записи вкратце описывается инцидент...
— Нет.
Все, кто был в кабинете вопросительно уставились на Бу Чунхуа. Он тихо заговорил:
— У Нянь Дасина есть только дочь, и в этих местах, где до сих пор придерживаются устаревших традиций, он считается бездетным. Даже если он свирепствующий самодур, максимум, что он может делать — это устраивать мелкие пакости, но точно не стал бы захватывать землю своего соседа. Во многих местах за такое могут и убить. Если, конечно, нет еще чего-то, почему соседи не осмеливались провоцировать его. Однако он не связан с преступным миром, иначе местный полицейский участок при перекрестной проверке не замедлил бы об этом сообщить...
Земельные территории распределялись между главами каждой семьи, и чем больше мужчин в семье, тем более весомым словом они обладали. Ляо Ган размышлял про себя: неужели его соседом была вдова? Инвалид? Старик?
Выражение лица Бу Чунхуа внезапно изменилось, никто не понимал, о чем тут подумал. Он быстро подошел к столу и включил компьютер.
Начальник Сюй был озадачен его реакцией:
— В чем дело? Что ты хочешь посмотреть?
— Внутренний сайт, — Бу Чунхуа пристально глядел в светящийся экран монитора. — Национальную полицейскую базу данных по преступлениям.
У Юй спустился к главному выходу из здания уголовного розыска и глубоко вдохнул прохладный ночной воздух. Затем он прикурил сигарету, достал мобильник и открыл телефонную книгу, бессознательно пролистывая список контактов.
Он действительно хочет позвонить? У Юй колебался.
Еще до того, как попасть в Цзиньхай, он планировал устроиться на работу, где будет своевременно получать зарплату, а через пару лет подаст в отставку. Потом он мог тихо раствориться в море людей, спокойно и не привлекая внимания прожить так до самой старости. В этой жизни ему уже не нужно стыдиться своего дела, как и своих истинных намерений. Эти странные кровавые убийства больше не должны иметь к нему никакого отношения.
Однако по какой-то причине мертвые землистые глаза Нянь Сяопин и острый взгляд покрасневших глаз Бу Чунхуа стали сменяться в его мыслях словно пантомима из лиц.
— ... — наконец У Юй, вынув изо рта сигарету, он длинно выдохнул и нажал кнопку вызова.
Аэропорт провинции Юньдянь.
Линь Чжэн с дипломатом в руках вышел из зала прибытия, у тротуара его уже ждал черный автомобиль. Водитель проворно вышел из машины и открыл заднюю дверь перед начальником Линем.*
П/п. его тут называют 科长, т.е, Линь Чжэн начальник какого-то научного отдела в департаменте общественной безопасности.
Линь Чжэн сел в полном молчании.
Водитель давно привык к его манерам и уже не обращал внимания. Он завел автомобиль, осторожно посмотрев через зеркало заднего вида:
— Начальник Линь, куда мы поедем? Мне отвезти вас домой или...
Линь Чжэн слегка прикрыл глаза, обронив лишь два слова:
— В департамент.
Водитель, который работал на него уже какое-то время, смог почувствовать, что хотя на его лице и не было ничего необычного, тот явно пребывал в дурном настроении. Именно поэтому он не стал раздражать начальника пустой болтовней и включил фары. Секунду спустя раздался телефонный звонок.
Линь Чжэн неожиданно открыл глаза и взял трубку. Тон с которым он заговорил в этот момент, заставил водителя усомниться в собственном слухе:
— Алло?
— Удобно говорить?
Голос в трубке звучал слегка хрипло, но казался спокойным, без каких-либо признаков робости. Водитель был уверен, что никогда не слышал его раньше. Он не удержался, взглянув в зеркало заднего вида, и к своему полнейшему изумлению обнаружил, что Линь Чжэн улыбается!
Начальник Линь действительно улыбался. Водитель никак не мог понять: что-то не так с его глазами или с зеркалом?
— Удобно, мой самолет только что приземлился. Что-то случилось?
Из трубки донесся шорох, а через некоторое время послышались невнятные слова:
— Мне нужно, чтоб ты помог мне с одним делом.
Линь Чжэн неосознанно выпрямился, в голосе его чувствовалась улыбка:
— С чем именно нужно помочь?
У Юй стоял на дорожке перед дверями бюро и щурился в клубах дыма, в его глазах отражался свет ночных улиц.
— На юге, когда я был ребенком, я однажды пошел в местную деревню и случайно увидел шамана в маске танцующего бога из человеческой кости. Иногда мне снится прошлое и та костяная маска. Все-таки она была довольно пугающей. Просыпаясь, я все пытался понять, что это за религия, даже нарисовал маску и думал о ней весь день.
Улыбка медленно сходила с лица Линь Чжэна, и к тому времени, как он дослушал, его лицо уже было серьезным:
— Как часто тебе это снится?
— Время от времени, — уклончиво ответил У Юй. — Я просто хочу знать для чего нужна эта маска. У меня есть чувство, что если я смогу понять, то многие вещи перестанут меня беспокоить. Я слышал, что в твоих полномочиях быстро выяснить нечто подобное. Можешь разузнать это для меня?
Линь Чжэн спросил тяжелым голосом:
— Тебе часто снятся кошмары, так почему ты мне не говорил?
У Юй ненадолго умолк, но после паузы обескураженно сказал:
— Возможно, это немного нарушает правила. Если тебе неудобно это проверять, то просто забудь.
Линь Чжэн тихо вздохнул:
— У Юй...
Водитель знал, что должен сделать вид, будто ничего не слышал, однако вздох начальника Линя, словно проглотившего тысячу аргументов, заставил нутро стороннего наблюдателя невольно содрогнуться.
К счастью начальник Линь после этого вздоха не стал выговаривать, а лишь мягко попросил:
— Отправь мне свой рисунок.
Разглашать ключевые улики, когда дело еще не раскрыто — незаконно, даже если этот человек является коллегой из другого региона. Поэтому У Юй заранее сохранил грубый набросок маски в альбоме телефона и отправил его Линь Чжэну.
Зажужжал телефон, Лин Чжэн посмотрел на экран.
— Понял, предоставь это мне, — он сделал паузу, но в конце концов, не выдержав, тихо прошептал: — У Юй?
У Юй что-то промычал в ответ. Он как раз собирался снова затянуться, как вдруг неподалеку, из тени, раздался щелчок камеры. Щелк!
Звук был слабым, едва заметным на фоне шумных улиц города, но У Юй, стоящий полубоком, моментально повернул голову, точно обнаружив источник звука. Рука с сигаретой, что двигалась к губам, замерла в воздухе.
Нянь Дасин стоял на пешеходной дорожке напротив и еще не успел спрятать телефон. Его бандитская физиономия выдавала напряжение, он сосредоточенно снизу вверх таращился на У Юя.
Зеленый свет вдали сменился красным, сверкающие алые блики появились в глазах-щелочках, словно пропитанных змеиным ядом.
В своей жизни У Юю слишком часто приходилось бывать на пороге смерти, и в этот момент он отчетливо чувствовал опасность. Зрачки его резко сузились. Из трубки донесся голос Линь Чжэна, он что-то спрашивал, но У Юй уже не слышал. Он смотрел на Нянь Дасина, лицо которого приобретало уродливое выражение, губы приоткрылись, изо рта вырвалось несколько слов:
— Два. Три. Шесть. Пять. Девять.
В офисе бюро курсор Бу Чунхуа быстро скользил по убористо испещренным текстом страницам, а затем резко остановился. На экране монитора появилась двухдюймовая фотография Нянь Дасина:
— Как и ожидалось.
Начальник Сюй тоже посмотрел:
— О, у этого ублюдка есть судимости?
— Но в полицейских отчетах, которые мы получили... — Ляо Ган запнулся и неожиданно все понял.
Формирование национальной базы данных по преступлениям еще не завершено, а полицейские участки хранят архивы об уголовном прошлом только десять лет. К тому же Нянь Дасина арестовывали в других провинциях, а в его родном поселке могло просто не быть интернета!
В этих местах, где до сих пор придерживающихся феодальных традиций, что еще, помимо прорвы сыновей, способно заставить жителей восьми деревень вдоль Сили трястись от страха?
Тюремный срок!
— Нянь Дасин, имя при рождении — Нянь Гуй, четырнадцать лет назад был арестован при попытке сбыть 200 грамм опиума, за что приговорен к трем годам колонии и штрафу в пять тысяч юаней, — Бу Чунхуа дословно зачитывал документ, взгляд его скользнул строчкой ниже. — Отбывал наказание в провинции Юньдянь, районный центр заключения Цзинькан, тюрьма Баошань.
23659.
Дул прохладный ночной ветерок, издали доносился чей-то смех. Некому было заметить, что У Юй, абсолютно неподвижный, стоял перед зданием бюро, и глаза его были распахнуты немного больше, чем нужно.
Эти несколько цифр подобны ключу, что открывал неприметную дверь в уголке памяти. Из нее в лицо со свистом летели кадры, спрятанные там много лет назад. Он как будто снова видел небо за железными решетками, глухой звук шагов издалека, вслед за которыми захлопнулись железные тюремные двери, и охранник в конце широкого тенистого коридора сказал, повысив голос: "Два, три, шесть, пять, девять! К тебе посетитель!.."
— Не ожидал такой встречи? Прошло столько лет, а все равно не спрятаться и не уйти? — Нянь Дасин оскалился своими желтыми от метамфетамина зубами и едва сдерживал рвущуюся наружу радость. — Натянул на себя чиновничью шкуру, но знают ли эти копы, чем ты занимался раньше?
— У Юй? — Линь Чжэн, казалось, что-то услышал, почувствовал, как участилось дыхание на другом конце трубки. — Что случилось?
— ...
— Эй?! У Юй!
— Вещи жертвы не тронули, никаких признаков сексуального насилия, свидетелю не причинили ни малейшего вреда. Мы исключаем мотивы убийства из ревности, грабежа, конфликта интересов, убийство из мести или ради устранения свидетеля, которые были наиболее вероятными. У Нянь Сяопин и Фань Лин не имелось никаких социальных конфликтов, и если мы движемся в верном направлении, то ключ к расследованию может заключаться в уголовном прошлом Нянь Дасина.
Все присутствующие в кабинете начальника отдела один за другим поднялись со своих мест, голос Бу Чунхуа был тяжелым:
— Нянь Дасин не сказал нам правду. Цай Линь, прямо сейчас свяжись с полицейским участком Сяоган, пускай они привезут Нянь Дасина для содействия в расследовании.
Цай Линь подпрыгнул с места, отозвавшись "Есть!", и тут же испарился.
Бу Чунхуа испустил длинный вздох, потер костяшками пальцев ноющее межбровье, затем распахнул окно. Вечерний ветер принес дыхание оживленного ночного города и мгновенно рассеял облака сигаретного дыма, запахи лапши быстрого приготовления и картофеля фри, что наполняли главный офис. Люди внутри невольно чувствовали прилив сил.
В тени дерева, у входа в отделение, мерцала красная искра. Бу Чунхуа присмотрелся: как он и думал, это был У Юй. Тот стоял к нему спиной, курил и говорил по телефону. С кем он разговаривал?
С кем? С другом?
Черный Ауди увезший его из больницы в тот вечер, сообщение оставшееся без ответа — все это внезапно всплыло в памяти, подняв в душе странное чувство.
"Ты слишком помешался на этом. Какое тебе дело до личной жизни других людей?"
Бу Чунхуа мысленно посмеялся над собой и собирался уже закрыть окно, когда У Юй наконец повернулся с мобильником в руке, будто собирался возвращаться внутрь, однако неожиданно остановился. Он стоял в тени дерева в напряженной позе и смотрел на что-то неподалеку.
Гадая, на что же такое он смотрит, Бу Чунхуа проследил за его взглядом, Через кроны деревьев он увидел силуэт человека на другом конце дорожки, но не смог понять кто это был.
— Босс! — Цай Линь с телефоном в руке толкнул дверь. — Патруль из участка Сяоган отправился в дом к Нянь Дасину, но его жена сказала, что тот не возвращался домой после того, как ушел из бюро общественной безопасности. По телефону ему тоже не дозвониться, он недоступен!
Недоступен?!
Все присутствующие поменялись в лице. Решение к Бу Чунхуа пришло мгновенно:
— Проверьте брони на его имя билетов на поезда, авиабилеты, кассы междугородних автовокзалов и кассы платных автомагистралей. Также достаньте список его телефонных разговоров за последние 48 часов и записи с камер в телефонных будках рядом с его домом. Ван Цзюлин!
Так случилось, что начальник Ван спустился со своей лапшой быстрого приготовления, рассчитывая украсть маринованных яиц из шкафа отдела уголовного розыска. Он с перепугу растерялся и пролепетал:
— Я-я-я взял только один...
— Проведите триангуляцию местоположения телефона Нянь Дасина прямо сейчас!
П/п. Триангуляция — метод вычисления местонахождения телефона между тремя базовыми станциями.
— Эй, да ты же сама жестокость! Ну что за жестокий человек? Очень жестокий! — начальник Ван сунул за пазуху пакет с маринованными яйцами, затем немного подумал, и быстро схватил еще один для судебно-медицинской лаборатории. На ходу всасывая лапшу, он в один прыжок взлетел по лестнице на верхний этаж.
Главный офис резко погрузился в суматоху, люди носились туда-сюда, ощущение напряжения витало в воздухе. Бу Чунхуа повернулся и закрыл окно, схватил ключи от кабинета, намереваясь подняться в технический отдел. Вдруг он что-то заметил краем глаза и вновь посмотрел в окно...
— У Юй? — прорычал Линь Чжэн на другом конце трубки. — Ответь! Что с тобой?!
У Юй не отвечал и не двигался с места. Он только видел широкую улыбку Нянь Дасина — это была довольная и жадная улыбка человека, державшего в руках чужую жизнь. Тот говорил, смакуя каждое слово:
— Ты покойник.
Нянь Дасин сорвался с места, У Юй же быстро запустил окурок в мусорку, что стояла в нескольких шагах от него. Красный огонек дугой рассек темную ночь, отразившись в глазах наблюдавшего сверху Бу Чунхуа.
— Все в порядке, — хрипло проговорил У Юй. — Я перезвоню позже.
— Алло! У Юй!
Звонок резко оборвался и У Юй кинулся в погоню.
Бу Чунхуа закричал:
— Этот Нянь здесь! Эй, сюда!
— Капитан? — Ляо Ган поднял глаза и прежде чем успел хоть как-то среагировать, Бу Чунхуа вихрем метнулся к письменному столу, схватил телефон, отыскал номер У Юя и нажал вызов. На звонок не ответили. Он набрал номер еще раз, но в этот раз его сразу сбросили.
— Телефон абонента занят, оставьте свое сообщение...
Бу Чунхуа метнулся из офиса, на ходу отдавая распоряжение Ляо Гану:
— Нянь Дасин только что был у ворот филиала, У Юй преследует его. Позови старину Вана, пускай они отследят телефоны Нянь Дасина и У Юя! Цай Линь!
Цай Линь в этот момент чавкал лапшой, а услыхав свое имя тут же отбросил палочки и, вскочив и шатаясь, закричал:
— Что происходит, босс?! Подождите, я с вами!
— Сообщите в дорожную полицию и отправьте людей на перехват. Ключи!
Цай Линь с силой бросил ему ключи от внедорожника, отчего те закружились в воздухе и звякнули в руке Бу Чунхуа. Он поймал их, даже не оглядываясь, после чего молнией преодолел лестничный пролет, сел в машину и включил свет. Полицейский Wrangler сделал разворот красивым правильным треугольником, выскочил из ворот и с ревом вылетел на дорогу.
Бип-биииип!
Поднялась волна недовольного гудения, сопровождаемая громкой руганью вслед стремительно пролетевшему автомобилю:
— Куда ты так несешься?!
— Жить надоело?!
У Юй остановился, тело его было подобно туго натянутой тетиве. Он резко повернул голову, боковым зрением зацепив силуэт, мелькнувший метрах в десяти от него. В следующую же секунду он бросился в переулок, едва влетев в который, обнаружил Нянь Дасина, с яростью опрокидывающего мусорный бак. Вывалив перед ним мусор, тот, пошатываясь, припустил без оглядки к высокому каменному ограждению, которое было сплошь исписано словом "снос". Это были трущобы.
Низменные, хаотичные, погрязшие в нечистотах уголки современного города — это лучшая питательная среда для прорастающей преступности.
Ветер свистел в его ушах, глаза У Юя полыхали холодным пламенем. С силой оттолкнувшись, он запрыгнул на ограду и, пролетев несколько шагов, без труда обогнал уносящего ноги Нянь Дасина. В прыжке он кувыркнулся в воздухе и бесшумно приземлился перед беглецом.
— !..
Нянь Дасин резко остановился, под силой инерции едва не повторив кувырок У Юя. Он смотрел в переулок, находящийся от него в нескольких метрах. Там, на границе светотени, У Юй медленно поднялся, холодный лунный свет позади вытягивал его силуэт в угловатую узкую тень.
— Ты вспомнил меня? — скрипя зубами, Нянь Дасин выплюнул лишь одну фразу. Жир на его оплывшем лице сотрясался в так речи.
У Юй молчал.
— Ничего страшного. Главное, что я тебя помню, и вспоминаю о тебе каждый раз, когда смотрю на это! — Нянь Дасин задрал свою растянутую майку, оголив живот и уродливый кривой шрам на нем длиной в половину ладони. — Я, блядь, и подумать не мог, что проехав полстраны от Юньдяня до Цзиньхая, встречу тут старого друга!
Он оглядел У Юя с головы до ног, его поросячьи глазки сверкали неприкрытой злобой:
— А ты здорово преуспел, нацепив на себя шкуру копа. Наверное, непросто это было, найти и купить нужных людей? Как думаешь, если копы узнают, что ты ебаный беглый зэк, сможешь ты когда-нибудь в этой жизни выйти из-за решетки?
На лице У Юя не было никаких эмоций:
— Чего ты хочешь?
Нянь Дасин торжествующе оскалился и захохотал:
— А ты как думаешь, чего я хочу?
— Тебе нужны деньги?
Нянь Дасин не ожидал такой прямолинейности, дерзости у него прибавилось:
— Деньги? Этому старшему не нужны деньги! Давай так: скажи сам, сколько будут стоить медицинские расходы и моральный ущерб за тот случай, когда ты вспорол ножом живот этого старшего? Вы, копы, всегда говорите, что у правосудия длинные руки, тебе же повезло лицом к лицу столкнуться со мной. Разве это не возмездие, а?!
У Юй понимал, что тот тянет время. Его правая рука медленно ушла за спину, мягко вытащив из ножен прикрепленный на поясе кинжал.
Лезвие кинжала было очень тонким, и кто знает, сколько времени его затачивали, чтобы добиться такого качества. Лунный свет скользнул по лезвию, отражаясь от него холодными рассеянными лучами.
Нянь Дасин этого не замечал:
— Кроме того, сколько денег ты можешь предложить? Если этот старший захочет нажиться, то разве у него для этого недостаточно способов? Есть целая очередь из тех, кто мечтает тебя убить! Сейчас мы не в тюрьме, и тут недостаточно иметь крепкий кулак, а кроме этого, что еще ты можешь...
У Юй незаметно сместил свой центр тяжести вперед, рука с кинжалом медленно скользнула на бок. Однако в этот момент позади него со стороны трущоб раздался рев мотоциклов. Рев приближался быстро, одно мгновение и они были уже тут.
Врууум-врууум! Взревели рядом моторы и тут же заглохли, фары освещали переулок одновременно со всех сторон. У Юй прищурился, обветшалое и узкое пространство залило светом. Семь или восемь гангстеров с ломами и ножами наперевес спрыгнули с мотоциклов, явно с недобрыми намерениями заблокировав оба выхода из переулка.
Затем несколько из них отъехали, уступая дорогу роскошному автомобилю. Дверь открылась и из машины вышел мужчина лет пятидесяти с круглой головой и большими ушами. Возможно потому, что внешность отражала содержание, выглядел он крайне озлобленным.
— Ну надо же, десять лет прошло. Воистину, Бог услышал мои молитвы!
Взгляд У Юя упал на руки мужчины: правая казалась совершенно нормальной, но вот манжета на левой была пуста. Выражение его лица едва заметно изменилось.
Он наконец вспомнил, кто это был.
Иными словами, он вспомнил, как сам отрубил эту руку.
Пять-шесть полицейских машин выскочили из ворот филиала и, ослепляя красно-синим сигнальным огнями, влились в улицы ночного города.
— Группа три, номер 0027, группа три, номер 0027. Пять минут назад цель прошла мимо главного входа казино "Чистая жемчужина" на улице Вэньсин, повторяю: пять минут назад цель прошла мимо главного входа казино "Чистая жемчужина" на улице Вэньсин, прием!
Бу Чунхуа вел машину одной рукой, держа рацию во второй:
— Понял, направляюсь туда.
— Брат Хуа! Цель находится недалеко от перекрестка улицы Синьхань и съезда со скоростного шоссе, движется на юг!
Полицейская машина молнией рванула в сторону, свернув с главной дороги. Бу Чунхуа выкрутил руль до упора, сердце его упало. К югу от улицы Синьхань находился старый район Чанпин, усеянный крупнейшими трущобами в городе. Говорили, что их готовят к сносу в конце года, а сейчас там черт ногу сломит, проводить в них мониторинг попросту невозможно. Кроме того, там столько узких извитых переулков, что даже машина не проедет. Как в них можно кого-то найти?!
— Босс! — резко закричал Цай Линь. — Они направляются в трущобы!
Эхом раздался визг колес, машина резко остановилась. Бу Чунхуа хлопнул дверью, его лицо было холодным и мрачным.
За спиной стояли ровные ряды высотных домов, но перед ним лежали узкие улочки, разбитые дороги и приземистые лачуги. На земле собирались лужи воды, а на стенах жужжали старые кондиционеры, почерневшие от грязи.
— Где сейчас третья группа? — Бу Чунхуа вошел в переулок и шепотом спросил в рацию. — От технического отдела есть новости?
— Мы будем на месте, самое большее, через семь-восемь минут. Люди начальника Вана отслеживают телефон Нянь Дасина! — Цай Линь замолчал, принимая сообщение по другому каналу связи. Бу Чунхуа не знал, что он услышал, но тот неожиданно вскрикнул: — Брат Хуа!
— В чем дело?
— Начальник Ван не может отследить местонахождение У Юя, — с недоверием проговорил Цай Линь. — Он сказал, что на телефоне У Юя установлена защита от слежения.
_____________________
Очень злой У Юй и встревоженный Чунхуа 😏
http://bllate.org/book/14291/1265641
