Когда Шэнь Ро очнулся, он уже был дома. Его тело лежало на знакомой деревянной кровати, и он не мог сказать, сколько времени проспал.
Чувствуя, как усталость покидает его, он резко сел.
— Где Сяо Вонтон? — нахмурился он. Обычно малыш спал рядом с ним.
Но сейчас, когда он проснулся, ребёнка рядом не было — видимо, кто-то унёс его.
Он встал и вышел наружу. Снаружи было светло, и ему пришлось прищуриться.
Ли Шаньтао, качавшая Сяо Вонтона на руках, увидела его и сказала: — Ро-гэр, ты наконец проснулся! Ты проспал целые сутки, я так переживала!
— Мама, я в порядке, — успокоил её Шэнь Ро, подходя и забирая малыша.
Сяо Вонтон не видел своего отца несколько дней и, увидев знакомое лицо, надул губки, готовясь расплакаться.
— А-у-у... — его вид был полон обиды.
— Не плачь, малыш, не плачь, папа вернулся, — Шэнь Ро качал его, и сердце его разрывалось от детского плача. Он тоже скучал по своему ребёнку и теперь, держа его на руках, не хотел отпускать.
Сяо Вонтона удалось успокоить только через некоторое время. Когда он наконец перестал плакать, его большие глаза, полные слёз, не моргали, уставившись на Шэнь Ро.
Будто боялся, что тот снова исчезнет.
Ли Шаньтао слышала от Шэнь Фэна обо всём, что произошло, и каждый раз, вспоминая, тайком вытирала слёзы.
Эта Шэнь Цзыин — такая порочная!
— Мама, а где остальные? — Шэнь Ро видел, как ей грустно, и не хотел, чтобы она погружалась в эти тяжёлые мысли, поэтому сделал вид, что не заметил, и сменил тему.
— Все в доме. Ро-гэр, ты наверное голоден? Заходи внутрь, я принесу тебе еды, — Ли Шаньтао потянула его за руку, усаживая.
— Не надо, мама, я сам. После всего, что случилось, давайте соберёмся вместе и поговорим, — камень наконец свалился с души Шэнь Ро, и он почувствовал невероятную лёгкость. Теперь не нужно бояться, что Шэнь Цзыин продолжит вредить людям. Наказание злодеев — одно из самых приятных чувств в жизни.
— Хорошо, — Ли Шаньтао было не по себе. Она смотрела то на Шэнь Ро, то на Сяо Вонтона, и вопрос, терзавший её, больше не мог ждать.
— Ро-гэр... Ты... Всё ещё питаешь чувства к сюцаю Гу?
Как мать, она знала своего ребёнка лучше всех. Раньше он был без ума от Гу Юна, но после случая с Чжаояньцао долгое время не приходил в себя, а очнувшись, заботился только о Сяо Вонтоне. Теперь, узнав, что малыш — его ребёнок от Гу Юна, Ли Шаньтао не знала, что он чувствует.
Шэнь Ро смутился. Тот случай привёл к появлению маленького Вонтона. Хотя во время этого он уже был в теле, но всё же он не был прежним Шэнь Ро. Настоящий Шэнь Ро, глубоко любивший Гу Юна, умер, а сейчас здесь был Шэнь Ро из XXI века.
Так что насчёт чувств к Гу Юну...
— Мама, сейчас я хочу только зарабатывать деньги, содержать семью и растить нашего Сяо Вонтона крепким и здоровым. Всё остальное... пусть идёт своим чередом.
Значит, чувств нет. Ли Шаньтао думала, что он захочет жениться на Гу Юне — вчера перед уходом сюцай как раз об этом говорил.
— Давай сначала поедим, — Шэнь Ро потерял сознание в суде и только сейчас очнулся, пропустив ужин и завтрак. Живот урчал от голода.
Человек — железо, рис — сталь, один пропущенный приём пищи — и уже голоден!
Они вместе вошли в главную комнату. Шэнь Дашань сидел на почётном месте и, увидев Шэнь Ро с ребёнком на руках, сердито сказал: — Сяо Вонтон должен носить фамилию Шэнь! Если Гу Юнь захочет забрать ребёнка — ни за что!
— Ой, папа, дай Ро-гэру сначала поесть, а потом говори об этом! — Ли Шаньтао знала, что маленький Вонтон — самое больное место для Шэнь Ро, и слова Шэнь Дашаня точно его расстроят.
Шэнь Ро действительно нахмурился: — Гу Юнь сказал, что хочет забрать ребёнка?
Шэнь Дашань уже открыл рот, но Ли Шаньтао дёрнула его за рукав.
Она бросила на него взгляд — он совсем не умел подбирать слова! Их сын только что очнулся, а он уже хмурится, будто злится на него!
Ли Шаньтао взяла Шэнь Ро за руку: — Ро-гэр, не слушай отца. Сюцай Гу такого не говорил. Вчера вечером он принёс тебя в дом, и твой отец разозлился. Он помнит, сколько ты страдал, прежде чем родить Сяо Вонтона, и не хочет, чтобы ты снова страдал.
Шэнь Ро взглянул на Шэнь Дашаня и увидел, что тот смущён. Характер отца он знал — добрых слов от него не дождёшься, но в душе он заботился о своих детях.
Вспоминая слова Ли Шаньтао, Шэнь Ро подумал о вчерашнем дне в суде. Он потерял сознание от усталости, но не почувствовал боли от падения. Перед тем как отключиться, он ощутил, как падает в чьи-то тёплые объятия, а в нос ударил лёгкий запах туши.
Шэнь Ро снова нахмурился. Значит, это Гу Юнь принёс его в дом? Но его плечо ещё не зажило!
Вот идиот!
— Твой отец просто не умеет выражаться. Вчера вечером сюцай Гу стоял на коленях у наших дверей, прося прощения. Он сказал, что возьмёт на себя ответственность и женится на тебе. Твой отец разозлился и сказал мне: «Если раньше Гу Юнь не обращал на него внимания, то теперь хочет жениться только из-за Сяо Вонтона...»
Мнение Шэнь Дашаня было понятно, но Шэнь Ро знал, что такие принципиальные люди, как Гу Юнь, обладают сильным чувством ответственности. И если он дал слово, что примет на себя вину, что бы ни случилось, то обязательно сдержит его.
Так что он пришёл.
Шэнь Ро верил, что его желание взять на себя ответственность — не просто слова.
Хотя они провели вместе не так много времени, Шэнь Ро был в этом абсолютно уверен.
Но он не хотел связывать себя с Гу Юном только из-за этого происшествия. Ведь изначально это было злонамеренное преступление, и Гу Юнь тоже стал жертвой.
Если тот на самом деле не испытывал к нему чувств, но брал на себя ответственность лишь из долга — Шэнь Ро чувствовал бы себя неловко.
Его современное мышление было непоколебимо: брак возможен только по взаимной любви и с обязательной верностью.
В древности многие чиновники и богачи содержали по три жены и наложницы. В деревне такого не было лишь из-за бедности — люди не могли прокормить столько ртов. Но Гу Юнь явно не останется в деревне навсегда — он отправится сдавать экзамены в столицу!
И тогда множество людей захотят стать его жёнами или наложницами. Поэтому Гу Юнь никогда не рассматривался Шэнь Ро как потенциальный партнёр.
Он не был против романа с человеком из древности, но с Гу Юном они не подходили друг другу. Друзьями — ещё куда ни шло, но любовниками... Вся эта история с прошлым оригинального Шэнь Ро вызывала у него жуткое неловкость. Да и Гу Юнь был будущим чиновником, человеком великого будущего, а он сам — неграмотный деревенщина.
Казалось, кроме Сяо Вонтона, их ничего не связывало...
Шэнь Ро много размышлял, и почему-то на душе стало горько. Но он быстро подавил это чувство.
К чему эти мысли? Сейчас у него была лишь одна цель — зарабатывать деньги и растить малыша!
— Отец, мама, полное имя Сяо Вонтона — Шэнь Няньбао. Я придумал его давно и менять не собираюсь, — заявил Шэнь Ро. (п/п: (沈念宝) — "Шэнь, Помнящий Драгоценность". Имя символизирует ценность ребёнка для семьи)
Шэнь Дашань смягчился. Прикрыв глаза руками, он вздохнул: — Я знаю, сынок, знаю! Но хоть я и понимаю, что не всё можно свалить на сюцая Гу, каждый раз, вспоминая прошлое... мне кажется, будто нашу сочную капусту свинья съела. Сердце не на месте!
Шэнь Ро понял намёк и не удержался от шутки: — Пап, кого это ты называешь капустой? Сейчас, когда у меня есть Сяо Вонтон, а вы так обо мне заботитесь, я чувствую себя не простой капустой, а сладкой капустой! — Он сел рядом с Шэнь Дашанем, прижавшись лбом к его плечу.
Шэнь Дашань не обнимал сына с детства — взрослые мужчины так не выражали чувств. Но сейчас, когда младший сын прижался к нему, его отеческое сердце забилось чаще. Он замер, боясь пошевелиться — вдруг Шэнь Ро отстранится?
Шэнь Ро взял за руку Ли Шаньтао, усадив и её на скамью.
Ему нравилось быть ближе к родителям. Заметив напряжённость отца, он переложил Сяо Вонтона в его руки.
Обняв обоих родителей, он чувствовал себя прекрасно.
— Я — сладкая капуста, а Сяо Вонтон — маленькая сладкая капуста. Посмотрите, как он улыбается.
«Капуста в поле, капуста в руке». (п/п: Свободная интерпретация китайской поговорки о том, что всё зависит от восприятия.) Он не хотел, чтобы родители зацикливались на прошлом — сейчас жизнь становилась всё лучше, и нужно радоваться!
Шэнь Дашань неуверенно похлопал сына по плечу: — Наш Ро-гэр повзрослел. Если ты любишь Гу Юна — я, так уж и быть, приму его. Если не хочешь иметь с ним дела — не позволим ему видеться с Сяо Вонтоном!
Ли Шаньтао шлёпнула мужа по руке: — Если он захочет увидеть Сяо Вонтона — мы не можем запретить. Но если его семья попытается забрать малыша — я первая воспротивлюсь! — Это она вынянчила Сяо Вонтона с момента его рождения, когда он был сморщенным, до нынешнего беленького карапуза. Для неё он уже стал вторым внуком.
Шэнь Ро подумал и решил оставить себе пространство для манёвра: — Пока я не уверен. На данный момент Гу Юнь — мой друг.
Кто знает, что принесёт будущее?
Вспомнишь солнце-вот и лучик. Едва Шэнь Ро закончил говорить, как снаружи раздался чистый голос: — Шэнь Ро, тебе лучше?
Голос был не громкий, но достаточно звучный, чтобы его услышали в доме.
Шэнь Ро выглянул и увидел, что Гу Юнь стоит перед дверью его комнаты. Но он-то был не там!
— Я здесь! — крикнул он.
Гу Юнь повернулся и подошёл. Они оказались друг напротив друга — один в доме, другой снаружи.
— Я уже в порядке. А твоё плечо? — спросил Шэнь Ро.
— Всё хорошо, не вывихнул снова.
Полуденное солнце окутало Гу Юна золотистым сиянием. Увидев в доме Шэнь Дашаня и Ли Шаньтао, он вежливо поздоровался.
Шэнь Дашань больше не смотрел на него с недовольством, лишь отвернулся, продолжая укачивать Сяо Вонтона. Ли Шаньтао ответила на приветствие.
Взгляд Гу Юна на мгновение задержался на свёртке в руках Шэнь Дашаня, затем вернулся к Шэнь Ро.
— Ро-гэр, я хочу пригласить тебя на прогулку.
— А? — Шэнь Ро растерялся. Гу Юнь назвал его «Ро-гэр» — так обращались только близкие.
http://bllate.org/book/13807/1218583
