Известие о том, что в деревню приехал городской господин, разлетелось по деревне Шэнь со скоростью птицы. В сочетании с предыдущими слухами о Шэнь Ро, эта новость всколыхнула всю деревню — теперь каждый знал, что богач находится в доме Шэнь Дашаня!
Когда раньше в деревне Шэнь видели городских? Многие впервые в жизни увидели такую карету. Вспомнили, что Шэнь Хун много лет работал управляющим в городской лавке, но ни разу его городские друзья не посещали деревню. Что же произошло с Шэнь Ро? Неужели он и вправду собирается выйти замуж в городе?
Сплетницы, получившие предупреждение, перестали открыто обсуждать эту тему, но за чашкой чая в гостях всё равно шептались об этом.
Среди деревенских были и те, кто завидовал, и те, кто злобствовал, но большинство просто жаждало новых подробностей. Ведь по слухам, Шэнь Ро не только выходил замуж в городе, но и его ребёнок должен был получить городскую прописку!
Как раз наступил период затишья после сельскохозяйственных работ — можно было отдохнуть перед сдачей зернового налога.
Когда у людей появляется свободное время, они начинают судачить по любому поводу. В деревне любая мелочь, хорошая или плохая, моментально становится известна всем. А потом появляется новая тема для обсуждений, и так по кругу.
Шэнь Ро не впервые оказывался в центре внимания. Деревенских девушек и гэров можно было пересчитать по пальцам, а он всегда выделялся своей неординарностью и привлекательной внешностью, поэтому с детства становился объектом сравнений.
Правда, в детстве его чаще хвалили.
Ведь далеко не в каждой семье растили гэра с такой заботой. Шэнь Дашань и Ли Шаньтао не только не выделяли старшего сына, но и баловали младшего — это уже тогда стало известно в деревне.
Все считали их глупцами: гэр ведь всё равно уйдёт в другую семью, к чему так стараться? Кто знает, сможет ли он потом помочь родным?
В те времена семья Шэнь Дашаня была бедной, ещё не разделилась, и весь урожай шёл в общий котёл под контролем Лю Чуньхуа. Но все знали, что эта пара после работы в поле находила время на подработки, чтобы обеспечить своего гэра — каждые пять дней ему доставалось яйцо, а когда подрос, они даже выменивали молоко у соседского скотовода. Благодаря этому его родимое пятно стало ярко-красным, а кожа — белоснежной, и в детстве он был невероятно хорош собой.
Однако немногие знали, что в детстве Шэнь Ро часто болел, поэтому родители уделяли ему больше внимания, лишь бы вырастить.
К тринадцати-четырнадцати годам он превратился в красавца, самого симпатичного гэра в деревне Шэнь. Все ожидали, что свахи забьют порог их дома, но оказалось, что Шэнь Ро совсем не похож на обычного гэра.
Пока другие вышивали, он ловил рыбу в реке или лазил по деревьям за птичьими яйцами. Если бы не яркое родимое пятно, его можно было бы принять за просто красивого мальчишку.
А потом в один прекрасный день он без памяти влюбился в Гу Юня. Другие девушки и гэры скрывали свои чувства, лишь украдкой поглядывая на предмет обожания, а Шэнь Ро бегал за ним по пятам, совсем не стесняясь.
Многие тогда завидовали и боялись, что сюцай Гу поддастся его напору.
В округе более половины девушек и гэров были влюблены в Гу Юня. Уже одно то, что он был самым перспективным юношей в деревне Шэнь, вызывало симпатию.
Сдав экзамены на степень сюцая в семнадцать лет, он мог было стать чиновником — выйти за него означало в будущем стать женой чиновника.
Из-за своего эксцентричного поведения и настойчивых ухаживаний Шэнь Ро стал объектом пересудов. Такой неприличный гэр — если уж сюцай Гу не захочет жениться, то кто ещё осмелится? Никто не желал носить рога, зная, что в сердце жены живёт другой.
Лишь некоторые вдовцы или хромые, привлечённые красотой Шэнь Ро и его яркой отметкой гэра, пытались свататься. (п/п: чем ярче-тем вероятнее всего забеременеет. Как мы с вами знаем, это прям да)). Но Ро-гэр был сокровищем Ли Шаньтао, и Шэнь Дашань никогда бы не согласился!
Так он и оставался незамужним до девятнадцати.
А потом случилась эта история с незапланированной беременностью. Никто, включая самого Шэнь Ро, не знал, кто был отцом ребёнка.
Во время беременности он бродил как неприкаянный, и жители обходили его стороной, боясь заразиться его безумием.
Однако после рождения ребёнка он пришёл в себя, и женщины, обменивавшие ткани на мясо и яйца, не скупились на похвалы.
Появилась возможность для сравнения: Шэнь Хун работал управляющим в городской лавке, но брал деньги даже с односельчан за возможность продавать там свои товары. Вместо того чтобы помочь деревне, он обдирал земляков как липку.
А Шэнь Ро, хоть и бедствовал, только что родил ребёнка, подвергся нападкам Шэнь Цзыин, проклятиям и оскорблениям от Шэнь Фугуя — но вместо того чтобы продать полученных в качестве компенсации кур и уток, обменял их на новые и старые лоскуты.
Ведь в деревне никто не мог позволить себе роскошь есть яйца — их берегли для продажи. А Шэнь Ро, получив ценные продукты, поделился с односельчанами — это действительно достойно уважения.
Те женщины, что подмешали тряпки в обмен, теперь испытывали стыд. Особенно Лю Саньнян — именно она подсунула больше всего ветоши, а теперь горько сожалела, ведь Шэнь Ро в итоге дал её семье дополнительное яйцо.
Те, кто не успел обменяться в тот день, из-за скандала с разрывом родственных связей ушли ни с чем. Видя, как другие уносили кур, уток и яйца, они завидовали, но стеснялись напоминать о себе — не хотели выглядеть попрошайками.
Но сегодня, услышав о городском господине в доме Шэнь Дашаня, они схватили ветки и ткани и поспешили спросить, можно ли теперь обменяться.
Заодно и на городского посмотрят — если он окажется достойным, можно будет ненароком вывести своих дочерей и сыновей!
Семья Шэнь Ро, следуя городской привычке, перешла на трёхразовое питание. Поэтому из кухни уже валил дым, и некоторые женщины, увидев это, решили зайти позже — неудобно беспокоить во время трапезы, когда в доме гости. Лучше прийти после полудня.
Но многие никогда не видели карету так близко. Сначала они разглядывали её издалека, потом подходили ближе, и вскоре собралась целая толпа.
Карета стояла на пустыре перед тремя домами Шэнь Дашаня. Афу чистил лошадь, окружённый детворой, которая засыпала его вопросами.
С этими малышами Афу подружился ещё в ту ночь. Их наивные вопросы часто вызывали у него смех.
На кухне в печи пылал огонь, в котле бурлила вода, а пар поднимался к потолку.
На обед Шэнь Ро решил приготовить лапшу. Шэнь Фэн, как самый сильный, замешивал тесто, Лю Шань нарезала его на полоски, обваливала в муке и передавала Шэнь Ро.
Тот брал полоску за концы, растягивал и встряхивал, пока она не становилась длиной в размах рук, но не рвалась. Затем бросал в котёл.
— Брат Шэнь, что это за лапша? — Лань Фан, стоявший на кухне и обливаясь потом (дома он никогда не заходил на кухню), с интересом наблюдал за действиями Шэнь Ро.
Даже перестал обмахиваться веером.
— Лагман, — ответил Шэнь Ро. Большинство деревенских раскатывали тесто и нарезали его ножом, но ему больше нравилась тянутая лапша — она получалась упругой и тонкой.
В кипящий бульон с предварительно обжаренной свининой и солёными овощами, которые засолила Ли Шаньтао, быстро распространил аромат по всей кухне. Готовую лапшу разложили по мискам, добавили зелени, посыпали зелёным луком и капнули кунжутного масла.
Аромат мгновенно покорил Лань Фаня. Казалось, всё, что готовил Шэнь Ро, было вкуснее, чем у его домашних поваров... Как бы нанять его в повара? Или хотя бы для приготовления батата!
В каждую миску Шэнь Ро положил по яичнице с солью. В сочетании с лапшой это вызывало обильное слюноотделение.
— Брат Лан когда-то принёс банку острого соуса — отлично подойдёт к лапше, — Шэнь Фэн, вымыв руки, достал из шкафа глиняный горшок.
Шэнь Ро вспомнил, как Чжоу Лан принёс соус после того, как угостился их омлетом. Этот человек, однажды спасший прежнего Шэнь Ро, напоминал ему Шэнь Фэна — такой же добрый и честный.
В детстве он даже называл его "старшим братом".
— Ещё осталось немного уксуса. Сделаю кисло-острый соус — добавляйте по вкусу.
Разогрев в котле масло, Шэнь Ро налил в миску уксус, добавил измельчённые чеснок и красный перец, затем вылил сверху горячее масло.
Шшш!
Кисло-острый аромат моментально заполнил кухню, вызывая слюноотделение и аппетит.
— Можно есть. Выбирайте соус по вкусу. — Шэнь Ро выставил на стол соевый соус, острый соус и кисло-острую заправку.
Даже без добавок лапша была вкусной — он уже посолил её в меру.
В доме Шэнь Дашаня не было столовой, поэтому ели в его комнате за большим столом, но места всем не хватало.
Деревенские не церемонились — Шэнь Фэн взял глиняную миску и стал есть прямо на кухне, громко причмокивая.
Лань Фан никогда не ел стоя на кухне, но сейчас, сунув веер за пазуху, последовал его примеру.
Видя, как Шэнь Фэн, с масляными губами, уплетает лапшу, он почувствовал, что его порция стала ещё вкуснее.
Добавив кисло-острой заправки, Лань Фан откусил и засиял: — Восхитительно! Теперь я не завидую Цзыно — куриный суп ничто по сравнению с этой лапшой!
Он был привередлив в еде, но почему-то простые блюда Шэнь Ро казались ему невероятно вкусными. Лапша была упругой, бульон — пикантным, а зелень — хрустящей. И яичница! Его повар готовил пресные яйца, которые он еле ел, а эта исчезла за три укуса.
Шэнь Фэн, как истинный брат-фанатик, считал, что у Шэнь Ро всё получалось идеально: — Конечно! Мой Ро-гэр — первоклассный повар. Разве городские лапшичные могут сравниться?
Лань Фан согласился: — Нет, не могут.
Шэнь Ро обожал похвалу. В прошлой жизни его называли "госпожой-богиней" в интернете, а здесь первым его похвалил Эргоу. (п/п: часто когда фанаты называют художников «жёнами» или «боссом», «богиней». Он не раскрывал своего пола но видимо иллюстрации его были нежными. От того и «богиня/госпожа» сленг)
Похвала вдохновляла его, и, ещё не приступив к еде, он уже планировал ужин.
http://bllate.org/book/13807/1218550
