Чжэн Юйань действительно не часто играл в маджонг. Янь Шуван, по правде говоря, тоже не был его большим поклонником. Любителем был Цзяо Тан. Но у Цинь Ханьгуаня была своя теория: он считал, что многие проблемы легко решаются, стоит только вместе собраться за игрой. Раз пить вредно для здоровья, почему бы не поиграть в маджонг? Все равно в итоге все сводится к деньгам, так что это вполне подходящее занятие.
Помимо Янь Шувана, Цинь Ханьгуань, разумеется, позвал и своего давнего партнера по игре господина Цзяо. Состав компании из четырех человек получился весьма сбалансированным: два гея и два натурала.
В элитных салонах для игры в маджонг в технопарке оплата была почасовой. Цинь Ханьгуань не поскупился и заплатил сразу за шесть часов. Когда приехал Чжэн Юйань, Янь Шуван и Цзяо Тан уже пили чай.
Владелец заведения был человеком утонченным. В центральном зале стояло несколько искусно подстриженных аспарагусов и сосен в виде бонсая, а на стене висела табличка с цитатой из «Оды скромному жилищу» — «Беседы здесь ведут ученые мужи, необразованных сюда не зазывают». Цинь Ханьгуань по этому поводу изрек: «Изумительно!»
Янь Шуван сидел рядом с орхидеей и пил сливовый чай, который отлично утолял жажду и был как нельзя кстати в начале лета. На нем, на удивление, не было делового костюма, но и его повседневная одежда из хлопка и льна выглядела весьма изысканно. Волосы у него были собраны в высокий пучок, и лишь пара прядей выбилась у висков.
Цинь Ханьгуань, видимо, все еще не мог привыкнуть к ослепительной красоте Янь Шувана и бесцеремонно его разглядывал.
— Не пялься на него, — не удержался и предупредил Чжэн Юйань, садясь за стол.
— Посмотрел пару раз, его от этого не убудет, — бесцеремонно ответил Цинь Ханьгуань.
— Это невежливо, — нахмурился Чжэн Юйань.
— Мы же все мужчины, к чему быть джентльменом, — рассмеялся Цинь Ханьгуань.
Чжэн Юйань понимал, что дальше спорить бесполезно. Опасаясь, что Цинь Ханьгуань вытворит что-нибудь еще, он сел напротив него. Янь Шуван на секунду замер. Его взгляд скользнул между ними, и в итоге он выбрал место по правую руку от Чжэн Юйаня.
Цзяо Тан, будучи простодушным, ничего не заметил. Они с Цинь Ханьгуанем были давними партнерами по игре, и их оживленная беседа во время игры напоминала разговор супругов — настолько слаженно они перебрасывались репликами.
В середине игры в дверь постучали, и вошла девушка в ципао, разносящая чай. Она двигалась изящно, и Цинь Ханьгуань, не удержавшись, проводил ее взглядом. Чжэн Юйань незаметно пнул его под столом. Рука Янь Шувана, тянувшаяся за костью, замерла в воздухе, и он взглянул на Чжэн Юйаня.
— Быстрее! — поторопил Цинь Ханьгуань.
Чжэн Юйань с опозданием понял, что пнул не того. Сгорая от неловкости, он вдруг почувствовал, как его колену стало тепло. Янь Шуван прижался к нему ногой, и у него не было никакой возможности отстраниться.
— Юань-Юань! [1] — снова закричал Цинь Ханьгуань. — Твой ход!
[1] Цинь Ханьгуань использует слово 圆 (yuán), что означает «шарик, кругляшок».
— А кто такой Юань-Юань? — словно обнаружив что-то невероятное, рассмеялся Цзяо Тан.
Чжэн Юйань беспомощно вздохнул:
— Это я. Управляющий Цинь, когда торопится, часто оговаривается.
— Какое милое имя, — не переставая смеяться, сказал Цзяо Тан.
Цинь Ханьгуань самодовольно добавил:
— Ты же не знаешь: когда он работал кассиром, все тетушки и девушки из корпоративного отдела звали его Юань-Юань. Только когда он стал руководителем, его перестали так называть.
Чжэн Юйань улыбнулся и промолчал. На этот раз Цинь Ханьгуань не соврал. На самом деле, он не возражал против такого прозвища, просто по мере его продвижения по службе люди начали соблюдать субординацию и, естественно, больше так к нему не обращались.
Последовав примеру Цинь Ханьгуаня, Цзяо Тан тоже стал называть Чжэн Юйаня «Юань-Юань». За игральным столом только и слышалось: «Юань-Юань», из-за чего Чжэн Юйань стал торопиться и несколько раз подкинул выигрышные кости остальным игрокам.
— Похоже, я пришел сюда раздавать деньги, — набирая новые кости, с горькой усмешкой пожаловался Чжэн Юйань.
Цинь Ханьгуань, держа во рту сигарету, равнодушно бросил:
— Ты так редко играешь, что для тебя эта мелочь?
Чжэн Юйань не стал с ним спорить. Ему казалось, что после того, как его стали называть Юань-Юань, от него отвернулась удача.
После пары раундов Чжэн Юйань почти собрал выигрышную комбинацию. Он надеялся вытянуть недостающую кость, как вдруг услышал, что сидевший рядом Янь Шуван сбросил кость:
— Пятерка вань.
— О! — воскликнул Чжэн Юйань.
Цинь Ханьгуань тут же вскочил, чтобы посмотреть.
— Выиграл?
Чжэн Юйань широко улыбнулся, раскрыл кости и радостно сказал:
— И правда выиграл.
Цзяо Тан усмехнулся:
— Ого, это первый раз, когда директор Янь кому-то подкинул выигрыш.
Янь Шуван остался невозмутим. Он открыл ящик, достал деньги и, зажав купюру двумя пальцами, протянул Чжэн Юйаню.
— Юань-Юань. — Янь Шуван произнес это так, будто обращался к ребенку, нежно и ласково. Словно в шутку, он добавил: — Сходи купи себе сладостей.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/13763/1593612
