Хотя они и не выглядели эстетично, Ай Мо понимал, что для омеги, который никогда не занимался физической работой, это было важным шагом. Подумав об этом, он изобразил на губах улыбку, взял фрукт и начал есть.
Увидев, что Ай Мо берет фрукт, красивые глаза Е Сана мгновенно загорелись, засияв ярче, чем Вега*. Этот блеск в глазах заставил Ай Мо покраснеть, и он быстро отвел взгляд.
*Ве́га (α Лиры, α Lyr) — самая яркая звезда в созвездии Лиры, пятая по яркости звезда ночного неба и вторая (после Арктура) — в Северном полушарии.
Е Сан, подражая действиям Ай Мо, растянулся на песке и устремил свой взор к звездному небу. Возможно, не в силах разглядеть что-то конкретное, он тихо щелкнул языком и неожиданно запел.
Низкий, чарующий голос, печальная мелодия... Ай Мо был ошеломлен — это было «Мрачное воскресенье».
Спал,
Я просто спал.
Я просыпаюсь и нахожу тебя
Спящим в глубине
Моего сердца,
Дорогой.
Дорогой, я надеюсь, что мой сон
Никогда не преследовал тебя.
Мое сердце говорит тебе,
Как сильно я хотел тебя
В это мрачное воскресенье...*
*перевод песни взят с сайта https://www.amalgama-lab.com/songs/b/billie_holiday/gloomy_sunday.html и немного изменён в связи с тем, что поёт её Е Сан.
У Е Сана были тонкие черты лица, но его голос завораживал, будучи сексуальным баритоном. Его намеренно пониженный тембр, в сочетании с нежным вечерним ветерком и мягкими волнами, создавали волшебную мелодию. В этой мелодии не было печали, присущей оригинальной песне, но были добавлены нежные протяжные нотки, которые могли разбить сердце.
Когда прозвучала последняя нота, Ай Мо долго не мог прийти в себя. Он словно все еще был погружен в атмосферу, не в силах покинуть это состояние.
В этот момент Е Сан внезапно сел и подпёр голову рукой, уверенно улыбаясь.
“Как тебе? Я неплохо спел, правда?”
Исполнение Е Сана передавало беспомощность последнего прощания и глубокую привязанность, оставив Ай Мо глубоко тронутым. Однако, не желая тешить и без того раздутое самолюбие Е Сана, Ай Мо, сохраняя невозмутимое выражение лица, холодно ответил: “Если не считать того, что подача была немного неточной, в целом было неплохо”.
Видя упрямство Ай Мо, Е Сан лишь улыбнулся и перевёл взгляд на тёмное море. “Эй, ты действительно странный. Зачем кому-то играть «Мрачное воскресенье» в такой обстановке?”
Ай Мо замолчал, понимая, что Е Сан говорит об их встрече в ресторане, но он не хотел отвечать.
── Он провёл две недели в стране Т, наблюдая за тем, как многие люди живут за чертой бедности, просто пытаясь выжить, но не имея возможности это сделать. Тем не менее, иностранная богатая элита, останавливавшаяся в роскошных отелях, предавалась ночным развлечениям. Бронированное стекло отеля казалось потолком класса, отделявшим их от грязной вони и жестокой реальности внешнего мира.
Глядя на лицо Е Сана, которое знало только жизнь, полную песен и танцев, Ай Мо лишь слегка улыбнулся и ничего не ответил.
── Как говорится, «летнее насекомое не может рассуждать о льде». Для избалованного Е Сана отсутствие базовых потребностей было абстрактным понятием, которое лучше оставить без объяснений.
Видя молчание Ай Мо, Е Сан, не подозревая о его мыслях, продолжил говорить сам с собой: “На самом деле, я тоже не люблю воскресенья. Не потому, что в понедельник нужно возвращаться к работе, а потому, что по воскресеньям у меня так много социальных обязательств — бесконечные посиделки, бесчисленные встречи и слежка за газетами и СМИ… О, это потому, что СМИ любят публиковать новости по выходным, чтобы повысить количество кликов”.
Е Сан продолжал болтать, и, слушая его простые слова, Ай Мо почти мог представить его в изысканном костюме, сшитом на заказ, рука об руку с красивыми парнями и девушками, в центре внимания, с этой уверенной, почти самодовольной улыбкой. Эта улыбка приводила людей в ярость, но они не могли не поддаться его возмутительной красоте.
“Я уже достаточно сказал, теперь твоя очередь.”, — внезапно сказал Е Сан с улыбкой, повернув к нему голову.
Глядя в эти прекрасные глаза, которые сверкали даже в темноте, Ай Мо несколько раз колебался, прежде чем наконец выдавить из себя горькую улыбку. “О моей жизни особо нечего рассказывать. Она довольно скучная — нелюбящие родители, ограниченное детство. Поэтому после смерти папы я ушёл из дома. Вот и всё.”
Е Сан почувствовал, что альфа намеренно пытается закончить разговор. Обычно он бы не потерпел такой грубости, но в холодных глазах Ай Мо он увидел глубокую печаль, поэтому Е Сан не счел нужным сердиться.
...Либо этот парень притворяется равнодушным, либо он слишком сильно переживает... Поняв это, Е Сан благоразумно решил не настаивать, понимая, что Ай Мо не хочет продолжать разговор.
Е Сан устремил свой взгляд на звездное небо, но, несмотря на его красоту, он не смог различить ни одного созвездия.
“Эй, а что вообще такого интересного в звёздах? Стрелец, Большая Медведица — я не вижу никаких закономерностей, — проворчал он, наугад указывая на особенно яркую звезду. — А что насчёт этой?
“Это Лира.”, — тихо ответила Ай Мо, указывая на несколько ближайших звёзд и рисуя узор. “Разве они не похожи на лиру?”
“...Каким местом оно похоже на лиру...” — Е Сан закатил глаза.
В этот момент выражение лица Ай Мо смягчилось, он отбросил свою обычную настороженность и проявил редкую теплоту. Е Сан посмотрел на красивое лицо рядом с собой, оценив его на твёрдые 95 баллов из 100, и внезапно почувствовал странный порыв — его любопытство к этому мужчине усилилось. Он понял, что Ай Мо не был эмоционально отстранённым, а намеренно подавлял свои альфа-инстинкты. Этот мужчина, готовый рисковать своей жизнью ради незнакомца, был таким мягким, но, казалось, не любил себя. Почему?
Е Сан не интересовался созвездиями, но отчаянно хотел понять этого человека, узнать, что видят эти глубокие карие глаза, какие мысли волнуют его сильно бьющееся сердце. Глядя на смягчившееся лицо Ай Мо, он не смог удержаться и мягко спросил: «Почему оно называется Лирой?»
Произнося эти слова, он прижался щекой к плечу Ай Мо и взглянул на его плотно сжатые губы.
Хотя он был совсем рядом, Ай Мо, казалось, погрузился в свои воспоминания и не отталкивал его. Тихим голосом он сказал: “Это из древнегреческого мифа. Жил-был мастер игры на лире по имени Орфей. Его жена умерла, и он был безутешен. Он решил отправиться в подземный мир, чтобы договориться с Аидом и вернуть свою любимую. Он так прекрасно играл на лире, что Аид растрогался и согласился позволить его жене вернуться в мир живых. Но он предупредил Орфея, что тот не должен оглядываться, пока они оба не покинут подземный мир, иначе он пожалеет об этом”.
Что? Что это, история о привидениях?
http://bllate.org/book/13582/1204938
