Глава 9. Дух-сорока
Бай Тан проснулся, когда небо едва начало сереть. Последние дни он спал неспокойно — непривычные тревожные мысли лишили его обычной беззаботности.
Думая, что встал достаточно рано, Бай Тан отдёрнул занавеску и замер: в саду уже находился Су Сыюань. Тот лениво поливал цветы, прикрыв усталые глаза и явно погрузившись в свои мысли. Вода из лейки стекала тонкими струйками, образуя на земле небольшие лужицы.
Должно быть, почувствовав на себе взгляд, Су Сыюань поднял голову. На его красивом лице расцвела мягкая улыбка.
Бай Тан попытался сохранить невозмутимость и сдержанно кивнул, но маленький зелёный росток на его макушке выдал истинные чувства — мгновенно воспрянув, он затрепетал в лучах восходящего солнца.
Улыбка Су Сыюаня стала ещё теплее. Его светлые глаза искрились в утреннем свете, словно вобрав в себя солнечные блики. От этого сияющего взгляда сердце Бай Тана затрепетало.
Резко задёрнув штору, Бай Тан отправился умываться. Выйдя из комнаты, он обнаружил у порога белые домашние туфли.
Они идеально подошли по размеру, а ступать в них оказалось подобно хождению по облакам. И это сравнение Бай Тан мог сделать со знанием дела — он действительно когда-то ходил по облакам. В его разрозненных воспоминаниях сохранились обрывки прошлого: мягкие облака под босыми ногами. Именно поэтому, впервые приняв человеческий облик, он забыл создать себе обувь.
Одежда и обувь требовали особого внимания при первом превращении — тщательно продуманные, они становились неизменной частью облика.
Непривычный к обуви, Бай Тан медленно спустился по лестнице. В гостиной его ждал Су Сыюань с фарфоровой чашей в руках.
— Я не знал, что ты предпочитаешь есть, — произнёс он, ставя чашу на стол. Прозрачная жидкость внутри слегка всколыхнулась. — Поэтому собрал для тебя цветочную росу.
Осознание накрыло Бай Тана волной — вот почему Су Сыюань встал так рано. Чтобы собрать эту небольшую чашу росы, ему пришлось, должно быть, провести в саду несколько часов.
Бай Тан молча принял чашу, боковым зрением замечая, как Су Сыюань борется с дремотой. От этого зрелища слова благодарности застряли в горле.
— Милый, не позволяй себя так легко очаровать! — в панике воскликнула Система. — Глубокий вдох! Вот так, сделай глоток и успокойся.
Су Сыюань наблюдал, как Бай Тан маленькими глотками пьёт росу. Тонкие пальцы изящно обхватывали фарфор, длинные ресницы отбрасывали тень на глаза, в которых отражалась переливающаяся вода. От этого зрелища невозможно было отвести взгляд.
Су Сыюань чувствовал себя немного подлым — так откровенно добиваться расположения наивного духа. Такому чистому созданию достаточно проявить немного доброты, и оно уже готово следовать за тобой.
Он мог бы притвориться бодрым и просто подать завтрак, не говоря ни слова. Тогда бы дух беззаботно принял угощение. Но нет — он намеренно демонстрировал усталость, давая понять, сколько усилий вложил. Заставляя Бай Тана пить росу с чувством смутной вины.
Ленивцы обычно предпочитают не тратить силы понапрасну, но в поисках пары проявляют удивительное упорство.
С самого начала у него была тайная цель — найти способ обнять Бай Тана, заявить на него права перед всеми. Он двигался к этой цели неспешно, лениво, с такой обезоруживающей мягкостью, что жертва даже не чувствовала подвоха.
Всё шло по плану — он собирался терпеливо, как при варке лягушки, медленно повышать температуру. Но когда травинка на макушке Бай Тана поникла, что-то кольнуло в сердце Су Сыюаня.
Он заёрзал на месте, сложив руки на коленях. Хотел что-то сказать, но в этот момент юноша поднял голову.
Растрёпанные волосы мягко обрамляли лицо Бай Тана. Сделав глоток, он сглотнул — изящный кадык дрогнул, а розовые губы прошептали:
— Очень вкусно... спасибо.
Глаза юноши всё ещё блестели от росы — чистые, доверчивые, беззащитные.
Сердце Су Сыюаня затопило нежностью, заполняя до краёв.
"Я пропал", — подумал он.
— Не за что, — тихо ответил Су Сыюань. Несмотря на запас красивых фраз, он не хотел сейчас очаровывать Бай Тана пустыми словами. Терзаемый чувством вины, он ковырялся в своём фруктовом салате, который казался абсолютно безвкусным.
Бай Тан не подозревал о терзаниях Су Сыюаня — он как раз обсуждал с Системой, чем отблагодарить за заботу.
— Он дал тебе чашу росы — подари ему тарелку листьев, — рассуждала Система. — Цветочную росу можно собрать, наняв человека или духа. Сколько угодно.
— Будь сдержанным, хладнокровным, — наставляла Система тоном знатока. — Не позволяй минутному порыву затуманить разум.
— Свобода, равенство, братство и гармония! — бодро продолжила она. — Понравилась роса? Тогда просто поблагодари.
— Помни о достоинстве и благородстве. Мы, небожители, не заводим романов со смертными, — наставительно вещала Система, явно выдумывая на ходу. — Всё ещё чувствуешь трепет сердца?
Бай Тан промолчал, спасённый от ответа появлением дедушки Су, который спускался по лестнице в сопровождении семерых улиточек.
В этот момент Бай Тан как раз склонился над чашей, делая маленькие глотки. Спинка стула скрывала большую часть его фигуры — малышам-улиткам был виден лишь покачивающийся зелёный росток на макушке.
Ци Первый шёл впереди, остальные чинно следовали за ним по ступенькам. Вдруг они дружно вскинули крошечные ручки:
— Доброе утро, Тан-Тан!
Бай Тан обернулся, озаряя их лучистой улыбкой:
— Доброе утро, малыши!
Некоторые люди прекрасны, даже не улыбаясь. А когда улыбаются — становятся ослепительными.
Усики всех семерых улиточек синхронно повернулись к Бай Тану, выстроившись, словно игрушечные антенны. Всем известно, что усики заменяют улиткам глаза, и сейчас малыши буквально застыли, не в силах отвести взгляд.
Ци Седьмой запутался в собственных ножках и, пискнув, оступился, с размаху врезавшись в Ци Шестого, который, погружённый в созерцание, совершенно не ожидал толчка и по инерции налетел на Ци Пятого...
На лестнице развернулась настоящая цепная авария. К счастью, улитки при опасности могут мгновенно втянуться в раковину — и вот уже разноцветные шарики с грохотом покатились вниз.
Алая раковина, описав несколько кругов, замерла у ног Бай Тана. Маленькая пухлая ручка показалась из-под края панциря, и ошеломлённый Ци Первый, у которого всё ещё кружилась голова, выбрался наружу. Подняв взгляд, он увидел склонившееся над ним лицо Бай Тана.
Очень близкое лицо Бай Тана.
Ци Первый приоткрыл крошечный рот, сохраняя изумлённое выражение ровно три секунды. Затем молниеносно втянулся обратно в раковину, оставив снаружи только пару коротеньких ножек, которыми отчаянно заработал, пытаясь сбежать.
Со стороны это выглядело уморительно: круглая улиточья раковина, из которой торчали две пухленькие, как корешки лотоса, ножки.
Коротышки усердно перебирали с невероятной скоростью, но радость длилась недолго — снова запутавшись, Ци Первый растянулся на полу. Испуганные ножки втянулись внутрь, и раковина вновь покатилась.
Кувырк-кувырк.
И снова остановилась у ног Бай Тана.
С глазами-спиральками от головокружения, Ци Первый выполз наружу и встретился взглядом с Бай Таном.
Повисла неловкая пауза. Бай Тан неуверенно помахал рукой:
— Привет?..
Если описать чувства Ци Первого одной фразой — он готов был провалиться сквозь землю от стыда. Буквально мечтал, чтобы в полу разверзлась трещина и поглотила его.
Но маленький Ци Первый ещё не ходил в детский сад и не знал таких сложных выражений. Он просто захлюпал носом:
— У-у-у, Тан-Тан... — Переступая короткими ножками и пряча алую раковину за спиной, он сделал два шага и отчаянно обнял ногу Бай Тана. — У-у-у, ты та-акой красивый!
Бай Тан смущённо погладил малыша по головке. Увидев это, остальные улиточки наперегонки бросились к нему — каждому хотелось получить свою порцию ласки.
И вот уже Бай Тан гладил то одного, то другого, не зная отдыха. Только когда все макушки были обласканы, малыши неохотно отправились завтракать.
Места за обеденным столом распределялись по строгой иерархии. Позиции по обе стороны от Бай Тана считались VIP-местами высшей категории, напротив — премиум-класса. За эти три заветных места разворачивались нешуточные баталии. Но дедушка Су проявил мудрость: он просто увёл Бай Тана в гостиную и усадил на диван, мгновенно обнулив все VIP-привилегии.
Улиточки застыли в немом возмущении.
"Мы не плачем... совсем не плачем..."
Впрочем, этому дню суждено было стать для малышей особенно горьким — настал их первый день в детском саду. Дедушка Су готовился отвести семерых обладателей роскошных ранцев на занятия, а Су Сыюань должен был проводить Бай Тана в учебный центр по соседству.
Детский сад и учебный центр для сверхъестественных существ оставались невидимыми для людских глаз, располагаясь в параллельном измерении, доступном лишь духам и оборотням.
Чтобы попасть из мира людей в мир духов, проще всего было воспользоваться специальным транспортом. Прямо перед ними как раз собралась стайка очаровательных духов-сорок.
Эти транспортные духи — настоящее спасение для тех, кто от рождения не умеет летать или передвигается слишком медленно. Воздушные экипажи духов-сорок доставят вас в любую точку назначения!
Будь то ледяная Антарктида или знойная Африка, с ними путешествие станет лёгким и комфортным.
http://bllate.org/book/13499/1199705
