_______
Да не собирался я тебя оставлять
_______
В столовой мгновенно поднялся переполох. Все вытягивали шеи, пытаясь разглядеть происходящее в окна. Несколько солдат Западного Союза извлекли оружие и выбежали в коридор.
Мужчина, увидев направленные на него стволы, перестал звать на помощь и замахал руками:
— Не стреляйте, офицеры! Это моя жена… кажется, она не в себе из-за лихорадки. Только взвалил её на спину, как она вдруг укусила меня!
Он стоял на пороге, с окровавленной шеей. Часть плоти будто вырвали. У столпившихся в столовой людей от этого зрелища по телу пробежал холод. Послышался шёпот.
Янь Бубу тоже не отводил глаз от пострадавшего, крепко держась за рукав Фэн Чэня.
— Должно быть, от жара помутился рассудок. Не стреляйте… — бормотал мужчина, но вдруг за окном промелькнул женский силуэт.
Женщина издавала пронзительные звуки. И хотя она пронеслась мимо окна за считанные мгновения, люди в столовой успели разглядеть её искажённое лицо, покрытое багрово-синими венами, выпученные глаза и широко раскрытый в крике рот.
Солдаты убрали оружие и бросились за ней. За стеной послышалась возня и непрерывные крики вперемешку с резкими возгласами военных:
— Какая невероятная сила! Несите верёвку, нужно её связать… И заткнуть рот, иначе может укусить…
Те, кто стоял ближе к выходу, выскочили посмотреть, но тут же в панике вернулись:
— Боже, она совершенно обезумела! Словно бешеная!
В столовой стоял шум. Задние напирали на передних, передние стремились к дверям. Жильцы этажа тоже вышли из комнат и столпились в коридоре.
Янь Бубу пошатнулся от толчка. Фэн Чэнь притянул его к себе и незаметно оттолкнул локтем особо настойчивого.
— Ох, кто это так сильно ударил меня? Прекратите давить! — раздался возглас сзади, и давка немного уменьшилась.
Женщина продолжала кричать. Её вопли уже мало напоминали человеческий голос — дикие, пронзительные, словно у разъярённого зверя. Солдаты тоже громко кричали:
— Не удержим, сила нечеловеческая! Нужно её оглушить, дайте что-нибудь тяжёлое!
— Откуда здесь такие предметы?
— В столовой поищи, там должны быть… Осторожно, чуть не укусила! Быстрее неси!
В разгар суматохи раздался глухой удар. Крики женщины резко прекратились, как и возгласы солдат. В коридоре мгновенно стало пугающе тихо.
В дверях появился подтянутый высокий офицер. Протянув пистолет стоявшему за спиной солдату, он приказал:
— Унесите. Продезинфицируйте рукоять. Отправьте её в медицинский блок на полное обследование.
— Так точно, генерал Линь.
Генерал перевёл взгляд на мужа пострадавшей:
— Вы тоже идите, перевяжите рану.
— Да-да, конечно! — тот поспешно закивал, зажимая шею.
Несколько солдат подняли оглушённую женщину и понесли по коридору. Муж семенил рядом. Когда процессия поравнялась с входом в столовую, Янь Бубу вздрогнул, разглядев волочащиеся по полу волосы и бледно-синее лицо. Ему вдруг вспомнилось то жуткое тело подвешенной женщины, которое он видел на улице сразу после землетрясения.
В зале тоже все хорошо рассмотрели и начали обсуждать.
— Видели её глаза? Чёрные, жуткие. Явно ненормальные.
— У психически нездоровых всегда такой взгляд – пристальный, в упор. И зрачки больше, чем у обычных людей.
— По-моему, это вообще не психическое расстройство. Скорее нечто иное.
— Ты фильмов насмотрелся? Какие ещё фантазии… Ты бы при её родственниках такое сказал.
— Так её родственникам сейчас не до того, она только что мужа чуть не загрызла.
Генерал Линь повернулся к столовой. Его мрачный взгляд скользнул по толпе. Все мгновенно смолкли, даже воздух будто сгустился и похолодел на несколько градусов.
Задержавшись на миг на Фэн Чэне, генерал встретился с ним глазами. Фэн Чэнь спокойно выдержал его взгляд.
Затем генерал опустил глаза на стоящего перед Фэн Чэнем Янь Бубу.
Под этим взглядом Янь Бубу невольно затаил дыхание. Глаза его округлились, на лице отразилось явное напряжение.
Многозначительно усмехнувшись, генерал Линь медленно потянулся правой рукой к кобуре.
В этот момент зрачки Янь Бубу расширились. Он судорожно задышал, едва удержавшись, чтобы не броситься Фэн Чэню на грудь.
Рука генерала Линя легла на кобуру, но лишь стряхнула несуществующую пылинку. Одёрнув мундир, он развернулся на каблуках и зашагал прочь.
В момент разворота Фэн Чэнь заметил, как уголки его губ дрогнули в едва заметной усмешке.
…Пугать ребёнка, какое низменное удовольствие.
Фэн Чэнь уже отводил глаза, когда вдруг увидел, как на плече генерала Линя словно из ниоткуда возникла птица.
Она просто материализовалась там — тонкие когтистые лапы вцепились в погон, чёрное тело развёрнуто к залу. Острый клюв, холодный пронзительный взгляд, излучающий неосязаемую угрозу.
Тот самый гриф, которого Фэн Чэнь видел вчера возле душевых.
Казалось, гриф осматривает столовую. Встретившись с ним глазами, Фэн Чэнь тут же сфокусировал взгляд на дальней стене, будто вовсе не замечает птицу.
Не обнаружив ничего подозрительного, гриф повернул голову и исчез за дверью вместе с генералом Линем.
Едва солдаты удалились, столовая загудела, обсуждая — сошла ли женщина с ума или это какая-то болезнь. Фэн Чэнь же стоял поражённый, осмысливая увиденное.
Вчера в полумраке он не разглядел птицу как следует. Но сейчас его вдруг поразило сходство взглядов грифа и генерала Линя. Такие же ледяные, пронизывающие насквозь, словно видящие человека изнутри.
Должно быть, этот гриф и генерал Линь связаны так же тесно, как А Дай и ее змея. Или он сам и чёрный лев.
Пока Фэн Чэнь предавался размышлениям, Янь Бубу уже оправился от потрясения и с любопытством осматривался, изучая окружающих людей.
В соседней очереди он заметил того самого полного мальчика, отобравшего у него хлеб. Увидев устремлённый на него взгляд, пухлый мальчишка скорчил недовольную гримасу.
Янь Бубу тут же не остался в долгу. Он принялся корчиться и строить рожицы, высовывая язык.
Мальчишки продолжали беззвучную перепалку, пока полный мальчик не переключился на насмешки по поводу щербинки между зубами Янь Бубу. Он ухмыльнулся, демонстрируя свои целые зубы и одними губами произнёс «щербатый».
Янь Бубу словно громом поразило. Он мгновенно сник, съёжился и, понурившись, отвернулся. Как уязвлённая змейка, спрятавшая жало.
Фэн Чэнь, уже дошедший до раздачи, не заметил этой молниеносной немой схватки, закончившейся сокрушительным поражением Янь Бубу.
Они приложили карточки к считывателю, просканировали чипы и получили от поваров по две булочки и коробочке рисовой каши.
Позавтракав, Фэн Чэнь собрался осмотреться. Янь Бубу быстро доел остатки и последовал за ним.
Улей действительно был огромен. На каждом этаже обитали сотни людей. По оценкам Фэн Чэня, три башни вмещали несколько десятков тысяч.
Звучит внушительно, однако за этой цифрой кроется печальный факт: население Хайюня до землетрясения исчислялось миллионами. И выжило совсем немного.
Сверившись со схемой возле лифта, они поднялись на пятидесятый — центр свободной торговли улья.
На этом уровне не было отдельных комнат. Целый этаж занимал гигантский зал, заполненный всевозможными лотками и лавками. Настоящий восточный базар — пёстрый, шумный, с самым разнообразным ассортиментом.
Большинство лотков представляли собой хаотичное нагромождение разнообразных товаров. Печенье соседствовало с зубной пастой, небольшое количество карандашей — с грудой картофеля. Но встречались и специализированные торговые точки. Например, один прилавок целиком занимала гора лапши быстрого приготовления.
Когда Фэн Чэнь и Янь Бубу проходили мимо, кто-то как раз расспрашивал продавца о происхождении этой партии.
Торговец, мужчина лет тридцати, откровенно поведал историю. Он владел супермаркетом. После землетрясения от магазина ничего не осталось, но этот завоз лапши ещё не успели разгрузить, и коробки чудом уцелели.
Сейчас обитатели улья в еде не нуждались, Западный Союз ежедневно раздавал пайки. Поэтому лапша продавалась не очень активно. Гораздо лучше расходились различные снэки: солёные закуски, сосиски, маринованные овощи.
Янь Бубу хотел неспешно пройтись вдоль рядов. Особенно его привлек прилавок с игрушечными Бинуну. Но Фэн Чэнь явно не интересовался подобными вещами. Окинув витрины беглым взглядом, он шёл дальше. Янь Бубу только и успевал, что обменяться парой слов с продавцами. Затем он со вздохом нагонял Фэн Чэня, то и дело оглядываясь.
Фэн Чэнь приобрёл туалетную бумагу и прочие необходимые мелочи. Выбирая покупки, он невольно улавливал обрывки разговоров между торговцами.
— Да уж, эта женщина который день с повышенной температурой. Я её встретил в прачечной на днях, она как раз жаловалась на затяжной жар.
— Вы ещё не слышали? В ульях B и C уже было несколько похожих случаев. Люди так же страдали от жара, а потом резко теряли рассудок и пытались кусаться.
— Не знал. И что с ними стало?
— Понятия не имею. Их вместе с укушенными отправили в медицинский блок. До сих пор не вернулись.
— Ох, и что же это за болезнь такая?
— Кто ж его знает… Нападают на всех, кусаются, слюной брызжут. Мой сын говорит – словно зомби.
— Тьфу ты! Насмотрелись этой ерунды, сами себя пугаете.
…
Янь Бубу не прислушивался к разговорам взрослых. Он не отрывал взгляда от пачки чипсов на прилавке, незаметно сглатывая слюну. Но понимая нынешние обстоятельства, не решался даже заикнуться.
Его желание было столь очевидно, что продавец взял пакет и обратился к нему:
— Эй, мальчик, хочешь чипсов? Срок годности в порядке, со вкусом томата. Известный бренд. Всего пять кредитов за пачку.
— Спасибо, не нужно, — тихо ответил Янь Бубу. С трудом отведя взгляд от лакомства, он повернулся к прилавку спиной.
Фэн Чэнь, уловив их диалог, посмотрел на чипсы.
— Хочешь? — спросил он у Янь Бубу.
Тот покачал головой:
— Я не люблю чипсы.
Выражение его лица, впрочем, отнюдь не выражало неприязни к данному продукту. Заметив это, Фэн Чэнь сказал:
— Если хочешь – покупай. На твоей карточке 400 кредитов. За вычетом 350, которые уйдут на питание в этом месяце, останется 50 на личные расходы.
Фэн Чэнь ожидал, что после этих слов Янь Бубу тут же воспользуется возможностью. Однако тот лишь нерешительно переминался с ноги на ногу.
Торговец, уловив суть разговора, призывно потряс пачкой:
— Слушай, мальчик, чипсов в лагере с каждым днём всё меньше. Одной пачкой больше, одной меньше. Скоро и захочешь купить – не сможешь.
Янь Бубу застыл на месте. На его лице отражалась мучительная внутренняя борьба. Фэн Чэнь не торопил, терпеливо ожидая его решения.
Наконец, Янь Бубу что-то для себя определил. Он решительно поднял голову и твёрдо произнёс:
— Не буду я покупать чипсы. Целых пять кредитов за пачку! Ни за что не стану тратить наши деньги понапрасну.
Фэн Чэнь не стал настаивать.
— Что ж, раз не хочешь – идём дальше.
— Угу.
Едва они прошли несколько шагов, как Янь Бубу подскочил к Фэн Чэню, схватил за руку и заискивающим тоном спросил:
— Братик, я ведь только что не стал просить и устраивать сцену из-за снэков. Я хорошо себя вёл?
Фэн Чэнь бросил на него взгляд:
— Допустим.
Голос Янь Бубу стал ещё слаще:
— А раз я такой молодец, разве не заслужил награду?
Фэн Чэнь бесстрастно осведомился:
— И что же ты хочешь в награду?
Янь Бубу хихикнул:
— Да так, сущий пустяк. Одну игрушку Бинуну, и всё.
— Вот как… — Фэн Чэнь сохранял невозмутимое выражение, но в голосе мелькнула ирония. — И сколько же стоит эта игрушка?
Почувствовав слабину, Янь Бубу оживился:
— Всего сорок кредитов! Подумаешь!
— «Целых пять кредитов за пачку чипсов!» — процитировал Фэн Чэнь его недавние слова. — А игрушка, «всего сорок».
— Ну так что, братик, можно мне такую награду? — взгляд Янь Бубу лучился надеждой.
Фэн Чэнь остановился и с усмешкой посмотрел на него.
— Ха.
Несколько секунд спустя в торговом зале А разразился переполох. У всех на глазах юноша лет пятнадцати, мрачный и красивый, как принц, стремительно шагал к выходу. В одной руке у него был пакет с туалетной бумагой, другой он тянул за собой симпатичного мальчика лет семи-восьми.
Ребёнок упирался, пытаясь сесть прямо на пол, но был безжалостно поднят обратно на ноги. Он семенил вслед за юношей, его кудряшки отчаянно метались из стороны в сторону. Зажмурившись, мальчик громко плакал:
— Ну купи-и-и… Я хочу Бинуну-у-у… Лучше пусть я буду голодать…
Фэн Чэнь дотащил кричащего Янь Бубу до самого выхода. Видя, что тот продолжает вопить, волоча ноги и обвисая всем телом, он окончательно рассердился. Выпустив руку мальчика, юноша позволил ему упасть на пол.
Сунув Янь Бубу в руки его кредитную карту, Фэн Чэнь произнёс:
— Вот, сам распоряжайся своими деньгами. Хочешь что-то купить – иди и покупай. Меня это не касается.
С этими словами он, не оглядываясь, направился к лифтам.
Янь Бубу мгновенно замолчал и открыл глаза, провожая взглядом его удаляющуюся спину.
Несмотря на продолжительный плач, на его лице не было и следа слёз. Убедившись, что Фэн Чэнь и не думает возвращаться, он быстро вскочил и побежал следом.
— Брат, братик, я был неправ! — Янь Бубу бежал рядом, то и дело заглядывая Фэн Чэню в лицо. — Не нужен мне никакой Бинуну. Только не сердись.
Фэн Чэнь, не удостаивая его взглядом, шёл вперёд, засунув руку в карман и сжав губы в тонкую линию. Янь Бубу попытался вложить уголок карточки ему в ладонь между пальцами и тканью.
— Братик, ну не игнорируй меня. Я больше так не буду, — говорил Янь Бубу, едва поспевая за ним. В голосе зазвучали тревожные нотки.
Карта, естественно, не удержалась и, стоило Фэн Чэню сделать ещё пару шагов, упала на пол.
Янь Бубу бросился подбирать её. Выпрямившись, он с ужасом обнаружил, что Фэн Чэнь уже в лифте и тянется к кнопке.
При виде сурового выражения лица старшего брата мальчик ощутил сильный страх. Тот и впрямь собирается его оставить! Янь Бубу разразился громким плачем.
Это были уже не притворные крики, а самый настоящий плач — громкий, с надрывом и слезами. Застыв на месте с кредиткой в руке, Янь Бубу сквозь пелену слёз смотрел на Фэн Чэня. По щекам его катились крупные капли.
Фэн Чэнь молча стоял в лифте, занеся палец над кнопкой, и бесстрастно глядя на Янь Бубу.
— Братик, ты же не оставишь меня… — Янь Бубу судорожно втянул воздух и заплакал с новой силой.
Мимо проходили люди. С любопытством поглядывая то на плачущего мальчика, то на хмурого юношу, они говорили:
— Что случилось? Брата разозлил? Ничего-ничего, не плачь, помиритесь ещё.
Фэн Чэнь молча смотрел на его рыдания. Дождавшись, пока любопытные прохожие удалятся, он вдруг произнёс:
— Ну? Идёшь или как?
Янь Бубу застыл, приоткрыв рот. Он не был уверен, что правильно понял. Плач его, однако, притих.
— Я пока придерживаю дверь, — пояснил Фэн Чэнь. — Ещё немного – и всё, поедешь один.
На этот раз до Янь Бубу дошло. Он стремительно бросился в лифт и встал рядом с Фэн Чэнем.
Тот отпустил кнопку, и решётчатые двери сомкнулись. Кабина плавно поползла вверх. Янь Бубу больше не плакал, лишь изредка судорожно всхлипывал.
Вскоре они оказались на 65-м этаже. Выйдя из лифта, Фэн Чэнь распечатал свежекупленную упаковку бумажных салфеток. Оторвав кусок, наклонился и приложил его к носу Янь Бубу.
— Высморкайся.
Пффт!
— Как следует.
Пфффт!
Фэн Чэнь выбросил использованную салфетку и достал ещё одну. Опустившись перед Янь Бубу на корточки, он принялся вытирать пот и слёзы с его лица.
С такого ракурса Янь Бубу отлично видел прямой нос Фэн Чэня и глубокую черноту его глаз. Не отрываясь глядя на брата, он вдруг хрипло проговорил:
— Я теперь буду послушным. Только не оставляй меня.
Фэн Чэнь промолчал, лишь сосредоточенно промакивал салфеткой влажные от пота кудряшки на лбу мальчика.
Закончив, Янь Бубу тут же прильнул к нему, уткнувшись щекой в плечо.
Фэн Чэнь метко забросил скомканную салфетку в урну и, подхватив Янь Бубу одной рукой, зашагал в направлении С-68.
— Да не собирался я тебя оставлять… — пробормотал он едва слышно, почти шёпотом.
Янь Бубу не разобрал слов. Он повернул голову, прислушиваясь, но больше ничего не уловил. Переспрашивать он не стал, лишь удобнее устроился на плече Фэн Чэня. Затем он медленно опустил руку и поднёс кредитную карточку прямо к лицу брата.
Через миг карточка исчезла с его ладони.
Янь Бубу скосил глаза в сторону коридора, на ослепительно-белые лучи прожекторов под потолком. Уголки его губ приподнялись в улыбке.
http://bllate.org/book/13400/1192826
