— Ты действительно готовишься выйти замуж за этого старого Цяня в наложницы? — спросил Линь Сяохань.
— Родительское слово и сватовство решают всё, — безжизненно ответил Линь Цзяи. — Это их решение, что я могу поделать?
Тут он горько усмехнулся и добавил: — Вообще-то, я уже слышал кое-что об этом старике. Ещё тогда мне стало страшно. В конце концов, мы с тобой оба гэры. Пусть мы и не ладим, но всё же… сочувствие к себе подобным неизбежно. Потом, когда отец выдал тебя за бедного сюцая, я даже вздохнул с облегчением. Думал, хоть и тяжело жить в бедности, но всё же лучше, чем быть женой этого господина Цяня. И вот теперь на его месте оказался я.
Линь Сяохань видел, что его слова — не притворство, и вздохнул.
— На самом деле, тебе не обязательно выходить за этого старика, — наконец сказал он. — Я могу тебе помочь.
Линь Цзяи поднял голову и уставился на него: — Как? Уговорить Лу Цючэна взять меня в наложницы? Не верю, что ты настолько добр.
— Конечно, нет, — фыркнул Линь Сяохань. — Но эти слухи связаны и со мной. Если я поговорю со вторым дядей и попрошу расторгнуть помолвку, а потом публично помирюсь с тобой, это поможет очистить твою репутацию. И Линь Шиюэ тоже выиграет. Ты же знаешь второго дядю: если ты станешь «ценнее», он не будет так жесток. Тогда у тебя ещё будет шанс выйти замуж за нормального человека.
Линь Цзяи замер, затем неожиданно спросил: — Мы всегда враждовали. Я думал, ты меня ненавидишь. Почему помогаешь?
— Ты прав, ты мне не нравишься, — равнодушно ответил Линь Сяохань. — Но я не могу просто наблюдать, как ты идешь к гибели. Ты — побочный гэр, и чтобы выжить во втором доме, тебе приходилось держаться стороны Фэн и Линь Шиюэ. Многое в твоём поведении вызывало у меня отвращение, но теперь я начинаю понимать. Думаю, если бы ты рос в других условиях, твой характер был бы иным.
Линь Цзяи вдруг разрыдался. Он и представить не мог, что тот, кого он больше всего ненавидел, окажется единственным, кто его понял.
Ему всегда было так тяжело… Линь Шиюэ, госпожа Фэн, второй господин Линь — за каждым шагом следили, каждое слово оценивали.
А Линь Сяохан? Такой же гэр, но выросший в любви старшего господина Линь, ставший таким — прямым, свободным, независимым.
Как же он завидовал! Приходилось убеждать себя, что между ними нет разницы, что Линь Сяохана просто защитила удача.
Но сейчас он вдруг вспомнил слова Лу Цючэна на том банкете:
«Между вами — как между небом и землёй».
Тогда он возмутился, решил, что Лу Цючэн предвзят. Как он смеет!
И лишь теперь до него дошло: Лу Цючэн говорил правду.
Он, Линь Цзяи, и вправду не мог сравниться с Линь Сяоханом. Ни в чём. Он проиграл. Полностью.
***
Покинув Линь Цзяи, Линь Сяохань отправился в лавку к второму господину Линь.
Тот не ожидал, что племянник станет заступаться за Линь Цзяи. Это казалось странным… но тронуло его.
Если Линь Цзяи выйдет за более достойного, это пойдёт на пользу всей семье.
Старик Цянь, конечно, влиятелен, но не лучшая партия. Подумав, второй господин Линь сказал: — Брачные дела решаются не мной одним. Надо посоветоваться с твоей матерью.
Линь Сяохань кивнул: — Хорошо, поговорите с тётушкой сегодня. Завтра я приду за ответом.
Однако, когда второй господин Линь обсудил это с госпожой Фэн, та и Линь Шиюэ пришли в ярость.
— Если Линь Сяохань возвысит Линь Цзяи, тот станет ему обязан! — воскликнула Фэн. — Он будет им манипулировать!
— Разве все в столице идиоты? — рыдала Линь Шиюэ. — Думаешь, если Линь Сяохань что-то скажет, семья Чжан вернётся? Все эти дни знатные семьи тыкали в меня пальцами! Пока Линь Цзяи здесь, они не остановятся! Лучше скорее от него избавиться!
Под их напором второй господин Линь заколебался.
На следующий день он объявил Линь Сяоханю: — Помолвка заключена, нельзя менять решение и быть ненадёжным.
Линь Сяохань холодно посмотрел на него: — Когда ты выдавал меня за Цяня, разве не знал, что он за человек? Линь Цзяи — твоя плоть и кровь. Я думал, ты просто отдашь его в наложницы к богатому, но ты… бессердечен.
Второй господин Линь покраснел от злости: — Испокон веков браки детей решают старшие! Ты уже женат, не лезь не в своё дело!
Господин Цянь управляет чайными плантациями вокруг столицы и знаком с самими чжичжоу*! Он — уважаемый человек! Для Линь Цзяи честь стать его наложником! Разве я, как отец, желаю ему зла? (п/п: Чжичжоу (知州) — глава областной администрации, высокопоставленный чиновник.)
Услышав эту наглую ложь, Линь Сяохань развернулся и ушёл.
Он снова пришёл к Линь Цзяи. Тот, одетый в простое платье, сидел на кровати и выглядел лучше, чем в прошлый раз.
— Если не против, — осторожно начал Линь Сяохань, — я могу отправить тебя в деревню. У нас с Лу Цючэном есть дом в деревне Лу.
Линь Цзяи понял, что переговоры провалились.
Но теперь он был спокоен.
— Если я уеду в твой деревенский дом, слухи только усилятся, — улыбнулся он. — Не беспокойся. Я всё обдумал. Ещё когда ты заговорил об этом, я догадался: даже если отец согласится, мать и сестра — никогда. Я знаю их лучше всех.
— Ты правда собираешься выйти замуж за этого господина Цяня? — вздохнул Линь Сяохань. — Линь Цзяи, не опускай руки!
— Я не опускаю руки! — Линь Цзяи опустил голову, но в его глазах горела решимость. — Я всего лишь гэр, в любом случае мне суждено стать чьей-то наложницей. Какая разница — старый Цянь или кто-то другой? Я всё обдумал, и твои уговоры бесполезны. Моя жизнь — мой путь, и мне не нужна твоя жалость, Линь Сяохань. Уходи!
Линь Сяохань вышел из комнаты Линь Цзяи и вернулся в главный двор, на лице его застыла тень грусти.
С тех пор, как он оказался в эпохе Да Цзинь, это был лишь второй раз, когда он чувствовал себя настолько беспомощным — первый был, после того, как он увидел того мёртвого ребёнка.
Он действительно сделал всё, что мог, но всё равно не смог изменить судьбу этого шестнадцатилетнего юноши!
В этот момент к нему подошла госпожа Чжоу, взяла его за руку и сказала: — Я слышала от слуг, что ты просил второго господина Линь за Линь Цзяи.
Она усадила его на каменную скамью во дворе, налила чаю и продолжила: — У вас с Линь Цзяи были разногласия, но то, что ты проявил такое участие, уже говорит о твоей доброте. А что касается исхода… это его судьба и дело второй ветви семьи. Он сам сделал свой выбор.
— Невестка, ты не хочешь уйти из семьи Линь? — неожиданно спросил Линь Сяохань, глядя на неё.
При старшем господине Лине этот дом был для него тёплым пристанищем. Но теперь, когда всем заправляла вторая ветвь, он превратился в холодное, бездушное место.
Ему самому было терпимо, но как госпожа Чжоу выносила эти высокие стены и ледяные взгляды?
Госпожа Чжоу лишь печально покачала головой: — Хань-гэр, ты опять шутишь. Моя жизнь уже предопределена, о чём тут мечтать? Сейчас ты живёшь здесь, заботишься о нас, мы едим досыта — даже Чанфэй заметно округлился.
Но ты и господин Лу не сможете вечно оставаться в семье Линь. После экзаменов в следующем году вам придётся переехать. Если у тебя будет возможность, помоги Чанфэю с учёбой. Образование требует огромных денег, а у меня нет таких средств. Я могу надеяться только на тебя, младший шу! (п/п: Шу (叔) — младший дядя по отцу, здесь — почтительное обращение к младшему брату мужа.)
— Невестка, на самом деле я уже купил новый дом, — наконец признался Линь Сяохань.
— Что? — госпожа Чжоу остолбенела. Она не ожидала, что он уже успел всё подготовить. — Тогда… когда ты переезжаешь?
— Изначально я планировал после Нового года, когда накоплю больше серебра и найму слуг. Но после последних событий я понял, что ждать не стоит. Лучше выбрать удачный день и перебраться поскорее, — ответил Линь Сяохань. — Невестка, может, сегодня ты со мной посмотришь новый дом?
Госпожа Чжоу переоделась и в сложном настроении села в карету вместе с Линь Чанфэем и тётушкой Фан.
Она думала, что пойдёт с Линь Сяоханом одна, оставив Чанфэя с няней, но Линь Сяохань настоял: — Раз уж выбираемся, давайте возьмём и Чанфэя.
— Дядя! Мы едем смотреть твой новый дом? — звонко спросил Чанфэй. — Интересно, какой он? Красивее, чем наш?
Ребёнок наперебой задавал вопросы, радуясь поездке, в то время как госпожа Чжоу молчала, погружённая в свои мысли.
Она радовалась за Линь Сяохана, но в то же время чувствовала грусть.
Пока он жил с ними, их жизнь стала намного лучше. А после его отъезда всё вернётся на круги своя...
Недвижимость в столице стоила дорого. Даже если Линь Сяохань заработал несколько сотен лянов за полгода, на шикарный дом этого бы не хватило.
Госпожа Чжоу предполагала, что он купил небольшой трёхдворовый дом где-нибудь на севере города или возле Академии Луши.
Даже такой дом за несколько сотен лянов — уже достижение!
При старшем господине Лине годовой доход семьи составлял около тысячи лянов — весьма достойно по столичным меркам, куда лучше, чем в её родной семье Чжоу!
Но в трёхдворовом доме места мало — несколько комнат, не больше.
Как они с Чанфэем могли бы там поселиться? Это было бы уже слишком нагло.
Хотя Линь Сяохань не раз предлагал им переехать вместе, госпожа Чжоу не воспринимала это всерьёз.
Пока карета не остановилась у ворот большого поместья на границе восточного квартала и Академии Луши.
Линь Сяохань вышел, помог Чанфэю спуститься и сказал: — Пойдём, дядя покажет тебе наш новый дом.
Госпожа Чжоу вышла следом, её рот открылся от изумления.
Высокие ворота с чёрными створками, длинная ограда — это явно был не просто "небольшой дом"!
— Хань-гэр! Это… это правда твой дом? — она схватила его за руку, не веря своим глазам.
— Купил его давно, — улыбнулся Линь Сяохань. — Всё здесь хорошо, вот только сад пока не облагорожен — растения засохли, слуг нет.
Он достал ключ, открыл медный замок на воротах и распахнул их: — Невестка, когда мы переедем, ты и няня Фан поможете мне управлять домом. Через несколько месяцев, когда появятся деньги, я найму садовников, посажу цветы, запущу карпов и приведу в порядок задний сад.
http://bllate.org/book/13346/1187141
