Возможно, из-за того, что вчера Линь Сяохань застал старшую ветвь за тайным пиршеством, сегодняшний обед у них был немного лучше, чем накануне.
Три блюда увеличились до четырех, среди которых было одно — яичница с луком-батуном. К рису тоже добавили горсть белого зерна, так что есть его стало не так противно.
Правда, госпожа Ли была неважным поваром, да и масла пожалела, поэтому яйца слиплись в комок и были невкусными.
Старший Лу хмурился, увидев Линь Сяоханя, и громко кашлял. Обе Ли молчали, никто не заговаривал с Линь Сяоханем первым.
Все налегали на яичницу, боясь, что Линь Сяохань съест лишний кусок и лишит их доли.
Линь Сяохань не обращал на это внимания. После рыбного супа у Тянь-гэра он был не очень голоден.
Он немного поел риса с овощами и удалился, не став убирать за собой посуду.
Когда он ушел достаточно далеко, госпожа Ли с презрением цокнула языком:
— Только посмотрите на этого муженька Цючэна! Поел — и ушел! Даже посуду за собой не убрал! Ни в поле не работает, ни по хозяйству не помогает, целыми днями валяется, ждет, чтобы его обслуживали! Знали бы — лучше бы позволили семье Линь забрать его обратно!
— По-моему, наш Цючэн слишком много учился, вот и свихнулся, — сказал Лу Чуньян. — Разве можно так слепо опекать эту обузу? Дворянское воспитание, пара лишних лет за книжками... Но гэр и женщины не могут сдавать экзамены или работать — какой толк от их учености?
Лу Сямяо тоже не удержался от насмешки:
— Что толку, что он сюцай? Все равно книжный червь. Помните, как к нему сваталась Чэнь Сюэр из семьи землевладельца? Он тогда нос воротил. А теперь посмотрите — живут хуже нас! Каждый день после работы стирает и хлопочет для этого гэра.
Госпожа Ли усмехнулась и положила Лу Сямяо в миску капусту:
— А мне Чэнь Сюэр кажется тебе подходящей парой. Красивая, в семье всего два старших брата, приданое богатое. Как насчет того, чтобы я послала к ним сваху?
Лу Сямяо покраснел и кивнул:
— Мама, в деревне девушек моего возраста почти не осталось. Чэнь Сюэр — лучшая из возможных. Уж постарайся устроить это дело!
Вечером, когда Лу Цючэн вернулся, Линь Сяохань рассказал ему о заказе на свадебные приглашения.
К его удивлению, Лу Цючэн нахмурился и смущенно ответил:
— Если бы это было чуть раньше... Но сегодня я взял заказ на переписывание книг. Каждый вечер придется уделять этому час времени, так что вряд ли смогу помочь. Придется отказаться.
— Переписывание книг? — удивился Линь Сяохань. — Но ведь уже изобретен наборный шрифт. Зачем переписывать вручную?
— Печать слишком дорога. Если нужно всего несколько экземпляров, проще переписать от руки, — объяснил Лу Цючэн. — Например, меню в "Башне лунного света" обновляют каждый месяц. Десяток экземпляров проще переписать. Или вот редкие сочинения, которые уже не найти в продаже — богатые семьи заказывают их переписывание.
С этими словами он положил на стол несколько старых книг, открыл одну, достал чистую тетрадь и при свете масляной лампы начал переписывать.
Линь Сяохань взглянул — это был четырехтомник под названием "История цветочного свидания". Полистав один том, он понял, что это любовный роман о талантливом ученом и прекрасной даме.
История рассказывала о дочери маркиза и бедном студенте, которые полюбили друг друга с первого взгляда благодаря случайному подарку — цветку.
Дочь маркиза тайно помогала студенту в учебе. В итоге он сдал императорские экзамены с лучшим результатом, женился на ней и получил богатство вместе с красавицей.
Сюжет был банальным, язык простым — единственным достоинством были подробные описания девичьих переживаний героини.
Именно поэтому книга стала популярна среди женщин знатных семей. А Лу Цючэн как раз получил заказ от семьи богатого купца Чжао — переписать три комплекта. За каждый платили четыре ляна.
Этот "крупный заказ" ему достался через одноклассника. Еще во время учебы Лу Цючэн познакомился с молодым мастером Чжао и выполнял для него подобные работы.
Теперь, когда женщинам семьи понадобились книги, молодой мастер Чжао вспомнил о получившем степень Лу Цючэне и специально пришел на почтовую станцию.
В этом и было преимущество образованных людей — больше знакомств, больше возможностей заработать. Если не зарываться в гордыне, жить можно было куда лучше простолюдинов.
Всю ночь Лу Цючэн переписывал книгу, а Линь Сяохань сидел рядом, растирал тушь и размышлял о способах заработка.
Лу Цючэн был счастлив видеть Линь Сяоханя рядом в роли "прекрасного помощника".
Он думал: «Как хорошо, что я, несмотря ни на что, потратил все сбережения, чтобы жениться на Линь Сяхане. Он образован, начитан, и мы прекрасно ладим».
Но даже если бы Линь Сяохань был неграмотным, Лу Цючэн все равно женился бы на нем и заботился всю жизнь. Ведь если бы не Линь Сяохань, он, вероятно, давно бы умер от эпидемии, как его родители.
***
На следующий день Линь Сяохань, позавтракав, отправился к старосте деревни Лу Юшаню.
В доме Лу Юшаня было много народу. Он был уже в возрасте, пользовался уважением и сам не работал в поле.
Когда Линь Сяохань пришел, староста грелся на солнце в бамбуковом кресле. Увидев гостя, он поднялся:
— А, Фулан Лу-сюцая! Что сказал ваш супруг? Сможет ли он написать приглашения?
— Лу Цючэн занят, — ответил Линь Сяохань. Видя разочарование на лице старосты, он поспешил добавить: — Но ведь главное, чтобы приглашения были красиво написаны, верно?
— Эх...да — вздохнул Лу Юшань. «Легко сказать — красиво написать!» — подумал староста. — Но это не так просто. Во всей деревне Лу мало кто умеет толком писать. Разве что Лу Цючэн выводит хорошие иероглифы».
— А если я попробую написать приглашения? — неожиданно предложил Линь Сяохань, сделав шаг вперед.
— Ты? — Лу Юшань остолбенел. Линь Сяохань ведь гэр...
Тут он вспомнил — это не простой гэр, а выходец из знатной городской семьи, который действительно умел читать и писать.
Но одного умения писать недостаточно, иначе он бы сам взялся за это. Кто знает, насколько хорош почерк Линь Сяоханя?
— Лу Цючэн обычно пишет в стиле Янь, а я практиковал сяокай, — пояснил Линь Сяохань. — Отец специально нанял мне учителя. Когда женился мой брат, я помогал писать половину приглашений.
Прежний владелец тела действительно обладал прекрасным почерком. В прошлой жизни Линь Сяохань тоже практиковал каллиграфию, но в стиле цаошу. После перерождения он обнаружил, что тело сохранило мышечную память — хотя душа прежнего хозяина исчезла, изящный почерк "цветочного стиля" остался.
Услышав это, Лу Юшань понял, что Линь Сяохань, должно быть, действительно умеет писать.
Семья Линь была известной знатной семьей, с куда более строгими стандартами, чем в деревне. Если они использовали его приглашения, значит, его почерк действительно был на уровне.
— Лично я не против, но вот тетушка Бай должна согласиться, — сомневался Лу Юшань.
— Если буду писать я, цена будет ниже, чем у моего мужа, — сказал Линь Сяохань. —Уговорите тетушку Бай. Если ей не понравится мой почерк — я не возьму ни монеты. Как вам такое предложение?
Написать бесплатно, если не понравится? Лу Юшань заинтересовался и кивнул:
— Тогда пойдем сейчас к тетушке Бай.
Лу Юшань оказался болтливым стариком. Как староста, он знал все деревенские сплетни. За несколько сотен шагов до дома Бай он успел рассказать Линь Сяоханю обо всех значимых семьях в деревне.
Линь Сяохань в прошлой жизни много общался с разными людьми и умел находить подход.
Заметив, что Лу Юшань любит лесть, он щедро сыпал комплиментами. Слова ничего не стоили, а эффект был заметный.
Старосте это льстило — деревенские были косноязычны, никто не умел так красиво говорить, как Линь Сяохань. Его мнение о фулане Лу Цючэна улучшилось: «Какой воспитанный, сразу видно — из знатной семьи».
Когда они пришли к тетушке Бай, Лу Юшань, не дожидаясь вопросов, принялся расхваливать Линь Сяоханя. Мол, он писал приглашения для семьи Линь, а уж они-то знают толк в таких вещах.
Услышав, что вместо Лу Цючэна приглашения будет писать гэр, тетушка Бай сначала нахмурилась, несмотря на похвалы старосты.
Но когда Линь Сяохань предложил написать один образец бесплатно, а если понравится — сделать дешевле, чем Лу Цючэн, она согласилась — терять ей все равно было нечего.
Линь Сяохань оказался человеком слова — он действительно не взял денег за образец, даже бумагу использовал свою.
Он договорился принести готовый образец после обеда и отправился домой.
Дома он достал принадлежности для каллиграфии Лу Цючэна. Взял обычную бумагу для практики, аккуратно обрезал до квадратной формы.
Растерев тушь, он задумался на мгновение, затем начал писать.
Он оставил широкие поля по краям, а посередине ровными строчками вывел изящные иероглифы в стиле "цветочного письма". Закончив текст, он взял кисть потоньше и нарисовал на полях цветущую ветвь персика.
Это был специальный дизайн — ветвь начиналась в правом верхнем углу, несколько листиков "касались" текста, а лепестки будто разлетались по другим углам.
Все приглашение, вдохновленное современными образцами, выглядело цельной композицией. Казалось, будто ветер разносит лепестки цветов — изысканно и красиво.
В современном мире существовали приглашения всех видов, даже в виде коротких видео.
Но в этом древнем мире приглашения были просто красными бумажками с текстом. Богатые могли позволить себе бумагу с золотыми вкраплениями. Но таких художественно оформленных приглашений, как у Линь Сяоханя, здесь еще не видели.
http://bllate.org/book/13346/1187087
