Кто работал по дому — занимался домом, кто трудился в поле — был занят полевыми делами. Поэтому, когда Вэй Чэн проводил Чжоу Юаня до въезда в деревню Цинхэ, почти никто этого не заметил.
Вэй Чэн довёл Чжоу Юаня до въезда в деревню, но не пошёл в дом семьи Чжоу. Если бы он зашёл, пришлось бы задержаться, а Вэй Лэй один не справился бы с приготовлением завтрака для ларька, поэтому ему нужно было спешить обратно.
Перед уходом он сказал:
— Завтра я приеду за тобой.
Чжоу Юань ответил:
— Хорошо, я буду ждать тебя.
— Передавай привет тёще и тестю, я не зайду.
— Хорошо, я понял.
— Сначала заходи в деревню, я подожду, пока ты войдёшь, и тогда уйду.
Вэй Чэн велел Чжоу Юаню идти первым и ушёл только тогда, когда его фигура скрылась из виду.
В это время мать Чжоу Юаня работала во дворе, его вторая и третья невестки тоже были там, старшая невестка готовила завтрак на кухне, а отец Чжоу и три брата Чжоу Юаня были заняты в поле.
Чжоу Юань вернулся в родной дом с узелком в руках, появившись у входа. Мать Чжоу, увидев, что её сын вернулся один так рано с узелком, испугалась.
Неужели сын поссорился с зятем? Сердце матери Чжоу сжалось от тревоги.
— ЮаньЮань, почему ты вернулся так рано с узелком? Ты поссорился с зятем? — с беспокойством спросила мать Чжоу, подходя ближе.
В этот момент она не подумала, что узелок может быть связан со свадьбой Чжоу Муцзы.
Из-за раннего часа и того, что Чжоу Юань вернулся один с узелком, мать Чжоу невольно неправильно поняла ситуацию.
Три невестки Чжоу Юаня тоже подумали, что его выгнали из дома мужа, и их лица сразу помрачнели. В наше время только тех, кого выгнали из семьи мужа, отправляют обратно в родной дом с узелками.
Если мать Чжоу оставит Чжоу Юаня, они твёрдо решили не соглашаться на это. Они бы не одобрили его возвращения в дом родителей просить милостыню после свадьбы. Они — настоящие члены семьи Чжоу и имеют право не соглашаться на возвращение выданного замуж гэра.
Услышав слова матери, Чжоу Юань понял, что она ошиблась, и собирался объяснить, как его вторая невестка воскликнула:
— Юань-гэр, ты вернулся в родной дом с узелком, неужели поссорился с мужем?
Его третья невестка тут же добавила:
— Вы поженились совсем недавно, как же вы могли поссориться?
Старшая невестка, услышав это из кухни, сразу вышла и, увидев Чжоу Юаня, воскликнула:
— Ай, поссорился и вернулся в родной дом — на что это похоже! Юань-гэр, не то чтобы старшая невестка тебя упрекала, но тебя только выдали замуж, как можно просто так ссориться с семьёй мужа?
Видя, как сильно мать Чжоу встревожена, Чжоу Юань поспешил громко сказать:
— Я не ссорился с мужем!
Не ссорился?
Три невестки Чжоу Юаня первыми не поверили, мать Чжоу тоже не поверила. Хотя ей не понравились насмешливые слова невесток, сейчас самое важное — выяснить, что случилось с сыном.
Чжоу Юань сказал:
— Сегодня день свадьбы Муцзы, там задержусь до темноты, а ночью идти по дороге небезопасно, поэтому я вернулся с узелком переночевать на одну ночь.
— ЮаньЮань, если ты не ссорился с зятем, почему же он не проводил тебя? — спросила мать Чжоу. Она знала, что её сын вернётся на свадьбу Чжоу Муцзы, если бы он вернулся на час-два позже, она бы не подумала ничего плохого, но именно из-за слишком раннего возвращения она забеспокоилась.
Чжоу Юань тут же объяснил:
— Муж проводил меня до въезда в деревню, но ему нужно было спешить обратно, чтобы открыть ларёк, поэтому он не зашёл.
Сердце матери Чжоу ещё не совсем успокоилось, и она спросила:
— Правда, что зять тебя проводил?
Чжоу Юань:
— Правда, завтра муж приедет за мной, тогда, мама, сможешь сама его спросить.
Только тогда мать Чжоу успокоилась и с упрёком взглянула на сына:
— Что за глупости говоришь, выдали замуж, а до сих пор не понимаешь, что важно. В таких вещах нельзя спрашивать зятя. Ты ещё не завтракал? Велю старшей невестке приготовить побольше.
Чжоу Юань сказал:
— Мама, я позавтракал перед тем, как идти, не нужно готовить для меня.
Мать Чжоу удивилась:
— Как же так рано? Тебе пришлось так рано вставать, чтобы приготовить завтрак? Не слишком ли рано?
От окраины уездного города до деревни Цинхэ пешком нужно идти больше получаса. Чтобы дойти до деревни Цинхэ в такое время, возможно, пришлось выйти ещё до рассвета.
А чтобы встать и приготовить завтрак, нужно было ещё раньше, даже раньше, чем деревенские жители!
Если в семье Вэй приходится вставать так рано, значит, её сыну живётся хуже, чем в родном доме?
Мать Чжоу была так поглощена беспокойством, что не заметила, что лицо Чжоу Юаня румяное, совсем не похожее на лицо человека, живущего в нужде.
Чжоу Юань:
— Муж занимается продажей еды, нужно пораньше успеть в город продавать завтраки. Обычно мы встаём в час Мао(п\п: часы Мао — около 5–7 утра) каждый день и начинаем заниматься делами. Сегодня муж провожал меня, а ему ещё нужно было спешить обратно, чтобы открыть ларёк, поэтому мы встали немного раньше, чем обычно.
Так вот в чём дело.
Час Мао — это тоже время, когда они встают для работы в поле.
У зятя нет земли, пропитание и одежда зависят от заработка торговлей. Мать Чжоу спросила, не зная, хороши ли дела:
— ЮаньЮань, говоришь, зять торгует едой, как у него дела каждый день?
— Неплохо, каждый день он зарабатывает немало.
Чжоу Юань не стал прямо говорить, что торговля едой в семье идёт очень хорошо и сколько именно зарабатывают, ведь при невестках этого говорить нельзя.
Мать Чжоу немного успокоилась и, наконец, разглядела, что сына хорошо кормят, лицо его порозовело, даже появились щёчки, а кожа стала светлее. Видимо, зарабатывают достаточно, чтобы прожить.
Мать Чжоу не волновало, сколько именно зарабатывает зять, сам факт, что он зарабатывает — уже хорошо. Зарабатывая деньги, можно жить спокойно:
— Хорошо, что зять занимается торговлей и зарабатывает.
Три невестки Чжоу Юаня, услышав, что семья Вэй занимается торговлей, сразу захотели разузнать, чем именно торгует Вэй Чэн. Если он зарабатывает деньги, можно ли попросить его взять их мужей с собой.
Старшая невестка Чжоу Юаня:
— Юань-гэр, старшая невестка виновата, извини. Я просто беспокоилась, что Вэй Чэн обижает тебя, поэтому так и сказала.
Вторая невестка Чжоу Юаня:
— Верно, мы все беспокоились. Если у тебя и шурина всё хорошо, тогда и ладно.
Третья невестка Чжоу Юаня:
— Как наш Юань-гэр может ссориться с шурином? У них всё прекрасно, даже бизнесом занялись. Только не знаю, каким именно бизнесом? Юань-гэр, расскажи, если не справляетесь, можешь позвать третьего брата помочь. Все свои люди, не стесняйся просить.
Третья невестка Чжоу Юаня опередила других с этими словами, и две другие тоже поспешили присоединиться.
— Верно, Юань-гэр, если нужна помощь по работе, можешь позвать старшего брата.
— И второго брата тоже, он точно с радостью поможет.
— Ладно вам, не пора ли готовить завтрак? Ваш отец и мужья скоро вернутся завтракать. Мать Чжоу отослала невесток заниматься делами.
Что это за мысли? Когда хотят получить выгоду, готовы подлизываться, но так просто ничего не бывает.
Зять только начал заниматься бизнесом, сколько он может заработать? Даже если зарабатывает, семье Чжоу не пристало об этом мечтать. Если зять подумает, что семья Чжоу, пользуясь родственными связями, ищет выгоды, это же опозорит её сына перед мужем. Разве тогда её сыну будет хорошо житься?
Мать Чжоу не могла с этим согласиться, да и семья Чжоу не ищет везде выгоду.
Чжоу Юаню предстояло переночевать в родном доме. Его отец и три брата встретив его были рады и даже три невестки на этот раз не возражали, только напомнили матери Чжоу, что в доме нет свободного места.
Оказалось, что комнату, где раньше жил Чжоу Юань, теперь занимали двое его племянников. Изначально мать Чжоу не хотела так скоро после замужества сына отдавать его комнату внукам, но три невестки постоянно уговаривали её, говоря, что дети подросли, и мальчикам уже нельзя находиться в одной комнате с девочками и гэром. Поэтому мать Чжоу в конце концов согласилась.
К счастью, в комнате Чжоу Юаня ранее поставили дополнительную кровать. Он мог спать на своей старой кровати, а двое племянников, которые до этого спали раздельно, могли лечь вместе.
После завтрака мать Чжоу помогала сыну застелить постель, перекладывая вещи старшего внука Шитоу в одну кучу, а Чжоу Юань менял постельное бельё.
Снаружи послышался крик: это зашла в гости жена старшего брата отца Чжоу Юаня.
— Невестка, я слышала, Юань-гэр вернулся, вот пришла навестить.
Чжоу Юань удивился. Его старшая тётка обычно смотрела свысока на их семью и не любила заходить. Он вопросительно посмотрел на мать.
Мать Чжоу, перекладывая одеяло старшего внука на кровать младшего, с досадой сказала:
— Всё из-за свадьбы ЛаньЛань. После твоего замужества жена твоего дяди каждый день подыскивает ЛаньЛань жениха, обязательно из городской семьи. Потом она присмотрела одного парня, чья семья живёт в пригороде, и у них ещё есть две торговые лавки за городом. Она очень довольна и постоянно приходит хвастаться, попутно задевая тебя и зятя. Я прогоню её, а ты отдохни в комнате.
Чжоу Юань послушно не вышел, но не знал, как мать собирается выпроводить жену дяди. Это дело старших, и Чжоу Юань не стал вмешиваться.
Но из комнаты всё равно доносился громкий голос старшей тёти. Мать Чжоу изо всех сил удерживала её и наговорила много приятных ей слов, прежде чем старшая тётя наконец ушла довольная.
Чжоу Цю пришла к Чжоу Юаню, и они вместе отправились в дом Чжоу Муцзы.
Дом Чжоу Муцзы находился в нижней части деревни Цинхэ. Чтобы дойти туда, нужно было пройти по узкой тропинке. У подножия холма стояло несколько ветхих деревянных домов, где жили самые бедные семьи деревни. Здесь же жила и семья Чжоу Муцзы.
Когда Чжоу Юань и Чжоу Цю пришли, родители Чжоу Муцзы очень обрадовались, что у их сына-гэра есть друзья. Даже в холодном доме стало теплее, и он наконец стал похож на место, где готовятся к празднику.
У семьи Чжоу Муцзы было мало родственников. Семья Чжоу Муцзы была бедной, и родственники не желали общаться. На свадьбе Чжоу Муцзы, кроме родителей, присутствовали только двое друзей.
Свадебный наряд Чжоу Муцзы был из грубой красно-коричневой ткани. В семье не было лишних денег на новый свадебный наряд. Волосы были перевязаны красной лентой. Скромный вид совсем не напоминал жениха.
Его жених, Ли Ху, изначально хотел дать ему денег на покупку новой ткани для свадебного наряда, но Чжоу Муцзы, чтобы сэкономить, не согласился покупать. В конце концов, они оба знали положение своих семей. Ли Ху не смог переубедить Чжоу Муцзы и согласился с ним.
Семья Ли Ху была довольно зажиточной, у них было несколько полей, Ли Ху был трудолюбивым парнем и неплохо выглядел. Он ходил с деревенским охотником в горы на охоту и научился охотничьему мастерству. В сезон охоты ему время от времени удавалось подстрелить фазана, зайца и другую дичь, которую он продавал в рестораны уезда, зарабатывая немного серебра. Вырученные деньги он отдавал матери Ли, оставляя себе совсем немного.
Ли Ху хорошо относился к Чжоу Муцзы, уважал его родителей и всегда делился с их семьёй хорошими вещами. Сбережения, которые скопил Ли Ху, пока они были в отношениях, ушли на помощь семье Чжоу Муцзы. Младший брат Чжоу Муцзы страдал от недоедания и заболевал каждый раз при смене сезонов, требуя лекарств. В семье не было денег на лекарства, и за них всегда платил Ли Ху.
Всё это делалось втайне от его семьи, потому что мать Ли Ху была непростой женщиной и имела репутацию сварливой и вздорной в деревне.
В деревне у Ли Ху тоже были поклонницы, но ему приглянулся Чжоу Муцзы. Сначала семья Ли Ху была против их брака, потому что семья Чжоу Муцзы была слишком бедной, известной в деревне своей нищетой.
Семья Ли согласилась на брак Ли Ху и Чжоу Муцзы только при условии, что они не будут платить выкуп. Ли Ху мог выбрать любую женщину, которую хотел, но он настоял на своём. В конце концов, отец Ли Ху, ради старшего сына, дал два ляна серебра в качестве выкупа, и больше ничего.
На самом деле, у семьи Ли была и другая причина согласиться. Младший брат Ли Ху, Ли Чжи, присмотрел себе девушку, и помолвка уже была назначена. Но пока Ли Ху не женится, Ли Чжи не может жениться раньше старшего брата. В деревне некоторые семьи всё ещё соблюдают такие правила.
Ли Ху твёрдо решил жениться на Чжоу Муцзы, а постоянно откладывать свадьбу Ли Чжи было нехорошо. Поэтому семья Ли смягчилась. В конце концов, когда Чжоу Муцзы выйдет замуж, ему придётся работать — считали, что это как нанять работника.
Чжоу Муцзы не придавал значения внешним вещам. Он был вполне счастлив уже тем, что может выйти за Ли Ху.
Чжоу Цю достала красный цветок с жемчужиной — это был её свадебный подарок Чжоу Муцзы. Она вставила его ему в причёску.
— Вот теперь больше похоже, что ты выходишь замуж.
Чжоу Юань подарил Чжоу Муцзы на свадьбу красный фудай (п\п: мешочек-амулет), сделанный своими руками, внутри которого лежал один лян серебра. Он не стал отдавать серебро прямо в руки, зная, что Муцзы отказался бы, поэтому и сделал этот мешочек:
— Мешочек счастья — это мои искренние пожелания. Открой его только после свадьбы.
Чжоу Цю:
— Если семья Ли будет плохо к тебе относиться, я побью Ли Ху.
Чжоу Юань:
— Муцзы, если что-то случится, всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Не скрывай, как раньше. Мы друзья, не стесняйся просить.
Чжоу Муцзы принял доброту друзей и счастливо улыбался:
— Спасибо вам!
Для Чжоу Муцзы забота друзей была лучшим благословением.
За невестой пришёл Ли Ху в сопровождении своих друзей. В деревне он пользовался популярностью.
Вернувшись в дом Ли, Чжоу Муцзы и Ли Ху совершили поклоны, и Чжоу Муцзы официально стал его фуланом.
На свадебном банкете в доме Ли было всего несколько тарелок с тушёными овощами и паровые булочки, без намёка на что-то посытнее.
Во время банкета произошёл неприятный инцидент. Мать Ли ворчала и ругалась — она очень не любила Чжоу Муцзы из-за бедности его семьи.
— Взял в жёны гэра, ладно, но вообще без приданого, всего несколько потрёпанных одежонок. В доме и так не было ни одного приличного блюда, а теперь ещё и дармоеда корми. Нашей семье Ли действительно не повезло.
Мать Ли также косвенно задевала и других:
— Ладно, взяли дармоеда, так ещё и двоих привели поесть за наш счёт.
Лица Чжоу Юаня и Чжоу Цю потемнели. Это относилось к ним. Если бы не ради сохранения лица Чжоу Муцзы, они бы сразу ушли, зачем же терпеть, как мать Ли топчет их достоинство.
Как раз боясь, что мать Ли будет сплетничать, они, приходя на банкет, даже положили в конверт десять вэнь.
Сестра Ли Ху, Ли Дамэй:
— Мама, разве это не Чжоу Юань, тот гэр, который вышел замуж в пригород уезда?
Если гэр может выйти замуж за мужчину из уездного города, то она, Ли Дамэй, будучи девушкой тем более сможет.
Ли Дамэй была крупной, с грубыми чертами лица, неуклюжей, говорила громко и развязно, но считала себя девушкой, которая, может, и не сравнится с деревенскими девушками, но уж точно лучше деревенских гэров. Услышав, что Чжоу Юань вышел замуж в уезд, она каждый день мечтала сделать то же самое.
Ли Дамэй сказала Чжоу Юаню:
—Юань-гэр, ты ведь гэр, а одеваешься совсем плохо. Если бы я вышла замуж в уезд, то одевалась бы лучше тебя.
Девушка с крупным, почти мужским телосложением и мужественными чертами лица, жеманящаяся и говорящая таким тоном — зрелище было поистине непривлекательным.
Ли Ху унаследовал от отца грубоватость, а Ли Чжи пошёл в мать, был довольно миловидным, что ценилось, и мать Ли любила его больше всех. Внешность Ли Дамэй была больше похожа на отца, но характер унаследовала от матери — самовлюблённый и самоуверенный.
Мать Ли тоже слышала о Чжоу Юане, кажется, был такой случай. Оказывается, Чжоу Муцзы и Чжоу Юань друзья. Её лицо мгновенно переменилось, и на жёлтом лице расплылась улыбка.
— Ай, тётя совсем засуетилась. Юань-гэр пришёл на банкет, прошу, садитесь поскорее.
Чжоу Юань и Чжоу Цю:
— ...
Что за люди?
На этом банкете Чжоу Юань и Чжоу Цю откусили только по паре кусочков, есть им расхотелось, затем они попрощались с Чжоу Муцзы и пошли домой.
В тот же вечер Чжоу Муцзы открыл счастливый мешочек, подаренный Чжоу Юанем, и обнаружил внутри один лян серебра. Чжоу Муцзы хотел вернуть его Чжоу Юаню, но Ли Ху сказал, что раз это искренний подарок Чжоу Юаня, им стоит оставить его на чёрный день.
Чжоу Юань не наелся и к полуночи проголодался.
Чжоу Юань лёг спать на пустой желудок и то и дело просыпался. Он и раньше, бывало, голодал, но после замужества дома он хорошо питался, и Вэй Чэн заботился о нём, так что он не знал лишений. Впервые он почувствовал, как сильно изматывает голод.
Все мысли были о Вэй Чэне: если бы Вэй Чэн был здесь, он точно не дал бы ему заснуть голодным... Он так сильно скучал по Вэй Чэну, что не мог нормально спать всю ночь.
Вэй Чэн дома, без фулана под боком, тоже спал плохо.
Разлука показала обоим, как глубоки их чувства.
http://bllate.org/book/13343/1186743
