За столом Бородача компания постепенно понизила голоса.
Чан Хэ бросил взгляд на стойку и неуверенно спросил:
— Генерал возвращается?
Бородач:
— Я тоже не знаю.
Хозяин Чжан отхлебнул вина, беззаботно покачивая головой. На его смуглом лице уголки глаз собрались в морщинках от улыбки.
— Великий генерал уже полгода как покинул наш город Сеша. Пора бы и вернуться.
Чан Хэ одним глотком осушил чашу и мрачно пробормотал:
— Я уж думал, генерал не вернётся.
— Хм, как это возможно! — Ли Фугуй с соседнего стола наклонился и влез в разговор.
— Если бы не поколения семьи Янь, защищавшие наши границы, разве была бы такая стабильность в империи Великой Шунь?
Он шлёпнул себя по круглому животу, на лице — преувеличенная насмешка:
— Если бы те в столице не отпустили генерала обратно, северные варвары давно бы уже отрубили головы всем этим болтунам!
Он ткнул пальцем на север, брызгая слюной:
— Неужто забыли, что было несколько лет назад?!
— Этот так называемый «Грозный генерал» Лу Чуньхуа — до чего он «защитил» север? Потерянные города разве не наш великий генерал отбил обратно?
Бородач уставился на него.
Половина лица скрывалась за бородой, видны лишь тёмные, с зеленоватым отливом глаза.
— Вина перебрал?
Ли Фугуй похолодел от этого взгляда и поспешно выпрямился.
Очнувшись, он огляделся по сторонам, слегка смутившись.
Но в целом-то он прав — разве есть у двора достойные военачальники? Сидят они там, в императорском городе, только благодаря семье Янь.
Правда, если бы такие слова произнесли в другом месте, головы можно было не сносить.
Ли Фугуй досадливо допил остатки вина, швырнул деньги на стол и поспешно ретировался.
Каждый стол занимался своими разговорами, никто не обратил на это внимания.
Но все были возбуждены новостью о возможном возвращении генерала.
Ци Си заснул под этот гул голосов и под него же проснулся.
Он пошевелился.
Лежак мягко покачивался. Прядь волос, свисавшая у щеки, щекотала ухо.
Он повернул голову и потерся о плечо.
Затем, сохраняя наклонённое положение, полуприкрыл глаза, в полудрёме прислушиваясь к разговорам гостей.
Тема обсуждений сводилась к какому-то генералу.
С тех пор как он оказался в этих краях, слышал лишь об одном человеке, носившем звание генерала. Но у того были проблемы со зрением.
Как будто в ответ на его мысли, в пояснице дёрнуло.
Ци Си неловко потрогал бок.
Синяки давно сошли ещё в пути, но фантомные боли остались.
Рука непроизвольно легла на живот, и лёгкая выпуклость заставила его снова провести пальцами по этому месту.
«Неужели я поправился?»
***
Гости сменяли друг друга, а Ци Си коротал время за работой.
Иногда он ложился в кресло и в полудрёме засыпал. Посетители не будили его, а просто оставляли деньги на стойке.
Все быстро поняли, что он не станет, как прежний хозяин, вести с ними беседы. Его отсутствие на виду почему-то вызывало у людей робость.
Со временем между ними установилось молчаливое соглашение.
Обменяться улыбкой, кивком. Избегать лишних разговоров с Ци Си.
Так день за днём таверна и продолжала работать в этом странноватом режиме.
В тот вечер Ци Си, сверив счета, как обычно собирался закрываться.
Но в заведение вошла группа людей.
Соседи.
Ци Си улыбнулся, и его голос прозвучал, как звон ручья:
— Прошу прощения, мы закрыты.
Люди замешкались, толкая друг друга.
В конце концов Сы Сынян шагнула вперёд и звонко объявила:
— Мы не за вином, а…
Её муж, Сун Цань, положил на стол то, что держал в руках.
— Это подарки. Молодой господин уже столько времени ведёт дело, а мы, соседи, до сих пор не поздравили.
Раз начали, остальные тоже заговорили:
— Верно, раньше видели, что вы заняты. Никак не могли выбрать время, вот и затянули.
— В такие годы уже своё дело — нашему сыну до вас как до неба!
— Точно-точно! У кого найдётся потомок вроде вас, предки на том свете от радости гробовую крышку приподнимут!
Ци Си, видя их робкое любопытство, с улыбкой в глазах ответил:
— Вы слишком добры.
— Это мне следовало первым нанести визит, забыл о правилах приличия.
Он вышел из-за стойки:
— Присаживайтесь, я приготовлю чай.
Но гости тут же остановили его.
Сы Сынян:
— Какой там чай, вы и так целый день на ногах, лучше отдохните. А мы не будем мешать.
— Да, точно, точно. Вы отдыхайте.
— Мы уже прощаемся.
Жители города Сеша привыкли действовать стремительно, и Ци Си не успел их удержать — все уже высыпали из таверны.
Он посмотрел на стол, заваленный подарками, и слегка растерялся.
Но затем его лоб разгладился.
Глаза мягко прищурились, и он улыбнулся от души, его обычно строгие черты лица стали тёплыми.
Сегодня он был одет в белый меховой халат, стройный, как журавль.
Похожий на белую сливу в снегу — холодную с виду, но с густым ароматом.
Жаль, что редко кто видел эту его мягкую сторону.
Он забыл, что здесь нет места холодности в человеческих отношениях.
Подойдя к столу, он бережно собрал подарки. В основном сушёные фрукты, сладости — для города Сеша уже дорогое.
***
Ночью стало ещё холоднее.
На кухне за таверной горела свеча.
На потрескавшейся стене колебался худощавый силуэт.
Ци Си сидел у очага, греясь у огня и готовя ужин.
Местные привыкли есть два раза в день — поздно утром и во второй половине дня.
Но Ци Си, привыкший к трём приёмам пищи, после закрытия таверны всегда готовил себе что-нибудь.
Огонь в печи был сильным, и вода в котле быстро закипела.
Ци Си опустил в неё нарезанный батат. Белый рис с мягким бататом вскоре загустел до тягучести.
На гарнир — оставшаяся с дня свиная голова и обжаренная капуста. Вот и весь ужин.
Кухня при таверне была просторной, с маленьким столом посередине.
Ци Си сидел за ним, доел половину миски каши с овощами.
За окном выл северный ветер, словно чудовище с пустоши, протяжно завывая. Свет свечи мерцал в такт.
Под этот душераздирающий звук Ци Си размышлял, как отблагодарить соседей.
«Лучше не затягивать», — решил он и запланировал на завтра отправиться за подарками.
На крыше громче зашуршал снег. Казалось, будто сыплется град — частый и быстрый.
Ци Си быстро прибрался на кухне, затем воспользовался горячей водой, подогревавшейся в другом котле, чтобы принять ванну перед сном.
Ночью на крыше то и дело раздавался грохот.
Ци Си ворочался, сон его был беспокойным.
К утру за окном стало светло, будто вновь выглянуло солнце.
Было около 9 утра, и Ци Си неожиданно крепко спал.
Вдруг раздался душераздирающий вопль. Пронзительный, как удар грома.
Ци Си вздрогнул и открыл глаза.
Прислушавшись, он понял, что плач раздаётся не из одного места. Вопли неслись со всех сторон, от множества людей вокруг таверны.
Ци Си быстро встал с кровати, и в этот момент в дверь лавки громко постучали.
Он двинулся слишком резко, голова снова закружилась. Раздражённо сжав губы, он опёрся о дверь, переждал момент и открыл.
Увиденное заставило его зрачки сузиться.
Снег за дверью намело уже до половины его роста.
Ворвавшийся порыв ветра донёс отголоски непрекращающегося плача, промелькнувшего у самого уха.
На сердце стало тяжело, в голове мелькнуло лишь два слова — снежная катастрофа.
— Хозяин Ци!
— Молодой господин, хозяин Ци!
По голосу — это была хозяйка соседней лавки паровых булочек. Ци Си, стоя по колено в снегу, громко ответил:
— Я здесь!
Там на мгновение затихли, затем закричали ещё громче:
— Прошлой ночью был сильный снегопад, многие дома обрушились. Быстро выходите и очистите крышу, чтобы не провалилась!
— Хорошо, спасибо, тётя!
Догадка подтвердилась, и сердце Ци Си сжалось.
Тошнотворное, щемящее чувство, которое сложно описать.
К счастью, снег больше не шёл. Он вернулся внутрь, оделся потеплее, затем начал разгребать сугроб у двери, шаг за шагом продвигаясь наружу.
Добравшись до лавки, он открыл дверь.
Снаружи то и дело раздавались глухие удары — он подумал, что соседи расчищают улицу. Но, выглянув, увидел только солдат в доспехах.
Ци Си замер.
Военных города Сеша он до этого видел лишь издалека, пару раз. Впервые они оказались прямо перед ним.
Заметившие его солдаты тоже удивились.
Что это за юный аристократ здесь объявился?
Командир отряда, занимавшегося уборкой снега, спросил:
— Вы новый хозяин этой таверны?
Ци Си кивнул:
— А вы?
— Мы городская стража, я Чан Хай.
Ци Си взглянул на его обветренное лицо:
— Кем вам приходится Чан Хэ?
— Братом.
Сказав это, Чан Хай вернулся к уборке снега.
Но как только лопата вонзилась в сугроб, он вдруг вздрогнул.
Обернувшись к Ци Си, он уставился на него, будто увидел призрака.
Даже окружающие его солдаты заметили его странное поведение и, продолжая убирать снег, украдкой разглядывали Ци Си на каменных ступенях.
«Что с начальником? Человек вроде не страшный».
Ци Си тоже не понимал причины, но не собирался расспрашивать. Он кивнул трудящимся на снегу военным:
— Продолжайте. Если устанете — заходите внутрь отдохнуть.
С этими словами он взял инструменты и отправился во двор убирать снег.
Чан Хай мысленно выругался: «Чёрт!»
«Так вот как выглядит госпожа!»
Как только Ци Си ушёл, Чан Хай тут же опомнился. Он взмахнул рукой, торопливо скомандовав:
— Быстро, несколько человек — со мной на помощь!
Это не нарушало правил — они помогали и другим жителям, где требовались силы.
Во дворе снег лежал плотно, и Ци Си в одиночку было действительно сложно справиться.
— Благодарю за помощь, — сказал Ци Си.
— Пустяки, — Чан Хай усердно работал, возбуждённый, словно осёл, перед которым висела морковка.
Ци Си всё ещё слышал плач и спросил:
— Как обстановка в других местах?
— Как обычно.
— Много пострадавших, больше десятка погибших.
Он тяжело вздохнул:
— Опоздай мы ещё на шаг — жертв было бы куда больше.
Ци Си тихо выдохнул.
Впервые он осознал, что такое снежная катастрофа.
— Господи… то есть… в главном городе вчера тоже был сильный снегопад, — Чан Хай прикусил язык, в ужасе опустив веки.
«Тьфу… едва не сорвался».
Ци Си:
— Понятно.
Чан Хай больше не решался лишнего сказать и, развернувшись, ускорил работу.
Несколько солдат, будто получив заряд энергии, ринулись в снег. Вскоре большая часть двора была расчищена.
Даже кролики не рыли бы норы с такой скоростью.
Ци Си, видя, что ему негде приложить руки, отправился на кухню вскипятить целый котёл воды.
Когда он вышел с чайником, двор уже был чист. Несколько человек собирали инструменты, готовясь уйти.
Ци Си поставил чайник на стол:
— Выпейте горячего чая перед дорогой.
Чан Хай хотел отказаться.
Но, подняв голову и встретив спокойный взгляд Ци Си, почему-то стушевался.
Так несколько облачённых в доспехи солдат послушно уселись на скамьи, торопливо пили чай, украдкой поглядывая на человека, изучавшего счета.
Вскоре и другие солдаты с улицы зашли за кружкой горячей воды.
Закончив, почти не отдыхая, Чан Хай снова повёл людей расчищать другие участки.
Ци Си собрал чашки, помыл их, затем запер дверь и отправился по своим делам.
http://bllate.org/book/13339/1186302
