Первоначальная новизна дорожных впечатлений быстро улетучилась, оставив после себя лишь тряску и скуку.
Занавеска повозки была откинута — Цэн Юэ не любил ехать в духоте, особенно теперь, когда становилось всё жарче. Так хоть можно было разглядывать пейзажи за окном и ловить лёгкий ветерок, правда, вместе с пылью. Впрочем, пыли было не так уж много.
Возница Ниу не особо жаловал сидение в повозке — выехав из городка, он большую часть пути проделывал пешком. Временами запрыгивал на подножку, но вскоре снова спускался и продолжал идти рядом. Так и чередовал — то шаг, то подножка.
Просидев целое утро, Цэн Юэ чувствовал, как его пятая точка буквально раскололась на восемь частей. Глядя на спину Ниу, шагающего рядом, он не мог сдержать зависти.
«Вот кто знает толк в дорогах», — подумал он.
К полудню управляющий Ван наконец дал команду остановиться на обед. Поскольку вокруг не было ни деревень, ни постоялых дворов, пришлось перекусить в придорожной тени, довольствуясь сухим пайком.
«Третьему молодому господину и господину Цэну, должно быть, нелегко, — обратился к ним управляющий Ван. — Придётся потерпеть с обедом. Зато мы хорошо продвинулись с утра, так что к вечеру успеем добраться до деревни и переночевать там как положено».
Ци Шаофэй, услышав слова управляющего Вана, сначала вопросительно посмотрел на Юэюэ. Они как раз выходили из повозки, и Цэн Юэ напоминал своему «большому ребёнку» быть осторожнее при спуске. Тот послушно кивнул, а управляющий Ван подал руку, помогая молодому господину сойти.
«Спасибо, дядя Ван», — вежливо поблагодарил Ци Шаофэй, оказавшись на земле.
«Не стоит таких обращений, — смутился управляющий. — Третий молодой господин может звать меня просто управляющим Ваном».
Шаофэй кивнул и замолчал, сосредоточенно протягивая руку, чтобы помочь Юэюэ спуститься. Управляющий Ван тактично отступил, давая им место.
Цэн Юэ, опираясь на руку Афэя, благополучно спустился и, отряхнув одежду, обратился к управляющему:
«Трудности пути — не проблема. Главное — благополучно добраться до уездного центра».
«Верно подметили, — улыбнулся управляющий Ван. — Дорога нам знакомая, разбойников тут не водится, но пока не достигнем цели, расслабляться рано». Затем он перешёл к вопросу провизии — у них были лепёшки и вяленое мясо.
Цэн Юэ поблагодарил, но отказался: утренних запасов пока хватало. Пообещал обратиться, если понадобится, и даже предложил управляющему попробовать их лепёшки.
«...Свежие, с мясом, с утра приготовили».
Управляющий Ван, конечно, вежливо отказался — у них и своего провианта хватало.
Из соображений приличия управляющий с подчинёнными расположились поодаль, в двух-трёх метрах от Цэн Юэ и Ци Шаофэя, хотя все оставались в пределах видимости.
Ниу Эр с другими возницами сначала распрягли лошадей, дали тем передохнуть, напоили и привязали к деревьям с сочной травой в тени. Только затем принялись за свой скромный обед.
«Какой же я неопытный, — сокрушался Цэн Юэ. — Совсем мало вещей взяли».
Здесь ведь не современный мир, где можно в любой момент сесть на скоростной поезд или самолёт. Хотя он и знал, что едет в уезд, но никогда там не бывал, поэтому наивно полагал, что по пути можно будет закупаться в деревнях и городках. После утренней тряски он горько раскаялся в этой беспечности.
«Нужно было захватить пару толстых подушек. Афэй, попа не болит?»
Ци Шаофэй покачал головой, хотя выглядел слегка ошарашенным. Цэн Юэ смочил платок водой из фляги, сначала протёр себе руки, затем дал Афэю. В дорожных условиях приходилось довольствоваться малым. Пока молодой господин вытирал руки, Цэн Юэ достал лепёшку.
Эти лепёшки с утра приготовили няня Лю и Мэйсян — почти без масла, чтобы дольше хранились. Внутри был слой мясного фарша, и даже остывшие, они оставались хрустящими и ароматными — что-то вроде облегчённой версии сочных мясных лепёшек.
По вкусу они напоминали современные тонкие «конг ю бин» из торговых центров — только потолще.
(п/п Конг ю бин — китайская пикантная лепёшка, приготовленная из пшеничного теста)
«Хоть немного поешь», — уговаривал Цэн Юэ, хотя и сам не испытывал особого аппетита. Он разломил лепёшку размером с ладонь пополам — себе и Афэю. Хоть что-то для перекуса. «Доберёмся до уездного центра — там и наедимся досыта».
Ци Шаофэй послушно взял свою половину и начал аккуратно жевать.
Их дорожный провиант умещался в одной корзинке: пять мясных лепёшек, несколько варёных яиц. Разделив одну лепёшку, Цэн Юэ предложил Афэю яйцо.
«Афэй не хочет», — покачал головой молодой господин.
Цэн Юэ не стал настаивать и принялся чистить яйцо для себя. Только закончил — и тут же поймал на себе голодный взгляд своего «большого ребёнка». Он невольно рассмеялся: все дети любят выпрашивать еду из рук взрослых. «Дам половинку?»
«Да-да!» — обрадовался Ци Шаофэй.
Цэн Юэ покатился со смеху, разделил яйцо пополам и медленно запил всё прохладной кипячёной водой. Главное — не остаться голодным.
«Если ещё раз соберёмся в дорогу, я тебе устрою настоящий пикник с полным набором!» — пообещал он, искренне сожалея о своей неподготовленности.
«Юэюэ, а что такое пикник с набором?» — заинтересовался Ци Шаофэй.
«Это когда в хорошую погоду выезжают на природу, расстилают коврик или циновку, раскладывают еду и напитки. А если ещё и шашлык приготовить — вообще замечательно!» — живописал Цэн Юэ, увлекаясь.
В современном мире, стоило только весне вступить в свои права, как городские жители толпами устремлялись на природу. Цэн Юэ даже испытывал некоторую гордость — ведь именно он первым в их округе предложил онлайн-заказ полноценного пикника: с мангалом, углями и уже замаринованными шашлыками!
Поначалу этот набор не пользовался спросом — люди не доверяли мясу из маленького ресторанчика и предпочитали привозить своё, арендуя только оборудование. Но Цэн Юэ не унывал — излишки мяса жарил для себя, сидя у речки.
Его заведение стояло как раз напротив горной речушки.
Аромат жареного мяса разносился далеко, и вскоре к нему начали подходить с вопросами: «А можно купить у вас шашлык?» Цэн Юэ пробовал мясо, которое привозили отдыхающие — несравнимо с его продукцией! Те же только разводили руками: «Мы в супермаркете покупали, почему же у вас вкуснее?..»
Вскоре бизнес пошёл в гору. Цэн Юэ обожал весну —
Этот неповторимый запах жареного мяса в воздухе...
«Юэюэ, у тебя слюнки текут», — с любопытством заметил Ци Шаофэй, придвигаясь ближе.
Цэн Юэ: Да ты мне прямо в лицо лезешь, «большой ребёнок»!
«Просто шашлыка захотелось», — признался он.
Услышав это, Ци Шаофэй вдруг осенило. Он развернулся и побежал, оставив Цэн Юэ в лёгком оцепенении. Его «большой ребёнок» направился прямиком к управляющему Вану. Поскольку расстояние было небольшим, Цэн Юэ отчётливо услышал, как Афэй просит у управляющего вяленое мясо.
Ведь Юэюэ только что сказал, что хочет шашлыка, а раз его нет, то сойдёт и мясо от управляющего Вана.
Цэн Юэ растрогался до слёз. Вскоре Афэй вернулся с масляной бумагой, полной вяленого мяса. Увидев количество, Цэн Юэ велел отсыпать немного в миску, а затем взял две мясные лепёшки.
«Мы столько не съедим — нужно вернуть обратно», — сказал он.
«Хорошо», — послушно согласился Ци Шаофэй и собрался идти возвращать.
Но Цэн Юэ остановил его, предложив пойти вместе.
Управляющий Ван дал слишком щедро. В нынешние времена мясо было роскошью, а дальняя дорога и перевозка товаров — тяжёлым трудом. Если третий молодой господин попросит, подчинённые могут отдать всё, оставшись без провизии.
«Мы с Афэем столько не съедим», — пояснил Цэн Юэ.
Ци Шаофэй послушно протянул масляную бумагу с мясом. Управляющий Ван сначала отказывался, но молодой господин серьёзно пояснил: «Юэюэ говорит, что мы не съедим — испортится».
На бумаге лежали и две мясные лепёшки.
«Наших лепёшек немного, но давайте разделим их между всеми, чтобы каждый попробовал. Не будем мешать вам отдыхать», — с улыбкой сказал Цэн Юэ. Когда управляющий Ван наконец принял угощение, он позвал Афэя назад — их присутствие явно стесняло людей, не давая расслабиться.
Вернувшись на место, они неожиданно почувствовали аппетит. Цэн Юэ взял кусочек вяленого мяса, а Ци Шаофэй прижался к нему, требуя своей доли.
Аппетит разыгрался у обоих.
Мясо было посредственным, но неплохо скрашивало время. Цэн Юэ разделил ещё одну лепёшку с Афэем, затем они съели яйцо. Теперь их провизия сократилась до одной лепёшки и трёх яиц.
«...Ничего страшного. На улице жарко — яйца нужно съесть до вечера, а лепёшка продержится ещё день. Посмотрим, сможем ли мы найти деревню на ночлег и воспользоваться печью», — рассудил Цэн Юэ.
Тем временем управляющий Ван с подчинёнными разглядывали две мясные лепёшки.
«Раз третий молодой господин и господин Цэн предложили разделить, давайте попробуем», — сказал управляющий.
Ничего особенного, конечно.
Разделив лепёшки, работники отметили, что те вкуснее их пресных.
«Конечно, с мясом-то всё вкуснее!»
«Нет, тут ещё какой-то особый привкус... не могу понять».
«Пресные лепёшки дольше хранятся. Эти вкусные, но быстро портятся».
Управляющему Вану тоже понравилось — непохоже на домашние мясные лепёшки, вкуснее. Даже остывшие, они не становились приторными. Но подчинённые были правы: в долгой дороге практичнее брать пресные лепёшки с вяленым мясом.
Тему закрыли, переключившись на другие разговоры.
Лепёшки приготовила Мэйсян, перенявшая у господина некоторые кулинарные навыки. Даже няня Лю хвалила аромат, признавая, что её мастерство улучшилось.
Послеполуденный отдых длился меньше часа, затем лошадей снова запрягли.
Тряска по грунтовой дороге в сочетании с полуденной жарой вызвала у Цэн Юэ и Ци Шаофэя сонливость. Закрыв занавеску, Цэн Юэ в очередной раз пожалел, что не взял одеяло!
Как же он жалел!
Хотя бы циновку и тонкое покрывало можно было захватить.
На циновке можно было бы вздремнуть. Одна поездка за ворота — и столько уроков! Посмотрев на Афэя, который, прислонившись к стенке повозки, уже начинал дремать, Цэн Юэ почувствовал отцовское раскаяние. «Иди сюда, обопрёшься на меня».
«Юэюэ может облокотиться на Афэя», — сквозь сон пробормотал молодой господин.
«Давай просто прижмёмся друг к другу, как отец с сыном», — предложил Цэн Юэ, тоже прислоняясь.
Ци Шаофэй был слишком сонным, чтобы разобрать слова. Он просто прижался к Юэюэ и отключился.
Покачивание повозки, то ускоряющейся, то замедляющейся, не мешало дремоте. Когда Цэн Юэ снова открыл глаза, он обнаружил себя в объятиях своего «большого ребёнка». Ци Шаофэй, с его широкими плечами и длинными конечностями, обхватил его, как плюшевого мишку, а его голова покоилась на плече Цэн Юэ.
Настолько «неразделимо» они сплелись.
Приоткрыв глаза, Цэн Юэ увидел прекрасное лицо Афэя: высокую переносицу, длинные ресницы, изящный изгиб губ...
Но это было слишком близко.
Их дыхание смешалось.
Цэн Юэ, взрослый мужчина, к тому же знакомый с жанром BL по рекомендациям двоюродной сестры, почувствовал неловкость от такой близости. Тем более что во сне Ци Шаофэй терял детское выражение лица, превращаясь в красивого взрослого мужчину.
«...Он ребёнок, он ребёнок, он ребёнок», — заклинал себя Цэн Юэ. Чего тут смущаться? Не нужно воспринимать Афэя как мужчину — он же твой «ребёнок»!
Так он успокоил свой разум.
«Юэюэ...» — пробормотал проснувшийся Ци Шаофэй. Его глаза ещё не полностью открылись, голос был низким и хрипловатым, но сохранял детскую интонацию. Почесав щёку, он потёрся лицом о...
О шею Цэн Юэ.
Цэн Юэ: ...
«Малыш, ты щекочешь своего Юэюэ».
Ци Шаофэй постепенно просыпался, сохраняя воркующий тон: «Где Юэюэ щекотно? Афэй почешет».
«...» Просто отодвинься от моей шеи — и щекотно не будет. Но Цэн Юэ не хотел ранить чувства «большого ребёнка», который всё равно не понял бы намёка. «У основания шеи. Почеши аккуратно».
«Хорошо!» — обрадовался Ци Шаофэй, получив задание. Он старательно поскрёб пальцами.
Цэн Юэ дёрнулся: «Нет-нет, теперь ещё щекотнее! Оставь её в покое».
Ци Шаофэй послушно остановился, но вскоре сделал «важное открытие»: «У Юэюэ ушки покраснели! Прямо алые! И родинка тоже стала красной, как фасолинка...»
Цэн Юэ грубо потер шею и уши, бормоча: «Всё, спасибо, Афэй, больше не чешется. Просто маленькая родинка. Ладно, посмотрим, где мы». Он резко сменил тему.
«Ага», — покорно ответил Ци Шаофэй и откинул занавеску. Высунув голову, он доложил: «Афэй не знает. Много зелёных полей!»
«Дай посмотрю». Лишь бы не обсуждать «фасолинку»! Цэн Юэ выглянул — вокруг простирались пшеничные поля, вдали виднелась деревня.
Но где именно — было непонятно.
Он спросил у возницы Ниу, где они находятся. Тот ответил: «Проезжаем деревню — название не знаю. Но сегодня идём быстро: судя по солнцу, к вечеру будем на окраине Таохуа».
Целый день на один городок — значит, до уездного центра доберёмся за три с половиной, почти четыре дня (хотя зависит от размера городка).
Вздремнув, Цэн Юэ почувствовал прилив сил и завёл беседу с возничим.
«Так и есть. В одном уезде обычно три-четыре городка. Уезд Фэнхэ управляет тремя: Цинню, Таохуа и Люе. Таохуа побольше — обычно день с половиной пути. Люе самый маленький, ближе к уездному центру».
«А как насчёт областей?» — поинтересовался Цэн Юэ.
Ниу Эр ответил: «Северная область управляет двумя уездами — Фэнхэ и Аньпин».
«А сколько всего областей в Великом Шэне?» — с искренним любопытством спросил Цэн Юэ. Ему не нужно было притворяться невеждой — маленький Цэн Юэ из прошлой жизни и вправду не знал таких вещей. Для крестьянского паренька, день за днём возделывающего землю, достаточно было знать название империи и девиз правления.
Многие люди проживали всю жизнь в одном месте, встречая рассветы и провожая закаты за плугом, никогда не выезжая за пределы родных мест.
Ниу Эр сначала сказал, что не помнит, затем напряг память и предположил: «Наверное, семь-восемь? Точно не припомню».
Если областей семь-восемь, Цэн Юэ прикинул в уме, то Великий Шэн не такая уж большая страна. Он уже хотел спросить о других государствах, но возница опередил его: «Наш Великий Шэн — земли широкие, но и Дунбо с Симу тоже неплохи. А вот северный Сянь хоть и велик, да беден, не то что у нас...»
Вот и четыре страны.
Дослушав до конца, Цэн Юэ узнал ещё о Пинцзи — маленьком государстве.
На этих землях располагались четыре крупных страны и одно маленькое. Пинцзи из-за своих крошечных размеров, вечных холодов и отгороженности снежными горами жило обособленно, туда даже купцы редко заглядывали.
Дунбо, Великий Шэн и Симу граничили друг с другом: Дунбо располагался у моря, Симу был царством кочевников. Вместе с Сянем эти четыре государства окружали Великий Шэн, который благодаря своему центральному положению процветал в торговле, особенно его столица Шэнцзин.
«Звучит интересно. Вот бы когда-нибудь там побывать», — помечтал Цэн Юэ.
Ниу Эр когда-то возил третьего молодого господина в Шэнцзин и до сих пор вспоминал столичное великолепие с восхищением. Теперь, услышав мечты третьего господина, он невольно подумал: «Если бы третий молодой господин был здоров, а старый господин выхлопотал для него должность, они бы сейчас жили в Шэнцзине. Не то что теперь...»
«Если Юэюэ поедет в Шэнцзин, Афэй тоже поедет!»
Цэн Юэ: «Куда я — туда и тебя прихвачу. Только до Шэнцзина ещё ой как далеко. Я просто мечтаю вслух. Давай сначала Фэнхэ посмотрим».
«Верно подмечено, — заулыбался Ниу Эр. — В Фэнхэ тоже много интересного, шумно и весело».
http://bllate.org/book/13338/1186046
