Глава 161. Счастливого возвращения домой [Конец]
Шэнь Ань в последнее время чувствовал себя очень странно, и эта странность была почти неуловимой.
Например, в его жизни, которая двадцать лет текла ровно и была наполнена материализмом, вдруг стали появляться слова вроде «призраки» и «монстры».
— Честно, я тебе не вру. Говорят, в библиотеке водятся призраки. Кто-то видел собственными глазами, — сказал Стивен, его однокурсник и хороший друг, сидящий рядом. Он поднял четыре пальца: — Клянусь Богом.
Шэнь Ань почти инстинктивно опустил ему один палец:
— Клянутся тремя.
Как только он это сказал, что-то внутри дрогнуло.
Словно он уже говорил это раньше и даже эта сцена была до странного знакома.
— Точно, тремя. — Стивен продолжал красочно описывать, как в здании по ночам появляются щупальца монстра: — …Как змеи, как Ктулху, ты ж знаешь.
— Не знаю, — честно признался Шэнь Ань. — В смысле, я мало в этом разбираюсь.
Автобус остановился, он машинально посмотрел на название станции и как раз в этот момент в салон втиснулась девушка с рюкзаком и странным макияжем. На ней было небесно-голубое ципао, её тени для век были мятного цвета, а волосы собраны в два хвоста: один — чёрный, другой — белый. Смотрелось очень эффектно.
— Ты даже не знаешь про Ктулху? Боже, ты как из каменного века, — Стивен продолжал разглагольствовать, словно ведущий ночной передачи ужасов: — …Том видел, как эти щупальца открыли окно, пролезли сквозь щели в книжных полках, будто что-то искали…
Он заметил, что взгляд Шэнь Аня прикован к девушке неподалёку, и поддел его:
— Ну всё понятно, тебе не до моих баек, красотку разглядываешь!
Шэнь Ань приложил палец к губам, давая знак помолчать:
— Нет, я слушаю.
Стивен хорошо его знал и понимал, тот действительно не залип на девушку.
— Да шучу я. Но, честно, Ань, тебе и вправду никто не нравится? Странно. Ты ж популярный.
Шэнь Ань покачал головой:
— Никто.
Но, произнося это, он почувствовал странный укол, будто соврал.
Словно кто-то всегда был в его сердце. И он любил этого кого-то очень давно.
Вот только не знал, кто это. Даже образа не мог вспомнить.
— Эй, ты чего задумался? — Стивен помахал рукой перед его лицом.
— Уже почти приехали, — Шэнь Ань услышал объявление станции, очнулся, похлопал себя по колену, схватил рюкзак и встал. — Сегодня, кажется, отчёт по лабораторным исследованиям сдаём.
— Ой, точно! Совсем вылетело. Дашь списать? — Стивен быстро забыл про своих монстров и поспешил с другом в сторону университета.
На выходе Шэнь Аня кто-то толкнул, и он врезался в девушку у двери. Но она тоже выходила, так что вся молодёжь буквально вывалилась из вагона, как из открытой банки.
Уже почти у учебного корпуса Стивен заметил, что на рюкзаке у Шэнь Аня висит пурпурный брелок. Он хлопнул его по плечу:
— Это что?
Шэнь Ань сам удивился, нахмурился и вдруг вспомнил девушку:
— Похоже, это не моё. Видимо, случайно зацепил.
Стивен снял брелок — это оказалась мини-колонка в плюшевом чехле. Он попробовал активировать её голосом, и колонка ответила приветствием, а затем назвала имя и класс владельца:
— Если вы нашли мою колонку — да, я опять её потеряла! Пожалуйста, свяжитесь со мной, и я вас удивлю! Огромное спасибо!
— Старшекурсница, как и положено. Всё предусмотрела, — Стивен вернул колонку Шэнь Аню.
— Пошли на пары.
После двух длинных профильных лекций Шэнь Ань уже собирался уходить, но его остановил однокурсник и попросил помочь заполнить анкету.
— Ну пожалуйста! Ты же у нас самый отзывчивый!
Шэнь Ань действительно был добрым и готовым помочь. Он с радостью заполнил анкету и даже оставил парочку дельных замечаний, а потом собрал вещи и пошёл искать хозяйку колонки по указанным факультету и группе.
— «Кибернетическое производство и обслуживание...» — Шэнь Ань нашёл нужный факультет в медицинском университете и удивился: девушка совсем не выглядела как студентка по этой специальности.
После некоторых усилий он отыскал нужную кафедру и узнал, что у них как раз должен начаться факультатив.
Шэнь Ань поднялся на лифте в воздушную аудиторию, где проходили факультативы. В кабине две младшекурсницы попросили его контакт, сказали, что хотят пригласить его в качестве модели. Отказаться было неудобно, и он с улыбкой поблагодарил.
Воздушная аудитория была всего одна — большая сферическая аудитория общего назначения. Шэнь Ань остановился у двери и заглянул внутрь, надеясь сразу найти девушку, ведь она была слишком заметной, чтобы её не узнать. Однако, постояв всего пару секунд, он сам привлёк внимание.
— Эй, красавчик, кого ищешь? — с улыбкой окликнула его девушка с первого ряда у стены.
— А, — Шэнь Ань решил, что это удача, достал из рюкзака колонку и спросил: — Старшая, простите, вы не знаете девушку по имени Чжун Ижоу? Она…
Не успел он договорить, как та махнула рукой и посмотрела за его спину:
— Эй, Ижоу! Тебя какой-то симпатяга ищет!
Шэнь Ань обернулся и как раз встретился взглядом с Чжун Ижоу, вошедшей в аудиторию. Она выглядела немного растерянной, ткнула аккуратно ухоженным пальцем в щёку:
— Меня?
— Ага, — поддела её подруга, — гляди, как тебе с любовью везёт!
Чжун Ижоу перевела взгляд на колонку в руке Шэнь Аня, затем коснулась своей розовой сумки на плече и сразу поняла:
— А, это моё! Спасибо, спасибо!
Увидев, что она уже собирается поклониться, Шэнь Ань быстро замахал руками и сказал, что в этом нет необходимости, протянув ей колонку.
— Ну, тогда, старшая… я пойду.
— Спасибо тебе огромное! — Чжун Ижоу проводила его до дверей. — Ты просто ангел!
Шэнь Ань немного смутился и тоже улыбнулся в ответ. А из аудитории уже доносились подколки, на которые Чжун Ижоу отвечала с лёгким укором:
— Я вообще-то по девочкам, хватит болтать ерунду.
Почему-то по дороге обратно Шэнь Ань никак не мог избавиться от странного чувства, будто он уже видел Чжун Ижоу раньше.
Но сколько ни вспоминал людей, которых встречал, ни у кого не было такой яркой внешности.
По пути он столкнулся с Моррис, однокурсницей с его факультета. Та тепло его поприветствовала и поделилась капкейком, испечённым её мамой.
— Спасибо, — Шэнь Ань обожал сладкое и тут же съел половину.
— Кстати, Ань, ты слышал? — Моррис облизала крем с пальцев. — Говорят, профессор Линь специально пригласила команду экспертов по привидениям, и они уже пошли в библиотеку. Ты же постоянно там зависаешь, хочешь сходить, посмотреть?
Шэнь Ань едва не подавился:
— Эксперты по привидениям? Такие вообще существуют?
— Ага, вроде да. Какие-то мистики с Востока. Такие, знаешь… — Она вдруг щёлкнула пальцами. — Точно! Даосские мастера. Ты же знаешь, кто такие даосы?
— Знаю, — договорив, он доел вторую половину капкейка. — Но разве привидения вообще существуют? Я как-то не очень в это верю…
— Ага! Кто-то выложил фотку. Я в соцсетях видела! — Моррис с энтузиазмом нашла снимок и показала ему, раздвинув пальцами экран. — Смотри! Видишь? Щупальце.
Так называемое «доказательство» изображало тёмный коридор, и в углу действительно виднелся тонкий хвост, похожий на щупальце.
— А это разве не геккон? — Шэнь Ань вгляделся повнимательнее.
— Где ты видел таких огромных гекконов? — возмутилась Моррис. — Не будь таким скептиком. А ещё уборщица из библиотеки рассказала, что там разгуливает призрак в маске…
Она продолжала пересказывать байки, листая телефон, как вдруг наткнулась на новое фото, выложенное их однокурсником, и с восторгом хлопнула Шэнь Аня по руке:
— Эй, смотри, этот эксперт — красавчик! Китайский даос!
Она поднесла экран поближе. Шэнь Ань глянул небрежно. На фото был высокий и худощавый молодой человек в серо-синем даосском одеянии, с собранными в пучок волосами. Лицо доброжелательное, но какое-то… ненадёжное.
Шэнь Ань чуть наклонил голову.
Почему он тоже показался знакомым?
Иногда такое случается, это нормально. Но сегодня это чувство настигало Шэнь Аня уже в который раз.
Хотя он был убеждённым материалистом, постоянные разговоры о «проклятой библиотеке» невольно посеяли в нём зерно сомнения. А раз после обеда пар не было, он решил пойти туда и подучиться, заодно закончить задание, которое нужно было сдать сегодня.
Когда он подошёл к лифту в библиотеке, двери как раз открылись. Из кабины вышли несколько человек. Впереди шёл седобородый старик в даосском одеянии, за ним тот самый молодой человек с фото.
Шэнь Ань узнал его сразу.
Молодой человек тоже, похоже, заметил его, и взглянул с лёгкой улыбкой во взгляде.
Шэнь Ань не понял, что значил этот взгляд, но всё же вошёл в лифт, продолжая смотреть ему вслед.
И тут будто вспышка перед глазами: этот парень лежит в луже крови. Образ исчез так же быстро, как появился, но был слишком отчётливым, почти осязаемым.
Шэнь Ань машинально поднял руку и посмотрел на тыльную сторону, сам не зная, что ищет.
Всё казалось каким-то неправильным.
Он перевёл взгляд на своё отражение в зеркальной стенке лифта. Склонил голову в замешательстве. И вдруг отражение показало его с длинными волосами, а по ключице и шее тянутся белые цветочные узоры, покрытые кровью.
Шэнь Ань вздрогнул, двери лифта распахнулись.
Мимолётные странные образы исчезли. Впереди светлая библиотека, студенты спокойно проходят мимо.
Он решил, что просто переутомился: слишком поздно ложится, слишком много учёбы. Наверное, галлюцинации. Успокоив себя, он выбрал место у окна и провёл весь день за учёбой.
Когда зазвонил вечерний колокол на башне, Шэнь Ань, увлечённый работой, вдруг вспомнил, что ему же надо домой на ужин.
Он глянул на часы — уже шесть вечера. Если задержится ещё, получит нагоняй.
На выходе из библиотеки Шэнь Ань столкнулся с группой однокурсников, те беззаботно шутили и подкалывали друг друга. Один, особенно весёлый, шёл спиной вперёд и, как водится, свалился прямо в клумбу. Все тут же подбежали, хохоча, и стали помогать ему подняться, а Шэнь Ань достал из рюкзака пластырь и аккуратно заклеил ссадину.
— У Ань-Аня всё с собой! — засмеялись друзья.
— Но спиной ходить не стоит, — сказал Шэнь Ань, тоже улыбаясь.
Они вместе сели в общественный аэробус. Шэнь Аню повезло, он занял место у окна. Рядом устроилась девочка, смотревшая аниме с пылающим энтузиазмом. Он глянул мельком — это была типичная история, где избранные спасают постапокалиптический мир.
За окном крылья аэробуса прочерчивали небо, оставляя следы в пухлых белых облаках. Закат заливал горизонт, края облаков были окрашены в оранжевый, а где-то вдалеке уже мерцали первые звёзды.
Шэнь Ань молча любовался этим простым, будничным великолепием.
Однокурсники выходили один за другим. Он помахал им на прощание, перевёл взгляд с окна обратно в салон и заметил парня лет шестнадцати-семнадцати, стоящего прямо перед ним. Тот был в школьной форме, с короткой стрижкой, держался за поручень и клевал носом от усталости.
Неужели он настолько вымотан?
Шэнь Ань потянул его за запястье, чтобы разбудить и уступить место.
Парень приоткрыл глаза, обнял поручень и ошарашенно уставился на него.
— Садись, поспи. Я выхожу на следующей, — Шэнь Ань жестом указал на своё место.
Парень понял, замотал головой, сдерживая зевок.
— Всё нормально, — сказал Шэнь Ань и уже сам встал. — Мне почти выходить.
— …Спасибо. — Мальчик смущённо сел, не заметив, что у него открыт рюкзак. Когда он обернулся, книги выпали. Шэнь Ань поднял их и случайно заметил имя на учебнике: У Ю.
— Спасибо, — У Ю, краснея, принял книги и прижал их к себе, закрывая молнию. Потом поднял глаза и подолгу смотрел на Шэнь Аня.
Шэнь Аньзаметил взгляд и мягко улыбнулся:
— Что-то не так?
У Ю покачал головой и промолчал, но в глазах всё ещё читалась лёгкая робость.
— В каком ты классе? — спросил Ань Шэнь.
Парень поднял один палец.
«Первый год в старшей школе…» — подумал Шэнь Ань, значит, ему шестнадцать.
Всё логично, шестнадцатилетний школьник мог спокойно уснуть в автобусе и забыть застегнуть рюкзак.
— В следующий раз будь осторожнее. Если книги потеряешь, то не найдёшь, — напомнил он.
Шестнадцатилетним не положено думать о глобальном. Даже если мир рухнет, спасать его должны не они.
Хотя, подумал Шэнь Ань, вряд ли это будет и обычный студент вроде него.
Спасители — это кто-то другой.
На своей остановке Шэнь Ань вышел из автобуса и увидел знакомую фигуру своей матери.
— Мам, ты же говорила, что не нужно меня встречать? — сказал Шэнь Ань, но инстинктивно приблизился к ней.
— Я только что вышла из кафе с коллегой, всё равно было по пути, — Мать протянула ему маффин и похлопала по плечу. — Устал? Я сварила суп, а папа готовит пасту. Всё будет готово, когда придём.
— Я не устал. Столько вкусной еды сегодня.
— Твоя сестра на каникулах, приехала домой. Папа её забрал.
По дороге домой Шэнь Ань рассказал матери о всех странных ощущениях, что испытал за день, и она рассмеялась.
— На людях ты такой спокойный, — Ань Цуннань потрепала его по голове. — А с нами всё ещё ребёнок.
Шэнь Ань тоже рассмеялся:
— А что мне делать? Я же всё ещё ваш ребёнок.
Они шли домой, болтая и смеясь под закатным солнцем. Как только он открыл дверь и успел сменить один ботинок, его сестра подбежала и крепко обняла:
— Брат!
Ань Цуннань поддразнила сзади:
— Смотришь только на брата, а на маму нет?
— Ну мам, ты же сама всё понимаешь, — Шэнь Нань улыбнулась и послушно обняла мать. — Я смотрю только на маму.
Шэнь Ань переобулся и пошёл на кухню:
— Пап, давай помогу.
— Не надо, не надо. Всё уже готово. Иди, руки мой и за стол.
— Брат! — позвала его из гостиной Шэнь Нань. — Ты можешь сходить на родительское собрание на следующей неделе?
— Я? — Шэнь Ань вытер мокрые руки кухонным полотенцем и взял с прилавка салат из овощей.
Отец подал пасту, на лице его было серьёзное и даже слегка печальное выражение:
— Почему ты не хочешь, чтобы я пошёл на собрание? Разве не лучше, если пойду я?
Ань Цуннань включила проектор и рассмеялась:
— Наверное, потому что она плохо училась.
Шэнь Нань надула губы:
— Неправда, я пятая в классе. Просто папа всегда занят, а ещё… Я хвасталась подругам, какой у меня красивый брат. Они не верят, надо показать.
Шэнь Ань с лёгкой улыбкой посмотрел на сестру:
— А если я окажусь не таким уж и впечатляющим?
— Кто так скажет? — серьёзно ответила Шэнь Нань. — Увидят тебя и удивятся. Хорошо?
А отец, кажется, думал совсем о другом:
— А папа разве не красавец?
Маме ничего не оставалось, как вмешаться:
— Все вы у меня красавцы, ладно? А теперь за стол!
Проектор включился и автоматически запустил телепередачу. На экране давал интервью молодой человек. Шэнь Нань показала на него пальцем:
— Этот тоже симпатичный. У него глаза необычные, да, мам?
— Да, лисьи такие.
Шэнь Ань взглянул на экран и заметил основную информацию сбоку. Молодой человек был специалистом по техобслуживанию в компании «Ша Вэнь», звали его Чжоу Ицзюэ.
— О, он работает в папиной компании.
Отец Шэнь присмотрелся:
— Вроде бы да. Но «Ша Вэнь» огромная, всех не упомнишь. Парень выглядит свежо.
Вскоре интервью переключилось на другую участницу — молодую женщину в белом халате и серебристых очках. Она была красива, но в умном смысле.
Её звали Ян Эрцы.
Шэнь Ань нахмурился, знакомое чувство снова всплыло, на этот раз сильнее.
— Вау, эта сестричка прям элитная, крутая, смешанной крови. Мне она нравится! Вот прям совсем нравится! — возбуждённо сказала Шэнь Нань.
Шэнь Ань вздохнул:
— Ты правда смотришь только на внешность.
Ань Цуннань вставила:
— Вот-вот, пустышка ты у нас, доча.
— А мама разве не такая? Вышла замуж за моего красавца-папу, между прочим! — Шэнь Нань прижалась к отцу, жеманно капризничая, пока тот продолжал смотреть на экран.
— Я её знаю. Это же дочка Лао Яна, — сказал он. — Сейчас работает над биозащитой для предотвращения инфекций в протезах. Очень толковая девушка, даже награду получила.
— Правда? Дочь Ян Цэ? — переспросила Ань Цуннань, кивнув. — Вот это да. Такая выдающаяся дочь.
— А я невыдающаяся, что ли? — Шэнь Нань подняла взгляд.
Шэнь Ань рассмеялся:
— Из тебя вышел бы идеальный судья на конкурсе красоты. Лучший.
Это замечание вызвало смех у обоих родителей и они разом принялись любя дразнить младшую.
Ань Цуннань не удержалась и пожурила дочку:
— Ты опять легко одета. Посмотри на брата. Он ни разу не простудился, никогда нас не беспокоил. А ты? Через день — то горло, то кашель.
— Он взрослый, ему двадцать. Мне с ним тягаться?
— Двадцать лет и ни одной болячки. Думаешь, это просто?
Это было мгновение.
В один момент Шэнь Ань был целиком погружён в уютную, счастливую атмосферу семьи, а в следующий вдруг услышал голос. Из самой глубины.
[Уцзю.]
Он слегка наклонил голову, ища источник.
— Что такое? — заметила странность сестра.
Шэнь Ань покачал головой.
Уцзю.
Почему, услышав это имя, он инстинктивно обернулся?
Чей это был голос? Почему он казался таким родным?
Пока он размышлял, голос прозвучал вновь, мягкий, ласковый, зовущий имя, которое не принадлежало ему.
[Уцзю.]
Голос повторялся снова и снова, как заклинание, гулко отдающееся в разуме.
Палочки выпали из рук.
Шэнь Нань подняла глаза и увидела, как по щеке Шэня Аня скатилась слеза. Она не могла в это поверить, ведь никогда раньше не видела, чтобы брат плакал.
— Брат?
Он не ответил.
Шэнь Ань схватил куртку с спинки стула и быстро сказал:
— Я скоро вернусь.
И ушёл.
С самого рождения и до этого дня, более семи тысяч четырёхсот дней, более ста шестидесяти тысяч часов, в каждом счастливом и каждом грустном мгновении его не покидало ощущение неполноты. Будто он был частью огромной головоломки, в которой всё время не хватало одного единственного кусочка.
И вот теперь, когда он почти смирился с этим ощущением, когда отсутствие стало привычным, потерянный фрагмент, казалось, сам начал его искать.
[Уцзю.]
Голос вновь позвал, и глаза Шэнь Аня защипало. Он даже не понимал, почему плачет. Хотя всегда считал себя убеждённым материалистом, сейчас он бегал по улицам в поисках неуловимого голоса.
Прохладный ночной ветер продувал насквозь. Он мчался по тёмной улице, где мокрый после дождя асфальт отражал неоновые огни, мигающие вместо звёзд.
Голос приближался. Он звучал словно изнутри самого сердца.
Где ты?
Шэнь Ань оглянулся, тяжело дыша. Толпа толкалась, все были в фильтрующих масках, а голограммы наслаивались на живых людей. Город казался странным сном — реальность и иллюзия смешались, закружили, заставили потерять почву под ногами. Он стоял в самом центре этого яркого безумия, чувствуя себя песчинкой в красочном океане.
[Уцзю.]
Голос был ближе, чем когда-либо!
Шэнь Ань резко обернулся и увидел.
Среди толпы шёл высокий человек в чёрном. На его лице была механическая маска Гуаньинь.
И почему-то Шэнь Ань сразу понял: это он.
Мужчина подошёл и остановился напротив, чуть склонив голову.
Сердце Шэнь Аня сжалось, как будто его сдавила невидимая рука. Он не мог вымолвить ни слова.
Но мужчина заговорил первым, разведя руки.
— Обними меня.
Это чувство знакомости прорвалось сквозь границы памяти. Вспышки образов мелькнули перед глазами Шэнь Аня: смертельные игры, дуэли, длинный клинок в руке.
Но мужчина обнял его, тепло и по-настоящему.
И настоящий голос прошептал у самого уха:
— Уцзю, ты был счастлив дома?
Через этот объятие, через соприкосновение друг к другу, два неполных сердца будто нашли друг друга и зазвучали в унисон.
В его объятиях Шэнь Ань вспомнил всё.
Жестокие времена, когда они сражались плечом к плечу, испытания на грани жизни и смерти, товарищей, что отдали жизни за него, боль, что вновь и вновь пронзала сердце.
И…
— Шэнь Ти, Шэнь Ти, Шэнь Ти…
Он повторял его имя снова и снова, будто пытаясь наверстать всё, чего не хватало в эти двадцать лет.
— Угу, я вернулся, Уцзю.
Шэнь Ти снял маску, сжал её в руке, сделал шаг назад и прижался лбом к лбу Ань Уцзю.
Сквозь переданные воспоминания Шэнь Ти, Ань Уцзю увидел себя в самом конце замкнутого цикла, умирающего на его руках. Он увидел, как Шэнь Ти отдал половину своего сердца, воспользовавшись силой Повелителя Времени, повернул шестерёнки и откатил время обратно, к самому началу, туда, где ещё ничего не случилось.
Исчезнувший Ласасмус больше не вмешивался в их поток времени, и, без угроз, Шэнь Ти вернулся в одинокую вселенную, чтобы охранять жизнь Ань Уцзю с самого рождения и до взросления. Его первый школьный день, первое волонтёрство, бессонные ночи за учёбой, переезд в университет. Во все эти моменты Шэнь Ти в одиночестве смотрел из-за преграды времени.
Иногда он смеялся вместе с семьёй Ань Уцзю. Иногда злился, когда тому причиняли обиду, но, зная, что вмешательство может разрушить другой мир, прятался, чтобы пережить злость в одиночестве.
Чтобы не сорваться, он сложил временную линию Ань Уцзю, свернул её в себя. И пока ждал, ухаживал за странным растением, похожим на пион, надеясь, что оно расцветёт.
Но когда оно зацвело, оказалось совсем не тем, что он искал. Не тем, что было на теле Ань Уцзю. Шэнь Ти разочаровался.
И чем сильнее было разочарование, тем острее становилась тоска.
Скучая, он не выдержал, приоткрыл линию времени Ань Уцзю, чтобы тайком взглянуть на него.
Он не решался разрушить счастливую семью, которую Уцзю обрёл. Ведь всё, что он делал, было ради одного, чтобы тот мог вернуться домой.
И потому, чтобы выжить в разлуке, Шэнь Ти учился терпению. Оставил детские порывы, отказался от эгоизма и стал зрелым, надёжным богом-хранителем.
— Спасибо, — прошептал Ань Уцзю, обнимая его. — Эти двадцать лет были прекрасны. Я даже ни разу не простыл.
— Конечно, — Шэнь Ти крепко держал его в объятиях и указал в небо. — Я ведь всё время охранял тебя.
Он обхватил лицо Ань Уцзю ладонями, внимательно разглядывая, словно не веря, что тот перед ним. Потом поцеловал его в губы. Затем бережно и с любовью в лоб, в брови, в нос, в щёки, в подбородок. Словно проверяя, словно отмечая: он здесь, он рядом, он мой.
— Эти двадцать лет были слишком тяжёлыми, Ань Уцзю, — Шэнь Ти глубоко вздохнул и опустил глаза. — Я чуть не сошёл с ума.
Ань Уцзю рассмеялся:
— Ты всё такой же ребёнок.
Он поднял руку и откинул прядь волос со лба Шэнь Ти и случайно встретился с ним взглядом.
В его изумрудных глазах отражались неоновые огни, звёзды и лицо самого Ань Уцзю.
— Я люблю тебя, — тихо сказал он.
Шэнь Ти смотрел на его губы, и перед внутренним взором всплыли нежные лепестки пиона, за которым он так долго и тщательно ухаживал.
Он хотел долгий, сладкий поцелуй. Хотел гладить любимое тело, засыпать с ним в обнимку, слушать, как тот рассказывает о всём, что случилось за эти двадцать лет, даже если он уже всё это видел.
— Я тоже тебя люблю. Очень.
Ни апокалипсиса, ни бедствий, ни тревог. Они стояли посреди улицы, обнявшись, как самые обычные влюблённые, среди прохлады города и его тихой, отстранённой романтики.
— А, кстати. У меня есть подарок, — Шэнь Ти вдруг вспомнил, приподнял бровь. — Перед тем как прийти сюда, я побывал во всех остальных местах.
— Во всех местах? — переспросил Ань Уцзю. — Где?
Шэнь Ти пожал плечами, развернулся и раскинул руку, словно приглашая посмотреть.
Ань Уцзю прищурился и сначала увидел Чжун Ижоу, машущую ему рукой. Затем У Ю в школьной форме, Нань Шаня с мечом из персикового дерева, Ян Эрцы и Чжоу Ицзюэ в рабочих костюмах, а за ними Габриэля, Тоудоу Сакуру и Мацубару Мори.
Целая компания людей шла ему навстречу.
Сначала Ань Уцзю рассмеялся, но тут же опустил голову, сдерживая слёзы.
Чжун Ижоу схватила его за руку и, болтая без умолку, заговорила, как старая подруга:
— Уцзю, ты сегодня вернул мне колонку, прикинь? Если бы Шэнь Ти меня не нашёл, я бы даже не вспомнила про тебя! А ещё я слышала, у твоей мамы потрясающая еда! Можно я к вам в гости?
— Я хочу карри, — внезапно вставил У Ю.
— А я суши! Любые! — Тоудоу Сакура радостно подняла руку.
— И что в суши такого хорошего? — с презрением фыркнул Габриэль. — Рис да рыба. Лучше буррито съесть…
Нань Шань сложил руки перед собой и с улыбкой сказал:
— А я не привередлив. Простая лапша подойдёт, только кунжутного масла побольше.
Чжоу Ицзюэ усмехнулся:
— А кто вообще сказал, что вас кто-то кормить будет?
— Вот именно, — кивнул Мацубара Мори. — Это слишком хлопотно для тётушки.
— Пустяки! Тётушка нас точно полюбит!
Все заговорили наперебой, не слушая друг друга, споря, смеясь, перебивая. Шэнь Ти нахмурился от шума и обнял Ань Уцзю за плечи, шепча:
— Пойдём, не обращай на них внимания.
— Эй, подождите нас! — первой спохватилась Чжун Ижоу.
— Нет, — лениво махнул рукой Шэнь Ти, не оборачиваясь. — Мы идём снимать номер.
— Кто с тобой номер снимать собрался? — с усмешкой толкнул его локтем Ань Уцзю.
Шэнь Ти нахмурился, а сзади раздались насмешливые передразнивания друзей:
— Кто с тобой номер снимать собрался? Ха-ха-ха!
http://bllate.org/book/13290/1181380
