Глава 156. Окружение и засада
Время уходило.
Чжун Ижоу, У Ю и Нань Шань осторожно следовали инструкции, закладывая взрывчатку в указанных точках, когда неожиданно столкнулись лицом к лицу с загрязнителем, который искал их. Чтобы не привлекать внимание выстрелами, Нань Шань потянулся за мечом, но Чжун Ижоу вырвала его у него из рук и без колебаний шагнула вперёд.
— Ижоу!
Нань Шань попытался остановить её, но наткнулся на её решительный взгляд.
— Я должна идти, — голос Чжун Ижоу дрожал, — если меня загрязнят, Уцзю сможет управлять мной. Тогда меня больше не придётся защищать.
— Но Уцзю сейчас нет рядом…
— Всё будет хорошо, — Чжун Ижоу смотрела в лицо загрязнителю, её рассудок стремительно рушился. — Мы ведь уже справлялись, даже на расстоянии.
— Если не сработает… — сказала она, поднимая меч. В её глазах горели отвага и решимость. — Тогда тебе придётся убить меня.
Она чувствовала, как рассудок постепенно разрушается, как сам загрязнитель становится размытым и колышущимся. Мир начал сбоить и всё распадалось в хаос. Она видела смерть отца, большой пожар и болезненные фрагменты её памяти, которые вырывались наружу, снова и снова пронзая её сердце.
Пока это нарастающее безумие не достигло пика.
Ей вдруг почудилась улыбка Ян Эрцы, сплетённая с образом её гибели.
Наконец.
У Ю снова увидел, как тело Чжун Ижоу начинает вздуваться и деформироваться, превращаясь из человека в гигантского загрязнителя.
Он инстинктивно схватил Нань Шаня за запястье.
У неё должна быть осознанность.
Нань Шань бросил взгляд на его руку, помедлил и сказал:
— Не волнуйся. Должно получиться.
В следующую секунду они увидели, как Чжун Ижоу сбивает с ног загрязнителя, готовившегося к атаке, и использует свои зубчатые челюсти, словно лезвие, пронзая и разрывая его тело.
После этого яростного боя она развернулась, её массивное тело тяжело повернулось кругом, и бросила на них долгий, далёкий взгляд.
Глаза У Ю защипало. Он больше не понимал её речи, но в этом взгляде, казалось, было сказано всё.
Та, что так любила быть красивой, меняла ципао чуть ли не каждый день… как же она могла так легко отказаться от всего ради них?
Если это и правда был последний шанс, вернётся ли она когда-нибудь к себе прежней?
Эти болезненные вопросы закрутились в голове, как тяжёлый камень, мешая У Ю дышать.
Может, у них и вправду нет будущего.
Подумав об этом, он с трудом выдохнул и, сквозь боль, выдавил неловкую, неуклюжую улыбку Чжун Ижоу.
Нань Шань же поднял большой палец вверх.
Они стояли, думая, что Чжун Ижоу вернётся, но она повернулась и пошла прочь. Тяжёлые шаги глухо отдавались по земле.
— Куда она?.. — У Ю шагнул было вперёд, но Нань Шань остановил его.
— Скорее всего, на помощь, — тихо сказал он. — Уцзю и госпожи Тоудоу, наверное, недостаточно.
Услышав это, У Ю тоже опустил голову и молча продолжил устанавливать ловушки вместе с Нань Шанем.
Нань Шань был куда тише обычного. Всегда балагурил, вечно отпускал самоироничные шуточки, казался ненадёжным, а теперь молчал.
Точно так же, как и один другой ненадёжный человек.
С этой мыслью У Ю резко поднял голову, почувствовал что-то странное.
— Что случилось? — спросил Нань Шань, присев рядом.
У Ю покачал головой:
— Не знаю… Просто такое чувство, будто кого-то не хватает.
— Эрцы? — уточнил Нань Шань.
У Ю снова покачал головой:
— Нет… Я как будто только что о ком-то подумал… вертелось на языке… но теперь не могу вспомнить.
Нань Шань посмотрел на его нахмуренное лицо и вдруг рассмеялся:
— Значит, не такой уж и важный.
У Ю нахмурился ещё сильнее:
— Нет, наоборот… Кажется, кто-то довольно важный…
Но почему он не может вспомнить? С памятью у него никогда не было проблем.
Это было странное чувство. Нань Шань усмехнулся, опустил голову и начал засыпать взрывчатку сухими ветками и травой:
— Важнее, чем я?
Услышав это, У Ю замер на мгновение.
Нань Шань хлопнул ладонями, поднял голову и улыбнулся ему:
— Шучу. Не принимай близко к сердцу, малыш.
Он сам не знал, почему вдруг стал таким серьёзным. Нань Шань вообще редко воспринимал что-либо всерьёз, иначе бы не выжил.
Он не мог относиться всерьёз к тем, кто его бросил, к тем, кто не верил в его правду, или к самой несправедливой судьбе. Лучше быть в тумане, он всегда думал прожить в этом тумане до конца. Быть беспечным, как улыбающийся Будда, не задевать никого, не раскрывать душу.
Ведь он — один из тех, кому повезло выжить с рождения, и требовать большего было бы неблагодарностью.
Но после всего, что они вместе прошли — все эти испытания, все эти опасности — Нань Шань чувствовал, что сильно изменился.
Его дурашливая маска уже не могла скрывать настоящего его. Он впервые чего-то захотел, пусть и знал, что момент не тот.
Но в конце концов, если уж почти конец света, не сказать это казалось бы напрасным.
Но и сказать вслух…
Он как раз закопал последнюю связку, когда в тишине вдруг прозвучал голос У Ю. Негромкий, с лёгкой гнусавостью. Так он говорил, когда стеснялся, словно простуженный ребёнок:
— Я подумал… и всё же ты… важнее.
Нань Шань удивлённо поднял брови, повернул голову, но в тот же момент У Ю тоже повернулся, упрямо глядя в сторону:
— Не смотри на меня. Работай давай быстрее, а то остальные прибегут помогать…
Нань Шань усмехнулся:
— А теперь мне можно сказать?
У Ю резко дёрнул голову, схватил охапку веток, буркнул:
— Ну… говори.
Голос Нань Шаня вдруг стал на удивление серьёзным, таким он бывал крайне редко.
— Вообще-то я не хотел это говорить… но, может, другого шанса и не будет.
Рука У Ю замерла. Сердце на мгновение сбилось с ритма.
Он повернулся инстинктивно, чтобы посмотреть на Нань Шаня.
Тот, к его удивлению, просто улыбнулся, хлопнул в ладоши и поднял голову к светлеющему небу:
— Сейчас 6:10 утра, двадцать четвёртое октября. Как тебе такое: если мы увидим восход 25-го, тогда и скажу.
— Тьфу ты, — У Ю закатил глаза, снова уткнулся в работу и продолжил один.
Улыбка на лице Нань Шаня постепенно сошла на нет, и он вновь глубоко закопал в сердце слова, которые почти сорвались с губ.
Ты — самый важный. Без сравнений. И сравнивать не нужно.
Тоудоу Сакура сжимала в руках тяжёлый пулемёт, но уже не чувствовала ни боли в плечах, ни усталости — всё внимание было сосредоточено на наблюдении. Она стояла настороже.
— Эм, Уцзю… — неуверенно заговорила она, оглядываясь и понижая голос. — Эй, тебе не кажется, что тут как-то… пусто?
Едва она это произнесла, как впереди послышался шорох. Тоудоу Сакура тут же подняла оружие и навела его на источник звука, но увидела перед собой массивного загрязнителя.
Палец уже лёг на курок, но в следующую секунду человек рядом с ней поднял руку и мягко опустил её ствол вниз.
Тоудоу Сакура тоже уловила неладное. Загрязнитель не проявлял агрессии. Напротив, он просто шёл к ним, спокойно, без угрозы.
Она вдруг заметила обрывки одежды на существе, которые показались ей знакомыми.
— Госпожа Чжун?..
Она опустила оружие и шагнула вперёд:
— Это вы?
Чжун Ижоу не слышала её голоса, лишь остановилась. Все глаза, разбросанные по её коже, одновременно обернулись и уставились на них.
Рядом с Тоудоу Сакурой стоял Ань Уцзю в механической маске Гуаньинь.
Она казалась ей смутно знакомой, но Чжун Ижоу не могла понять почему. Будучи загрязнителем, она с трудом удерживала ясность мыслей, ей требовалось огромное усилие, чтобы добраться до правильного воспоминания.
[Уцзю, почему ты в маске?]
Странно, но в этот раз Ань Уцзю молчал долго, будто между ними оборвалась связь.
Наконец, спустя некоторое время, Чжун Ижоу услышала его внутренний голос:
[Ты загрязнена?]
Чжун Ижоу не стала отрицать.
Молчание между ними сгущалось, приобретая тяжесть безнадёги. Но тут Ань Уцзю заговорил снова.
[Я сделаю всё, что смогу.]
Двое людей и один загрязнитель — странная, несочетаемая троица — шагали по лесу, где в любую секунду их могла ждать смерть.
— Мы ведь договаривались о десятиминутном отсчёте, — Тоудоу Сакура взглянула на циферблат с внутренней стороны запястья. — Осталось тридцать секунд.
Ань Уцзю в маске молча кивнул и поднял оружие.
— Кстати, ты ведь в бронежилете? — спросила она, взглянув на него. — Он у нас один, было бы глупо не использовать.
Ань Уцзю снова кивнул, наклонил голову и выстрелил вперёд. Выстрел прокатился по мёртвому, безмолвному лесу, отдаваясь гулким эхом.
Это был условный сигнал. Первый выстрел означал: всё началось, финальная битва вот-вот развернётся.
— Осталось пять секунд.
Тоудоу Сакура начала обратный отсчёт.
Из глубин леса всё громче доносились шаги и шорохи. Резкий выстрел выдал их позицию, теперь к ним стремительно приближались и загрязнители, и другие враги.
— …Два, один.
Как только она произнесла это, раздался второй выстрел.
Загрязнённая Чжун Ижоу зарычала.
Земля под ногами дрогнула, тряслась и будто раскалывалась на части. В грохоте сотрясающегося леса Чжун Ижоу подхватила Ань Уцзю и закинула себе на плечо.
— Назад, Ижоу! — закричала Тоудоу Сакура, поднимая оружие. Обернувшись, она увидела, как из чащи со всех сторон несутся загрязнители, земля трескается, и из недр вырывается гигантское щупальце толщиной с питона.
Тоудоу Сакура открыла огонь, но внезапно одно из щупалец Чжун Ижоу подхватило и её.
— С-спасибо…
С Чжун Ижоу, несущей их обоих, скорость бегства выросла в разы. Тоудоу Сакура продолжала стрелять в преследователей, и многие падали, но огромное щупальце оставалось невредимым, более того, двигалось ещё быстрее, неудержимое.
— Быстрее! Оно догоняет!
Хотя Чжун Ижоу не слышала её голос, половина её глаз следила за дорогой вперёд, а другая — за тем, что происходило позади. Она всё чувствовала.
Осталось совсем чуть-чуть.
Вдалеке она увидела лёгкую струйку голубого дыма — их условный сигнал.
Оставалось всего несколько метров. Щупальца Чжун Ижоу вытянулись, обвились вокруг стволов деревьев, преграждая путь преследователям. Двое спрыгнули с неё и побежали вперёд.
Совсем близко, прямо перед ними была зона засады!
В поле зрения Тоудоу Сакуры никто не попадался, значит, остальные уже затаились. Она резко затормозила, свернула в сторону вместе с Ань Уцзю, как и было заранее оговорено, и не вошла в круг засады.
Но, оказавшись в безопасной зоне, она вдруг поняла, что Ань Уцзю вошёл в круг!
— Уцзю, ты что творишь?!
Она не видела выражения его лица за маской. Он даже не обернулся. лишь смотрел прямо на приближающееся щупальце и поднимал оружие.
Под ударами Чжун Ижоу оказалась тяжело ранена, её тело разрывало на части, но она продолжала сдерживать врага, насколько могла, лишь бы успеть.
— Самоуверенный…
В её алом, искажённом зрении на массивном щупальце вдруг вспыхнул голубой свет. Он походил на уродливую опухоль, из которой постепенно выныривала человеческая фигура — Рассел.
Сейчас.
Она знала: если не ударит изо всех сил, Рассел не воспримет это как угрозу. А значит, она должна выложиться полностью.
[Уцзю, я…]
В ней копилось столько слов, столько просьб, которые хотелось передать Ань Уцзю, но времени уже не было. Она не могла сказать ни одного.
[Прощай.]
— Ижоу!!
Тоудоу Сакура видела, как Чжун Ижоу разрывают на части бесчисленные щупальца. Огромное щупальце разверзло свою кровавую пасть и поглотило её целиком.
Её тело дрожало. Бесчисленные глаза на коже Чжун Ижоу померкли, потускнели, посерели и постепенно исчезли, втянутые в глубину чудовища.
Ань Уцзю по-прежнему стоял в центре, продолжая стрелять в монстра, но тщетно.
Гигантское щупальце, несущее Рассела, приближалось к нему всё ближе. Насмешливый голос, казалось, звучал не из тела Рассела, он раздавался с небес, издалека, будто с множества лун или далёких звёзд.
— Если бы не обретённая вновь всеведущая сила, я бы так и не узнал, что такая ничтожная тварь, как ты, осмеливается мечтать о месте бога.
Ань Уцзю безжалостно смотрел на него и выстрелил ещё раз.
Пуля прошила Рассела, но тот даже не думал прекращать насмешки.
— Брось тщетное сопротивление. Ты мне не ровня. Стоит мне захотеть, я появлюсь в любой точке твоей временной линии. Убить тебя где угодно, всё равно что стереть точку.
Услышав это, Ань Уцзю медленно отступил, а затем резко развернулся и бросился прочь.
Эта попытка бегства привела Рассела в ярость. Он повёл гигантским щупальцем, словно выхватил лезвие.
Тоудоу Сакура открыла огонь, но это было бесполезно, щупальце насквозь пронзило грудь Ань Уцзю!
— Уцзю!
Другие щупальца обрушились на каждую часть его тела, в том числе на голову, скрытую под маской.
Изувеченный Ань Уцзю с грохотом рухнул на землю. Его ладони, залитые кровью, всё ещё пытались цепляться за землю, он еле-еле полз вперёд.
— Жалкое зрелище.
Щупальце поднесло Рассела к раненому. В безупречных кожаных туфлях он наступил Ань Уцзю на согнутые пальцы и начал медленно их раздавливать.
— Продолжай, Ань Уцзю. Разве ты не любишь играть в спасителя?
Рука Рассела поднялась, превращаясь в сверкающее буровидное щупальце, готовое пронзить голову.
Но в этот момент его взгляд упал на испачканные руки лежащего и вдруг он что-то заметил. Он посмотрел на другую руку.
На обеих не было номера 99!
Вокруг них послышался шорох.
Маска треснула от удара. Рассел сорвал её и увидел окровавленное, но усмехающееся молодое лицо.
— Я не Ань Уцзю… Пожалуй, это моё последнее представление, так что буду формален.
С этими словами израненный человек с отвращением выплюнул сгусток крови прямо на начищенные туфли.
— Моё имя — Чжоу Ицзюэ.
Едва затих его слабый голос, как повсюду раздались мощные взрывы, а воздух прорезал рёв двигателей. Рассел резко поднял взгляд и увидел, что в небе нависли два корабля, заслонившие солнце, и сбросили мощные бомбы SDB.
Они имели малый радиус, но чудовищную силу, способную стереть всё на своём пути.
В ту же секунду, как они оторвались от корпусов, некогда тихая поляна содрогнулась от взрывов, залпы потрясли весь каньон.
В это время настоящий Ань Уцзю был заперт в резервном складе в районе «Ша Вэнь» ещё не взорванный Чжоу Ицзюэ. Он испробовал все способы, чтобы вырваться наружу, но так и не успел.
Из наушников, висевших на шее, раздавался голос Габриэля. Таким серьёзным он не был никогда. Смерть была слишком близко, чтобы её можно было встретить с улыбкой.
Чёрное облако от взрыва поднялось в небо, и грудь Ань Уцзю пронзила острая боль.
Он медленно раскрыл ладонь, в которой лежал армейский жетон.
«Моя идея не так уж плоха, не волнуйся. Вполне возможно, она сработает».
Чжоу Ицзюэ предложил рискованный план, исходя из того, что Рассел наверняка попытается убить № 0, и задумал, как с ним справиться.
«Человеческое коллективное жертвоприношение ещё не завершено, так что Рассел сейчас — лишь неполная версия себя. Только максимальная огневая мощь способна повредить его физическую оболочку. С большой удачей мы серьёзно его раним, с меньшей хотя бы ослабим».
«Нужно просто сосредоточить всё вооружение, которое Габриэль привёз сюда для засады. Делимся: мы выманиваем их сюда, а ты остаёшься в засаде. Два выстрела — это сигнал. Услышав второй, все в засаде должны отходить. Мы тоже уходим».
В голове Ань Уцзю всплыла хитрые лисьи глаза Чжоу Ицзюэ.
«Ты и так едва держишься. Если сам пойдёшь, не доживёшь до начала взрывов, и тогда мы все пропали. Из всех только я похож на тебя по росту и телосложению. Если сменим одежду, у нас будет шанс немного их обмануть».
Он с лёгкой улыбкой уговорил Ань Уцзю переодеться и даже спросил, есть ли у него маска, чтобы было правдоподобнее.
«Есть».
Ань Уцзю протянул Чжоу Ицзюэ маску, которую ему когда-то подарил Шэнь Ти.
«Ты отдашь её или как?»
Чжоу Ицзюэ взглянул на Ань Уцзю, державшего маску в руке.
«Ты обязан уйти в безопасную зону. Я приду, чтобы помочь тебе».
«Понял. Один раз уступлю тебе. Я не хуже тебя. Всё, что можешь ты — я сделаю даже лучше».
Чжоу Ицзюэ надел маску, затянул крепления и, не оглядываясь, вышел из маленького склада. Он с лёгким жестом закрыл за собой дверь и запер её на замок.
Помощь Ань Уцзю ему была не нужна. Любое вмешательство могло обернуться катастрофой.
«Просто побудь тут спокойно. Ты на грани, не смей никуда бежать».
Ань Уцзю всё понял и забарабанил кулаками в дверь.
«Чжоу Ицзюэ! Что ты творишь?! Открой!»
Вдруг он услышал металлический скрежет. Опустив взгляд, он увидел, как под дверь кто-то проталкивает что-то тонкое.
Он поднял предмет — это было ожерелье с жетоном.
«Это моего парня. Он подарил мне его, когда служил в армии. Ах да, я тебе ещё его фото послал… Не знаю, дойдёт ли. Если нет — не страшно».
«Ань Уцзю, я не хороший человек. Я жертвую собой ради того, чтобы у тебя остался шанс выжить, потому что других вариантов просто нет».
Через металлическую дверь он услышал слегка дрожащий голос Чжоу Ицзюэ.
«Если когда-нибудь встретишь его, верни ему. Скажи ему… что я больше его не люблю и не хочу, чтобы эта вещь осталась у меня».
http://bllate.org/book/13290/1181375
