[Я тоже хочу съесть жареные куриные крылышки Аньаня. Руками Аньаня было создано столько музыки, которая занимает первое место в чартах! Еда, приготовленная этими руками, должна быть самой вкусной едой в мире. Тан Саньюань, должно быть, в той жизни спас Вселенную, чтобы первым попробовать ее.]
[Мне так страшно. Отношения моего кумира и семьи противника становятся такими близкими. А как же голосование в будущем? Можем ли мы по-прежнему рвать друг друга?]
[А слабо, если мы будем сотрудничать друг с другом, когда придет время голосовать, чтобы достичь беспроигрышной ситуации?]
[О чем говорят наверху? Семья противника навсегда останется семьей противника. Это невозможно изменить. После варьете мой Аньань продолжит идти по дороге цветов в одиночку. Я не собираюсь быть мягкой, когда дело дойдет до голосования!]
[Ах… После этого варьете наш в своем одиночестве Юань-бао будет по-прежнему прекрасным, не соглашаясь ни на какие CP.]
Всплывающие окна продолжали «жужжать» в режиме реального времени. Тан Саньюань закончил обгладывать второе куриное крылышко. Немного утолив голод, его движения автоматически замедлились. Он медленно переместил взгляд на стоявшего к нему спиной Гу Аня
Спина Гу Аня казалась такой крепкой и надежной. Надетый на него фартук только еще больше подчеркивал его широкие плечи и узкую талию, его стройные длинные ноги. Он стоял, опустив голову, глядя перед собой. И его длинные ресницы отбрасывали небольшую тень на лицо. Его движения при готовке были неторопливыми, текучими, словно вода. Тан Саньюань начал себе представлять, как же он выглядит, когда играет на гитаре. Наверняка, еще более привлекательно.
Дверь на кухню внезапно распахнулась, и Тан Саньюань на мгновение остолбенел, поспешно отведя взгляд: он только что самым наглым образом разглядывал Гу Аня!
Это вошла Цзи Мэй, она хотела прибраться на кухне, которую до этого разгромил Цай Кэкэ. Но как только она увидела на столе жареные куриные крылышки, то больше ничего не замечала, глядя на них горящими глазами. На самом деле она уже давно была голодна, но просто сдерживалась все это время, чтобы сохранить свой имидж перед камерой.
Но, увидев на столе еду, она забыла обо всем. Цзи Мэй поспешно схватила куриное крылышко и начала быстро грызть его. Правда, она не забыла сесть спиной к камере.
В это время Гу Ань начал жарить выложенные на сковороду овощи. Мельком глянув на нее, он холодно заметил:
— Я это пожарил для брата сяо Саня.
Цзи Мэй тихо хмыкнула и только быстрее зажевала, тихо бормоча:
— Когда ты прогнал меня, не открыв дверь, я простудилась и заболела. Но я не держала за это на тебя зла. А сейчас тебе жаль для меня даже куриного крылышка, хм! Не знаю, чем ты мог мне раньше так нравиться? Куда мои глаза смотрели?
Она говорила так тихо, что зрители не могли расслышать, что она говорит. Но Тан Саньюань, сидевший рядом с ней, прекрасно все расслышал.
Тан Саньюань растерянно молчал… Кажется, он только что узнал нечто невообразимое.
Неудивительно, что Цзи Мэй выглядела такой злой, когда только увидела сегодня Гу Аня на шоу. Получается, та легендарная личность, которую Гу Ань отверг, когда она пришла к нему в сексуальной пижаме, была Цзи Мэй?
Цзи Мэй посмотрела на потрясенного Тан Саньюаня и многозначительно прошептала:
— Он невообразимо ужасный человек. Запомни мои слова, держись от него подальше, чтобы не быть съеденным им, даже не понимая этого.
— Если хочешь позже пообедать, то лучше заткнись прямо сейчас, — холодно бросил Гу Ань.
Спина Цзи Мэй напряглась, она поспешно замолчала, быстро обглодала еще одно куриное крылышко и взяла одно для сестры, после чего подмигнула Тан Саньюаню и рысью направилась к выходу из кухни.
Тан Саньюань по-прежнему потрясенно молчал.
Гу Ань взял тарелку с нарезанным фруктовым салатом и поставил его перед Тан Саньюанем, забрав тарелку, которую только что опустошила Цзи Мэй.
Тан Саньюаню стало неловко, что он просто сидит и ест. Он вскочил с места, собираясь помочь Гу Аню на кухне. Помахав оживленно руками, он предложил:
— Я больше не буду пока есть, давай я помогу тебе с готовкой.
Гу Ань посмотрел на фруктовый салат на тарелке и с легкость согласился, попросив:
— Тогда помоги мне проверить на вкус уже приготовленные блюда.
— …Хорошо, — Тан Саньюань снова сел, чтобы продегустировать готовое. Гу Ань подал ему тарелку с готовым блюдом. И Тан Саньюань, пробуя его на вкус, все потихоньку съел. Затем он попробовал другое приготовленное блюдо. В итоге Тан Саньюань пришел к выводу, что не может определиться, какое же из блюд вкуснее.
Сам Тан Саньюань этого не заметил, но комментаторы перед экранами постепенно почувствовали, что здесь что-то не так.
[Вы заметили, какой Гу Ань заботливый? Он позволил Тан Саньюаню очистить только несколько зубчиков чеснока, после чего принялся кормить его.]
[Гу Ань попросил Тан Саньюаня помочь ему, очевидно потому, что не мог позволить Тан Саньюаню тяжело работать по дому. Он нашел причину, по которой смог позвать его за собой на кухню, чтобы там быстро покормить его].
[Драгоценный наш Юань такой милый, когда вот так ест. Я тоже хочу его покормить.]
[Спасибо семье противника за то, что покормили моего Юаня. Он такой худой. Было бы неплохо, если бы семья противника откормила его немного.]
[Аньань такой красивый, когда готовит. Мой муж действительно суперклассный. Аньань, я хочу родить от тебя ребенка!]
[Эй там, наверху, очнись. Это мой муж.]
Гу Ань приготовил рис и несколько простых блюд, сварил еще один суп, а затем настало время обеда.
Тан Саньюань наконец-то нашел себе занятие по силам и с радостью помог ему с сервировкой стола, поставив рис и другие блюда на стол.
Все уже так проголодались, что чувствовали полный упадок сил. Юэ Лэфэн то и дело заглядывал на кухню, проверяя готовность обеда. И как только их позвали за стол, он первым прибежал, чтобы поесть еду, приготовленную руками его кумира. Только Цай Кэкэ вошел на в гостиную степенно. При этом он выглядел ужасно грязным в своей мокрой прилипшей к телу грязной одежде.
Осунувшийся и раздраженный, казалось, он мог в любой момент сойти с ума от злости. Одежда, в которую он сегодня был одет, была совсем новой, специально подготовленной для участия в этом эстрадном шоу, но, к сожалению, сейчас она была безвозвратно испорчена после того, как эта собака обрызгала его с ног до головы.
Он и раньше недолюбливал всех этих домашних питомцев, а сейчас разозлился еще больше. Просто из-за онлайн-трансляции он не мог показывать это на камеру, поэтому мог только притворяться, что собака ему очень нравится. И теперь внутри него все клокотало от дикой ярости.
http://bllate.org/book/13164/1170025
