Сяо Шэньвэй уже успел пожалеть, что притянул к себе Жун Юня, когда испугался змеи. Теперь тот, схватив змею и отбросив, сидел позади Сяо Шэньвэя, приобняв его. До беты доносился лёгкий мятный аромат, от которого немного кружило голову. Тёплое дыхание Жун Юня продолжало касаться затылка Сяо Шэньвэя, щекоча сердце, словно пёрышко, заставляя замереть неподвижно.
Вероятно, почувствовав скованность человека в своих объятиях, Жун Юнь слегка усмехнулся:
— Ты чего? Я-то людей не ем.
На что Сяо Шэньвэй подумал: «А я ем!»
Жун Юнь сказал это почти в самое ухо беты, заставляя того ощутить, как железы на затылке начали гореть, когда обжигающее влажное дыхание задело мочку. Усмешка парня за спиной была как доза афродизиака, от которой сердцебиение Сяо Шэньвэя мгновенно участилось, феромоны внезапно взбудоражились, а в воздухе появился слабый аромат белого чая.
Он почувствовал, как Жун Юнь нежно принюхался к его шее, затем положил подбородок ему на плечо и погладил его:
— Так хорошо пахнет, — после небольшой паузы он добавил: — Мне нравится белый чай.
В голове Сяо Шэньвэя как будто что-то взорвалось.
«…И ему хватает смелости на такое? Средь бела дня, когда рядом люди… Нет, бесстыдник!»
Пин Ханьхай и Тан Цю, шедшие впереди, явно не почувствовали ничего особенного, но Сяо Шэньвэй точно ощущал, что ещё немного — и его голова задымится.
Однако всё оказалось гораздо серьёзнее.
Сяо Шэньвэй поднял голову, посмотрел на спины Пин Ханьхая и Тан Цю с некоторым чувством вины, тихо откашлялся и сказал, понизив голос:
— Не учиняй тут беспорядки.
— Хорошо, — Жун Юнь ответил с усмешкой, но его тёплые пальцы внезапно легли на щеку Сяо Шэньвэя.
Тот аж замер от удивления.
— Сяо Шэньвэй… — тихо прошептал Жун Юнь в левое ухо беты, а пальцы его правой руки легонько провели по щеке и коснулись мочки уха. — Ты такой красивый.
Сяо Шэньвэй был в шоке.
«Боже, это невероятно, почему запас еды сегодня такой странный…»
— Ты что, сегодня…
«Ты съел что-то не то?»
Сяо Шэньвэй повернул голову и не смог закончить фразу.
Жун Юнь был явно не в порядке. Его лицо покраснело, и на ощупь он был немного горячим. Его красивые глаза были прикрыты наполовину, и он выглядел немного смущённым. Не заботясь ни о чём другом, Сяо Шэньвэй протянул руки и обнял почти упавшего Жун Юня, крикнув:
— Пин Ханьхай! Жун Юнь, он…
Пин Ханьхай и Тан Цю обернулись:
— Что случилось?
Сяо Шэньвэй открыл рот, не в силах придумать, как описать происходящее, и наконец выплюнул два слова:
— Он одержим.
У Пин Ханьхая и Тан Цю от изумления челюсти упали.
Они втроём подхватили Жун Юня и общими усилиями прислонили его к корням дерева неподалеку. Впавший в полубессознательное состояние Жун Юнь всё ещё крепко сжимал запястье Сяо Шэньвэя, и по его ощущениям, у альфы был такой жар, что тот мог загореться в любой момент.
Он коснулся горячих щёк Жун Юня, приоткрыл его веки и посмотрел на него, а затем почувствовал, как немеют руки. Путсь они и был врачом, он лишь хирург, поэтому, столкнувшись с таким внезапным приступом и бессвязной речью, ничего не может сделать.
Пин Ханьхай поднял запястье Жун Юня, посмотрел на крошечный кусочек чешуи на кончиках пальцев альфы и спросил:
— У той змеи было синее кольцо на голове?
Сяо Шэньвэй на мгновение задумался и нерешительно кивнул.
— Ага, понятно. Эта змея принадлежит к одичавшему виду, такие редко встречаются. Чешуйки на её теле ядовиты. При контакте с открытой кожей яд проникает в неё и распространяется через кровь.
— Эта штука ядовита? — Сяо Шэньвэй присел на корточки и погладил щёку Жун Юня.
Пин Ханьхай перевёл взгляд на Жун Юня, у которого на лбу выступил пот:
— Это не так серьёзно — просто некоторое время будет болеть голова.
Сяо Шэньвэй услышал какие-то странные нотки в голосе Пинь Ханьхая.
— В чём дело?
Тот после недолгого молчания ответил:
— Это похоже на то, как алкоголь в голову ударяет.
Сяо Шэньвэй прижал ладонь к горячему лбу Жун Юня, и это холодное прикосновение заставило альфу схватить руку и не отпускать.
Внезапно вспомнив о чём-то, Сяо Шэньвэй спросил:
— Как называется эта змея?
Пин Ханьхай некоторое время колебался, но всё же ответил:
— Блестящая призрачная змея.
Сяо Шэньвэй с улыбкой подумал: «…Хорошо».
Он снова подхватил Жун Юня и забрался на спину Таньтоу, глядя на Жун Юня, который умостился в его руках, и почувствовал себя окончательно запутавшимся.
«...У меня постоянно такое странное ощущение в сердце, как будто там что-то умирает. Что происходит?»
Это фиаско.
***
Это место слишком опасное, и оно не подходит для длительного пребывания, поэтому их группа снова отправилась в путь, намереваясь сначала добраться до золотого османтуса.
Там есть специально вырытая кем-то скрытая пещера, которая предназначена для людей, которым необходимо провести ночь в горах, чтобы отдохнуть. Таким образом, они смогут дождаться пробуждения Жун Юна под покровом аромата османтуса.
Возможно, из-за холода, исходящего от тела Сяо Шэньвэя, Жун Юнь чувствовал себя комфортно – он спокойно прислонился к бете и не издавал ни звука. Только феромоны, бурлящие в его теле, заставляли изумрудный цвет в глазах Сяо Шэньвэя время от времени вспыхивать.
Если бы не ингибитор, который Жун Юнь использовал ранее, его феромоны могли бы привлечь множество зверей. А в их планы сегодня совсем не входило потревожить кого-то из диких животных. Полагаясь на острое обоняние Таньтоу, оставшуюся часть пути они прошли, больше ни разу не столкнувшись с опасностями.
Вскоре их взору предстало золотое дерево османтуса высотой в десятки метров, золотые цветы гроздьями падали с его ветвей, душистый аромат витал в воздухе, такой густой, что стоило закрыть глаза — и могло показаться, что букет османтуса уже в руках.
Тан Цю радостно воскликнул, взял железный крюк и потащил Пин Ханьхая за цветами.
http://bllate.org/book/13154/1167905
