Готовый перевод Old Injury / Старая рана [❤️] [Завершено✅]: Глава 18.2 - Лян Цюян упомянул, что сейчас в тренде «лицо мизантропа», и что он хочет научиться его строить. Бессознательно в моей голове возник образ одного человека. Затем он показал мне несколько фотографий для примера – тот человек действительно выглядел так же безжизнен

Вдруг неподалёку послышались звонкие птичьи голоса. Небольшая птица с рыжей грудкой и спинкой села на валун и с любопытством уставилась на нас.

— Птичка! — Сун Мо мгновенно позабыл о своих переживаниях и с восхищением указал мне на неё.

Я был поражён. Эта птица настолько примечательна, что её трудно было не узнать.

— Это… сорокопут.

В мире обитают миллионы птиц, но мне достаточно пальцев рук, чтобы пересчитать тех, кого я могу распознать. И сорокопут один из них.

Однажды на крышу села очень красивая птица: сине-фиолетовая, с хвостом длиннее тела. Такую редко увидишь в городе.

В тот момент я делал домашнее задание по математике, и меня привлекло её щебетание. Когда я поднял глаза, то не смог оторвать свой взгляд.

— Красивый, не правда ли?

Внезапно позади раздался голос Сун Байлао. Я не заметил, когда он очутился за моей спиной, и вздрогнул от неожиданности.

Я забыл название птицы, которое он упомянул тогда, уж больно оно было запутанное.

Похоже, он был в приподнятом настроении. Он рассказал мне о повадках этой птицы и особенностях её вида. Затем он перешёл к другим птицам, словно решив, что этой информации недостаточно.

В конце он улыбнулся и спросил меня:

— Ты знаешь о сорокопутах?

Я знал, но сомневался, нужно ли говорить об этом.

Не дожидаясь моего ответа, он сказал, словно сам себе:

— Сорокопуты очень свирепые по своей природе. Их ещё называют птица-мясник. Они выглядят, как… — похоже, он решил, что описывает недостаточно красочно, поэтому схватил мой черновик и попытался нарисовать его для меня.

Жаль, но даже лучшие альфы имеют свои недостатки. Никто не идеален. Навыки рисования у Сун Байлао были такими же плохими, как и его характер. Из его неровных линий я смог понять только то, что это было какое-то «существо».

Я задумался, не зная, состроить ли мне понимающее выражение лица из вежливости или честно сказать ему, что я ничего не понимаю.

Сун Байлао, по-видимому, тоже ощутил ущербность своих навыков рисования. Он оглянулся по сторонам и разорвал листок.

— Я не взял с собой телефон… — он расстроенно нахмурился. — А ты взял?

Согласно школьным правилам, в школу запрещалось проносить электронные развлекательные устройства. Сун Байлао, королю нарушения дисциплины, нечего было бояться, но я всё же следовал этому правилу.

— Нет, — я забрал свой блокнот из его рук. — Опиши её, а я нарисую.

— Ты умеешь рисовать? — Сун Байлао выглядел удивлённым.

Хоть физическая сила и IQ бет ниже, чем у альф, но мы же не дураки. Так почему же то, что я умею рисовать, так удивило его?

Однако я осмелился ругать его только в душе, сохраняя обычное выражение лица.

— Немного.

По мере того, как Сун Байлао описывал её, постепенно обрели форму голова, крылья и хвост. Минут через пятнадцать на лист бумаги словно прыгнула невиданная мной ранее птица.

— Отличный рисунок, — он взял блокнот и внимательно рассмотрел его. — Если у него рыжее оперение на спине и груди, то это уже сибирский жулан*.

П.п.: Сибирский жулан (Lanius cristatus) — плотоядная птица из отряда воробьинообразных семейства сорокопутовых.

Он указал на эти части тела на рисунке птицы.

Сун Байлао сам взял на себя инициативу упомянуть сорокопута, что напомнило мне слова Чжу Ли о его неудачном имени*.

П.п.: Имя Сун Байлао柏劳 (Bǎi láo) пишется и звучит практически одинаково с названием птицы «сорокопут» 伯劳 (Bóláo).

Я спросил его не из-за услышанных сплетен, а потому, что мне было любопытно:

— Тебя назвали… в честь этой птицы?

Сун Байлао высоко поднял рисунок. Его взгляд задержался на маленькой птичке, нарисованной карандашом.

— Думаешь, что моё имя слишком свирепое?

Меня поразили его слова, и я смущённо кашлянул:

— Ты сказал, что это птица-мясник…

— Хоть сорокопут по своей натуре свиреп, он очень заботится о своих детях. Даже если такая тварь, как ядовитая змея, захочет причинить вред её птенцам, он без колебаний прикроет их своей грудью и будет защищать до самой смерти, — к концу фразы его речь немного замедлилась, и его настроение тоже изменилось с приподнятого на слегка подавленное. — Возможно, тот, кто дал мне имя, тоже надеялся, что сможет защитить меня, как сорокопут.

Тогда я ничего не почувствовал, когда услышал его объяснение. Но сейчас, когда я думаю об этом, мне кажется, что его имя звучит слишком болезненно.

Сун Мо, услышав мои слова, в замешательстве поднял глаза:

— …Отец-птица?

О-отец-птица?!

Глядя на его невинное лицо, трудно было не засмеяться. Но я не желал смеяться над ним, поэтому всё же сдержался.

— Нет, просто её имя просто звучит так же, как у твоего отца.

Сун Мо смущённо кивнул и снова посмотрел на сорокопута.

Он тоже смотрел на нас, время от времени клюя что-то возле ручья и прыгая взад-вперёд по камням. Сорокопут вёл себя очень оживлённо.

Сун Мо, не удержавшись, выскользнул из моих объятий и подошёл поближе, чтобы понаблюдать за ним. Я велел ему быть осторожнее и сидел, не сводя с него глаз.

Он присел на корточки на берегу и какое-то время наблюдал за птицей. Затем встал, видимо, насмотревшись, и пошёл обратно ко мне.

— …Отец? — воскликнул Сун Мо, остановившись и посмотрев в мою сторону.

Услышав его голос, сорокопут вспорхнул, захлопав крыльями. И я весело поправил его:

— Нет же! Это не твой отец. Это сорокопут.

Не успел я договорить, как позади меня послышался шелест листьев и травы.

— Кто же это, если не я? — раздался недалеко от меня знакомый ленивый голос, сопровождаемый тихим треском сломавшейся ветки.

Я удивлённо обернулся и увидел, как Сун Байлао, нахмурив брови и отодвигая мешающую ему ветку, неспеша идёт ко мне.

http://bllate.org/book/13149/1167118