Готовый перевод Old Injury / Старая рана [❤️] [Завершено✅]: Глава 11.1 - Даже с крыльями возможно не уметь летать, что уж говорить о жабе

Я тихонько приоткрыл дверь, но не увидел в комнате Сун Байлао. Я подумал, что его нет в спальне, закрыл дверь и уже было вздохнул с облегчением, как услышал звук прерывистой речи, доносящийся с балкона.

— Это всего лишь приступ астмы… Ничего опасного… Тебе не обязательно приезжать сюда...

В голосе Сун Байлао слышалось терпеливое почтение и подавляемое раздражение. Не знаю, что сказал его собеседник, но он больше не мог сохранять это подобострастие и взорвался.

— Он всё-таки мой сын. Как я могу причинить ему вред? Тебе напомнить, кто виноват в том, что он не может говорить?

После вспышки ярости надолго повисла тишина.

Я приподнял одеяло и лёг на кровать, не осмеливаясь издать ни звука, опасаясь, что шум, достигнув ушей Сун Байлао, лишь сильнее разозлит его.

Когда я, наконец, улёгся, то протяжно вздохнул, а Сун Байлао повесил трубку.

Раздвижная балконная дверь открылась и снова закрылась. Холодный горный ветер скользнул по моей шее, и я невольно вздрогнул. Вскоре после этого кровать за моей спиной прогнулась, когда Сун Байлао сел на неё.

Сна не было ни в одном глазу. Я неподвижно лежал на боку, всё время ощущая на себе пристальный взгляд, откровенно разглядывающий меня сверху донизу.

На что, чёрт возьми, он смотрит?

Я открыл глаза и посмотрел в темноту комнаты, отчаянно желая оглянуться. Увидеть, какого чёрта Сун Байлао пялится на меня посреди ночи, вместо того, чтобы просто уснуть.

Вдруг кровать слегка пошатнулась, и Сун Байлао наконец-то придвинулся.

В следующее мгновение небольшого участка кожи на моей шее коснулось ещё более обжигающее тепло чужого тела, вызвав нестерпимый зуд.

— Он почти зажил, — Сун Байлао почесал место укуса, в его тоне слышалось невысказанное сожаление.

Из-за неудобного расположения я не рассматривал след от укуса, только слышал слова тёти Цзю во время смены повязки, что он заживает довольно быстро и скоро превратится в красивую метку альфы.

Не знаю, как определить, красиво это или нет, но она действительно зажила довольно быстро благодаря Сун Байлао, который не разорвал сильно кожу, когда укусил меня. Я видел множество омег с огромными шрамами на шее, которые выглядели столь жестоко и отвратительно, что другим людям было больно даже смотреть на них. И это касается не только омег, шрам на шее Нин Ши был похож на укус дикого зверя. Я помню, что она не могла даже встать с кровати на следующий день: её шея была обмотана толстым слоем марли, лицо белое, как бумага. И ей понадобилось три дня капельниц, чтобы прийти в себя.

Если подумать об этом в таком ключе, то Сун Байлао в некотором роде проявил милосердие.

— Когда полностью заживёт, мой запах на тебе исчезнет, — что-то давило на меня сзади так, что я не мог игнорировать это ощущение. У меня возникло плохое предчувствие, и я уже почти обернулся, чтобы остановить его, но он схватил меня за подбородок и зафиксировал голову перед собой.

Острая боль снова пронзила меня. В том же месте и на той же глубине.

— М-м-м…

Хотя у беты на шее сзади нет гонад для обмена феромонами с альфами, альфа мог вводить свои феромоны в тело беты через клыки. Как и сказал Сун Байлао, на некоторое время его запах сохранится на моём теле. Но постепенно этот запах рассеется и не оставит постоянной метки.

Феромон переливался в моё тело, вызывая неприятные ощущения. Казалось, моё тело в месте укуса становится кислым и отёчным, как будто кто-то взял огромную иглу и ввёл в него концентрированную кислоту.

Боль была слишком сильной, и я толкнул Сун Байлао ладонями в грудь. Но он лишь крепче вцепился руками в мой подбородок, и его зубы сомкнулись чуть сильнее.

Мои пальцы на его груди слегка сжались, и всё моё тело задрожало:

— Не делай этого…

Похоже, он был доволен проявлением моей слабости, или, может быть, подумал, что этой боли будет достаточно, чтобы научить меня подчиняться, поэтому он постепенно снова ослабил укус.

К тому моменту, когда он закончил ставить вторую метку, я был весь покрыт слоем пота, а моя шея была липкой. Я чувствовал слабость, как после тяжёлой болезни.

Сун Байлао убрал клыки и языком мягко слизал остатки крови с раны:

— К счастью, кровотечение не сильное.

Говорят, что слюна альфы обладает кровоостанавливающим и обеззараживающим свойствами, но я сомневался в правдивости этих слов.

— Я… Я пойду найду тётю Цзю, чтобы наложить повязку… — мои ноги ослабли и еле держали меня, когда я спустил их на пол.

Я не понимал, зачем он это сделал. Может, у него просто плохое настроение, и он срывает свою злость на мне?

Не может быть, чтобы он действительно хотел оставить на мне свой запах…

— Нин Юй.

Я придержал полуоткрытую дверь и оглянулся назад. Сун Байлао сидел на кровати, скрестив ноги, и смотрел на меня. Его белый халат неизвестно как оказался разорван мной и сильно распахнут на груди, обнажая его упругие крепкие мышцы. Его локти упирались в колени, поддерживая подбородок рукой, а в уголке губ остался небольшой след тёмно-красной крови.

— Завтра приедет мой отец, — сказал он, немного помрачнев. — Что бы он ни говорил, не перечь ему. Я сам разберусь с этим.

Я замер, не понимая, что Сун Байлао имеет в виду. Он попросил меня… просто ничего не говорить, так ведь?

— Хорошо, — я послушно кивнул и повернулся, чтобы выйти из комнаты.

Как только дверь закрылась, даже если нас разделяла всего лишь стена, невидимое давление, оказываемое Сун Байлао, стало гораздо меньше.

Если бы не страх, что Сун Байлао внезапно откроет дверь и выйдет сюда, я бы сначала первым делом прислонился к двери, чтобы перевести дух.

Сун Мо сегодня заболел, и на случай, если ночью случится ещё один приступ, тётя Цзю будет присматривать за ним всю ночь.

Когда я тихонько открыл дверь, то обнаружил, что Ло Мэнбай тоже была тут. Она уже сняла маску-стоппер, и её лицо выглядело изящным и ясным. Она была одета в свободную повседневную одежду, а её длинные волосы ниспадали на спину.

Тётя Цзю уже собиралась встать, поняв, зачем я пришёл, но Ло Мэнбай остановила её.

— Я сделаю это. Я же профессионал, в конце концов.

Увидев, что она взяла инициативу в свои руки, тётя Цзю села обратно.

Спальня Сун Мо напоминала номер-люкс в отеле, а комната перед ней — игровую площадку с яркими пластиковыми горками, лошадками-качалками и множеством игрушек.

Ло Мэнбай и я нашли два милых кресла в форме зверушек и присели на них. Она открыла свою аптечку и очертила указательным пальцем круг в воздухе:

— Повернись ко мне спиной.

Я выполнил её приказ и некоторое время спустя ощутил, как рану сзади мягко протирают ватным тампоном, смоченным антисептическим средством. Немного щипало, но это было терпимо.

— Рот моего двоюродного братишки действительно беспощаден, — тихо прошипела Ло Мэнбай. — Только его феромон выветрился, как он снова его вкалывает. С чем, по его мнению, он имеет дело? С ботулотоксином*? Ботулотоксины хотя бы приносят пользу, а на что годятся феромоны? В качестве духов это слишком безвкусно.

П.п.: Ботулотоксины — белки-нейротоксины, вызывающие поражение нервной системы, сильнейший органический яд. Препараты на их основе применяют в медицине и косметологии.

Меня рассмешила её аналогия:

— Ты чувствуешь запах его феромона?

— Да, чувствую. Ты знаешь об истоках эволюции человека в гендерную систему ABO?

— Ну, да. Из-за C20.

— Исследования показали, что источником происхождения вируса C20 может быть какой-то вид кошачьих или собачьих. Видишь ли, метка территории и течка — всё это очень похоже на кошачьих. А когда альфа при спаривании… Ой, прости, я уже привыкла. Черты и некоторые паттерны поведения альф очень схожи с собачьими. Так вот, феромоны альфы на самом деле используются для того, чтобы предупредить других самцов держаться подальше от того, что ему принадлежит. Теоретически, даже если бы я почувствовала запах феромонов своего кузена, мне бы он не понравился.

Я уважительно кивнул:

— Вот значит как.

Когда речь заходила о сфере её исследований, Ло Мэнбай словно переключалась в режим «болтушки» и могла говорить бесконечно долго.

— Вирусы — это колыбель человеческой эволюции. Люди стали такими, какие они есть сейчас именно из-за заражения вирусами. C20 позволил людям эволюционировать до шести полов и приобрести ряд дополнительных особенностей, присущих другим видам. Это крайне интересная вещь. Большинство людей считает, что это регресс цивилизации. Но я так не думаю. По моему мнению, это испытание, которое вирус дал человечеству. Если современная медицина сможет преодолеть побочные эффекты, вызванные этим вирусом, то человечество станет иной, новой цивилизацией.

Обработав рану, Ло Мэнбай наложила мне повязку, параллельно рассказывая:

— Группы крови A и O имеют стопроцентный иммунитет к C20. Но группа крови B отличается, уровень её иммунитета лишь девяносто процентов, тогда как с группой AB ситуация ещё плачевнее — у неё иммунитет отсутствует вообще. В настоящее время в медицинском сообществе существует две гипотезы. Одна их них заключается в том, что это может быть связано с антителами в каждой из четырёх групп крови. А другая полагает, что это связано с продолжительностью существования групп крови. O — самая старая группа крови, за ней следует A, затем B. У группы AB самый короткий срок существования. У самых древних групп крови должно быть больше способов для выживания, не так ли?

Общаться с таким образованным человеком довольно утомительно. Я вроде бы понимаю каждое её слово, но если вникнуть немного глубже, то не имею ни малейшего представления, о чём она говорит.

— … Ну, да, — мне было слишком неловко прерывать её, поэтому я мог только слушать её болтовню примерно полчаса. Если бы тётя Цзю не заглянула посмотреть, почему мы не выходим, думаю, наша беседа затянулась бы ещё минимум на полчаса.

http://bllate.org/book/13149/1167103