Тот, кто на самом деле купил еду, не проронил ни слова, но Гичул хвастался так, будто это его заслуга. Конечно, всё это было для Тхэхвы. Гичул тараторил специально, надеясь, что Чхонхён поймёт скрытый намёк.
И Чхонхён, уловив его, тихонько усмехнулся.
Семь часов. Как всегда, Ким, ждавший с пяти минут седьмого, ровно в срок схватил сумку и поднялся.
— Я пошёл. До завтра.
— Да, до завтра...
Их прощание было формальным, как обычно. В отсутствие Гичула в офисе всегда царила напряжённая атмосфера — ни Чхонхён, ни помощник Кима не были разговорчивыми или общительными.
Проводив помощника, Чхонхён снова уставился в монитор. Прошло две недели с его прихода в компанию. Он всё ещё адаптировался, пытаясь нагнать работу, и часто задерживался после окончания рабочего дня. Сегодня, похоже, исключением не станет.
Чхонхёну поручили управление мелкими персональными займами. Как и многие другие кредитные компании, «Кики Кэш» обычно сразу одобряла займы до миллиона вон, если можно было подтвердить личность заёмщика. Для больших сумм требовались документы, а для крупных займов свыше двадцати миллионов вон президент компании Кан Тхэхва лично проводил собеседование. Это была стандартная процедура. В среднем «Кики Кэш» обрабатывала около двадцати заявок в день — немало для небольшой компании. Больше половины из них были мелкими кредитами, и Чхонхён теперь отвечал за всё — от телефонных запросов и проверки личности до одобрения. Кроме того, ему нужно было составлять список новых клиентов. Работы оказалось больше, чем он ожидал. Он не мог не восхищаться тем, как помощник Ким справлялся со всем этим, не задерживаясь после работы.
Прошло минут десять, и Кан Тхэхва вышел из кабинета.
— Пора домой.
Если у Тхэхвы не было особых планов, он каждый день требовал уходить вместе с Чхонхёном. И не просто уходить — а ещё и ужинать вместе. Вот тут-то и начинались проблемы. Иногда Тхэхва просто отвозил Чхонхёна домой. В другие дни он уговаривал его остаться у себя, напоив либо себя, либо Чхонхёна. На прошлой неделе Чхонхён дважды попался на эту уловку.
Когда Тхэхва снова настаивал на совместном уходе, явно рассчитывая на что-то большее, Чхонхён не смог скрыть недовольства. Сначала Тхэхва оправдывался тем, что не хочет ужинать один. Теперь он даже не утруждал себя отговорками, будто считал это своим правом.
— Я ещё не закончил работу.
— Не надо. Закругляйся.
— Не могу. Идите первым.
— Я здесь босс. Почему ты не можешь закончить, когда я говорю?
— Потому что, если не сделаю сегодня, завтра будет больше.
Взгляд Тхэхвы мгновенно стал острым.
— Вот почему я ненавижу, когда ты треплешься о том, чего сам не пробовал. Я сказал, буду платить, даже если ты просто сидишь.
Тхэхва изначально хотел, чтобы Чхонхён просто находился в офисе не работая. Поэтому он считал себя вправе выражать недовольство. Но Чхонхён твёрдо пресёк это.
— Хватит. Мы уже это обсуждали.
Они спорили об этом, когда Чхонхён только устроился. Тогда Тхэхва хотел, чтобы тот просто сидел рядом, не выполняя никакой работы, но Чхонхён настаивал, что деньги нужно зарабатывать.
— Получать деньги просто так — не благодарность, а обуза. Если уж даёшь, дай так, чтобы мне было спокойно.
Если бы Чхонхён упрямился или злился, Тхэхва бы настоял на своём. Но вместо этого Чхонхён мягко убедил его, и Тхэхва сдался. В конце концов, его цель была просто держать Чхонхёна рядом. В итоге, как сказал Чхонхён, они уже это проходили. Спорить снова было бессмысленно. Тхэхва хмыкнул и уселся на стол Чхонхёна, скрестив руки.
— Я подожду. Так что заканчивай быстрее.
Он устроился так, будто был у себя дома. Было ясно, что он не уйдёт, даже если его попросят. Чхонхён решил, что лучший выход — побыстрее закончить работу...
***
Они покинули офис только в половине восьмого.
Как будто по взаимной договорённости, Тхэхва поехал в ресторан. Меню и место — всё выбирал он. Конечно, сначала он спрашивал Чхонхёна: «Что хочешь? Куда пойдём?» Но каждый раз получал один ответ:
— Мне всё равно.
Раздражённый таким безразличием, Тхэхва как-то взорвался, потребовав конкретного ответа. Но в итоге смирился — Чхонхён действительно был непривередлив. Он избегал лишь некоторых продуктов, вроде морской капусты или шпината, но в целом ел что угодно. С тех пор Тхэхва сам выбирал рестораны, и Чхонхёну это нравилось. В этот день он выбрал место, известное маринованным крабом.
Едва усевшись, Тхэхва заказал четыре порции сета, даже не глядя в меню. У мужчины был отменный аппетит, и он не любил, когда его прерывали во время еды, поэтому заказывал щедро. Проблемы начались, когда Тхэхва захотел заказать также макколи.
— Подожди. Я правда не могу сегодня, — быстро сказал Чхонхён.
Если Тхэхва заказывал алкоголь, это означало, что он планирует забрать Чхонхёна к себе. Если не остановить его сейчас, всё пойдёт по его сценарию.
Как и ожидалось, лицо Тхэхвы мгновенно потемнело.
— Почему?
Чхонхён, готовый к такому повороту, спокойно объяснил:
— Мне нужно кое-что сделать дома.
— Что?
— Прибраться. Не убирался несколько дней, всё в беспорядке.
— Разве эта дыра не выглядит как помойка в любом случае?
— Я не постирал, мне нечего надеть.
— Тогда купи.
— Не могу тратить деньги так просто.
— Чёрт, опять ты жалкий.
Каждый раз, когда Тхэхва вспоминал, в какой нищете живёт Чхонхён, его охватывало раздражение. Он мог бы легко изменить его жизнь — простить долги, закрыть все обязательства. Да, Тхэхва мог сделать это прямо сейчас. Но не хотел. Почему? Из-за опасений, что Чхонхён может снова исчезнуть... Теперь, когда Тхэхва захватил добычу, он не собирался её отпускать... Даже если для этого нужно держать Чхонхёна в долгах. Официант, неловко стоявший рядом, воспользовался паузой:
— Так… Макколи заказываем?
Чхонхён отменил заказ вместо хмурого Тхэхвы. Тот сидел, скрестив руки, явно выражая недовольство. Теперь Чхонхёну предстояло его успокоить.
— Не обязательно сегодня.
Тон Чхонхёна был таким, будто он успокаивал капризного ребёнка. Тхэхва фыркнул:
— Думаешь, я как собака, что вильну хвостом, если меня погладить?
Чхонхён оставался спокойным. Он даже любезно положил перед Тхэхвой палочки и ложку.
— Нет, ты совсем не такой. Поэтому я и стараюсь.
Тхэхва потерял дар речи. Он готов был посмеяться над любым ответом…Но не над этим. Поскольку Чхонхён сообщил, что прилагает усилия. И Тхэхва понял, что это означает...
— Раньше я не знал, как с тобой общаться, но теперь, кажется, начинаю понимать. Наконец-то...
С этими словами на губах Чхонхёна появилась лёгкая улыбка. Тхэхва смотрел на него, заворожённый.
— Спасибо, что подвёз. Береги себя.
Как только машина остановилась, Чхонхён быстро попрощался и вышел. Его движения были стремительными, будто он хотел поскорее скрыться.
Раздражённый, Тхэхва пробормотал:
— Жмотяра.
Он и не планировал его удерживать. Но то, как Чхонхён осторожничал, задело его. Он почти пожалел, что так вежливо его высадил. Чёрт. Может, стоило притвориться тупым и тащить его домой? Но тогда он потерял бы те немногие очки, что заработал.
Чхонхён просил дать ему время. Говорил, что узнаёт Тхэхву. Что старается...
***
И Тхэхва решил ждать. Даже когда злился, он сдерживался. И сейчас он снова держал себя в руках. Мужчина облокотился на руль, наблюдая, как Чхонхён поднимается по крутым ступенькам и исчезает из виду. Горькая улыбка застыла на губах Тхэхвы. Воспоминания нахлынули внезапно.
Десять лет назад было так же. Сколько бы этот отчаянный бездомный пёс за ним ни бежал, Чхонхён едва удостаивал его вниманием. Только когда Тхэхва рычал от голода, на него, наконец, обращали взгляд — удивлённый и неохотный.
Может, это безразличие и было показателем чувств Чхонхёна. Если так, то место Кан Тхэхвы в жизни Чхонхёна не изменилось — ни тогда, ни теперь.
Эта мысль, какой бы правдивой ни была, была неприятной. Но ничего. Хотя Чхонхён решал, как будут развиваться их отношения, последнее слово оставалось за Тхэхвой.
Сейчас всё было иначе, чем в прошлом, когда он хотел, но не мог получить. Если Чхонхён примет его, его желание проявится как уважение. Но если в конце он отвергнет его — оно проявится как сила. Тхэхва не знал, станут ли их отношения романтичными или превратятся в обладание. Но в любом случае итог будет один.
В конце концов Чхонхён будет его. Эта мрачная мысль развеяла его плохое настроение. Он развернул машину и покинул узкие улочки трущоб.
Через двадцать минут Тхэхва снова оказался среди ярких огней города. Движение было плотным, и на каждом светофоре приходилось останавливаться. На одном из перекрёстков, где красный свет длился вечность, мужчина с досадой шлёпнул по рулю.
Чёрт.
Тхэхва собирался заехать в спортзал, но теперь это было бессмысленно. Высунув руку в окно, он потянул шею. И рассеянный взгляд случайно упал на витрину магазина одежды.
Белая рубашка, бежевая куртка и джинсы. Ничего особенного, но именно поэтому комплект выглядел так элегантно.
Неожиданно он подумал о Чхонхёне. Представил его в этой одежде. Ему бы подошло. Он вспомнил жалкие отговорки Чхонхёна насчёт нехватки денег на новую одежду. Может, поэтому витрина привлекла его внимание.
Без колебаний он решил купить это. Через двадцать минут его машина мчалась обратно к дому Чхонхёна, с большим пакетом на пассажирском сиденье.
***
Бам-бам-бам!
С пакетом в одной руке Тхэхва колотил в дверь ногой. Выглядело это так, будто бандит пришёл выбивать долги, но на самом деле он пришёл не забирать, а давать. Дверь приоткрылась, и в щели показалось лицо Чхонхёна.
— Кто… А?
Его напряжённое выражение смягчилось, когда он увидел Тхэхву. Тот, напротив, нахмурился.
— Ты что, просто так открываешь не проверив? Мог бы и вовсе не закрывать. Если живёшь в таком дерьме, будь осторожнее.
Слова звучали лицемерно от того, кто только что ломился в дверь. Но Тхэхва считал себя правым. А если бы за дверью стоял кто-то с плохими намерениями? С таким хилым телом Чхонхён не смог бы защититься.
Чхонхён, чувствуя несправедливость, мягко ответил:
— Надо открыть, чтобы увидеть, кто там.
— Мог бы спросить: «Кто, блядь, там?» Неужели здесь настолько плохая звукоизоляция, что ты не слышишь?
— Ладно, в следующий раз так и сделаю. Но зачем ты пришёл? — прервал спор Чхонхён.
— Держи, — Тхэхва резко протянул пакет.
— Что это?
— Зачем спрашивать? Просто возьми. Кстати…
Вдруг он почувствовал странный запах и принюхался. Резкий аромат ударил в нос.
— Почему пахнет чесноком? Так сильно.
— О… — Чхонхён замялся.
http://bllate.org/book/13138/1165536
