После того, как эти слова были произнесены, окружающие на мгновение замерли. Даже сам Цино был немного удивлён. Он долгое время упорно трудился, надеясь, что ему удастся поговорить с главным героем «по душам», но медленное развитие мышц гортани делало это желание трудновыполнимым. В лучшем случае он мог только лепетать неразборчивые бессмысленные слоги. Возможно, благодаря тому, что он так долго усердно тренировался, на этот раз ему удалось добиться успеха.
Кровь отхлынула от лица Цино, когда он повернулся, чтобы посмотреть на Си Вэя. Он обнаружил, что к нему вернулось полное спокойствие. Но в глубине души его сердце безмолвно топтало стадо слонов, так как он оплакивал катастрофическую растрату своих первых слов.
Очевидно, что он хотел сначала воззвать к главному герою! Как Си Вэй мог не проникнуться умилением в этот момент! Вы не понимаете!*
П.п.: О да, мы понимаем.
Вместо этого он не ожидал, что случайно ответит Сяо У, которая, полная воодушевления, пыталась заставить Цино снова заговорить с ней.
Но расстроенный Цино уже отпустил руку, державшую её косу, и уткнулся в плечо Си Вэя, полный горя и негодования. Не желая общаться с Сяо У, Си Вэй не произнёс ни слова и сразу же повернулся, чтобы уйти.
Из-за их взаимной неприязни Си Вэй, казалось, не хотел скрывать свой характер. Он был простым и грубым, и ему было всё равно, что его разоблачат. Треснутый сосуд лучше всего разбить*.
П.п.: Идиома, означающая «из-за неудачи пустить всё на самотёк, перестать исправлять ошибки».
Сяо У была потрясена, когда он отнёсся к ней как к пустому месту. Скорее всего, она никогда не встречала человека, который относился бы к ней так пренебрежительно. Её щёки покраснели, и она раздражённо зашагала в противоположном направлении.
Хотя они пробыли на улице совсем недолго, из-за недавнего волнения осторожный Си Вэй не хотел выходить на неё вновь. Как только он почувствовал, что они в опасности, страх и неуверенность заставили его вернуться в безопасный дом.
Цино начал размышлять о том, что же пошло не так... Во всём этом можно было винить только королеву эльфов!
Хуа Ли часто выходила из дома и не возвращалась, пока луна не достигала зенита. Большую часть времени она проводила в лодке, разговаривая с Цино, что, к сожалению, выглядело так, будто она всё время разговаривала сама с собой. Поскольку Цино всё ещё был чужаком в этом мире, каждый раз, когда она рассказывала свои истории, он слушал её очень серьёзно.
Маленькие круглые чёрные глазки малыша пристально смотрели на Хуа Ли, стоило ей начать говорить. Это так радовало её, что она попыталась научить Цино говорить «старшая сестра», но, к сожалению, безуспешно.
Если бы королева эльфов узнала, что все её усилия, приложенные в течение долгого времени, по ошибке так легко достались Сяо У, какое выражение лица она бы показала?
Около полудня они вернулись к маленькой разбитой лодке. Си Вэй выкопал возле угла лодочной «хижины» несколько диких трав, которые они раньше не ели, сделал пюре из свежего сердцелистника, выдавил немного сока только что собранной травы и соединил всё это, чтобы Цино поел. Это был обед.
Хотя вкус не был выдающимся, Цино был очень доволен, особенно если сравнить его с зимней едой. Такое свежее блюдо в их полуголодной жизни было незабываемым.
Маленькие дети спят намного больше взрослых. Лёжа на боку и с удовольствием наблюдая за тем, как его герой ест свою еду, Цино почувствовал, что его веки начали тяжелеть.
Сквозь дремоту раздался уже знакомый голос, а затем холодная, но ободряющая рука провела по коротким пушистым волосам Цино:
— Не спи.
Цино сразу понял, что что-то происходит, и поднял голову, встретившись с непроницаемым взглядом Си Вэя. Он инстинктивно почувствовал себя немного виноватым, желая отступить назад. Однако Си Вэй легко схватил его за одежду и потянул Цино вверх. Он зафиксировал его в поле своего крайне гнетущего взора и произнёс:
— Говори.
Мозг Цино получил сигнал говорить, и условный рефлекс его рта выдал:
— Старшая сестра.
Ему захотелось ударить себя по лицу в ту же секунду, когда это слово вылетело из его рта. Даже если бы он мог произнести только одно предложение, лучше бы он этого не говорил!
Си Вэй долго задумчиво смотрел на его заплаканное лицо, а затем достал небольшой кусочек дикой травы, которую он собрал ранее. Он протянул его малышу:
— Цай*.
П.п.: Дикорастущая трава. Оставили без перевода, ведь будет странно, если Си Вэй начнёт учить малыша такому длинному слову.
Цино даже не знал, из-за чего ему следует плакать в этот момент.
«Главный герой, давай просто будем делать это шаг за шагом. Если ты бросишь мне сложную реплику, это не произойдёт просто так».
Правда заключалась в том, что хотя Цино мог каким-то образом понимать язык, на котором говорили люди этого мира, на самом деле он его не знал. Произношение было невозможным по сравнению с тем языком, на котором он говорил на Земле. Например, когда речь шла о континенте, китайское произношение Хун Юэ звучало как «%#&». До того как Цино попал в этот мир, английский был для него самой большой слабостью. Изучение нового иностранного языка неизбежно привело к тем же результатам.
Между тем, отец-новичок был всего лишь ребёнком без опыта воспитания, который не понимал этой простой истины. Всё, что он мог делать, — это непрерывно повторять «цай» в лицо Цино.
«Дело не в том, что я не хочу с тобой сотрудничать, а в том, что я хочу уменьшить сложность».
Вот так, один учил, другой учился. В итоге полдня прошло без каких-либо достижений.
Цино начал ненавидеть общие добродетели всех героев семейства X. Настойчивость и терпение точно проявили себя в полную силу, поскольку Си Вэй не проявлял видимого нетерпения и не говорил холодно. Наоборот, он упорно трудился и добросовестно поощрял его говорить «цай».
Наконец Цино почувствовал, что ему нужно что-то предпринять. Он протянул свои маленькие ручки, вытащил траву, взял нежную руку главного героя и добросовестно крикнул:
— Папа!
Благодаря языковой системе континента Хун Юэ, как и в любом другом языке в любом мире, каким бы сложным он ни был, произношение мамы и папы было очень похожим. Этот случай не был исключением.
Пальцы Си Вэя напряглись.
Независимо от того, какой это был десятилетний ребёнок, когда его вдруг называют «папой», он, должно быть, впадает в ступор.
Си Вэй, наконец, прекратил попытки заставить Цино говорить: он нашёл новое занятие.
То есть решил научить Цино не только правильно говорить, но и ходить. Это напомнило Си Вэю, что он не сможет привязать Цино к себе на всю жизнь, поэтому он начал серьёзно заниматься вопросом его «воспитания».
Над их разбитой лодкой был почти заброшенный арочный мост, по которому редко ходили люди. Хотя он был очень старым, проблем с безопасностью не было. С того дня, после того как они заканчивали есть, главный герой стал выводить Цино на арочный мост. Он просил Цино держаться за перила моста с одной стороны, а сам стоял на другой стороне и подавал малышу сигнал, чтобы тот двигался к нему.
Цино, охваченный меланхолией, неохотно отходил от перил. С тех пор, как он произнёс «папа» в тот день, для Си Вэя словно открылась дверь в новый мир. Теперь у него были «страсть» и цели, к которым он мог стремиться.
В воздухе всё ещё висела прохлада ранней весны и дул холодный ветер. Цино чихнул, бросив взгляд на другой конец моста, где ждал главный герой, а затем, дрожа, поднял одну короткую маленькую ножку.
Один шаг — и никаких проблем. Другой шаг — и он плюхнулся на землю.
После энного падения Цино остался лежать на земле, серьёзно вспоминая, как он учился ходить в своей прошлой жизни.
Он всегда воспринимал эти навыки как должное. Пытаться вновь обрести их с нуля было очень сложно.
К счастью, его герой жил в мире, где воины-наёмники могли три дня и три ночи ничего не есть и не пить, выжить в засаде и при этом храбро сражаться. Так что эти маленькие неудачи не давали ему упасть духом.
Цино снова занял позицию, а Си Вэй повернулся, чтобы вернуться на свою сторону моста. Цино хотел было пожаловаться:
«Мы же не пастух и ткачиха, ищущие путь через вселенную»*.
П.п.: китайская народная сказка. Много вариантов, используются звёзды Вега и Альтаир, но они были влюблёнными, изгнанными на противоположные стороны вселенной (галактики). https://en.wikipedia.org/wiki/The_Cowherd_and_the_Weaver_Girl
Но он не осмелился и мог рассчитывать только на собственные силы.
Си Вэй сделал два шага, а затем почувствовал, что его слегка потянули за ногу. Когда он посмотрел вниз, его глазам предстала милая улыбка с четырьмя маленькими аккуратными белыми зубками. Две крошечные ручки вцепились в его штанину, а сам малыш стоял неуверенно, выглядя так, словно мог упасть в любой момент. Но в каком-то смысле он всё ещё ходил.
Си Вэй сохранял абсолютно равнодушное выражение лица, пока они с Цино смотрели друг на друга. Неумолимый, он не допустил такого обманного пути и безжалостно разорвал хватку малыша.
Цино упал на землю с тихим звуком.
Си Вэй продолжил движение к своей позиции.
Несмотря ни на что, Цино не признавал поражения. Он делал одно и то же движение каждый раз, когда Си Вэй возвращал его обратно, и каждый раз, когда его переставляли.
Си Вэя не раздражал этот ход. Любой сторонний наблюдатель мог заметить, что главный герой на самом деле мог легко каждый раз избегать ребёнка, но он намеренно медлил, делая вид, что ничего не замечает.
Время пролетело незаметно, и Цино быстро овладел навыками речи и ходьбы, наслаждаясь фундаментальными преимуществами, которыми его щедро одарила природа. Ему не нужно было беспокоиться о сохранении лица, крича «папа» весь день напролёт, но он всё ещё мог полагаться на своё более взрослое сознание, чтобы учиться быстрее.
В конце концов, они находились недалеко от улицы Фэньхун, если они искренне захотят, то смогут найти кого угодно. Более того, человек со шрамом в городе Е Са тоже имел много связей и силы*.
П.п.: Эти строки, кажется, совершенно не связаны с тем, о чём шла речь. Я оставила их там, но не знаю, почему он вдруг заговорил об этом.
В последнее время Цино был расстроен, так как столкнулся с серьёзной проблемой. По мере того, как он рос день ото дня, его грязная одежда становилась всё более тесной. Главный герой даже разрезал его одежду в разных местах, чтобы она не была слишком тесной. В конце концов, от его одежды остались одни лохмотья, но, к счастью, погода становилась всё жарче, поэтому он не замёрз.
Но если так продолжится и дальше, то он станет настоящим стрикером*!
П.п.: Стрикер — тот, кто занимается стрикингом, появляется обнажённым в общественных местах.
В эти дни Си Вэй часто водил Цино тренироваться в ходьбе. Теперь он мог ходить уверенно, но всё равно нужно было больше двигаться и заниматься физическими упражнениями. После того, как Цино так долго носили на руках, ему стало совсем скучно.
— Малышка, подожди, — крикнула издалека маленькая девочка.
Цино схватил мизинец Си Вэя и повернулся к Сяо У. Когда Сяо У увидела, что Си Вэй намерен игнорировать её, она сразу же почувствовала к нему отвращение. Она быстро подбежала и погладила Цино по головке, довольная тем, что получила приветствие «старшая сестра».
Си Вэй продолжал молчать. Он взял Цино за руку и зашагал взад-вперёд по арочному мосту. Его не волновала враждебность Сяо У по отношению к нему, он просто занимался своими делами.
Си Вэй всегда вёл себя подобным образом. Он не хотел связываться ни с Си Лунем, ни с Сяо У, поэтому постоянно был настороже рядом с ними. Однако он прекрасно понимал, что с его способностями ему от них не уйти, поэтому мог лишь выбрать лишь молчаливый отказ.
Хуа Ли всегда старалась избегать его, а Сяо У находилась на грани конфронтации, постоянно выискивая какую-нибудь провинность. Си Вэй же просто игнорировал их наивные провокации. Что же делать?
Цино, с одной стороны, был в восторге от этой стороны главного героя — он был так крут! С другой стороны, он переживал, что если тот будет вести себя так холодно, то не найдёт себе хорошую сестру в будущем!
Какая сестра захочет, чтобы её возлюбленный был таким холодным?!
После того дня Сяо У часто встречалась с мальчиками. Обычно она приносила какую-нибудь вкусную еду. Си Вэй никогда не брал её, но он не мешал давать еду Цино.
Сегодня Сяо У, что было нехарактерно для неё, подняла бумажный пакет и загадочно оглядела Цино с ног до головы, чувствуя себя всё более и более удовлетворённой. Она сунула руку в бумажный пакет и достала оттуда одежду. Хотя одежда была немного поношенной, она была чистой и в хорошем состоянии.
Цино почувствовал облегчение: он не станет стрикером.
Си Вэй вернулся в каюту лодки, чтобы переодеть Цино, выставив оттуда растерянную Хуа Ли, которая отправилась к Сяо У, стоящей в ожидании неподалёку. Поскольку Хуа Ли была с ней знакома, две маленькие девочки нашли общий язык. Эльфы были очень чувствительны к человеческой злобе, если она была направлена на них, поэтому королева эльфов очень полюбила Сяо У и её чистоту.
Цино с волнением последовал за Си Вэем на лодку, чтобы переодеться, в то время как Си Вэй оставался невозмутимым. Когда пришло время переодеваться, Си Вэй странно помедлил, прежде чем помочь Цино одеться. Цино подумал, что его главный герой, возможно, неумело одевает его из-за отсутствия опыта в переодевании детей, поэтому не придал этому значения.
Переодев Цино, Си Вэй вытащил малыша из каюты лодки. Ожидавшие его Сяо У и Хуа Ли сияли от счастья. В глазах у них горели звёзды.
Цино вдруг почувствовал, что что-то не так: они были слишком счастливы. Наконец он посмотрел вниз и обнаружил там бант. Одежда выглядела красивой и была очень удобной, но это было платье!
Сяо У начала взволнованно объяснять:
— Я попросила папу принести мою детскую одежду. Я знала, что она идеально подойдёт для этой маленькой милашки.
Цино тускло посмотрел на двух взволнованных сестёр, беспомощно борясь между стрикингом и женской одеждой.
http://bllate.org/book/13130/1164341
