— Значит, здесь вокруг сплошная пустыня? — спросил он меня после еды.
— Да, — кивнул я. За пустыней находится центральный город. Там живёт король. Это королевский город, поэтому он — самое изысканное место в окрестностях, — добавил я после паузы. — Я уверен, что ты родом оттуда. Другие города лежат за Аль-Фатихом, а ты пришёл из пустыни.
Казалось, он на мгновение задумался, прежде чем спросить:
— Насколько велика пустыня?
— Я не уверен, — склонил голову набок я. — Я пересекал её в детстве, но… чтобы добраться до центра города, мне потребовалось три или четыре дня.
— И там живёт королевская семья?
— Да, по крайней мере, так было в последний раз, когда я слышал об этом. Король и его семья живут там вместе с его братьями и сёстрами.
Он кивнул, а затем сказал:
— Похоже, ты много знаешь об этом.
— Я даже бывал во дворце, — с гордостью заявил я, самодовольно заявил я.
— Сколько раз? — заметив мой тон, он слабо улыбнулся.
— Два, может, три? Я точно не помню, — моя уверенность поколебалась, и я чувствовал себя немного смущённо.
Мой отец водил меня туда, когда был жив. В последний раз, когда мы были там, он скончался. Мне вспомнились эти горько-сладкие воспоминания, и я попытался отогнать их разговором.
— Дворец потрясающий. Он огромный, и у королевской семьи так много роскошных экипажей. Король очень добрый…
Я хотел сказать больше, но мои воспоминания были размытыми, ведь это было так давно. Пока я пытался вспомнить, внезапно в памяти всплыло кое-что ещё.
— Там мне сделал предложение один мальчик. Я тогда был совсем маленький… Кажется, это было время моего первого визита во дворец. Кажется, он был старше меня…
— Мальчик?
Я кивнул в ответ на его вопрос. Вспомнить его лицо не удавалось, но я помнил, что тот ребёнок был намного выше меня. Глядя на мужчину, стоявшего передо мной, такого же высокого, я не мог не улыбнуться.
— Кажется, мы познакомились на вечеринке, но он решил, что я был девочкой.
Когда в памяти всплыло смутное воспоминание, на моём лице появилась улыбка. Я вспомнил, как смутилась мама, а папа громко смеялся. Что он тогда сказал?
«Если бы Йохан был девочкой… Тогда…»
Мужчина продолжал смотреть на меня, и мне стало немного неловко.
— Наверное, тогда я был довольно-таки симпатичным, — быстро добавил я.
— Довольно-таки? — он повторил мои слова, и я смутился от его выражения лица.
— Ну, я имею в виду, когда был маленьким, — поспешно добавил я.
И слегка рассмеялся, словно это была шутка, но мужчина даже не улыбнулся. Вместо этого он серьёзно сказал:
— Ты не был просто «довольно-таки» симпатичным.
— Я знаю.
Я попытался отмахнуться, сказав, что это не нужно подтверждать, но он уверенно меня остановил.
— Ты был действительно прекрасен.
О чём он вообще говорил? Я почувствовал волнение и вздрогнул, посмотрев на мужчину. Он, однако, продолжал смотреть на меня с той же невозмутимой улыбкой. Моё лицо покраснело, я отвёл взгляд, слишком смущаясь, чтобы ответить. Но незнакомец был не из тех, кто отступает.
— Ты всё ещё прекрасен. Слишком прекрасен, чтобы застрять в таком месте.
Я попытался остановить поток его похвал, но мужчина продолжал говорить, не обращая внимания на моё смущение.
— Наверное, хорошо, что никто, кроме меня, не может тебя видеть.
Вероятно, это было задумано, как шутка, но совсем не смешная. Вместо улыбки моё лицо вспыхнуло, и я почувствовал странный трепет в груди.
«Наш красивый Йохан!»
Эти слова внезапно пробудили воспоминания. Я уже слышал их однажды, когда был счастлив. Когда мама и папа были живы. Когда я ещё не проявился. Погружённый в свои мысли, я едва заметил, когда мужчина заговорил снова:
— Как долго ты здесь живёшь?
— Я не знаю. Сколько лет прошло? Шесть? Семь? — рассеянно ответил я, всё ещё витая в своих мыслях.
Даже когда я понял, что сказал, это, казалось, не имело значения. Не похоже, чтобы он мог понять обо мне что-то из сказанного. Мужчина спокойно изучал меня, прежде чем снова задать вопрос:
— Ты всё время жил один с котом?
— Да.
Этот вопрос заставил меня почувствовать себя неловко, но я дал честный ответ.
— Как долго ты планируешь оставаться здесь? — после паузы спросил он.
Неожиданный вопрос лишил меня дара речи. Я открыл рот, чтобы ответить, но не смог произнести ни слова. Наконец, мне удалось сказать:
— Навсегда.
Мужчина на мгновение заколебался.
— Я собираюсь остаться здесь навсегда. Даже когда ты уйдёшь, — увидев его реакцию, добавил я.
Вероятно, на всю оставшуюся жизнь. Больше он ничего не сказал. Похоже, пытался осмыслить услышанное. Я проигнорировал это и сменил тему:
— У тебя есть ещё какие-нибудь вопросы?
На мгновение он, казалось, погрузился в раздумье, и я терпеливо ждал. Не потребовалось много времени, чтобы мужчина снова заговорил:
— Назови меня как-нибудь.
— Что? — машинально спросил я, ошеломлённый внезапностью происходящего.
— У меня нет имени, — спокойно ответил он, будто предвидя мою реакцию.
— О…
Я хотел было успокоить его, сказав, что он, возможно, вспомнит это со временем, но мужчина заговорил первым:
— Вот почему я хочу, чтобы ты дал мне имя. Просто что-нибудь, чем я буду пользоваться, пока ко мне не вернётся память.
Я колебался, внимательно изучая его лицо. Там не было ни намёка на шутку. Он хочет, чтобы я дал ему имя. Я?
— Я... Никогда ничего подобного не делал, — заикаясь, пробормотал я в замешательстве.
— Но я хочу, чтобы это сделал ты. Ты тот, кто спас меня, — уверенно ответил он.
— Ну, я бы не назвал это спасением… То есть, я имею в виду, что если бы это был кто-то другой, то сделал бы то же самое, — смутившись, я попытался отмахнуться, но он покачал головой с серьёзным выражением лица.
— Нет, никто другой бы так не поступил. Ты спас меня именно потому, что это был ты, — низкий голос звучал спокойно, но в мужских словах чувствовалась весомость. — Только потому, что это был именно ты.
«…»
— Ты ведь даже не знаешь меня, — начал мужчина, выдержав паузу. — А что, если я преступник? И только притворяюсь, что потерял память? Или даже использую тебя, чтобы спрятаться?
На мгновение я усомнился, но, взглянув на смуглое лицо, окончательно понял:
— Это не так.
— Ты слишком наивен в отношении людей. Я бы позволил тебе погибнуть, — спокойно произнёс он, заставив меня смущённо опустить голову.
— Просто… мой отец всегда говорил, что нужно помогать людям. На самом деле, это не такой уж и великий поступок я совершил.
После этого он ничего не сказал. Когда я поднял взгляд, мужчина всё ещё смотрел на меня, ожидая, когда я придумаю имя.
— Даже у кошки есть имя, но ты ни разу меня не называл, — заметил он, нахмурившись.
Я не мог с этим поспорить. Что мне следует делать? Я чувствовал себя совершенно потерянным. Конечно, ему нужно было имя, но как я должен был его придумать? Как мне назвать этого крепкого незнакомца? Начнём с того, что я знал не так уж много имён…
— О, — внезапно мне в голову пришла идея, и мои глаза загорелись.
— Как насчёт Камара?
— Камара?
Я кивнул.
— Так звали мать Рикала. Это была очень храбрая кошка.
При моём ответе лицо мужчины на мгновение застыло в недоумении.
— Женское?
— Она — мама, — уверенно ответил я.
Мужчина не сразу отреагировал, но через время вздохнул.
— Хорошо, прекрасно.
— Камар, — я попытался позвать по имени мужчину.
— А?
Волна ностальгии захлестнула меня, и я застыл на месте. Я вспомнил, как Рикал только родился, и моя мама беспокоилась о здоровье Камар. Она даже приготовила для своей любимицы особенное блюдо из курицы. Мой отец жаловался, спрашивая, почему жена никогда не готовит для мужа, а мама просто смеялась и говорила:
— Когда-нибудь я это сделаю. Когда-нибудь.
Два дня спустя мой отец погиб в результате несчастного случая. Вот так и происходит прощание. Оно возникает из ниоткуда, когда ты меньше всего ожидаешь. Вот почему всегда нужно быть готовым. Всегда нужно готовиться к тому моменту, когда вам придётся попрощаться.
— Йохан, — мужчина позвал меня по имени, вырывая из моих мыслей.
Когда я поднял глаза, Камар наблюдал за мной. Я быстро улыбнулся, как будто ничего не произошло.
— Теперь я смогу позвать тебя без труда. Раньше я не знал, как это сделать.
— Конечно, хотя технически это имя кошки.
Его сарказм был очевиден, но я не смог удержаться от смеха. Было так приятно снова оказаться рядом с кем-то. Я почти забыл, каково это.
Пока я был погружён в эти мысли, Камар внезапно наклонил ко мне голову. Прежде чем я успел отреагировать, он наклонился и быстро поцеловал меня в щёку. Всё произошло так стремительно, что я только широко раскрыл глаза от шока, а мужчина продолжал улыбаться мне.
— Спасибо тебе.
Его внезапный поступок полностью отвлек меня от мыслей, которые только что занимали мой разум.
— Эээ, ничего, — взволнованно пробормотал я и быстро отвернулся.
Жить с кем-то другим — странный опыт. Я впервые осознал это, и это сбило меня с толку. Мужчина пробудил ностальгию, грустные воспоминания, а также моменты счастья и волнения.
Испытывал ли я когда-либо столько разных эмоций за день? Я не мог вспомнить. Но я не возражал против этой новой и непривычной перемены. Кроме того, это был первый раз, когда я смеялся так много. Когда я жил один, у меня не было особых причин для смеха.
Чувствуя лёгкое головокружение, я сел за свой рабочий стол.
http://bllate.org/book/13072/1155214
