В маленьком дворце, где жил принц, было тревожно тихо, как будто его окружал невидимый звуконепроницаемый барьер. Никаких признаков жизни. Хотя здесь были слуги и охранники, на лицах каждого из них читались тревога и страх, а сами они почти не издавали ни звука.
— Эта горничная проводит вас в ваши покои. Что-нибудь ещё нужно?
Отвечая на вопрос Эшлера, Абель оглядел внутреннее убранство дворца и опустил голову. Горничная, появившаяся из ниоткуда, как-то странно смотрела на него снизу вверх. Абель быстро взял себя в руки и ответил Эшлеру:
— Сначала я хотел бы встретиться с принцем.
Однако Эшлер, который был примерно такого же роста, просто молча смотрел на него. Почувствовав, что сделал что-то не так, Абель слегка пожал плечами.
— Эм, сейчас не самое подходящее время встретиться с ним?
— Говори неформально, регас.
— О, хорошо.
Эшлер: «...»
— Итак, эм...
— Конечно, ты можешь встретиться с принцем. Однако, не лучше ли было бы получить некоторые разъяснения о нём заранее?
— Нет, всё в порядке.
Яркая улыбка Абеля показалась рыцарю жалкой. Очевидно, он ничего не знал. Вероятно, протянет тут день, самое большее три. Эшлеру было только к лучшему, если бы Абель быстро сдался.
В конце концов, было решено, что он будет сопровождать принца и регаса, только до тех пор, пока к мальчику приставлен Абель. Если юноша вскоре уволится, Эшлер сможет вернуться на свою прежнюю должность. Так что, если тот хотел встретиться с безумным принцем, у него не было причин отказывать. Эшлер жестом велел горничной уйти, а затем кивнул влево, указывая, в каком направлении нужно двигаться.
— Итак, ты бы хотел встретиться с ним прямо сейчас?
Энергично кивнув, Абель немедленно посмотрел в сторону, куда указал рыцарь. Это был длинный, пустой коридор.
— Да, я хочу скорее его увидеть.
***
«Может, мне следовало пойти с ним?» — Мельмонт испытывал постоянное беспокойство, как будто Абель был ребёнком, оставленным у воды. Если бы только этот парень не позвал меня, чёрт возьми.
— Мне действительно не терпится увидеть, насколько хорошо ученик библиотекаря сможет направлять принца.
В то утро священник с издевкой вызвал Мельмонта к себе. Зная, что разумнее всего было бы не отвечать, Мельмонт держал рот на замке, но не мог отогнать тревожные мысли об Абеле. Он поделился с ним всем, что знал о принце, но юноша, как всегда, лишь отшутился в ответ.
Лучше бы этому глупому мальчишке вообще не встречаться с принцем и поскорее бежать оттуда.
— Он же не сбежит в первый же день, а, библиотекарь?
Мельмонт разделял эти опасения, но, когда их озвучил священник, почувствовал ещё большее раздражение.
— Конечно нет. В отличие от многочисленных выбранных вами регасов, которые сбежали в страхе, он будет держаться хорошо.
Мельмонт, собиравшийся изначально хранить молчание, увидел, как лицо священника исказилось от гнева. Он проигнорировал это и сделал глоток чая.
«Абель, пожалуйста, продержись хотя бы первый день».
Большая чёрная дверь со скрипом распахнулась, но Абелю не сразу открылось внутреннее убранство. Несмотря на то что снаружи было ясно, внутрь практически не проникал свет. Все окна были закрыты, и только несколько канделябров позволяли разглядеть обстановку. Освещённая крошечными огоньками комната, выглядела жалко и крайне неуютно для покоев принца.
Помещение, казалось, давно не убирали. Пол и стены были покрыты тёмными пятнами. Но первое, что ощутил Абель, переступив порог, — это запах. Тошнотворный и резкий рыбный запах, несомненно, был запахом крови, как старой, так и свежей.
«Слуги слишком напуганы, чтобы войти, поэтому внутри царит беспорядок», — Абель вспомнил, о чём предупреждал его рыцарь перед тем, как открыть дверь.
Юноша сделал шаг внутрь, осторожно осматривая комнату, а затем его взгляд застыл. Пламя одной из немногих свечей освещало лежащую на полу раскрытую книгу, за страницу которой держалась маленькая ручка. Абель проследил взглядом от руки до запястья и убедился в правдивости второго предупреждения Эшлера:
— Принца заковали в цепи, чтобы не буйствовал, — сказал тот.
Звон, звон.
Регас медленно подошёл к мальчику и опустился на колени, неподалёку от него. На таком расстоянии даже в тусклом свете фигуру принца было отчётливо видно.
Маленький ребёнок, едва ли похожий на принца, сидел неподвижно, как кукла, уставившись в книгу. Его длинные растрёпанные волосы закрывали лицо, а одежда была испачкана и источала отвратительный запах.
Абель понял, что пятна на одежде принца и по всей комнате были от крови. Ковёр тоже был полностью пропитан ей. Подумав, что кровь на этом месте не обязательно принадлежала предыдущим регасам, Абель заговорил:
— Привет, принц. Я Абель, регас, который отныне будет рядом с тобой.
После долгой паузы принц отреагировал. Звякнула цепь, и маленькая ручка потянулась, чтобы схватить Абеля за колено. К тому времени, как юноша почувствовал острую боль, керамический осколок, который держал принц, уже вонзился в его плоть.
Было тихо. Эшлер прижался ухом к двери, но не услышал изнутри ни криков, ни плача. Если бы Абель подошёл к принцу, он наверняка уже увидел бы кровь. Может, у этого недотёпы больше терпения, чем он думал. Или, возможно, он был слишком горд, чтобы показать слезы после того, как храбро напрашивался туда.
Рыцарь отошёл от двери и принялся ждать, прислонившись к ближайшей стене. Долго он всё равно не протянет, скоро выйдет. Когда Эшлер сказал этому грубияну, что принц закован в цепи, тот от удивления аж дар речи потерял.
На самом деле Эшлер тоже нахмурился, когда впервые услышал об этом. Цепи для восьмилетнего ребёнка? Но все раз за разом твердили одно и то же:
— Он демон. Это видно по глазам. — Эшлер уже слышал о глазах принца. Все называли их змеиными. Просто отвратительно, правда? Но когда он сам случайно увидел их лично, почувствовал озноб по всему телу, и его охватил страх.
Парень владел мечом с самого раннего возраста. Он не единожды находился на волосок от смерти, клинки множество раз едва не пронзали его сердце и шею. Ощущение холода в такие моменты уже стало привычным. Он думал, что больше ничто не сможет напугать или удивить его.
Всего один взгляд в глаза ребёнка парализовал его. Он отвёл взгляд и осмотрел волосы мальчика, а когда снова увидел его глаза, на удивление, уже совсем не чувствовал страха.
Однако первоначальное ощущение, которое у него возникло, определённо не было ложным. Хотя в полной мере он этого не осознавал, рыцарь на самом деле не принимал слова людей близко к сердцу. Демон? Быть такого не может. Куда правдоподобнее полагать, что легендарный дракон перевоплотился.
Но никто не мог связать имя святого дракона с эти кровожадным ребёнком. Если принц продолжит в том же духе, это лишь вопрос времени, когда по всей стране распространятся слухи о том, что его заклеймили демоном. И наоборот, если мальчик выздоровеет, будет почитаем как реинкарнация дракона.
Была ли та возможность, о которой говорил капитан, последней? И всё же полагаться на этого грубияна было непросто. Эшлер не сводил глаз с двери. Узнав, что принц прикован, Абель был потрясён и потребовал:
— Немедленно отдай мне ключ. — Его глаза сверкали такой решимостью, что Эшлер, слегка опешив, выполнил просьбу. Рыцарь не предупредил его, что освобождение принца, скорее всего, приведёт к ещё большему кровопролитию, поэтому полагал, что скоро дверь откроется, и оттуда повеет запахом крови.
Как и ожидалось, через несколько минут дверь распахнулась, и за ней появился тот самый грубиян. Из ран на ногах, руках и лице у него сочилась кровь. И всё же он был не один.
http://bllate.org/book/13071/1155108
