Приближалось время обеда, и из кухонь всех многоквартирных домов доносился запах еды. Бай Чунянь насвистывал незамысловатую мелодию. Одетый в чёрную жилетку и брюки, он поднялся к лифту в тапках, держа в левой руке овощи, а в правой - мясо. В то же время двумя пальцами левой руки он держал зелёный лук, а правой руке также держал ключи от квартиры.
Под весёлый свист он пинком распахнул дверь, закрыл её ногой и направился прямиком на кухню. Он вымыл овощи, нарезал их, смешал с мясным фаршем и, прежде чем перемешать, добавил крахмал и приправы. Когда вода закипела, он надел одноразовые перчатки, взял фрикадельки и переложил их в кастрюлю, а затем посыпал листьями шпината.
Фрикадельки плавали в кастрюле. Бай Чунянь в синем фартуке в горошек стоял у кастрюли, держа в руке ложку и время от времени помешивая. Из квартиры доносился дивный аромат.
На полке для посуды зазвонил сотовый телефон, и на экране высветилось «Босс».
Бай Чунянь небрежно вытер руки о фартук и, напевая всё ту же песенку, поднял трубку.
— Как твоя домашняя саморефлексия? — спросил Янь И.
— Неплохо, совсем неплохо. — Бай Чунянь зачерпнул ложку супа и наклонил голову, чтобы попробовать. — Точнее, просто замечательно. Я записался на курсы в Нью-Уэсте и познал смысл жизни.
— ...В прошлом месяце вы помогали Департаменту Полиции Альянса в спасательной операции в хижине-пирамиде. Это можно расценить как достойный поступок. Вы можете вернуться на службу.
— Но занятия, на которые я записался, еще не закончились. — сказал Бай Чунянь, — Я научился фигурной резке на дыне. На уроке я вырезал кролика и сокола высотой в полметра, очень красивые. Я отправлю их вам с дядей Джином после обеда.
Ян И потёр виски.
— В этом нет необходимости. После обеда отправляйся в тренировочный лагерь для новобранцев. Там тебя будут ждать.
— Оу…
Звонок закончился. Как и чудесный отпуск.
Пара рук с длинными перепончатыми пальцами нежно обхватила его талию.
Тело Бай Чуняня на мгновение застыло. Холодное тело подкралось сзади и прижалось к его спине. Затем, словно снежинка упала ему на шею, тонкие холодные губы коснулись его кожи в поцелуе.
Прядь светлых волос упала ему на щеку. Бай Чунянь обернулся и встретился взглядом с парой психоделически акварельно-голубых глаз.
Лань Бо мог регулировать свой рост в зависимости от того, какую часть хвоста он использовал для опоры; например, прямо сейчас он мог быть таким же высоким, как Бай Чунянь.
Он распустил галстук и расстегнул воротник своей полицейской формы, слегка выделяя любовные феромоны, и обнял альфу за талию со спины. Его забинтованная рука нырнула под одежду альфы и огладила кожу, шероховатая поверхность бинта терлась о твёрдые мышцы живота.
— Ранди киблан дэфуйо нибоги обэ, — тихо прошептал русал на ухо альфе, и в его голосе звучали тяжёлая похоть и чувственность, навевающие истому.
После месяца купания в успокаивающих феромонах русал подошёл к концу стадии совершенствования и смог полностью понимать язык и выражать эмоции. Но поскольку языковая система, которую он использовал с детства, отличалась от человеческой, его разговорный язык всё ещё имел серьёзные недостатки.
Тот пожилой профессор с медицинского факультета Альянса изучал язык русалок, но языки русалок отличались в зависимости от моря и вида и были совершенно непохожими. До сих пор люди не смогли полностью расшифровать язык русалок — только некоторые общие слова.
Например, «ранди» относилось к кошкам, но особенно к тем, у кого подушечки лап розовые, в то время как другие кошки были «рандо».
«кадин» означало «подождать», «позже».
«обэ» означало «половой акт».
Кадык Бай Чуняня задвигался вверх-вниз. Он опустил голову, перелил суп с фрикадельками в белую фарфоровую супницу и закрыл крышку, сказав хриплым голосом:
— Не провоцируй меня. Медицинский департамент Альянса классифицировал подопытных, находящихся на стадии совершенствования, как не обладающих полным самосознанием и чувством ответственности. Если я сейчас лягу с тобой в постель, меня посадят в тюрьму.
Лань Бо нахмурил свои тонкие светлые брови, и на его хвосте смутно проявился предательский красный оттенок.
Он с силой прижал альфу к шкафу, закручивая свой рыбий хвост спиралью от талии альфы к бедрам. Он обхватил руками шею Бай Чуняня и всем своим весом навалился на тело альфы, оставляя легкие поцелуи на шее Бай Чуняня. На этом месте все еще виднелись отпечатки двух синих отметин в форме рыбы, которые, по мнению Лань Бо, выглядели слишком блеклыми.
Когда острые зубы русала прокусили кожу на шее Бай Чуняня, Лань Бо выпустил под кожу феромоны ароматной мускусной розы. От сильной боли, смешанной с вожделением, на плечах Бай Чуняня вздулись синие вены. Он прислонился спиной к шкафу и с шипением выдохнул:
— Больно, ты ввёл слишком много феромонов.
Из-под кровоточащих следов зубов проступила темно-синяя отметина в форме рыбы. Бай Чунянь опустил голову и обхватил тело русала одной рукой. Он отодвинул подбородок омеги левой рукой и слегка приподнял его, опустив брови, чтобы посмотреть на него:
— Всё в порядке, продолжай издеваться надо мной, я просто подожду, когда ты повзрослеешь, и тогда уже ты будешь плакать и умолять меня не доводить тебя до такого состояния.
Ладонь Лань Бо скользнула вниз по нижней части живота альфы, и в то же время плавники на его нижней части живота приподнялись.
— Болия митуб джидэйо мекью, — завораживающе прошептал он на ухо альфе.
Слово «мекью» означало «нерест», а «джидэйо» — «икра».
Из-за сокращения популяции русалок естественный отбор вынудил их прибегнуть к иным способам размножения, чтобы достичь более быстрых темпов увеличения количества особей. Один из таких методов, применявшихся в суровых условиях, заключался в том, что омеги откладывают свою икру в специальные сумки разным альфам, чтобы более сильные и физически выносливые альфы могли вместо них высиживать и защищать потомство.
Однако, за исключением русалок, у большинства альф не было этой функции, так что можно понять, что Лань Бо имел в виду, что он хотел быть тем, кто войдет, когда будет «обэ» с Бай Чунянем.
— Чёрт, ты слишком заботливый. Конечно, давай, муженёк, обними меня. — Бай Чунянь обнял Лань Бо за тонкую талию обеими руками, их тела прижались друг к другу, и его щека прижалась к шее Лань Бо.
Вскоре тепло тела Бай Чуняня передалось Лань Бо через увлажняющую повязку. Лань Бо стало жарко, и он начал извиваться всем телом, пытаясь охладиться.
Но Бай Чунянь не отпускал его. Вместо этого он сжал его еще крепче.
— Что ты делаешь? Не надо убегать.
Температура поднималась всё выше и выше. От жара тела альфы Лань Бо стало так плохо, что он забился в объятиях Бай Чуняня.
— Горячо.
— Ты даже этого не можешь вынести. Внутри еще жарче, не хочешь проверить?
— Могу.
— Всё такой же упрямый. — Бай Чунянь положил ладони на ягодицы Лань Бо. Русалу стало так жарко, что он задрожал всем телом. Он не смог это выдержать и толкнул альфу в плечи.
— Отпусти меня… такой горячий…
Бай Чунянь намеревался преподать урок этому омеге, который хотел взбунтоваться, поэтому он не послушал его просьбу. Чего он не ожидал, так это того, что слёзы вот-вот хлынут из глаз Лань Бо.
— Ай. — Бай Чунянь ослабил свою хватку и опустил голову, чтобы сцеловать дорожки слёз на щеках Лань Бо, — Даже заплакал.
Бай Чунянь поспешил обратно в спальню, неся Лань Бо на руках, и положил русала, перегревшегося от тепла тела, обратно в аквариум.
Лань Бо нырнул глубоко на дно. Он взмахнул хвостом и вытолкнул на поверхность стайку медуз, испускающих голубые молнии. Прошло немало времени, прежде чем он снова всплыл, схватился руками за край аквариума и с ничего не выражающим лицом посмотрел на Бай Чуняня. Из-под его ресниц выпали черные жемчужины, искрящиеся голубыми разрядами.
— Шучу, не плачь, — Бай Чунянь присел на корточки у аквариума и погладил Лань Бо по волосам, чтобы успокоить его. — Айя, из них можно даже ожерелье сделать. Я не могу позволить себе разбогатеть, просто издеваясь над своей женой. Веди себя хорошо, и я покажу тебе кое-что интересное, иди сюда.
Лань Бо презрительно плюнул в его сторону, отплыл в угол подальше, свернулся калачиком и замер.
Бай Чунянь прижал ладонь к внешней стенке аквариума и легонько постучал по стеклу:
— Посмотри сюда.
Лань Бо приоткрыл глаза, чтобы взглянуть на него, и вдруг его взгляд загорелся. Он проплыл под водой, чтобы рассмотреть ладонь Бай Чуняня, прижатую к стеклу.
— Ранди, — Лань Бо радостно протянул кончики пальцев, чтобы коснуться ладони альфы через стекло, высунув хвост из воды и показывая сердечко Бай Чуняню.
http://bllate.org/book/13021/1147728
