Шифр, очевидно, предназначался только для небольшой группы людей, как VIP-карта в каком-нибудь клубе. Таким образом само его знание уже давало человеку особенный статус.
Большинство людей, стоит им увидеть высокую стену, начнет задумываться о том, что за ней скрыто и как, должно быть, тяжело будет туда попасть. И чем загадочнее и непонятнее, тем интереснее им будет участвовать в обсуждении.
Поэтому спустя час и двадцать минут с публикации фотографии комментаторы стали снова набирать обороты.
Сначала все просто пытались связать «подпись» и «Три могилы» с трупами, которые откопали на территории университета.
Вообще, изначально человека, предположившего, что эта связь существует, публично заклеймили: в конце концов, никто не хотел обсуждать убийства и мертвые тела среди ночи.
Но, как известно, чем безумнее идея, тем она интереснее.
Вскоре была выложена еще фотография, словно в подтверждение того, что «подпись», состоящая из трех полукругов, действительно существовала.
Это был какой-то очень старый документ. Из-за обрезанной автором картинки полный текст разобрать было невозможно. Виднелись только дата — 17.07.2003 — и сама подпись. Ни имени, ни пояснения, лишь три полукруга, идущие по возрастанию и соединенные друг с другом.
[Что происходит? Этой подписи реально уже лет десять?]
[Ужас какой. А что за документ?..]
[А-а-а-а-а-а, хочу почитать!]
[На увеличенном изображении получилось что-то разобрать. Кажется, это трехсторонний письменный договор. Одна из сторон, похоже, стала жертвой медицинского мошенничества. Его подписали в 2003-м. Мне вспомнился один случай, когда группа стариков подала в суд на фармацевтическую компанию с жалобой на то, что у них «украли деньги», но компания отказалась это признавать. Я почему-то даже не думал, что этот случай был связан с мошенничеством…]
[Пользователь выше, вы что, преподаватель? Почему вы так хорошо помните 2003-й?]
[Здравствуйте, учитель! Неужели вы были среди них? Вы почти выиграли лотерею!]
[Я что-то нашла. Информация похожа на слова автора комментария, но продолжения нет. Что за ерунда?]
[Судя по всему, в конце они пришли к соглашению, но я не знаю, как.]
[О! Я тоже поискал. Пятнадцатого июля третьего года вышла последняя новость по делу о мошенничестве фармацевтической компании «Аньхуа». Видимо, после этого ничего не было, потому что семнадцатого июля они уже подписали перемирие?]
На этом догадки закончились. Чат пришел к выводу: неизвестный человек вместе с группой стариков подписал соглашение с фармацевтической компанией, чтобы замять дело о мошенничестве.
[Ребят, есть в этом что-то странное. У нас в универе уже вот лет десять скрывается какая-то стремная группировка. Может, когда в городе что-то случится, они выйдут из тени и станут помогать нуждающимся?]
[А может хватить нести какую-то херню просто из-за того что недавно вышел новый «Бэтмен»? Мы не в кино!]
[То есть вы хотите сказать, что эта «группировка» сейчас собирается «выйти из тени»?]
[Может, те самоубийства — это на самом деле подстроенные убийства и по городу гуляет маньяк?]
[Комментаторы выше, вы совсем с дуба рухнули? Я ж теперь точно спать не смогу…]
[Бля, да у нас на глазах трое человек самостоятельно спрыгнули с крыши здания. Какой к черту маньяк?]
[Не знаю? Может, их заставили?]
[А я ночью видела полицию. Короче, у нас по всему городку щас бродят менты. Чем больше пишу, тем страшнее становится. Когда это все закончится? Завтра, пожалуй, останусь в комнате!]
[Студенты Юнчуаня, мне вас жаль.]
Когда комментарии стали скатываться в жалобы и попытки друг друга успокоить, кто-то не выдержал.
[Ну, вообще, мне как-то раз предлагали вступить в какой-то клуб с такой же подписью, но я отказался. Больше ничего. Хотите — верьте, не хотите — нет.]
Из-за краткости комментарий затерялся среди тонн чужих длиннющих конспираторских разборов, заполонивших экраны.
Однако вскоре кто-то все же отреагировал:
[Так они реально существуют?]
[Бля, даже не знаю, что сказать.]
[Да включите уже мозги. В университетском городке существует какая-то закрытая банда. Каким образом туда можно получить приглашение? Как-то это не слишком продуманно, аха-ха!]
[Я просто предположил!]
[Там же четко написано: не хотите — не верьте. Когда уже люди научатся читать? Живут в каком-то своем сказочном мире.]
[Меня же не одну это капец как пугает? Просто на секунду представьте, как глубоко уходят корни этого дела.]
[Плюсую, мне тоже страшно.]
[И мне.]
***
За сценой словно бы скрывался умелый кукловод, который с точностью до секунды вычислял правильные моменты для новых неожиданных новостей. Часы почти пробили два ночи, а количество посетителей форума лишь увеличивалось.
Итак, обнаружилась загадочная университетская организация, которая появлялась во имя правосудия в те моменты, когда полиция бессильна. Просто идеальная история, чтобы у читателей в жилах забурлила кровь, а организация оказалась вознесена на некий пьедестал.
Бесконечным потоком лились все новые и новые слухи.
Кто-то утверждал, что приглашение в эту банду могли получить только воистину элитные студенты и перед вступлением надо было пройти особенную проверку. И именно поэтому про организацию никто не слышал: потому что про нее знала только элита.
Более поздние комментарии лишь закрепили успех предыдущего, а некоторые умы даже стали перечислять критерии входа в банду: если вы три курса подряд будете в топе лидеров, то на четвертом вас пригласят в команду.
Этим же объяснялся и фактор слабой известности организации.
Слухи текли рекой. Спустя некоторое время люди уже дошли и до названия организации: дескать, она принципиально называлась не «Клуб лучших» или «Элита», а «Три могилы».
А вид их «символа», внезапно появившегося на территории университетского городка, так разозлил лидера «Трех могил», что тот со злости раскрыл их существование.
Естественно, все это были чистые домыслы.
Но до тех пор, пока существуют домыслы, можно понять, что люди безостановочно копаются в уликах и пытаются добраться до сути. А обычно люди предпочитают верить информации, добытой собственными руками, и неважно, насколько она достоверная.
Поэтому кто-то уже начал составлять списки лучших студентов всех университетов городка за последние шестнадцать лет. Уже сама эта затея казалась невыполнимой, но среди вовлеченных нашлось немало талантов. Спустя несколько минут кто-то уже смог написать программу для более удобной фильтрации списков.
Наконец, вывод был готов: начиная с двухтысячного года, подобных «божеств» среди студентов было не более ста пятидесяти.
Заимев на руках списки, самые главные любители сплетен тут же пошли стучаться непосредственно к перечисленным личностям. Ничто не помешало им среди ночи начать обзванивать своих старших и выпускников, преуспевших в учебе. Так, например, кто-то добрался до молодого человека, который после университета устроился офисным рабочим среднего класса в банке и, вроде как, никаких особых достижений по части «спасения мира» не имел. Однако его ответы были достаточно расплывчаты, отчего само существование организации не было ни подтверждено, ни опровергнуто.
Короче говоря, все стало еще запутаннее.
Слухи стали трогать народ.
Сплетни вообще являются самой страшной силой, а особенно в те моменты, когда из сетевого формата переходят в живые беседы.
В некоторых комнатах общежитий стал зажигаться свет, а из кроватей то и дело слышался звон уведомлений. Некоторые так всю ночь и проболтали, а прочие, наоборот, сочли всю историю сущим фарсом и демонстративно ушли спать.
И все же от фантазий о загадочной элитной организации это не уберегло никого.
Число комментариев в обсуждении уже перевалило за две тысячи, и коллективное сознание, кажется, уже вполне уверенно двигалось в конкретном направлении. И все же у Син Цунляня зародилось нехорошее предчувствие.
Потому что в списке «элиты» он увидел имя Линь Чэня.
Конечно, удивляться было нечему — более странно бы вышло, не окажись его там. Как ни крути, их консультант Линь славился своими успехами в учебе, но на самом деле за этот список тоже отвечал Ван Чао. Имя Линь Чэня вполне могло быть пропущено, но оно было на месте, а значит, он лично отдал такое распоряжение.
Син Цунлянь с сомнением повернулся налево.
Лампа накаливания, кажется, гудела как-то слишком громко.
Линь Чэнь откинулся на спинку своего кресла. В руке он держал стаканчик кофе, а его веки были полуприкрыты, будто он задремал. Син Цунлянь запрокинул голову и обновил страничку в браузере.
В обсуждении в комментариях появилась новая фотография.
Капитан уголовного отделения полиции выпрямился, но на лице его удивления не отразилось.
Линь Чэнь всегда вел себя так.
На фотографии было запечатлено место преступления: на краю крыши, откуда спрыгнула молодая девушка, стоял Линь Чэнь с равнодушным видом.
Полдня назад это фото вызвало ажиотаж и дикое негодование на форуме университета. И вот сейчас оно возникло снова.
Следом за фотографией была опубликована вырезка из досье Линь Чэня и кусочек рейтинга участников, где рядом с его именем красовались четыре единицы.
[Ебаный пиздец. Этот Линь Чэнь реально из «Трех могил»? Они серьезно отправили человека проверить место преступления???]
[А я говорила! «Три могилы» существуют. Ни в коем случае не прекращайте расследование!]
[Боже мой, я реально начинаю в это верить. Это ведь не то, о чем я думаю?.. Не могли же «Три могилы» узнать о самоубийствах и…]
[Я в деле. Чую, скоро начнется битва «Лиги справедливости» с силами зла!]
[Мда-а-а-а. Дичь полная, но я не думаю, что все так просто. Мне кажется, своим настенным рисунком они объявили войну.]
[Какую к черту войну?]
[Чел выше, ты комиксов перечитал? Но я, походу, тоже теперь в это верю… И что теперь делать? Я точно не смогу уснуть, мне слишком интересно.]
Комментаторы снова стали сходить с ума, но неожиданно у всех обновивших страницу вылезла ошибка «Страница недоступна». На экранах высветилась Ошибка 504, а сердца увидевших это пропустили удар…
Ван Чао занес палец и снова нажал клавишу ввода.
Огромная волна комментариев не заставила себя ждать.
[И что это было?]
[Сайт лег от наплыва пользователей?]
[Погодите, посмотрите на количество комментов. Что-то не так.]
[Их стало меньше! Видимо, из-за ошибки.]
[Но большинство случайных комментариев осталось… Странно.]
[Одно обсуждение исчезло полностью!]
[Какое?]
[Бля, я реально сегодня поседею. Повезло, что я додумалась сделать скрин…]
[??????]
[Изображение]
[А-а-а, ничего не вижу! Что там? Может кто-нибудь объяснить? Если что, мой номер ***]
[Скиньте на почту!]
[А что там стерто? Что-то важное?]
[Э, не могу сказать. Боюсь, наблюдающий за нами хакер заблокирует мой IP. Короче говоря, вы мыслите верно. Мне теперь из-за этого даже с кровати встать страшно…]
[Объясните по телефону. Меня лишили прав админа, ничего не могу поделать. Лучше ничего лишнего не постите…]
[Как жестоко!]
[Помолитесь Всемогущему, чтобы никого не заблокировали!]
[Давайте-давайте, чтобы получилось!]
[Безумие какое-то. Может, реально помолиться?]
Обсуждение снесли, данные скрыли, управление сайтом перехватили, адрес зашифровали…
Послание читалось легко: не говорите, не смейте говорить…
Внезапное подавление со стороны хакера окончательно утвердило: «Три могилы» существуют.
История была завершена, комментаторы прекратили сыпать догадки, а обсуждение перешло к теме развития культа личности.
Студенты и вправду поверили, что университетский городок охраняла неизвестная организация. Поверили, что она появилась сейчас из-за истории с самоубийствами и после обнаружения доказательств объявила войну «силам зла» наперекор полиции.
Именно этого Линь Чэнь и хотел. Идеального эффекта.
Син Цунлянь нахмурился.
Вдруг соседнее кресло скрипнуло.
Син Цунлянь оглянулся и увидел, как Линь Чэнь молча встал и покинул помещение. Ни говоря ни слова, он встал и пошел за ним вслед.
Они пересеклись в том же самом коридоре за углом.
Линь Чэнь в ожидании Син Цунляня встал рядом с декоративным растением высотой больше человеческого роста.
— Прости, — это было первое, что сказал Линь Чэнь.
А Син Цунлянь даже не смог заставить себя разозлиться.
— Так ты решил выступить мишенью?
— Только так история бы получилась. Иначе никак. И я буду обязан появиться на завтрашнем мероприятии, потому что…
— Потому что?
— Потому что мои навыки блефа исключительны, — искренне закончил Линь Чэнь.
Его взгляд был трезв и ясен, без малейшей толики фанатизма, с которым некоторые говорят об эфемерном героизме. Да и Син Цунлянь верил, что Линь Чэнь не стал бы жертвовать собой ради «подвигов». Должно быть, иначе все и правда бы не получилось.
Син Цунлянь сунул руки в карманы, почувствовав непреодолимое желание уйти.
Стоило ему отвернуться, как он вдруг осознал: его задели не действия Линь Чэня и не его риск, но то, что Линь Чэнь с ним об этом даже не посоветовался.
После этого Син Цунлянь снова повернулся к Линь Чэню и прямо спросил:
— А ты не думал, например, поговорить об этом со мной? — не успел Линь Чэнь ответил, как он махнул рукой и вздохнул: — Но ты ведь с самого начала понимал, что я определенно был бы против использования тебя в качестве наживки, да? Тогда согласен, продемонстрировать мне успешное решение проблемы было бы гораздо целесообразнее, чем спорить и переубеждать, — взглянув Линь Чэню в глаза Син Цунлянь помрачнел. — Ты слишком умен и прекрасно читаешь людей. Естественно, тебе легко провернуть что-то такое. Но это, знаешь ли, тоже не слишком хорошо.
Син Цунлянь увидел, как у Линь Чэня дрогнули губы, будто тот хотел что-то возразить, но он не дал ему и шанса:
— Надеюсь, если что-то такое случится снова, ты хотя бы попытаешься со мной поговорить. Я-то, конечно, упертый, но готов слушать… как минимум то, что тебе есть сказать.
После этого Син Цунлянь развернулся и ушел без оглядки.
http://bllate.org/book/12983/1142734
