— «Дискретная математика занимается изучением дискретных структуры и их взаимосвязи. Можно сказать, что это основа всех компьютерных наук и мост между программированием и математикой…» — Син Цунлянь зачитывал первую статью в интернете по запросу «дискретная математика».
— Я в курсе, что такое дискретная математика, капитан. Может, еще сам учебник скачаете, чтобы уж точно? Что, смотрите на меня с высока? — перебил его Ван Чао.
— Тогда расскажи-ка, с чего это Цзинь Сяоань перевела взгляд на этот учебник, когда Фу Хао назвал имя Цзян Лю?
— А с чего вы уверены, что она смотрела именно на «Дискретную математику»? Смотрите, вон там совсем рядом стоит «Все начинается с встречи», — развел руками Ван Чао.
— Потому что в комнате Ван Шиши тоже был найден экземпляр «Дискретной математики», принадлежавший Сюй Хаочжэнь…
— Че? — подорвался Ван Чао. — Офигеть!
— Выражайся нормально, — отвесил ему затрещину Син Цунлянь.
— Блин, «Дискретная математика» не относится к высшей. Да и обязательным предметом не является. Они же не углублялись в программирование? Так с чего бы им интересоваться таким?
Игнорируя их перепалку, Линь Чэнь продолжал глядеть на экран, где профессор Фу неловко пытался разговорить Цзинь Сяоань. Все звучавшее в конференц-зале через микрофон передавалось и Фу Хао, поэтому тот явно замялся в непонимании происходящего.
— Профессор Фу… Как думаешь, окажется ли имя Цзян Лю на форзаце этой «Дискретной математики», если ее сейчас проверить? — риторически поинтересовался он, и Фу Хао на экране тут же передернуло.
Однако вариант подтвердить его предположение был только один.
Линь Чэнь решил больше не дразнить Фу Хао и спросил:
— Еще не забыл, что у тебя в вооружении есть «папка»? Притворись, что заинтересовался книгой «Все начинается с встречи», но возьми в другую руку «пачку сигарет» и как бы беззаботно возьми «Дискретную математику», — при встрече с представителями женского пола Фу Хао терял почти сто процентов своих социальных навыков, поэтому Линь Чэню оставалось только провести ему подробнейший инструктаж. — И скажи при этом что-нибудь в духе «А неплохой романчик, интересный».
Короче говоря, для Фу Хао слова его «инструктора» оказались практически бесполезны. К счастью, он с самого начала вел себя неловко, так что любое его последующее действие не будет восприниматься слишком странным или подозрительным.
На пол свалилось несколько книг, и Фу Хао присел поднять их, параллельно закрыв Цзинь Сяоань обзор. Первой на полку вернулась как раз-таки «причинная книга».
— Очень интересный роман. Ты уже дочитала?
Затем Фу Хао беспечно пролистал «Дискретную математику», параллельно выудив «сигареты», чтобы сделать максимально возможную подробную запись каждой страницы.
— Это такая же «Дискретная математика», что и у Ван Шиши? — Ван Чао одним движением замедлил запись и увеличил изображение.
— Такая же, — подтвердил Линь Чэнь и обвел пальцем один участок экрана.
В правом нижнем углу титульной страницы взаправду красовалось имя Цзян Лю.
— Открой страницу с информацией об издании, сделай фото и уходи, — сказал Линь Чэнь и тут же отключил микрофон.
В комнате воцарилась тишина. Линь Чэнь молчал, да и Син Цунлянь не спешил заводить разговор. И даже обычно беспечный капитан Цзян задумчиво молчал.
Поэтому единственным способным разрулить неловкую ситуацию остался Ван Чао.
— Эти женщины что, устроили культ математики и призывают друг друга учиться усерднее?
Голос этого подростка еще не до конца сформировался, поэтому иногда мог показаться нелепым. Конечно, его замечание было бесполезным, но сам его факт уже дарил некое расслабление.
— Можешь вкратце описать, о чем дискретная математика? — попросил Линь Чэнь.
— Так просто и не объяснишь. Это огромный пласт информации, которую даже с моими объяснениями у тебя понять не получится.
С тем же успехом он мог сказать «Вам, смертным, не хватает мозгов, чтобы понять такое божество, как меня». Такое отношение непроизвольно вызывало у слушателей желание его поколотить.
В то же время Син Цунлянь, продолживший следить за Фу Хао, вдруг выдал:
— Странно.
— Что?
— Смотрите, с первого взгляда понятно, что учебник старый, но в нем ни одной записи… — Син Цунлянь ткнул пальцем в загнутый уголок какой-то страницы. — Книга, которую Сюй Хаочжэнь дала Ван Шиши, была в таком же состоянии. Потертая и желтоватая, но лишенная пометок и каких-либо следов прочтения.
— А что не так? Любой нормальный человек спустя десять страниц чистой дискретной математики плюнет на все и забросит ее куда подальше, — вмешался Ван Чао. Вдруг его посетила неожиданная мысль, и он повернулся к Линь Чэню: — А-Чэнь, это капитан тебя спрашивает?
Линь Чэня это позабавило. Изначально мутная ситуация потихоньку стала проясняться.
— Подобные потертости только показывают, что книгу много листали, но ничего не доказывают.
— То есть?
— У нас нет доказательств, что Цзинь Сяоань с Ван Шиши серьезно изучали эту книгу, — Линь Чэнь перевел взгляд на Син Цунляня и добавил: — Но большинство заинтересованных в подобных науках при чтении делают заметки…
— А может, им было жаль портить хорошую книгу своими пояснениями!
Ван Чао достаточно здраво возражал Линь Чэню, отчего тот довольно кивнул.
— Я о том же. Сейчас у нас есть два предположения: либо эти девушки не читали «Дискретную математику» и просто пролистывали ее раз за разом, будучи абсолютно незаинтересованными в содержании, либо, наоборот, были невероятно заинтересованы в математике и так сильно ценили свои учебники, что не осмеливались в нем писать… Что думаете?
Ван Чао почесал затылок.
— Не знаю! Серьезно, я ж не математик. Дискретная математика слишком сложная. Придумавшие ее люди — психи…
— Так ты поддерживаешь первое предположение? — перебил его Линь Чэнь.
— А-Чэнь, я согласен с любым твоим предположением! — бесстыдно воскликнул Ван Чао. — Так получается, они просто ни хрена не понимали и тупо листали книжки с формулами вместо картинок?
— Именно.
— А как ты понял?
— А, это благодаря досье Цзинь Сяоань, которое ты мне отправил. Она не в ладах с математикой еще со старшей школы.
После этих слов подросток сделал глубокий вдох и жалобно попросил:
— А-Чэнь, только не бери пример с капитана. Добром это не кончится…
— В процессе рассмотрения дел надо быть осторожным, — Син Цунлянь стукнул Ван Чао по голове, — и не выпендриваться тем, что разбираешься в математике.
— Но чем они тогда занимаются? Практикуют древние искусства? Типа, чтобы уметь пролистать книгу и сразу же понять ее смысл? — удрученно спросил Ван Чао.
— А если попытаться связать это с такими понятиями как «даркнет» и «наркотики»? — намекнул Син Цунлянь.
— Бля, капитан, у меня холодок по спине пробежал! — Ван Чао тут же переменился. — О чем таком вы постоянно думаете?!
Воцарилось молчание.
Линь Чэнь сжал руки в кулаки и потупил взгляд в пол.
Потрепанные книги, контролируемая группа студентов, трансляции на темной стороне интернета, распространение наркотиков и дело об ограблении ювелирного магазина…
Если попытаться все это связать, то получится следующее: кто-то своими методами обрел контроль над кучкой студентов, чтобы использовать их не только для участия в подпольных эфирах, но еще и для ограбления магазина с ущербом, оцененным в несколько миллионов долларов, а также для нелегального распространения запрещенных веществ. И единственной подсказкой пока была странным образом обнаруженная у нескольких студенток «Дискретная математика».
Роль книги стала очевидна.
— Скажите на милость, какого хуя вообще происходит? А то вы что-то ни в какую не хотите говорить прямо, — не выдержал и потребовал Цзян Чао.
— Хорошо, давайте так: для чего нашему преступнику вести трансляции в даркнете? — начал Ван Чао.
— Чтобы не быть обнаруженным!
— Да. Будь это даркнет или VPN, так или иначе оно предназначено для сохранения анонимности. Проще говоря, преступник шифруется. В таком случае, если ему надо передать информацию группе детей, значит, он должен сначала убедиться, что она не попадет в открытый доступ, верно?
— Быть не может. Хочешь сказать, это что-то вроде «кодовой книги»? Тебе сколько лет, чтобы таким заниматься? Да и у других убитых этой книги не нашли, — быстро среагировал Цзян Чао. — И вообще, разве у них нет какой-то своей скрытой сети? Ведь было бы гораздо удобнее использовать какие-нибудь форумы или мессенджеры.
— А, это просто. Перед смертью своих подопечных такие организации всегда стараются прибрать к рукам самое важное. Следователи ведь не совсем тупые, чтобы пропустить настолько очевидные улики. Книга Ван Шиши так или иначе должна была быть уничтожена и не просто так! А вообще, такой метод шифрования довольно простой, но от этого не менее удобный. Во-первых, если ты такую книгу увидел кто-то из знакомых, он бы ничего не заподозрил. Мало ли, ты начал математикой интересоваться. А вот посещение странных и не совсем легальных сайтов сразу бросилось бы в глаза. В то же время чаты и переписки очень легко отследить. А в этой книге полно разных формул и странных обозначений. Например, вот, напишу я где-то номер шестнадцать двенадцать. И вот как случайный человек поймет, что я имел в виду: шестнадцатую страницу и двенадцатую строчку или первую страницу и двенадцатое слово на шестой строчке? Даже если указанное слово окажется нехорошим, откуда тебе знать, что значит слово «удалить», или «стереть»? Конечно, в теории, это можно расшифровать, но тут потребуется очень долгий анализ. Поэтому учебники математики просто идеальны для общения с помощью шифров… Ведь кто еще, кроме нашего капитана, станет приравнивать хорошую книгу к мессенджеру каких-то маньяков!
— Мне воспринимать это как комплимент? — холодно поинтересовался Син Цунлянь.
В этот момент спрятавшийся в углу командир Жэнь заинтересовался обсуждением и решил подать признаки жизни. Хотя в нем преобладал скорее не интерес, а увиденная возможность:
— Хотите сказать, они используют «Дискретную математику» для передачи зашифрованных посланий? И скорее всего вы так думаете, потому что подпольные организации действительно любят такие шифры. Точнее, их любят наркоторговцы. То есть я могу предполагать, что этих студентов кто-то использует для поставки веществ?
— Можете, но предположения в данном случае бессмысленны, — бессердечно вмешался Син Цунлянь.
— Вы не можете прекратить мое расследование из-за своего!
— Я, кажется, уже говорил, что все относящееся к делу Фан Чжимина о той лаборатории на данный момент не является приоритетным.
— Это важная улика. Мы можем ей воспользоваться! — повысил голос Жэнь Сянь.
— О, и как же командир Жэнь планирует заняться расшифровкой? — Син Цунлянь перевел взгляд на Жэнь Сяня, и тот мгновенно лишился дара речи.
— Я могу порыться в файлах, может, там будут подсказки…
— Ну, предположим, вам достаточно повезет, чтобы раскрыть всю цепочку кодов, подтвердить, что кто-то манипулировал студентами для свершения преступлений и претворения в жизнь своих коварных замыслов, таких как распространение наркотиков и грабеж. И чем вы займетесь: побежите ловить преступника или спасете бедных детей? — голосом Син Цунляня в этот момент можно было бы замораживать воду. Тот кивнул головой в сторону ноутбука, на экране которого виднелась зажавшаяся девочка с наклоненной головой. — И вы все еще не понимаете. В чем разница между этим делом и убийствами, с которыми вы сталкивались ранее?
— Я… — Жэнь Сянь хотел бы ответить, но ничего не понимал.
— А в чем она? — поинтересовался Цзян Чао.
Линь Чэнь взглянул на разозленного капитана и утешительно похлопал его по тыльной стороне ладони.
— В том, что в обычном деле главное поймать убийцу. В нашем деле это не так.
— Почему? Разве мы не обязаны задержать преступника?
— В сравнении с надвигающейся трагедией и манипуляциями, производимыми над студентами, личность и намерения человека за кулисами действительно не так важны. Сейчас мы должны остановить грядущую бурю.
После этого Линь Чэнь вновь посмотрел на Син Цунляня.
На самом деле, если бы ему не объяснили этого раньше, Линь Чэнь бы и не подумал, что Син Цунлянь так четко расставил приоритеты и задал костяк плана.
И, честно, Линь Чэню даже добавить было нечего.
— Тогда надо найти преступника и помешать ему действовать. Есть ли решение проще? — предположил Цзян Чао.
— Сейчас у нас две улики: учебник и человек. В случае, если «Дискретная математика» действительно служит для обмена скрытыми сообщениями, у нас нет ни единой подсказки, как их расшифровать. Так что учебник по сути бесполезен. А Цзинь Сяоань… В тот день Чэн Вэйвэй пытались разговорить точно таким же способом. Они с Цзинь Сяоань одинаковы. Как думаете, имеет ли смысл выбивать из нее информацию? — добавил Линь Чэнь.
— Получается, мы в тупике? — с отчаянием в голосе спросил Ван Чао.
— Кто сказал? — Син Цунлянь дернул подростка за ухо. — Во-первых, мы можем сравнить экземпляры «Дискретной математики» Ван Шиши и Цзян Лю, чтобы сравнить версии и титульные листы, обнаружить издание и оценить максимальное количество учебников по Юнчуаню. Я ведь тебя этому учил.
— С этим я точно разберусь! — Ван Чао стукнул кулаком себе в грудь. Спустя долю секунды его пальцы уже летали над клавиатурой. — Так, издание! — на экране высветилась электронная копия «Дискретной математики». — Поздравляю, господа, у нас на руках самое первое издание прямиком из две тысячи первого! Тираж составил всего пять тысяч копий. Да это тот еще антиквариат! Раз он старый, значит, его вряд ли продавали онлайн… — парень щелкнул по клавиатуре и хмыкнул. — Бинго, я был прав. Даже не знаю, какими словами описать нашу удачу.
— Хорошими или плохими? — сухо спросил Син Цунлянь.
— Раз эти учебники не продавались онлайн, значит, так или иначе проходили через контроль издательства. К счастью, я могу проверить их записи. Только проблема в том, что из-за старости издания его вполне могли перекупить, а я смогу найти только первичных дистрибьюторов…
Постепенно голос Ван Чао стих.
Хотя у него было немало предположений, после поиска по критериям в списке подходящих компаний высветилось лишь одно название:
«ООО “Сыюань”. Продаем вдохновение!»
«Юнчуань, Чан Вэй, 139ХХХХХХХХ»
В это же время Цзян Чао переслал парню фотографии со своего телефона.
Взглянув на них, Ван Чао быстро скопировал адрес офиса издательства и отправил его капитану.
— Обе книги из одного тиража. Я скинул вам адрес, капитан. Можете идти, чао!
На дворе было 20:31.
Линь Чэнь перевел взгляд с часов на адрес издательства на телефоне Син Цунляня. Как оказалось, оно располагалось в торговом центре университетского городка.
— Торговый центр «Феникс» закрывается в девять. Если поспешим, сможем успеть.
Син Цунлянь уже собирался уйти, но после его слов вдруг обернулся на Жэнь Сяня.
— Уже почти девять, значит, по ту сторону океана наступает утро. Не теряйте бдительность, командир Жэнь. Если будут проблемы с техникой, обратитесь к малому, — он указал на Ван Чао и тут же к нему обратился: — Не пытайся разговорить этих людей. Мы готовы заплатить им, если у них найдется необходимая информация. Так быстрее.
http://bllate.org/book/12983/1142725
