— А ведь это могло закончиться очень плохо…
— Вот и я о том же. Если бы это был прошлый Ёнбин, тебя бы избили и отправили в другой дворец. Так что, пожалуйста, впредь будь внимательнее!
Сочхон, стоявший на страже у ворот во внутренний дворец, отвернулся, вздрогнув от имени, прозвучавшего из уст двух придворных дам, идущих ему навстречу. Одна из придворных дам, рука которой была обернута окровавленным платком, с готовностью кивнула на слова своей спутницы и пообещала:
— Хорошо, хорошо, впредь я буду осторожнее. Но... его высочество Ёнбин вот так просто простит меня? Он ведь не вызовет меня потом, чтобы наказать ещё строже?
— Думаю, что нет. Судя по тому, что я слышала от девушек, работающих во дворце Чонган, его высочество ни разу не ударил их с тех пор, как чуть не умер. Это правда.
Возможно, в прошлом она бы никогда в это не поверила. Скорее всего, она подумала бы, что Ёнбин специально распускает ложные слухи, используя придворных из дворца Чонган. Однако вместо того чтобы усомниться в услышанном, придворная дама посмотрела на изысканный платок, которым была обмотана её рука.
Это был платок его высочества Ёнбин, который он лично обернул вокруг раны на её руке. Некоторое время назад, неся чашу с лекарственными травами, полученную у дворцового лекаря, девушка чуть не столкнулась с выходящим из дверей Ёнбин и от неожиданности выронила чашу. Осколки стекла рассыпались у ног его высочества.
Как только она поняла, что перед ней стоит его высочество Ёнбин, придворная дама, напуганная тем, что ей пришёл конец, многократно выкрикивая слова извинения поспешно опустилась на колени, судорожно подбирая осколки стекла у ног Ёнбин.
Острые осколки больно впивались ей в ладони, но она была слишком напугана, что даже не чувствовала боль. Тот, кто поднял её и позаботился о её ране, был его высочеством Ёнбин, который, как она думала, немедленно накажет её там же.
Не заботясь о том, что испачкает руки и одежду, Ёнбин с серьёзным выражением лица внимательно осмотрел рану, а затем взял свой драгоценный носовой платок и приложил к её ладони, чтобы остановить кровотечение. И даже отругал её, что она так неосторожно прикасалась к острым осколкам. По его хмурому выражению лица было видно, что он искренне расстроен раной простой придворной дамы. Две придворные дамы, стоявшие перед ним, даже забыли попросить прощения и лишь тупо таращились на Ёнбин.
Итак, теперь они с трудом верили в то, что раньше слышали о Ёнбин, это казалось им неправдой.
— Если подумать, то выражение лица его высочества Ёнбин тоже совершенно изменилось, тебе так не кажется?
— Ты тоже это заметила? Я не знаю, как это объяснить, но... ну... он выглядит так же, но странно, такое ощущение, словно перед тобой совершенно другой человек...
— Позвольте мне на минутку спросить вас кое о чём, дамы.
Придворные дамы, завороженно любовавшиеся красотой удаляющегося Ёнбин, удивлённо отвели от него взгляд, услышав рядом с собой голос, а затем покраснели, увидев, кто к ним обратился.
— Стражник Сочхон?..
— Что привело тебя, стражник Сочхон...
Их головы слегка склонились, а на улыбающихся лицах отразилось волнение. Стражник Сочхон был, безусловно, самым красивым мужчиной, выделяясь среди всех стражников. Несмотря на то, что он принадлежал к самому низкому сословию, многие придворные дамы стремились поговорить с ним, ведь он был красивее юношей из любой знатной семьи.
Кроме того, он был молчалив и серьёзен, что тоже очаровывало, а тот факт, что Сочхон заговорил с ними первым, заставил их задуматься, а не сон ли это на самом деле.
Не обращая внимания на их реакцию, Сочхон продолжил:
— Я не собирался подслушивать, но случайно услышал ваш разговор, когда вы проходили мимо. Это правда, что платок вам дал его высочество Ёнбин?
— Простите? Ах, да, да. Когда я случайно поранила руку, его высочество собственноручно повязал мне его на рану.
— Понятно… Спасибо, что ответили на мой пустяковый вопрос.
— Ничего страшного. Если у вас когда-нибудь снова возникнут вопросы, можете спокойно спрашивать!
Как бы им ни хотелось остаться здесь и ещё поболтать с Сочхоном, было уже поздно. Кроме того, они испортили лекарственные ингредиенты, которые собирались отнести во дворец, поэтому им ещё предстояло вернуться и исправлять ситуацию. Когда придворные дамы с сожалением поспешили удалиться, Сочхон погрузился в раздумья.
Стражник, стоявший на страже на другой стороне ворот, обратился к Сочхону:
— Почему ты вдруг спросил об этом?
Ему стало любопытно, почему тот, кто никогда не интересовался чужими делами, вдруг первым заговорил с придворными дамами и спросил их о чём-то столь незначительном. Однако на его вопрос Сочхон лишь покачал головой и коротко ответил "Ничего" и посмотрел на дорогу, по которой ушли придворные дамы.
Войдя когда-то во дворец, Сочхон, несомненно, тоже был наслышан о том, каким порочным и злым был Ёнбин. А причины, по которым он наказывал и порол своих подчинённых, наверное, были самыми разнообразными и немыслимыми, среди которых наверняка были и те, что разбивали посуду перед ним.
Если бы он лично не услышал, что Ёнбин не только простил придворную даму, провинившуюся перед ним, но даже сам перевязал её рану, использовав свой драгоценный платок, он бы не поверил.
Сочхон уже много раз слышал, что Ёнбин изменился после того, как чуть не умер, однако каждый раз лишь недоверчиво хмыкал на это. Но независимо от того, верил он или нет, было очевидно, что репутация Ёнбин во дворце менялась с каждым днём.
На мгновение перед его глазами промелькнуло лицо одного из самых добрых людей, которого Сочхон когда-либо встречал в своей жизни. Из всех, кто жил с ним в официальной резиденции, он был единственным, кто замечал даже самую маленькую рану, никогда не оставляя это без внимания.
Хаун жалел себя, потому что так долго был один, без семьи, и, как он думал, был молчаливым и нелюдимым. Но в глазах Сочхона он был самым чутким и заботливым человеком, которого он когда-либо знал.
Поэтому неудивительно, что в тот момент, слушая о Ёнбин, он вдруг вспомнил о Хауне, ведь его смерть была связана с Ёнбин.
Глаза Сочхона, в которых плескались тяжёлые эмоции, опустились под их грузом.
***
Офицер Ви сухо сглотнул, наблюдая за реакцией императора, который даже не делал вид, что рассматривает таблички, которые ему показывают. Прошло много времени с тех пор, как император навещал своих наложниц. В этом не было ничего необычного для императора, который, бывало, уезжал надолго, или когда у него просто было много забот, как в эти дни. Однако, будучи генеральным офицером Кёнса-бан, его беспокоило, что император так долго не навещал своих наложниц.
Но император, которого не волновали переживания офицера, одним взмахом руки отмахнулся от табличек с именами всех наложниц. Офицер Ви бросил едва заметный взгляд на евнуха О, прося о помощи. Однако евнух О, который обычно добавлял несколько слов и наставлял императора, чтобы тот хотя бы отправился во дворец императрицы, почему-то покачал головой и отвёл взгляд.
— Тогда я удаляюсь, ваше величество.
В конце концов офицер Ви, потерявший надежду, уже собирался поклониться и уйти, как император поднял голову, посмотрел на офицера и приказал:
— Подожди.
— Да, ваше величество! — невольно повысив голос, ответил офицер Ви, гадая, не собирается ли император, наконец, перевернуть табличку.
Однако, даже позвав офицера, император какое-то время молчал, уставившись в пространство, погружённый в свои мысли, а затем заговорил:
— С этого момента... табличка Ёнбин должна быть возвращена обратно.
— Да... Простите?
Офицер Ви, привычно поклонившийся в ответ на слова императора, поднял голову с ошарашенным лицом, когда до него наконец дошёл приказ императора. Император Сон Ихан, который и без того испытывал неловкость от своих слов, нахмурился, когда офицер Ви бестактно переспросил его.
— Возвращайтесь.
— А... А, да! Да, понял, ваше величество!
Только после того, как евнух О обратился к нему, офицер Ви понял, что только что совершил глупость. Он снова поклонился и торопливыми шагами вышел из Большого зала. Оказавшись вне поля зрения императора, он облегчённо выдохнул и, повернув голову, кинул взгляд на его величество.
— А ведь он говорил, что табличка его высочества Ёнбин скоро будет использована...
В прошлый раз, услышав этот совет евнуха О, он не поверил, решив, что на этот раз евнух О просто ошибся. Однако сегодня, услышав приказ императора, офицер Ви был просто ошарашен.
— Как всё могло сложиться таким образом....
Вздрогнув от мысли, что в следующий раз его величество действительно может перевернуть табличку с именем Ёнбин, офицер Ви растерянно покачал головой и поспешил уйти. Дела в императорском дворце действительно были непредсказуемы.
http://bllate.org/book/12952/1137869
