Едва услышав это, Сон Ихан представил себе Ён Хвауна, опустившегося перед ним на колени. Всё было так живо, словно он наблюдал это вживую. Удивительно, как он успел привыкнуть к этому образу Ён Хвауна, ведь прошло совсем немного времени с тех пор, как тот изменился.
Глядя на закуски, которые, очевидно, были выбраны с особой тщательностью, Сон Ихан медленно озвучил свои мысли, которые заполняли его голову на рассвете после бессонной ночи:
— Да, в этом-то и проблема.
«...»
— Причина, по которой он беспокоит и постепенно завладевает моим вниманием, в том, что мне ещё предстоит привыкнуть к человеку, который никогда в своей жизни не вёл себя так спокойно, а теперь так сильно изменился всего за одну ночь.
Сон Ихан медленно протянул руку и, взяв белое рисовое печенье с единственным лепестком на вершине, поднял его, глядя так, словно это был Ён Хваун.
— Мне просто нужно привыкнуть к этому. Если я просто приму и приспособлюсь к изменившемуся Ён Хвауну, не думая о том, что это всё притворство, то, уверен, моё сердце перестанет бешено колотиться, как сейчас.
Пытаясь доказать себе, что Ён Хваун не изменился, Сон Ихан постоянно думал о нём. Как это вообще возможно, чтобы его мысли постоянно не занимал Ёнбин, ведь он каждый раз пристально разглядывает его, пытаясь выяснить, не является ли его нынешнее поведение ложью?
Лучше смириться и принять это.
— Да, Ён Хваун изменился. Он осознал свои прошлые ошибки и решил стать другим человеком. Если я приму это… Тогда я больше не буду постоянно думать о Ёнбин, как сейчас.
«...»
— Ты не согласен?
— ...Да, так и будет, ваше величество, — ответил евнух О. Он не посмел опровергнуть слова императора. Императора, который не мог уснуть до самого утра из-за множества мыслей, занимавших его голову.
***
— Может, ты неправильно поняла?
Аджин, направляющаяся на кухню, замерла, услышав знакомый голос. Осторожно заглянув внутрь, она увидела придворных дворца Чонган, собравшихся вокруг Сосо. Одна из девочек спросила:
— Его высочество действительно сказал, что мы — его люди?
— Да, я слышала это собственными ушами, и сестрица Аджин тоже слышала!
— Не может быть...
Даже после многократных вопросов Сосо отвечала без колебаний и даже повысила голос. Остальные девушки взволнованно обменялись взглядами. В императорском дворце они часто видели и слышали, как кто-то из знати относится к своим подчинённым с добротой, но ни разу не было такого, чтобы их господин открыто называл их, простых дворцовых слуг, своими людьми.
— Ну... Несколько дней назад, узнав, что родители Чон-и больны, его высочество отдал распоряжение выдать ей нужные лекарства, а также и другие вещи. А ведь она совсем недавно вошла во дворец Чонган.
— Я разговаривала с сестрицей Аджин, и она сказала, что нам следует проверить, не нужно ли нам чего, пока не наступила жара.
В каждом из этих слов, произнесённых шёпотом, были невероятные истории об их господине, которые они пережили за последнее время.
Когда Ёнбин в первый раз собрал всех придворных дворца Чонган и пообещал им, что больше никогда не будет притеснять их, как раньше, никто ему не поверил: они просто боялись, что их господин снова учудит что-нибудь возмутительное, доставив им таким образом новые неприятности.
Однако с тех пор и по сей день Ёнбин ни разу не применял насилия к своим придворным, как и обещал. И дело было не только в этом. Даже сказанные им невзначай слова всегда были нежными и ласковыми, как весеннее утреннее солнце. Поэтому они не могли не задаваться вопросом, действительно ли их господин тот же самый страшный человек, каким был в прошлом.
Поэтому даже те, кто поначалу не верил в это, теперь дошли до того, что без всякой причины бродили по дворцу Чонган в надежде хоть мельком увидеть своего господина.
Сосо, наблюдавшая за этой суматохой с весёлым выражением лица, снова заговорила:
— Вот почему нам следует хорошенько постараться. Вы понимаете? Его высочество теперь так заботится о нас, поэтому мы должны стать лучше, чего бы нам это ни стоило.
Глядя на то, как Сосо, сжав кулаки, торжественным голосом всё это говорит, глаза всех девушек заблестели.
До сих пор, не говоря уже о дворце Чонган, их всегда встречали полные жалости и насмешек взгляды, когда они приходили во двор внутренних дел. Однако теперь они смогут ходить с гордо поднятой головой.
К тому же в этот раз, когда его высочество заболел, император уже дважды посещал дворец Чонган.
http://bllate.org/book/12952/1137866
