И не то чтобы он не мог просто повернуть голову и посмотреть назад, но, если подумать, императору не пристало так делать, поэтому он произнёс:
— Опустите.
— Опустите паланкин!
Смерив хмурым взглядом довольное лицо евнуха О, который громким голосом повторил его приказ, Сон Ихан, испытывая неловкость, медленно спустился с паланкина.
Он ещё даже не обернулся, а сердце уже забилось быстрее.
Одно осознание того, кто стоит у него за спиной, заставило всё его существо трепетать. Никогда раньше он не чувствовал такого. Сон Ихан невольно сделал глубокий вдох, чтобы успокоить свои эмоции, а затем медленно обернулся. Ён Хваун всё ещё был там.
Один шаг, второй. Медленно подойдя к нему, Сон Ихан встал перед ним, глядя на него сверху вниз.
— …Встань.
— Благодарю, ваше величество.
Ён Хваун поднялся на ноги, низко склонив голову. Взгляд Сон Ихана упал на одежду, в которую он был одет. Она была совсем не похожа на ту, что обычно носил Ён Хваун, и это сразу же привлекло внимание императора.
Он напоминал учёного мужа, любующегося лесным пейзажем, и это странным образом вызвало у Сон Ихана волнение внутри.
Некоторое время молча смотревший на Ён Хвауна император наконец произнёс:
— Что… с твоей одеждой?
Хоть Сон Ихан и сдерживался, боясь сказать что-нибудь обидное, но в итоге его слова всё равно прозвучали очень холодно. Пока император винил себя за то, что его слова и действия шли вразрез с его намерениями, когда дело касалось Ёнбин, Хваун ответил:
— Я подумал, что она будет мне к лицу, поэтому достал одежду, которую давно не надевал.
— …
— ...Вам неприятен мой вид, ваше величество? — спокойно спросил Ён Хваун, не подавая вида, что на самом деле безумно волнуется.
Найти эту одежду удалось благодаря Аджин. Она вспомнила, что у её господина действительно была такая одежда, когда Ён Хваун, рассматривая свои наряды, постоянно спрашивал, нет ли у него одежды поскромнее. С точки зрения Ён Хвауна, она была удобной и подходила ему, как мужчине, и он спокойно носил её, потому что она также не нарушала никаких законов. Однако в присутствии императора он поневоле занервничал.
По словам Аджин, Ёнбин никогда раньше не надевал эту одежду, за исключением нескольких раз, когда только вошёл во дворец.
Тем временем император всё молчал, не в силах ответить на вопрос Ён Хвауна. Вопрос был слишком сложным для него.
Если бы он мог ответить честно, то он бы сказал, что, да, это... неприятно, а ещё странно и непривычно. Но было ли это чувство плохим? Нет, совсем нет.
С помощью нефритового гуаня половина рыжеватых волос была поднята вверх и закреплена заколкой, концы которой были дополнены ниспадающей лентой. Внешний вид Ён Хвауна очень отличался от того, как он выглядел раньше. Он выглядел непривычно и незнакомо, что очень раздражало. Но в то же время ему это так шло, что Сон Ихан просто не мог оторвать от него глаз.
Поэтому император, так и не сумевший ответить на такой, казалось бы, простой вопрос, отвернулся, делая вид, что осматривается, и поспешно сменил тему.
— Где ты оставил свой паланкин и почему идёшь пешком?
— ...Поскольку в последнее время я слишком мало двигался, то решил оставить свой паланкин, когда шёл засвидетельствовать своё почтение императрице.
Выслушав ответ Ён Хвауна, император бросил взгляд в сторону дворца Чонган, а затем снова заговорил:
— ...Путь от дворца императрицы до дворца Чонган неблизкий.
— Я знаю. Но сейчас весна, погода тёплая, да и состояние моё сегодня хорошее, так что это не так уж и тяжело.
— ...Ты думаешь, я спросил потому, что беспокоюсь, не будет ли тебе тяжело?
— …
— Я спросил потому, что меня просто раздражает, когда ты идёшь посреди дороги, вынуждая меня остановиться.
Как только Сон Ихан произнёс эти обидные слова, он поджал губы, словно ему самому не понравилось то, что он сказал. Но так как он уже это сделал, то, по крайней мере, должен вести себя уверенно. Однако ему стало как-то не по себе, и он отвернулся в другую сторону и замолчал. В этот момент он услышал шорох.
Медленно повернув голову, он увидел Ён Хвауна, которого, казалось, совсем не задели слова императора, и он, слегка склонив голову, произнёс:
— Вы правы, ваше величество.
— …
— В будущем я буду осторожен.
Спокойный голос мягко коснулся ушей Сон Ихана, словно весенний воздух. Он почувствовал, как эмоции, ещё минуту назад бушевавшие внутри него, при звуке этого голоса превратились в нечто очень тяжёлое, достигнув самой глубины его сердца.
Слова императора, казалось, ничуть не обидели Ёнбин, хотя он говорил резко, желая задеть его. В тот же миг тяжёлый взгляд Сон Ихана остановился на лице Ён Хвауна.
Оказывается, всё дело было в его спокойствии. Именно эта черта Ён Хвауна сводила его с ума — то, что он принимал любые его слова и поступки, как будто всё в порядке и его это совсем не задевает.
Он был другой. Он слишком отличался от прежнего Ён Хвауна.
http://bllate.org/book/12952/1137841
