Глава 107. Жилой комплекс «Счастье». Смерть
К счастью, Ту Фэйюй был ещё ребёнком и, видимо, не понимал, почему взрослые так церемонно называют друг друга «господином». Он приложил палец к губам, делая жест «тише», и прошептал:
— Заходите.
Две другие семьи, снимавшие эту квартиру, ещё не вернулись. Ту Фэйюй провёл их к двери своей комнаты.
— Я сказал Лэн Мэну, что сегодня братик-охранник придёт с нами поиграть.
— Спасибо, — Синь Синь наклонился к мальчику. — А что ответил Лэн Мэн?
— Лэн Мэн ничего не сказал.
Синь Синь бросил взгляд на Чэн Лина и решил сначала выжать из Ту Фэйюя максимум информации.
— А твоя мама во сколько примерно вернётся?
— После шести.
Синь Синь успокоился:
— Фэйюй, ты можешь рассказать, когда именно Лэн Мэн нашёл эту «секретную базу» в комплексе?
— В прошлом месяце.
— Кроме того, что там есть еда, игрушки и телевизор, он больше ничего не говорил?
— Нет.
Было видно, что Ту Фэйюй знает очень мало. Синь Синь осторожно коснулся его руки, не желая сдаваться:
— А у Лэн Мэна в комплексе есть ещё какие-нибудь друзья, кроме тебя? Или он кого-нибудь упоминал?
Ту Фэйюй задумавшись, ответил:
— Лэн Мэн говорил, что наверху есть щенок.
Синь Синь тут же вспомнил о ветеринарной клинике на тринадцатом этаже. Он посмотрел на Чэн Лина, но тот едва заметно покачал головой.
— Ещё что-нибудь?
— Больше ничего. — сказал Ту Фэйюй. — Он просто каждый вечер приходит к нам ужинать и делать уроки. Со мной он почти не разговаривает.
Такой замкнутый ребёнок наверняка будет сильно нервничать в присутствии двух взрослых. Синь Синь слегка нахмурился и обратился к Чэн Лину:
— Посиди здесь, поиграй с Фэйюем, а я пока один зайду и поговорю с Лэн Мэном.
Чэн Лин не стал возражать. Казалось, он был из тех напарников-«инструментов», что беспрекословно выполняют любые поручения.
Синь Синь остался вполне доволен таким послушанием. Он похлопал Чэн Лина по плечу и направился к закрытой двери комнаты.
Комната площадью около пятнадцати квадратных метров была убрана до блеска. Между двумя кроватями, стоящими вдоль стен, ютился шкаф, к которому примыкала небольшая столешница. Лэн Мэн сидел за этим столом, уткнувшись в домашнее задание, и даже не поднял головы, услышав, как открылась дверь.
Синь Синь замер на пороге, не решаясь сразу подойти, и осторожно позвал:
— Лэн Мэн?
Мальчик поднял лицо. След от пощёчины на щеке Лэн Мэна уже полностью сошёл, но его большие глаза при виде Синь Синя выдавали явное напряжение.
— Привет, — Синь Синь помахал ему рукой. — Я охранник этого дома, мы с тобой уже дважды виделись. Фэйюй, наверное, говорил тебе, что я сегодня приду с тобой поиграть?
Лэн Мэн, как и говорил Ту Фэйюй, молчал. Но в его детских глазах читалась глубокая, не по годам тяжёлая тоска.
Синь Синь невольно заговорил мягче:
— Сяо Мэн.
Лэн Мэн наконец открыл рот и едва слышно сказал:
— Ты плохой.
Синь Синь: «...»
Несправедливо!
— Да как я могу быть плохим? — поспешно оправдался Синь Синь, доставая леденец, который он прихватил из салона Ю Юаня. — Смотри, я даже принёс тебе конфету.
На маленьком личике Лэн Мэна тут же проступило ещё большее недоверие:
— Ты плохой.
Синь Синь: «...»
Видя, что Лэн Мэн вот-вот расплачется, Синь Синь поспешно начал извиняться и, поджав хвост, ретировался из комнаты.
В гостиной Чэн Лин и Ту Фэйюй сидели друг напротив друга. Между их стульями абсолютно ничего не было.
— Ладья на шесть вперёд. — произнёс Чэн Лин.
Напротив него Ту Фэйюй сидел с абсолютно серьёзным видом, словно глубоко задумался над ходом.
— Вы тут чем занимаетесь? — не удержался от вопроса Синь Синь.
Чэн Лин поднял на него взгляд:
— Играем в слепые шахматы*.
* 盲棋 (mángqí) — игра в китайские шахматы по памяти, без доски и фигур: игроки называют ходы вслух, удерживая позицию в уме.
Синь Синь: «...»
— Партия отложена, продолжим в следующий раз. — сказал Чэн Лин, обращаясь к Ту Фэйюю. Тот с невозмутимым видом кивнул в ответ.
Чэн Лин встал и посмотрел на Синь Синя:
— Ну что, закончил?
Синь Синь вздохнул с досадой:
— Закончилось, даже не начавшись. — Он неловко почесал затылок. — Лэн Мэн сказал... что я плохой.
Чэн Лин повернулся к Ту Фэйюю:
— У этого мальчика что, с глазами проблемы?
Ту Фэйюй:
— Нет.
Синь Синь: «...»
— Дело не в этом, — сказал Синь Синь.
Он немного подумал, потянул Чэн Лина за рукав в сторону и прошептал:
— Мне кажется, у этого ребёнка дикая паранойя по отношению к взрослым.
Чэн Лин на мгновение задумался, а затем произнёс:
— С ровесниками он ведёт себя точно так же.
Даже с Ту Фэйюем он едва ли обменялся парой слов.
— И что же нам делать? — Синь Синь начал нервничать.
Ситуация с Чжао Лихуэем была уже практически ясна, логическая цепочка выстроена. Но вот с Лэн Мэном... Если малыш наотрез отказывается говорить, у них просто не остаётся рычагов давления.
— Чэн Лин, — предложил Синь Синь. — Может, ты зайдёшь и попробуешь?
Чэн Лин, как всегда, был готов к любым поручениям. Без лишних слов сказав «хорошо», он с невозмутимым видом направился в комнату.
Синь Синь обратился к мальчику:
— Фэйюй, постой у двери, а я выгляну на балкон.
Ту Фэйюй, послушный прямо как Чэн Лин, кивнул:
— Хорошо.
Они с Ю Юанем начали действовать одновременно. Судя по времени, Ю Юань уже должен был приступить к делу. Синь Синь не находил себе места, постоянно волнуясь, что с напарником что-нибудь случится.
План Ю Юаня и Цзинь Цзяня заключался в том, чтобы перелезть с балкона квартиры 506-й (семьи Дин) на балкон 505-й.
Планировка 506-й и 505-й квартир была абсолютно идентичной. Они уже проверили: дверь на балкон не запиралась, так что перелезть через ограждение и попасть внутрь не составляло труда. Идеальные условия для кражи со взломом.
На соседнем балконе никого не было, и в 505-й, судя по всему, тоже царила тишина. Синь Синь вернулся обратно.
Ту Фэйюй стоял у двери, заложив маленькие ручки за спину.
Синь Синь прильнул ухом к двери, пытаясь понять, как идут дела у Чэн Лина.
Звукоизоляция, по идее, должна была быть так себе, но Синь Синь не услышал абсолютно ничего. Он поманил Ту Фэйюя рукой и прошептал:
— Иди, послушай.
Ту Фэйюй подошёл и тоже прижался ухом к дереву. Спустя мгновение он поднял голову:
— Там тихо.
— Не может быть, — пробормотал Синь Синь.
Он мысленно отметил, что у будущего госслужащего Чэн Лина явно не заладилось с другими профессиями. Осторожно потянув дверь на себя, Синь Синь чуть не получил по лбу и человек, прислонившийся к ней с другой стороны, рухнул назад.
Чэн Лин тоже не смог разговорить Лэн Мэна. Более того, ситуация была хуже, чем у Синь Синя: мальчик не проронил в его адрес ни единого слова.
— Я вижу слабые места людей, — с досадой признался Чэн Лин, — но это ребёнок. А дети... они слишком сложные.
Синь Синь этого совершенно не понимал.
Как правило, дети куда проще и непосредственнее взрослых.
Но вид у Чэн Лина был такой, будто он совершенно не знает, как подступиться к ребёнку. Синь Синь глубоко вздохнул:
— Давай попробуем вместе. Может, так получиться?
Ситуация «один на один» всё же создаёт определённое давление. В небольшой группе ребёнку могло бы быть спокойнее.
В крошечной комнате теперь стояли двое взрослых, а двое детей сидели.
Ту Фэйюй и Лэн Мэн сидели рядом. Лэн Мэн уже не делал уроки; он с напряжённым видом пялился на двух, казалось бы, безобидных взрослых напротив.
Синь Синь мысленно тяжело вздохнул. Хорошо, что у Цзинь Цзяня хватило дальновидности. Приди сюда сегодня Ю Юань, Лэн Мэн, скорее всего, просто заревел бы от страха.
— Сяо Мэн, — терпеливо начал Синь Синь, пытаясь зайти с другой стороны, чтобы расположить мальчика к себе. — Фэйюй говорил, что ты любишь щенков?
Выражение лица Лэн Мэна мгновенно изменилось. Какой бы замкнутой и сложной ни была детская психика, она не может полностью скрыть истинные эмоции. Он покачал головой:
— Не люблю.
Синь Синь опешил.
Лэн Мэн лгал. И это была та самая ложь, которая даётся с огромным трудом и причиняет боль.
Синь Синь невольно присел на корточки и тихо спросил:
— Сяо Мэн, а почему ты не любишь щенков?
Лэн Мэн покачал головой.
— А на твоей секретной базе есть щенок?
Лэн Мэн перевёл взгляд на Ту Фэйюя.
— Братик-охранник тоже хочет пойти на секретную базу и поиграть с нами. — сказал Ту Фэйюй.
Лэн Мэн покачал головой и робко покосился на Синь Синя.
— Нельзя, — прошептал он, наклонившись к уху Ту Фэйюя. Мальчик, вероятно, думал, что говорит совсем тихо, но Синь Синь и Чэн Лин расслышали каждое слово: — Взрослым нельзя на секретную базу.
Ту Фэйюй озвучил то, что крутилось в голове у Синь Синя:
— Почему?
На это Лэн Мэн отвечать отказался. Он лишь мотнул головой и снова уставился на двух взрослых с настороженностью.
Синь Синь оказался абсолютно прав: Лэн Мэн, похоже, испытывал к взрослым совершенно неестественную, гипертрофированную подозрительность.
Время поджимало. Остальные жильцы 507-й вот-вот вернутся, так что Синь Синю и Чэн Лину пришлось отступить. Уходя, Синь Синь на пороге наставительно произнёс:
— Насчёт нашего сегодняшнего визита...
— Я никому не скажу, — с поразительной для его возраста серьёзностью ответил Ту Фэйюй. — И Лэн Мэн тоже.
Синь Синь показал ему большой палец:
— Старайся не оставлять Сяо Мэна одного. Если он вдруг соберётся на ту базу, ты... придумай, как мне дать знать, хорошо? Я буду в будке охраны или в 407-й.
Ту Фэйюй:
— Я лучше сразу напишу тебе в WeChat.
Синь Синь: «...»
Ту Фэйюй поднял руку, на которой красовались умные часы:
— Добавь меня в друзья.
Синь Синь: «...»
Ё-моё, неужели это те самые легендарные детские смарт-часы?! И они даже поддерживают WeChat!
Обменявшись контактами, Синь Синь похвалил мальчика за заботу о друге и ещё раз напомнил, чтобы тот писал сразу же, как что-то случится. Ту Фэйюй кивнул в знак согласия и закрыл за ними дверь.
Синь Синь обернулся. Чэн Лин пристально смотрел на него.
— Что-то не так? — спросил Синь Синь.
Чэн Лин:
— Ничего.
505-я квартира была совсем рядом, и внутри, судя по всему, ещё было шумно. Синь Синь сгорал от нетерпения узнать, как дела у Ю Юаня.
— Давай заглянем в 506-ю? — предложил он Чэн Лину.
Чэн Лин, разумеется, не стал возражать. Синь Синь подошёл и постучал в дверь 506-й. Спустя пару минут дверь открыла госпожа Дин, придерживая рукой живот.
— Кажется, что-то пошло не так, — тихо произнесла она.
Лицо госпожи Дин было напряжённым и бледным. Изначально она с энтузиазмом поддержала идею проучить извращенца-арендодателя и даже пошла проверять, как всё прошло. Но двое мужчин, только что перелезших через балкон и вернувшихся обратно, выглядели пугающе серьёзно. Исходящая от них леденящая аура заставила её на мгновение потерять дар речи.
Стук в дверь пришёлся как нельзя кстати, спасая её от неловкости.
— Вы же говорили, что просто подкинете им коробку с тараканами? — прошептала она. Ей казалось, это отличная идея: и неприятно, и без реального вреда, как раз под стать истории с кражей белья.
Последние лучи заката заливали балкон. Увидев Ю Юаня целым и невредимым, Синь Синь в порыве облегчения сделал пару стремительных шагов и замер перед ним.
— Брат... — он едва сдерживался, чтобы не ощупать напарника с головы до ног, проверяя, все ли части тела на месте. — Ты в порядке?
Ю Юань медленно покачал головой.
И у Ю Юаня, и у Цзинь Цзяня были такие лица, каких Синь Синь раньше не видел: за внешней невозмутимостью бушевал настоящий шторм.
Синь Синь вдруг понял, что та «проблема», о которой говорила госпожа Дин, была совсем не той, что она себе воображала.
Цзинь Цзянь пробормотал что-то о том, что им пора уходить, хотя оправдания были и не нужны: их с Ю Юанем состояние уже заставило госпожу Дин немного струхнуть. Особенно после того, как Цзинь Цзянь добавил:
— Госпожа Дин, считайте инцидент с соседями исчерпанным. Не держите это в голове и больше не заводите с ними разговоры на эту тему.
Госпожа Дин плотно сжала губы и с подозрением покосилась на Цзинь Цзяня.
— Ох, — только и смогла она выдавить, гадая про себя: что случилось? Неужели Чжао Лихуэй их заметил? Но ведь она не слышала ни единого звука.
Четверо вышли из 506-й.
Жилой комплекс оживился: возвращающиеся с работы люди постепенно заполняли коридоры, оживляя это холодное, бетонное здание.
— Что случилось? — не выдержал Синь Синь.
Он по привычке потянулся, чтобы взять Ю Юаня за руку, но с ужасом обнаружил, что пальцы напарника ледяные.
— Брат?
Ю Юань промолчал, лишь крепко, до боли сжав его ладонь в ответ.
— Люди в 505-й мертвы, — голос Цзинь Цзяня долетел до ушей Синь Синя, и тому на секунду показалось, что он ослышался.
Он резко вскинул голову и уставился на Цзинь Цзяня. Обычно добродушное, пухлое лицо товарища перекосило от ярости.
— Чжао Лихуэй и Сюй Яньсю мертвы.
http://bllate.org/book/12899/3602644
Готово:
